Капкан Сладкоежки

Утро было просто невыносимым. Распухшие от слёз глаза и стянутая кожа напоминали Ане о том, в каком ужасном состоянии она находилась. Как будто ей требовалось напоминание! Девушка ужасно хотела вернуться в прекрасный беззаботный сон, но её тело уже начало просыпаться и не давало снова почувствовать сладкую дрёму. Вытащив себя из кровати и умывшись, девушка села на кровать, не зная, что ей делать. На экране телефона не было ничего интересного — ведь большинство людей просто наслаждалось ленивой субботой. Аня пролистала пропущенные звонки: мама несколько раз пыталась дозвониться после того разговора, но девушка не хотела слушать нравоучения. Она всё ещё была задета поведением матери. Посидев так немного, брюнетка поняла, что если не выберется на улицу, то сойдет с ума. Так как настроения ни на что определённое не было, сборы не заняли у неё много времени: ключи, телефон, кошелёк — и она была готова. Аня глубоко дышала приятным свежим воздухом, стараясь сконцентрироваться на собственных шагах и, когда не получалось, на красивых, полных пышной зелени улочках. Аллея за аллеей, переулок за переулком, парк за парком — окружение девушки менялось, иногда принося короткие всплески восторга, которые, к сожалению, не задерживались долго в её голове. Не имеющая дна пропасть грусти безжалостно поглощала все светлые эмоции. Около двух дня Аня, наконец, почувствовала голод, который пытался до неё достучаться уже несколько часов. Она прервала свое бесцельное путешествие по городу и тщательно выбрала ресторанчик, где был столик на улице, утопающий в густой, оплетающей декоративную решётку зелени. Щедро рассыпанные по такой живой стене розовые вьюны делали её невероятно яркой и праздничной, что точно должно было поднять шалунишке настроение. Заведение было настолько уютным, что девушка почувствовала себя сидящей за столиком на старинной улочке Италии. Увы, даже это сказочное ощущение не помогало ей чувствовать себя лучше. «Как же мне ещё отвлечься? — ломала голову Аня, выходя из ресторана после изысканного обеда, — Может, погулять по магазинам? Это всегда немного успокаивает…» У неё не было в планах на месяц тратиться на одежду, но это был единственный вариант, который сейчас приходил ей в голову. Вскоре, она оказалась в торговом центре. Аня давно не была в своем любимом магазинчике, и теперь у неё разбегались глаза. Она бродила мимо рядов одежды, едва касаясь её пальчиками. Всё казалось интересным, но не настолько, чтобы попробовать это надеть. На самом деле, от вида разнообразных одеяний она почувствовала себя ещё более невзрачной. «Интересно, какая эта девушка? — задумалась печальная брюнетка. — Что же такое могло зацепить Сашу? Наверное, она очень красивая…». Эта последняя мысль заставила её почувствовать себя самым страшным уродцем на всём свете. Когда она дошла до конца очередного ряда, её взгляд проскользнул по витрине, и девушка заметила роскошное красное платье. Оно было похоже на характер Ани: красиво собранная ткань шаловливо отвлекала от сексуальности наряда, разрезы которого были на грани приличного. Обычно Аня бы такое не решилась надеть, но в этот момент она себя чувствовала гадким утёнком, и такое великолепное платье притягивало, обещая чувственность и уверенность. В примерочной девушка провела довольно много времени, сначала надевая это платье, а затем вертясь перед зеркалом и представляя всевозможные сцены, в которых она бы в нем блистала. К её сожалению, они заканчивались совершенно нереалистично и, в основном, были сосредоточены на Саше. Было глупо представлять, что тихоня бросится извиняться просто из-за хорошо сидящего на шалунишке платья, каким бы восхитительным оно ни было. И всё же, такие воображаемые сцены тешили её самолюбие, раззадоривая глупышку. Её ужасно ломало от осознания того, что столь желаемого прикосновения Саши не будет. Однако, такое переодевание всё же подняло ей настроение. Чувствуя себя получше, девушка направилась покупать обновку, захватив пару подходящих по цвету туфель. Аня решила дальше гулять в новом наряде, так как она и вправду чувствовала себя в нём увереннее. Прогуливаясь по торговому центру, брюнетка нередко ловила на себе восхищённые взгляды, которые были для неё настолько живительными, насколько целителен сироп для больного горла, успокаивающий раздражённые ткани. Девушка не привыкла привлекать внимание других, но сейчас это опьяняло её. Несмотря на это, гулять внутри здания ей вскоре наскучило, и она вернулась к путешествию по улочкам и переулкам. Мягкая нежная музыка в наушниках почти полностью убаюкала её боль, позволяя девушке находиться в нейтральном состоянии. Аня ещё долго бродила, наслаждаясь видом и запахом цветов, иногда останавливаясь, чтобы сфотографировать особенно красивые. Сладкий аромат поднимал ей настроение, и она чувствовала себя очень игривой. К тому времени, как солнце начало склоняться к горизонту, Аня обнаружила себя перед Сашиным домом. Она сама не до конца понимала, почему же ноги принесли её именно сюда, но в этот момент брюнетка чувствовала себя увереннее, чем когда-либо. Именно с таким чувством девушка поднялась на этаж тихони и постучалась в дверь. Да, конечно же, был шанс, что пацанка ещё не дома, но Аня даже не успела об этом всерьёз подумать, так как дверь открылась достаточно быстро. Ошарашенное лицо блондинки стоило длительного подъёма по лестнице после утомительного дня, и шалунишка с удовольствием отметила, как жадно её разглядывает столь желанная девушка. — Что ты тут забыла? — спросила Саша, так и не отрывая глаз от её тела. Как бы молчунья ни старалась изобразить безразличие, этот голодный взгляд выдавал её. Смелости, или же глупости, у Ани было предостаточно в данный момент, поэтому, не думая о пошлости и откровенности своих слов, она тихо выдохнула: — Тебя, — и нажав девушке на грудь, втолкнула её в квартиру, зашла внутрь и позволила двери захлопнуться за их спинами. Прежде чем эта мерзавка могла бы прийти в себя, сладкоежка впилась ей в губы, прижимая к стене уже хорошо знакомого коридора. Нежный ягодный запах, по которому она так скучала, выталкивал остатки здравого смысла, которого и так, по сути, не было. Потом Ане, может быть, станет стыдно за то, как откровенно и нагло она себя вела, но сейчас она отбросила все беспокойства, просто наслаждаясь ситуацией. Сашины мягкие губы страстно отвечали на инициативу шалунишки, и руки тихони уже жадно блуждали по обтянутым тканью формам. Аня игриво прикусила губу бессердечной пацанки, потянув её на себя, и прижалась всем телом к ней, ехидно хихикая. Такая шалость почему-то только больше раззадорила молчунью, и, низко рыкнув, она дёрнула юбку платья наверх, оголив девушку до талии. Аня совсем не сопротивлялась, когда Саша стянула с неё трусики и заставила поднять одну из ног, подхватив её локотком под колено. Обнажённая и смущённая девушка повисла у пацанки на шее, пытаясь найти вспомогательную опору, так как стоять на одной ноге в такой позе было сложно. Она чувствовала, как мокреет, так как, несмотря на смущение, сладкоежка безумно хотела Сашу. Тихоне приглашение не требовалось: она уже потянулась пальцам к промежности девушки, грубовато лаская её. К удивлению Ани, эта ласка оказалась короче обычной, так как, почувствовав прибывающую влагу, Саша, кажется, потеряла терпение и вошла в неё. Из-за того, как сладкоежка соскучилась, она даже не была расстроена тем, что ощущения были слабее обычного — ведь она не успела полностью возбудиться. Проникновение всё равно было крайне приятно, и тот факт, что блондинка не была холодной и отстранённой, её будоражил. «Что это значит? Она всё ещё меня любит? Она ошибалась? Как же я хочу знать, какой смысл несут её действия!» — думала Аня, когда её разум был способен обрабатывать стороннюю информацию. Всё мысли вскоре напрочь вылетели из её головы, потому что грубые движения Саши медленно сводили с ума. Обе руки пацанки были заняты, так что Аня прижалась к ней сама, желая большей близости. В этом положении дыхание Саши было слышно лучше, и её короткие-короткие жаркие вздохи были последней каплей. Аня так хотела почувствовать себя желанной, любимой, что такие незначительные подтверждения её самых тайных грёз вызвали взрыв эмоций. Уже напряжённая от ощущений девушка выгнулась, шумно выдыхая от волны удовольствия. Её тело мелко затряслось — каждая клеточка боролась с переизбытком ощущений, вызванных таким контрастом эмоций. На пике наслаждения Аня прошептала: — Я тебя так люблю… Девушка ослабла, опираясь всё больше на Сашу, которая отпустила её задранную ногу и, через несколько мгновений, отодвинулась. Пацанка очень странно посмотрела в глаза счастливой шалунишке. Аня не могла понять, что значил этот взгляд, чувствуя невероятную надежду и волнение. Между ними повисла пауза. Тишина ужасно начинала тревожить, но прежде чем шалунишка решилась заговорить, Саша смущённо одернула платье брюнетки, опустила глаза и пробормотала: — Извини, это была ошибка. Этого никогда не должно повториться. Губа Ани задрожала, когда её разум начал осознавать значение этих слов. Тем временем, Саша отперла дверь и нежно вытолкнула сладкоежку. Шок девушки был таким сильным, что она только спохватилась, когда дверь почти закрылась. Брюнетка судорожно вцепилась в ручку, но инерция не позволила бы ей преодолеть уже почти законченное движение Саши. Громкий щелчок — и счастливый момент был окончательно испорчен. Аня стояла на лестничной площадке в оцепенении. «Всё же было так хорошо, почти как в моих фантазиях… только такой финал не входил в мои планы! Это вообще нормально — так выставить человека? Да, я зашла без спроса, но она не оспорила это действие сразу!» — чем больше об этом думала Аня, тем больше она распалялась. К счастью, сумочка с телефоном, кошельком и ключами всё ещё была на ней, но вот белье осталось в квартире Саши. Аня попыталась постучать, даже покричала, но дверь больше не отворялась. «Кто выставляет девушку без трусов сразу после секса?!» — почему-то эта мысль заставила девушку разразиться смехом, тем самым грустным смехом на грани истерики, который никогда не является признаком стабильного эмоционального состояния. Эта ситуация была такой глупой, такой комичной: «Зачем я вообще сюда пришла? На что надеялась? Это, очевидно же, было глупой идеей… Но, наверное, многие спонтанные идеи — глупые.» Тишина в подъезде была настолько идеальной, что, казалось, любой шорох бы показался ей невероятно громким. Однако, это имело отрезвляющий эффект, так как ничто не отвлекало девушку от её мыслей: «Кажется, я убедилась в том, кто такая Саша, и как она относится ко мне, — подумала Аня. — Это очевидно, что я для неё — не больше, чем придорожная шлюха… Везёт же мне на отбросов общества… И почему я из-за неё так с ума схожу?». Ответа на этот вопрос явно не ожидалось, так как это безрассудное помешательство на Саше не имело логических объяснений. Дорога домой предстояла весёлая, так что Аня плюнула мерзавке под дверь и гордо направилась на выход. Только то, как она нервно одергивала платье каждые несколько шагов выдавало её шаткое состояние и волнение.