Двое в Алашане

Никто из них не знает точно, сколько времени они бежали. Каждый раз острая боль пронзала бок Хуа Чена, отчего тот скрипел зубами, но не думал останавливаться ни на секунду. Дорога также не была простой: им приходилось бежать на скалистые барханы, минуя котлованы пересохших озёр и рвов. Куда они бегут? Как долго? И что делать дальше? Единственное, в чём Хуа был сейчас уверен, это то, что бегущий чуть позади Се Лянь мелко дрожал, терзаемый собственным дискомфортом. Хуа Чен понимал, что вот-вот кто-то из них упадёт — сохранять темп было действительно невозможно. Наверное, первым рухнет сам. Думал мужчина, пока бегущий позади парень не грохнулся на каменистый песок, споткнувшись о собственную ногу. Лицо Хуа чуть не позеленело от удивления и беспокойства. Он подбежал к Се Ляню. Тот выглядел сейчас, откровенно говоря, паршиво. Губы пересохли и потрескались, а с мокрого от пота лица вовсе пропали все краски. Он упал на колени, часто и шумно дыша. — Что с тобой? Можешь подняться? — говорить было тяжело: лёгкие горели, воздуха катастрофически не хватало. Он взял Се Ляня под локоть, помогая встать, но тот после пары попыток просто упал на задницу. — Я не могу, Хуа. Дай мне немного времени, пожалуйста, — Се Ляня немного трясло. Сань Лан же боялся, что остановившись сейчас, они больше не смогут продолжать бег. Чёрт. — у нас есть что-нибудь, чем я могу перевязать стопы? Может, тогда я смогу бежать дольше. На какой-то момент время для Хуа Чена остановилось, а сердце рухнуло куда-то в пятки. Он совсем забыл про ожоги на ногах Се Ляня! И как только он умудрился бежать почти всю ночь по каменистой земле, блядь, босиком?! — Се Лянь, чёрт возьми! Почему ты ничего не сказал мне раньше? Но парень даже не поднял взгляд на Хуа, смотря куда-то перед собой, выпадая из реальности. Хуа Чен присел перед ним, осторожно осматривая его ступни. Упорство этого парня действительно заслуживало восхищения. Бежать всю ночь по сложному рельефу с истекающими кровью ожогами на ступнях. Хуа Чен осмотрелся в поисках более хорошего места для привала, чем открытое пространство. В полумиле от них была большая каменная скала с массивным выступом, в тени которого можно будет скрыться от солнца. — Скоро это место пропечётся. Давай дойдём до тех скал? У нас нет воды, поэтому нельзя потеть больше, чем необходимо, — Се Лянь кивнул, предприняв ещё одну попытку подняться, но Хуа опередил его, взяв на руки. Пускай агент и выглядел достаточно миниатюрным, веса в нём было достаточно. — Не нужно нести меня, правда! — вспыхнул Се Лянь, упираясь ладошками в грудь мужчины, — Я могу дойти на боковых сторонах ступней. — Цыц, — Хуа сдерживался, чтобы не зашипеть от острой боли в боку. Парень на его руках больше не предпринимал попыток сопротивления. На то, чтобы взобраться по достаточно крутому склону, потребовались немалые усилия, но цель оправдывала средства. В каменной скале был небольшой разлом, в котором можно было укрыться. Хуа Чен осторожно опустил парня и только после позволил и себе опуститься на землю. — Итак, офицер Се Лянь, — обратился он к парню, как только оба наконец смогли перевести дыхание, — что мы имеем? Последний непонимающе взглянул на мужчину, но через мгновение, видимо, понял, что от него хотели и осмотрел себя. — Штаны, футболка, пистолет, — он проверил магазин, — пять пуль. Хуа Чен понимающе кивнул, оценивая собственное имущество. — Штаны, трусы, майка, футболка, носки, обувь, — он достал пустую кобуру, — пистолета нет, но есть запасной магазин, калибр такой же, как у твоего. Есть нож и шокер. Один заряд, — подытожил он. — Тебе давали паёк в лагере? Есть при себе что-нибудь? — Скитание по пустыне не входило в мои планы, — Хуа тяжело вздохнул, — фляжка воды, наполовину полная. Набор для розжига костра и коммуникатор у меня в ухе. — Во всяком случае, могло быть и хуже, — Се Лянь слабо улыбнулся. — Могло быть и в тысячу раз лучше. А теперь нам нужна вода и что-нибудь, чтобы прочистить месиво у тебя на ступнях, — Хуа указал на стопы «ангела». Он сам почти мог ощутить физическую боль в ногах от этой картины. — Знаешь, я стараюсь не думать об этом, — отмахнулся Се Лянь, — думаю, в раны уже попала инфекция, а мы не можем тратить воду попусту. — Верно. Но вот только я прошёл недельные курсы по выживанию в пустыне, пока добирался до тебя, — Хуа Чен устало поднялся на ноги, но опасно покачнулся, прежде чем принял устойчивое положение. Се Лянь нахмурился, глядя на него. — Тебе нельзя никуда идти с такими ранами. Дай мне перевязать их, — Хуа заметил, как парень сжал в руке лёгкую ткань своих штанов. — Да, я заметил. Но твои ноги тоже нужно перевязать. Просто дай мне пару минут. Хуа Чен осмотрелся. Не так далеко от их укрытия был небольшой ров. Видимо, пересохшая река, на дне которой разбросан всякий мусор. Мужчина добрёл до рва и, покопавшись в нём какое-то время, нашёл на вид крепкую длинную палку, которую Се Лянь мог бы использовать в качестве трости. Набрав достаточно веток, Хуа пошёл дальше в поисках хоть какой-то растительной жизни. Солнце уже начинало подпекать, вынуждая мужчину ускорить шаг. В это время года температура днём в Алашане может достигать шестидесяти градусов, а ночью опускается до минус двадцати. Гоби была крайне неприветливой, песчаной, но всё-таки даже здесь нашли себе место некоторые виды флоры и фауны. Не будь Хуа заложником в этих краях, то точно бы счёл это чем-то восхитительным. Наконец удача улыбнулась Хуа Чену, когда посреди безжизненных холмов он увидел несколько плодов дикого арбуза. Они были не совсем зрелыми, но всё-таки это было лучше, чем ничего. Хуа снял футболку, складывая в неё зелёные плоды, и направился назад к укрытию. — Ты в порядке? — первое, что спросил у него Се Лянь. — Да, в норме. Сейчас начнётся самый солнцепёк, поэтому до заката лучше отсюда не выходить, — Хуа присел рядом, вытирая пот со лба. — Как твои ноги? — Думаю, сейчас важнее разобраться с твоим ранением, — настаивал Се Лянь. До чего же он был упёртым. Поняв, что спорить с этим парнем будет бесполезно, Хуа всё-таки задрал майку. Се Лянь с видом бывалого полевого врача прощупывал место рядом с ранением, иногда сжимая или щипая кожу. — Слушай, это достаточно неприятно, — вернее было сказать «пиздец больно» и потребовать оставить его в покое. — Прости, — ответ прозвучал очень искренне, но своего занятия Се Лянь не оставил. Рана снова стала кровоточить и Хуа был близок к тому, чтобы силой отклеить от себя «ангела» и наконец перевязать его ноги, — пуля прошла навылет, но в ране много песка. Я могу попробовать вытащить его. — То есть ты сейчас хочешь расковырять мне бок своими грязными пальцами? — даже в голове это звучало смешно. — Я попытаюсь вынуть грязь ближе к поверхности. Если ты будешь сидеть ровно, то я не занесу туда ещё больше заразы. Хуа Чен печально, глубоко вдохнул, доверяя себя этому парню, а сам начал отрезать небольшие куски корки арбузов. Если прикрыть ими раны, то получится припарка получше, чем их грязная одежда. Спустя двадцать болезненных минут лечение наконец закончилось, Се Лянь взял корочку и прикрыл ей рану, надёжно фиксируя повязкой из ткани собственной штанины. Зато теперь у него были почти модные шорты. Перевязанный и способный вернуть себе дыхание Хуа Чен наконец заговорил: — Благодарю. Буду теперь почти как новенький, — он принял более удобное положение, облокачиваясь на пока ещё прохладную каменную глыбу. Удивительно, но несмотря на ужасные антисанитарные условия, Хуа почувствовал облегчение. Он и до этого заметил, каждое действие Се Ляня было хорошо отточено, будто он занимается подобным не в первый раз, — ты медик? — Можно и так сказать, — Се Лянь тепло улыбнулся, — в определённых ситуациях я могу взять на себя ответственность полевого врача. — Хорошо дерёшься, как для полевого врача, — Хуа ухмыльнулся, стараясь разрядить обстановку. Се Лянь поддержал его инициативу. Видимо думал, что мужчина уже забыл про его собственные раны, — а теперь дай мне осмотреть твои ноги. На мгновение парень замер, но всё же принял то, чего не избежать. Хуа осторожно поднял его ногу, вычищая воспалённые язвы от песка. Камни, по которым они бежали, сильно изрезали необожжённую кожу. И как только он бежал всё это время? Се Лянь жмурился, крепко сжимая и разжимая кулаки, но старался не издавать никаких звуков. Чёрт, да он даже не попытался отдёрнуть ногу. Эта тишина давила на нервы. Хуа хотелось, чтобы Се Лянь спорил, ругался, крыл его на чём свет стоит, но не молчал. Закончив, он осторожно перевязал раны с помощью корок и оставшихся обрезков ткани. Этого должно хватить, чтобы защитить ступни на первое время. — Я могу отдать тебе свою обувь, — предложил Хуа Чен, — тебе станет легче. Се Лянь оглядел его берцы. — Спасибо тебе, но они слишком большие для меня. Не думаю, что я смогу ходить нормально и без них. — Тогда как насчёт носков? — Думаю, это будет лучше. Хуа Чен расшнуровал свои ботинки, стаскивая их с ноющих ног. Стопы сильно опухли от жары. Только стянув с себя носки, он заметил, что они были влажными от пота, хотя ношены не более двенадцати часов. В его положении было довольно глупо смущаться этого, но он любил чувствовать себя чистым. Чуть помедлив, он всё таки передал носки Се Ляню. Но его, видимо, вовсе не волновал их запах или внешний вид. Парень молча натянул их себе на ноги. — Спасибо, Хуа Чен, — он осмотрел свои ноги, неловко поджав их под себя, — что теперь? — Эти парни нас так просто не отпустят, ты знаешь. Сейчас они должны уже подготовить машины для погони. Как ни посмотри, у них есть технологии, вода, еда и оружие. В скором времени они будут здесь. — Ты прав, — подхватил Се Лянь, — но ты говорил, что у тебя есть коммуникатор, так? Он до сих пор не работает? — Именно, — Хуа улыбнулся, — пусть они и выслеживают нас, они должны оставаться незамеченными для остального мира, поэтому глушители не выключают. А это значит... — Что им придётся выслеживать нас по-старинке. — Бинго! Се Лянь задумчиво потер переносицу. — У них есть машины, — начал он, — но мы можем пройти там, где не проедет ни один джип. — В какой-то момент они должны будут выключить глушители связи, чтобы разыскать нас. Тогда мой коммуникатор сразу подаст в штаб сигнал бедствия. Ещё и трекеры, которые я пристроил на их технике. Или мы раньше покинем радиус их действия, — Хуа Чен помнил, что по первоначальному плану миссия должна завершиться ровно через тридцать дней. Как ни крути — спрятаться в пещере и тихо ждать помощи не получится. Придётся поставить на карту всё, чтобы выбраться из этой передряги. — Значит, нам остаётся только бежать? — заговорщически улыбнулся Се Лянь. — Именно. Надеяться приходится только на собственные силы. Такая уж специфика у их работы.