Прекрасная ложь

      — Джейни, как ты? Освоилась? — Дерек подошел сзади и обнял меня за талию.       — Освоилась, — ухмыльнулась я, продолжая держать свой бокал.       — Ну, я вижу, — ревниво кинул мужчина, гневно глядя в сторону Джареда. — Вон, тебе Лето уже ручку целует...       — Да это он просто...       — Ну, конечно! Лето? Просто так? Поцеловать ручку? — саркастично рассмеялся мужчина. — Не смеши меня! Лето ничего и никогда не делает просто так, — он нагнулся к моему уху и добавил уже шепотом, — особенно с дамами.       Я вяло усмехнулась и опустила глаза в пол, начиная ненавидеть всех людей, окружающих меня. Безмерное количество фальши, блеска, гламура и всего остального совершенно ненастоящего — неужели это и есть тот мир, который я так страстно желала получить? "Лето никогда и ничего не делает просто так." Оказывается, даже этот человек, так яростно борющийся с напускной ложью и фальшивостью, сам ничуть не лучше всех остальных, сверкающих в стразах и щеголяющих в идеально сидящих дорогих костюмах.       — Ты слышал? Нас на Оскар номинируют? — первой нарушила тишину я.       Дерек сделал очень удивленные глаза.       — Кто? В смысле, откуда ты знаешь?       — Мне Джаред сказал...       — Ах, ну да, Лето... И что же он еще сказал? - раздраженно кинул мужчина. - На Марсе жизнь нашли?       — Дерек, прекрати! — рассмеялась я. — Он прочитал это где-то.       — Он прочитал?! — язвительно выпалил Флинн.       — Да, — протянула я. — Он прочитал твиттере где-то.       — Ох, этот твиттер...       Неожиданно, мы услышали громкий возглас подходящего к нам Бута. Он со сверкающими глазами на весь зал восклицал, что мы действительно кандидаты на несколько номинаций. Моему удивлению не было предела и, оторвав наконец взгляд от Лесли, я посмотрела на радостно ухмыляющегося Лето, стоящего неподалеку, возле столиков с фруктами. Мужчина улыбнулся и, чуть приподняв бокал с шампанским, удовлетворенно отошел в сторону к своей блондинистой пассии.       — Нет, конечно, точно еще ничего не известно, однако даже такие слухи уже говорят о многом. Моя же ты красавица, — обратился Бут ко мне, озаряя зал по-отечески теплой улыбкой. — Знал я, что тебя брать нужно!       — Ты вообще-то сначала глаз на первую положил, — ухмыльнулся Флинн.       — Ой, — отмахнулся Лесли, — да я хотел ее брать, только потому что она спать со мной согласилась.       Мы с Дереком дружно хихикнули, сильнее прижавшись друг к другу. Мне сейчас были просто необходимы эти объятия. Я чувствовала себя ужасно лишней здесь, совершенно незащищенной, а этот мужчина, стоящий позади, был некой стеной, опорой, без которой я бы точно упала от всех странных, немного завистливых или же, напротив, высокомерных взглядов.       — И не стойте вы так... — поморщился Бут. — А то меня уже спрашивают: "У ваших актеров роман что ли?" А я и сам не в курсе особо, роман у вас или нет...       Мы с Дереком опустили глаза в пол, не удостаивая режиссера какими-либо комментариями.       — Это намек на то, что мне нужно рассказать, роман у вас или нет! — уже не выдержав, спросил Лесли.       Мы снова не издали ни звука.       — Ну, как хотите, — обиженно пробурчал мужчина. — Пойду всем растреплю, что видел Скарлетт Йохансон с Тимберлейком, а то скучно что-то...       Я хмыкнула, наяву увидев, как в Голливуде рождаются слухи.       — Вот сплетница... — прошептал Дерек мне на ухо и подарил легкий, почти невесомый поцелуй в шею. Зачем он это делает? Бут же и так сказал, что о нашем несуществующем пока романе уже говорят в светских кругах. Не вижу смысла давать этим фальшивкам пищу для обсуждений. — Поехали отсюда? — прохрипел мужчина.       — Нет, — отрицательно закивала головой я. — Я еще хочу побыть тут...       — Как хочешь, - Флинн отстранился от меня, начав озираться по сторонам. — Пойду выпью.       А тем временем вечер проходил. Проходил медленно и скучно, хоть как-то эту мрачную вечеринку разбавили неоткуда появившиеся музыканты. Пристально оглядев их, я не увидела знакомых лиц, поэтому продолжила меланхолично слоняться по залу.       — О, Джейни, — воскликнул Флинн, который неожиданно оказался возле меня. — Хочешь спеть? Вон, музыканты пришли.       — Ох, нет уж, — начала отпираться я. — Спасибо.       — Но ты же прекрасно поешь! — настаивал мужчина. — Давай, милая!       — Да ну, — стеснительно закивала головой я. — Тут слишком много народу. Не буду я петь.       — Я сейчас пойду и представлю тебя! — кинул он и помчался к стойке с микрофоном.       — Нет! Стой! — закричала я, однако Дерек даже не обернулся. Я побежала за ним, пытаясь остановить, но тщетно, он уже добрался до микрофона и начал речь:       — Добрый вечер, дорогие дамы и господа! — послышались негромкие аплодисменты. — Я очень рад вас видеть, но хочу, чтобы вы поприветствовали мою партнершу по фильму, замечательную актрису и прекрасного человека, Джейн Лето, — аплодисменты стали громче, а у меня на лбу проступил пот. — Джейн прекрасно поет, но никому об этом почему-то не рассказывает. Поэтому давайте попросим ее исполнить что-нибудь? — тут зал просто взорвался. Незнакомцы хлопали в ладоши и выискивали меня глазами в толпе, заставляя выйти на сцену.       Опустив голову вниз, проклиная Флинна ругательствами на всевозможных языках, которые знала, я начала пробираться сквозь толпу. Забравшись на небольшой помост, глазами я робко оглядела всю собравшуюся вокруг меня массу.       — Добрый вечер! — начала я, то и дело опуская взгляд вниз. - Если вы действительно этого так хотите, то я исполню вам песню из одного из моих любимейших фильмов "Титаник". Celine Dion - My Heart Will Go On.       Дерек ушел со сцены и растворился среди зрителей, которые начали собираться возле моего подиума с микрофоном. Послышались робкие аплодисменты и ехидное перешептывание дам в дорогих платьях, смотрящих на меня с высоты своего положения, хотя многих из них я не видела никогда в жизни. В зале немного приглушили свет, направив на меня одинокий белый луч прожектора. Музыкант, игравший на флейте, начал свою партию, после чего уже весь оркестр исполнял удивительной красоты мелодию. Подойдя поближе к микрофону, я начала петь:

Every night in my dreams I see you, I feel you, That is how I know you go on

      Я чувствовала, как по мне словно щупальцами проходятся любопытные и изучающие взгляды. Ноги на этих огромных каблуках начинают немного подрагивать, теряя равновесие.

Near, far, wherever you are I believe that the heart does go on Once more you open the door And you're here in my heart And my heart will go on and on

      Голос тоже немного подрагивает. Нужно срочно собраться, чтобы не стать посмешищем на глазах у всех этих странных, но безмерно важных людишек.

Love can touch us one time And last for a lifetime And never let go till we're gone

      Я постаралась петь уже увереннее и громче.

Near, far, wherever you are I believe that the heart does go on

      Я взяла более высокую ноту и протянула как можно дольше.

Once more you open the door. And you're here in my heart And my heart will go on and on

      Маленький проигрыш. Я отвернулась от микрофона, а потом, примкнув к нему обратно, запела во весь голос, практически на одном дыхании, чувствуя надрывающиеся ноты:

You're here, there's nothing I fear, And I know that my heart will go on We'll stay forever this way You are safe in my heart And my heart will go on and on

      Я вижу удивленные лица в толпе и натыкаюсь на эти небесные глаза, в которых, как и в моей голове, намешано слишком много, начиная от ужаса и волнения, заканчивая восторгом и легким возбуждением.       Музыка потихоньку угасала и, подойдя в плотную к микрофону, я прошептала:

And my heart will go on and on...

      Настала секундная тишина, затем посыпался шквал аплодисментов, воодушевленный свит, крики "Браво!" и "Бис!", но мне хватило смелости и сил лишь сказать робкое "Спасибо..." и убежать с помоста. Я как можно скорее вышла на улицу, пытаясь побороть смущение, стыд, страх и неловкость. Водитель уже сидел в машине, поэтому, залезши во внутрь, я раскинулась на заднем сидении, громко выкрикнув:       — Домой, Джерри!       — Уже? Что-то вы рано, — водитель недоуменно глянул в зеркало заднего вида, заводя мотор.       — Нет настроения пировать, — отмахнулась я. Сняв туфли, я сложила их на сидение рядом и села, подобрав под себя ноги. Домой. Хочу домой. Подальше ото всех. Неужели все это и было моей мечтой?