Лестница

– Садись ближе. – Учитель указал на первую парту. – Так нам будет удобнее разговаривать. Михаил Сергеевич поднял глаза и с ног до головы осмотрел девушку. Да, с ростом он угадал, а тут ещё и обувь на высоком каблуке. «Чего это она так вырядилась? Не влюбилась ли в кого...» – мысль промелькнула в голове учителя и тут же скрылась за первым удобным углом. «Классному руководителю стоит лучше следить за внешним видом учеников, а то не красиво, когда кто-то в стаде белых овец выбивается.» Девочка села напротив учителя. Зелёные глаза впились в голубые. Михаил Сергеевич, заметив пристальный взгляд, улыбнулся. Хорошо, когда тебя внимательно слушают; для учителей это особенно важно. – Тебе, как и твоим одноклассникам вчера пришлось стать свидетелями падения Натальи Алексеевны. – Михаил Сергеевич посмотрел на Громову, чтобы проверить эффект, сказанных им слов. Девочка ничего не говорила. «Видимо слишком сильно переживает из-за вчерашнего. И тут я ещё, по сути совсем незнакомый ей человек, оставляю после урока, вместо того чтобы отпустить домой», – подумал учитель. – То, что я хотел сказать… тебе не стоит так сильно волноваться, Громова, потому что с Натальей Алексеевной всё будет хорошо. А слухи пройдут. Обо мне и Наталье Алексеевне тоже басни сочиняют. Так что мы все в одной лодке. – После длинного монолога Миша опять посмотрел на Громову, но она, казалось, заморозилась. Если бы не её поспешный кивок, парень точно начал бы переживать. «И что мне с ней делать…» – После звонка на перемену я посмотрел твои оценки по правоведению. – Михаил Сергеевич указал пальцем на фамилию девочки в журнале. На самом деле оценки Громовой ничем не отличались от остальных. Они у всех были высокими. – Мне как раз нужны несколько человек на олимпиаду. А ты, как я вижу, в правоведении разбираешься? – Девочка только кивнула. Её неразговорчивость уже начинала напрягать Мишу. – Поучаствуешь? – Михаил Сергеевич одарил Громову взглядом, говорящим, что этот вопрос был скорее приказом. – Олимпиада только через месяц, так что мы успеем подготовиться. И тебе это пойдёт на пользу, ведь учеба – это лучший способ отвлечься. – И она снова кивнула. Миша принял этот знак согласия. – Можешь идти. Когда дверь закрылась за спиной Громовой, Миша облегчённо вздохнул. И почему ему кажется, что он нашел себе плюс одну проблему на голову? Весь смысл был в том, чтобы отвлечь Громову и найти ещё одного человека для олимпиады – убить двух зайцев одним выстрелом. И хотя ему не очень был и нужен второй человек, так как девочка из В класса уже согласилась, от школы могли принять участие двое. «В любом случае это лучше, чем забивать голову дурными мыслями. И, может быть, она и вправду что-то понимает в праве.» Миша почувствовал гордость и удовлетворение. Готовить к олимпиаде девочек он будет вместе. Так даже лучше. А то молодой учитель с ученицей наедине после уроков… такое может вызвать нехорошие слухи. Парень взял в одну руку черный рюкзак, в другую компьютер и пошёл в учительскую заполнять журналы. Зина вышла из школы. На улице второй день подряд моросил дождь. С того самого момента Миша всегда будет у неё ассоциироваться с холодной погодой. Девочка спустилась по лестнице в школьный двор. Длинные каблуки проваливались в болото, задевали лужи. На спине болтался ранец, а на губах играла влюблённая улыбка. Обо всех заданиях и проблемах она подумает завтра. Сегодня только он, только этот загадочный Вампир. – Думаю, он боится. – Прошептала девочка. Она никак не могла понять, почему учитель заходит так издалека, почему не хочет показать свой интерес. – Может, из-за того, что он учитель, а я его ученица. – Продолжала рассуждать вслух девочка. – А может я ему не так сильно нравлюсь? – Лицо Зины скривилось. Мысли одна за другой кружили в голове. Она думала, взвешивала плюсы и минусы каждой из теорий. Полна энтузиазма, рассуждая по дороге домой, она решила остановиться на первых двух вариантах. – Ну, не могу же я ему и впрямь быть противна! – Выкрикнула Зина. Этот вариант был совершенно противоестественным. Не мог же учитель быть столь внимательным и милым, если бы Зина ему не нравилась! Улыбка растянулась до ушей. Дождь бил тяжёлыми каплями по голове девочки. Он только усиливался. Парадные туфли придётся выкинуть, и это заметит мама Зины, но никак не сама девочка. Она не видела, только мечтала и парила. Зина верила… – Хлюп! – Зина вступила в лужу, каблук провалился в болотную жижу. Девочка споткнулась и упала. И вдруг она вспомнила о том, что в четыре часа у неё занятие с репетитором по математике. Следующие несколько недель сентября проходили словно в сказке, у кого-то в хорошей, у кого-то в более напряженной, но всё равно в сказке. Дожди непрерывно шли, и Зине в тот день хорошенько досталось от мамы, но девочка постоянно отвлекала себя Вампиром и любые плохие эмоции либо мысли уходили на второй план. Чётко два раза в неделю Зина проводила со своим учителем по сорок пять минут, иногда видела в столовой или сталкивалась в учительской. Каждая случайная встреча в дни, когда у них не было правоведения, сулила хорошее настроение на весь день. Изменения в Зине заметили все, хотя она пыталась этого не показывать. Ведь Михаил Сергеевич её учитель, а значит их взаимная симпатия – секрет. Миша тоже хранил тайну, о которой он ничего не знал, как мог. Будучи дополнительно нагруженным ещё двумя классами, учитель пытался высыпаться, но безуспешно. Так что к прозвищу «Вампир в тухленьком костюмчике» пристало ещё «никогда не дремлющий». Дни летели, а работы меньше не становилось. И хотя он пообещал Громовой подготовить её и Волкову к олимпиаде, времени на это совсем не было. После двух адских недель Михаил Сергеевич обратился к заучу, чтобы хотя бы на время найти замену Наталье Алексеевне. Ему пообещали что-то предпринять. А вот что касается самой Громовой и её секрета, то учитель ничего необычного в поведении школьницы не заметил. Всегда готова к уроку, всегда в форме, говорит по-прежнему мало. Миша было понадеялся, что из-за инцидента с Натальей Алексеевной Громова станет своим человеком в одиннадцатом А и он сможет этим иногда пользоваться. Но Зина на контакт не особо шла, Мише она показалась замкнутой и неулыбчивой. «Маленькая ещё», – так окрестил её учитель. Иногда он просил её принести журнал или помочь раздать другим ученикам книги, то есть делал небольшие шажки к тому, чтобы разморозить девочку. За свои почти тридцать лет мужчина многое и многих видел, понимая, что коммуникабельность важна, если ты хочешь чего-то добиться в этой жизни. А Громова казалась умным ребёнком с неплохим потенциалом, даже в правоведении.       И вот после двух недель так называемой «сказки» дожди закончились. Неожиданно октябрь удивил солнечными днями. Школьницы спрятали штаны и снова достали юбки и сарафаны. Дни обещали быть отличными. Зина погладила и юбку, и сарафан, и несколько рубашек с кружевом возле воротника. Всё висело в шкафу и ожидало встречи с Вампиром. Жаль только туфли испортились. Но Зину это не огорчало, она точно знала, что нравится ему в любой обуви. Вампир тоже наконец оживился. Солнечные дни принесли с собой хорошие новости. Его старая знакомая, ещё с университетских времён, ушла с работы и ей срочно нужно было место. Они встретились случайно, полторы недели назад, в городе на одной из лекций о конституции, проводимой местным колледжем. Погода тогда была не очень, настроение тоже и, так вышло, что парень с девушкой просто излили души друг другу. В результате Алину взяли работать в школу номер двадцать семь. Она должна была преподавать в одиннадцатом А и В, а так как девушка ещё была не в курсе местной кухни, то олимпиаду Миша по-джентельменски взял на себя. На том и договорились. Пятого октября Михаил Сергеевич наконец-то с чувством спокойствия вышел на работу.       Ситуация в школе изменилась. Для обоих.       И вот опять седьмой урок, опять ожидание её любимого Вампира. Зина поправила короткую юбку. Она выглядит сегодня очень женственно: распущенные длинные волосы, аккуратно выглаженная рубашка, лёгкий макияж с акцентом на губах. Да, что там говорить, девушка была в себе уверенна. После увлечения Михаилом Сергеевичем и взаимными знаками с его стороны Зина начала интересоваться тем, как нужно одеваться и краситься, что считается красивым, а что нет. Подобные перемены в девочке, конечно, не остались без внимания окружающих. И если дома мама пыталась не допрашивать особо девочку, то в школе долго гадали и в конце концов решили сосватать Громову со Смирновым. Слухи слухами, Зина, думая только об учителе, не обращала внимания. А Смирнов, будучи старостой, любимчиком и мечтой многих девочек, просто поставил в голове галочку ещё и напротив Громовой. Хотя парню нравилось то, как меняется Зина, он был слишком зациклен на своей персоне, чтобы задуматься о том, есть ли в этих слухах рациональное зерно. В целом девочка пыталась избегать Смирнова, а тот, принимая её такое поведение за растущую с каждым днём симпатию, подкалывал при каждом удобном случае. – Мне нравится, как ты сегодня выглядишь. – Смирнов подошёл к парте, за которой сидела Зина. Он осмотрел одноклассницу с головы до ног. – Спасибо. – Ответила Зина, оборачивая голову в противоположную сторону. «Надеюсь, Мише понравится». – Готова к встрече с новой учительницей? – Зелёные глаза сразу же уставились на парня. – Говорят, она ничего. – Смирнов сказал об этом, как бы невзначай, чтобы проверить реакцию девушки, та побледнела. Эго школьника выросло на пару пунктов. – Но я не претендую, это ведь Вампир её в школу привёл, говорят она его старая знакомая, но знаю я, этих «старых знакомых». – Зина пыталась что-то сообразить, но, казалось, кто-то нажал на тормоз. – Так что не волнуйся, я в ней не заинтересован. – Смирнов успокаивающе погладил девочку по голове. В этот момент в класс вошли двое.