Insomnia

Их нежит небо, Или травит Ад? © Божественная комедия

      Голос Геральда звучит уверенно и в то же время спокойно. В нём нет вкрадчивых ноток Мисселины или порой истеричных восклицаний Фенцио. Хотя Дино настолько привык к манере речи отца, что даже внимания уже не обращает.       Но уроки Геральда ему нравятся. Демон больше часа ведёт лекцию и рассказывает о старинных артефактах, хранящихся в тайниках, которые хаотично разбросаны по Земле. И настанет день, когда ангелам и демонам придётся воспользоваться ими.       Всё это лишь теории, давние предначертания, которые вряд ли когда-нибудь сбудутся. Но слушать всё равно интересно. Дино краем глаза замечает Вики, усердно что-то строчащую в тетрадь и изредка задающую уточняющие вопросы преподавателю. Такое стремление к учёбе не может не радовать, чего не скажешь об остальных.       Демоны, расположившиеся на противоположной стороне поляны, всем своим видом показывают, как им скучно и неинтересно торчать на лекции. Обладатели тёмных крыльев громко переговариваются, смеются, и даже строгий взгляд Геральда не в состоянии их утихомирить. Дино пытается поглубже запихать свою предвзятость, но не получается. Ангельское начало в нём буквально кричит от возмущения из-за поведения выходцев из Ада. В них нет дисциплины, нет уважения к вековым устоям, и это безумно раздражает.       Громкий смех Ости подобно ржавому шурупу ввинчивается в сознание и скребёт по ушам, будто наждачкой по стеклу проводят. Дино морщится, переводит недовольный взгляд на дьяволицу и совсем не удивляется, когда обнаруживает её в компании Люцифера. Несменный дуэт, вносящий смуту в любое мероприятие, будь то школьный бал или обычный урок.       Ангел хочет отвернуться и всецело сосредоточиться на прослушивании лекции, но голубые глаза помимо воли задерживаются на массивной фигуре, завёрнутой во всё чёрное. Люцифер стоит, скрестив руки на груди и плечом подпирая ствол дерева, словно без него оно развалится. Весь вид демона выражает крайнюю степень расхлябанности и безразличия, будто происходящее кругом и вовсе его не касается. Лишь алые глаза с намёком на заинтересованность изучают Ости, трещащую об очередной чепухе. Она широко улыбается, облизывает накрашенные бордовой помадой пухлые губы и едва заметно касается рукой груди Люцифера, как бы невзначай разглаживая рубашку.       Дино хмурится, чувствуя, как внутри него что-то загорается. Огонь этот неприятный, неправильный даже. Своими кислотными парами проникает в организм, ядом течёт по венам, отравляя и заставляя ощущать то, чего раньше ангел никогда не испытывал.       Тебе правда интересно, что она говорит?       Геральд, лекция, окружающие — всё резко отходит на второй план, когда в голове созревает мысль, которой там априори не место. Дино передёргивает плечами, пытаясь избавиться от наваждения, но не получается. Всё естество буквально кричит.       Не трогай его.       Почему это так чертовски важно для него? Почему от вида женской ладони, поглаживающей широкую грудь, ему так мерзко становится? Словно Ости в самое нутро ему залезла, подошла слишком близко и забрала то, что Дино отдавать не собирался.       Мысли путаются, разбегаются, как тараканы при свете лампы. Прячутся в самые затаённые уголки, но всё равно продолжают болезненно ныть.       Не твоё. Не трогай.       Дино ведь не может знать, что ещё совсем недавно Люцифер так же сгорал изнутри, наблюдая за ними с Уокер. Дино не всевидящий, мыслей не читает, однако принимает решение, кажущееся в данный момент самым верным. То же самое, что когда-то принял Люцифер.       Ангел прикрывает глаза, делает глубокий вдох, успокаиваясь и замедляя собственное сердцебиение. Нужно сосредоточиться, подойти к делу со всей серьёзностью и вниманием, иначе оно обречено на провал. Дино аккуратно прощупывает энергии учеников, перебирается с одной на вторую, понимая, что всё не то. И лишь когда в сознании вспыхивает обжигающий алый цвет, Дино понимает — вот оно. То, что ему сейчас нужно.       Эффект неожиданности, как и всегда, срабатывает безукоризненно. И совсем не обязательно, чтобы демон спал. Он совершенно не готов к чужому вторжению в своё сознание, ибо даже подумать никогда не мог, что ангел на такое решится.       Люцифер моргает, пытаясь избавиться от морока, но все попытки тщетны. Где-то на фоне всё ещё звучит голос Геральда, изредка перебиваемый шёпотом Ости, но все они не имеют ровным счётом никакого значения, потому что Люци видит его.       Дино стоит прямо напротив, так близко, что протяни руку и сможешь его коснуться. Смотрит на него своими бездонными глазами, а на губах появляется странная ухмылка, которую Люцифер раньше никогда не видел. Ангелы так ухмыляться не должны, будто самую душу из тебя вынуть готовы.       — Какого хрена ты делаешь? — хрипло спрашивает Люций, наблюдая за блондином. Тот продолжает улыбаться, делает к нему ещё один шаг, оказываясь вплотную. Привычно обжигает теплом своего тела, согревая.       Люцифер вздрагивает, когда Дино кладёт ему ладони на грудь. Туда, где ещё минуту назад блуждала рука Ости, словно перекрывая, зачёркивая предыдущие ощущения и отпечатывая новые. Дино не может сдержать довольного взгляда, когда сердце под его ладонями начинает биться быстрее, ударяясь о рёбра.       Он плавно нагибается, руками скользит ниже, вытаскивая маленькие пуговицы из петель. Пальцами пробегается по крепкому прессу, задевая пряжку ремня. Не дожидаясь реакции, начинает медленно расстёгивать его, вытаскивает рубашку, наслаждаясь тем, как Люцифер сквозь сжатые зубы втягивает в себя воздух, когда пальцы Дино касаются обнажённой кожи. Она гладкая и мягкая, даже на животе покрытая узорами татуировок. Дино целует каждую из них, языком обводит чёрные контуры, наконец давая понять Люциферу, ради чего всё это затеял.       Демон удивлён, поражён и не может вымолвить и слова при всём своём богатом красноречии в обычном состоянии. Лишь на дне карминовых глаз пляшут искры, когда он наблюдает за Дино, медленно опускающимся на колени.       Он стягивает с него штаны до бёдер, оглаживает сквозь ткань белья уже возбуждённый член, срывая с губ Люция стон. И наплевать совершенно, что это лишь искусно навязанная иллюзия. Плевать, что всё происходит в голове, а не в реальности. Касания Дино такие настоящие, ощутимые и знакомые, словно они оба снова там — в комнате Люцифера.       Ангел выгибается под ним, жмётся к нему плотнее, громко стонет…       Воспоминания затапливают с головой, а возбуждение тягучей густой массой скапливается в паху. Дино вновь улыбается, стягивает с демона бельё, обнажая налившийся кровью член. Обхватывает его ладонью у основания, заставляя теперь уже самого Люцифера стонать. Он до боли прикусывает губу, чтобы не выдать их грязный секрет. Окружающие явно не оценят происходящего.       — Чего ты хочешь? — хрипло спрашивает Дино, смотря на Люцифера снизу вверх. И взгляд у него шальной, покрытый поволокой желания. Дикая первобытная похоть плещется на дне голубых глаз. Он такой красивый сейчас, такой настоящий, не скрывающийся за сотнями ледяных масок. Люциферу выть хочется от странного чувства, текущего по венам.       Это всё только для него. Улыбка на тонких губах, хриплый шёпот и взгляд, брошенный исподлобья. Ангел меняется рядом с ним, становится другим совершенно, кардинально противоположным тому образу, к которому все привыкли. И черти в груди начинают радостно скулить, хотят вырваться наружу и заполучить своё. Заслуженное. Принадлежащее только им.       — Возьми его, — шёпот, слетающий с губ. Впервые в нём нет приказа, лишь искреннее желание. Потому что до боли необходимо почувствовать.       Дино наклоняется, губами обхватывает головку, невесомо целуя будто. Языком слизывает выступившую жемчужную каплю, обводит по кругу и, не позволяя Люциферу выдохнуть, сам же насаживается ртом на его член.       Такой горячий внутри, тесный. Демон закрывает глаза, падает будто, разбивается о торчащие скалы и вновь воскресает, когда Дино начинает двигаться. Медленно, тягуче, так восхитительно, что разом выносит из головы все здравые мысли, оставляя лишь желание и похоть. Она льётся через край, затапливает, когда Дино проводит языком по стволу, заглатывает глубже. Люцифер кладёт ему ладонь на затылок, пальцами сжимает светлые пряди волос и притягивает его ещё ближе. Не грубо, но требовательно. Входит в него, умирая от тесноты, на атомы расщепляется, когда Дино сам едва слышно стонет.       Его падший ангел.       Такой порочный, теперь уже безвозвратно принадлежащий ему. Люцифер добился, чего хотел. Сумел проникнуть в самое его нутро, привязал Дино к себе титановыми нитями. И не развязать их больше, не разорвать. Слишком прочно засел где-то внутри за рёбрами, пустил там свои корни.       Он ускоряется, вбивается в податливый рот быстрее, оттягивает светлые волосы. Так хорошо в нём, так до безумия правильно. И иллюзия вдруг становится самой настоящей реальностью, а все остальные суррогаты разом отпадают. Не то было совсем, не подходило, не сочеталось. А теперь Люцифер уверен — он нашёл, что искал.       Демон содрогается весь, зажмуривается до разноцветных кругов перед глазами. Кусает губу до крови, сдерживая стоны. Кончает Дино в рот, изливается ему в глотку буквально, а тот и не сопротивляется, лишь поглаживает Люцифера по обнажённым бёдрам. Сглатывает солоноватый вкус, когда демон выходит из него. И стоит столкнуться взглядом с алыми глазами, как язык непроизвольно скользит по губам, слизывая с них остатки белесых капель.       — Иди сюда, — на выдохе, на грани шёпота. Люцифер заставляет его подняться, притягивает к себе и впивается поцелуем в мягкие губы, чувствуя на них собственный вкус. В голове будто взрыв детонирует, разнося по организму приятную усталость.       Он целует его медленно и аккуратно, словно боится поранить. Языком вторгается в горячий рот, нижнюю губу зубами оттягивает, в очередной раз умирая от того, как ангел к нему прижимается. На контрасте играет — то отталкивает своим льдом, то наоборот сжигает пламенем, запертым внутри долгие годы.       Дино отстраняется первым, смотрит пару мгновений задумчиво, пальцами поглаживает по скуле, и уголки его губ дёргаются в подобии улыбки.       — Ты недавно спросил, стоило ли оно того… — говорит он тихо, заставляя Люцифера удивлённо приподнять брови. Дино продолжает пальцами скользить по его щеке, рассылая приятную дрожь. Наклоняется, задевает его губы едва ощутимо и выдыхает, оставляя на коже своё тепло. — Стоило…       Иллюзия рассеивается, Люцифер на пару секунд глохнет от множества звуков и голосов, разом заполнивших сознание. Урок продолжается, Геральд всё ещё о чём-то говорит, а Ости, стоящая рядом, так же виснет на нём. Люциферу мерзко становится, неприятно, словно он в грязи искупался. Демон высвобождает руку из цепкой хватки женских ладоней, отодвигается подальше, не обращая внимания на возмущённый взгляд Ости.       Ты не важна совсем, ничего не значишь.       Глаза, светящиеся на солнце багровыми бликами, выискивают в толпе ангелов светловолосую макушку. Дино смотрит на него в ответ, и Люцифер снова тонет, вновь идёт ко дну. Каждый раз думает, что справится, выплывет, но не может. Дино не оставляет ему шанса, когда растягивает губы в улыбке. В реальности, а не в очередной иллюзии.       Станция конечная, ангел. Как выбираться будем?       Не знаю, Люцифер. Понятия не имею.