Новости
9 апреля 2020 г., 16:24
После нападения Пожирателей смерти жителям Хогсмида запретили выходить на улицы после десяти вечера. В поселение прибыли мракоборцы, был введен режим повышенной опасности. Посещение деревни учениками было упразднено.
По школе то и дело витали слухи о Темном волшебнике, собирающем армию сторонников для уничтожения магглорожденных, и о его последователях, Пожирателях смерти. Поговаривали, что у каждого приспешника на левой руке находилась особая метка с изображением черепа и выползающей из него змеи. Такую же метку обнаружили над музыкальной лавкой после убийства Маэстро.
Несмотря ни на что, все уроки проводились в штатном режиме. На совместных занятиях со Слизерином Лили больше не сидела со Снейпом. Она предпочитала компанию Джеймса. Сириус был занят МакКиннон, Ремус сидел с Питером, ну, а Александра с Северусом. Последний был каждый раз словно не в себе. Только слепой мог не заметить его убийственные взгляды в сторону Поттера, которому каждый урок любезно помогала Эванс. Снейп то багровел, то бледнел, то менял цвет в соответствии с оттенком своего зелья в котле. Как-то после одного такого душераздирающего для Слизеринца Зельеварения Слизнорт попросил Северуса и Александру «задержаться на минутку».
— Как продвигается ваша подготовка к Чемпионату? — спросил профессор у них.
— Все в норме, сэр, — ответила девушка.
— Что ж, я хочу, чтобы вы показали всем, что такое искусство Зелий! Напоминаю, что в любое время можете воспользоваться лабораторией и всеми ингредиентами в кладовой. Я также назначаю вам свободное посещение моих занятий. Вы ведь и так уже все знаете, — лукаво подмигнул Слизнорт.
— Спасибо, — поблагодарила девушка, а затем добавила, — сэр, а место проведения Чемпионата еще не известно?
— Еще нет, моя дорогая. Ясно только, что Чемпионат пройдет после Рождества в одной из восьми школ-участниц.
Девушка кивнула.
— И еще кое-что, — добавил Слизнорт, — не забудьте про Рождественский вечер Клуба Слизней.
Профессор искренне улыбнулся и, развернувшись, исчез в глубинах своего кабинета.
Александра и Северус решили пропустить обед и поработать в любезно предоставленной профессором лаборатории.
В помещении было еще несколько Чемпионов, представляющих второй и пятый курсы Хогвартса. Снейп занял место в углу, раскрыл свой знаменитый экземпляр «Расширенного курса Зельеварения» и направился в кладовую за ингредиентами. Когда он вернулся с корзинкой со змеиными клыками, аконитом, сушеными жилами веретеницы и базовой смесью трав, Александра недоуменно посмотрела на Слизеринца.
— Зачем тебе Зелье пробуждения? Оно же легкое. Давай лучше потренируемся на чем-то посложнее.
— Это для личного употребления, — сказал парень и без лишних слов принялся за дело.
Александра взглянула на учебник, лежащий рядом с котлом, и прочла инструкцию по приготовлению. Как и ожидалось, Снейп отредактировал базовую версию. По версии юного зельевара, в котел следовало добавить не две ветки аконита, а восемь. Готовить зелье следовало на двадцать минут дольше. Но больше внимание Александры привлекла крошечная надпись от руки в самом верхнем углу разворота.
— Сектумсемпра — от врагов, — прочла девушка вслух, — твое очередное творение? Что оно делает?
— Оно может отрезать длинные языки твоим гриффиндорским щенкам, — огрызнулся парень, ставя котел на огонь.
Только сейчас Долохова заметила, насколько Слизеринец был в бешенстве.
— Зачем ты так, Северус? Я понимаю твои чувства, но не стоит падать низко и отвечать на глупые…
— Понимаешь? Ты меня понимаешь?! — Снейп отвлекся от процесса и повернулся к девушке, — ты не знаешь, какого это быть… преданным.
— Я… — попыталась что-то возразить Александра, но парень ее перебил:
— Я больше не доверяю никому. Ни единой душе, — прошипел он.
Долохова не узнавала того Северуса, с которым она познакомилась в начале учебного года. Перед ней стоял совершенно другой человек. И этот человек, кажется, был готов заплакать от обиды. Девушка молчала.
— Она знала, насколько для меня важен этот чертов Чемпионат! Она обещала помочь. И что же? Дважды меня предала, — Слизеринец покачал головой, — у меня нет оснований доверять и тебе, — он кивнул на Александру.
— Я не оставлю тебя, — попыталась успокоить друга Долохова.
— Всего лишь слова, — хмыкнул Снейп и начал добавлять в котел змеиные клыки.
— Я говорю правду! — настаивала девушка.
— Если так… — Снейп перевел взгляд на Гриффиндорку, — поклянись. Дай Непреложный обет.
Он испытывающе смотрел прямо в глаза девушки. Та молчала.
— Так и знал, — скривил губы Снейп и помешал зелье.
— Хорошо! — выпалила Александра.
Вечером того же дня Долохова и Люпин сидели в гостиной Гриффиндора и работали над общим проектом по Защите от Темных искусств.
— Инферналы, как и другие порождения мрака, боятся света и тепла. Поэтому единственное оружие против них — огонь, — прочла девушка в книге с «задушевным» названием «Лицом к лицу с безликим», как вдруг у входа в башню послышались голоса.
— Я должен ее увидеть, паршивец ты мелкий!
Александра с немалым удивлением отметила, что голос ей знаком, но манера речи обладателю голоса не соответствовала вообще.
— Ты не можешь войти сюда! Ты слизеринец! — уверенно пропищал какой-то третьекурсник.
— Я староста! — воскликнул «гость».
Долохова и Люпин переглянулись.
— Я, кажется, знаю, кто там, — сказал девушка встревоженно.
— Иди, — кивнул парень, — я доделаю, немного осталось.
— Спасибо, — вздохнула Долохова и в очередной раз благодарно подумала о том, что Ремус — мировой человек.
Девушка прошла через портрет Полной Дамы и увидела Малфоя, пытающегося проникнуть внутрь.
— Здравствуй, Люциус, — поприветствовала она парня.
— Александра! Нам нужно поговорить! — воскликнул он и… улыбнулся?
— Не здесь, — спокойно ответила девушка и повела Малфоя прочь с башни Гриффиндора, — о Боже, Люциус, ты что, пьян?
Слизеринец покачивался на ногах и с большим трудом произносил слова, состоящие из более чем трех слогов. Его вечно аккуратно уложенные в хвост волосы сейчас напоминали мочалку. На глазах были мешки. Долохова еще никогда не видела Люциуса в таком состоянии.
— Выслушай м-меня, Алекс… андра…
— Что случилось? Почему ты в таком состоянии?
Девушка решила проводить парня до подземелий Слизерина, хоть и не знала точного местоположения. Она взяла его под руку и повела к движущимся лестницам.
— Чемпионат… он будет в Дурмстранге, — на ходу с трудом говорил парень.
— Вот это ирония. И для этого ты пришел сюда, напившись вдрызг?
— Т-тебе нельзя ехать, — продолжил он.
— Почему? Боишься, что я отморожу себе мозги?
Обычно Долохова не говорила с Малфоем в такой манере, но сейчас было не до манерностей.
— П-пожиратели смерти… Они будут там, — настаивал Люциус.
Девушка остановилась посередине одной из лестниц и взглянула на парня.
— А ты-то откуда знаешь?
Малфой молчал.
— Неужели ты один из них? — ахнула девушка.
— Нет! — моментально ответил парень.
Двое пошли дальше.
— Откуда тогда знаешь?
— Просто з-знаю…
— Ты… просто знаешь? — прищурилась девушка, — в любом случае… они убивают только магглорожденных. Мне ничего не угрожает.
Слизеринец и Гриффиндорка уже спустились на нижние этажи и продвигались по подземельям.
— Не только…
Девушка снова остановилась. Она засучила левый рукав парня. Рука была чиста. Александра с облегчением вздохнула.
— Обещай мне, Люциус Малфой, что не свяжешься с ними.
Парень молчал.
— Обещай! — повторила она.
Малфой еле заметно кивнул.
— Да где же это? — спросила девушка будто у воздуха.
Слизеринец и глазом не моргнул. Он шел, оперевшись на Александру и глядя куда-то вперед пустым взглядом.
— Где твои дружки, когда они в первый раз в жизни так нужны? — вздохнула девушка и продолжила поиски.
Она искала какую-нибудь статую или портрет, охраняющий вход, но в подземельях было абсолютно пусто. Лишь редкие факелы освещали путь.
Когда Александра уже было хотела сдаться, за их спинами раздался голос:
— Вот ты где, Люций…
Девушка обернулась и узнала Розье. Тот возник буквально из-за стены. Никогда она еще не была рада этому типу настолько сильно и вряд ли когда-то будет.
— А-а! С подружкой… Пардон-пардон… — ухмыльнулся Слизеринец.
— Где этот чертов вход в вашу гостиную? — спросила Долохова, запыхавшись, — мы уже полчаса тут ищем портреты…
— Мы, Слизеринцы, указателей не расставляем. Просто так не найдешь, — ухмыльнулся Розье и тихо добавил, — в отличие от некоторых.
Александра хотела что-то возразить, но отпугивать единственный шанс на спасение не хотела.
— Давай его сюда, —сказал Слизеринец, — провожу нашу красавицу до спальни.
Долохова знала, что паршивец просто самоутверждался за счет состояния Малфоя. В любой другой ситуации он бы себе такое бахвальство не позволил.
— Иди-иди, — кивнул он девушке, перехватив старосту, — или думаешь, я тебе еще и пароль раскрыть должен?
Александра была рада, наконец, свалить.
Новость о том, что придется ехать в Дурмстранг, девушку не радовала, но деваться было некуда. Она дала Непреложный обет.
Приближалось Рождество. Однако перед тем, как отправиться на каникулы по домам, участникам Клуба Слизней предстояло посетить ежегодный торжественный ужин у Слизнорта.
Стоя в черном платье в пол с открытыми плечами перед зеркалом в спальной для девочек Гриффиндора, Александра подводила глаза, как вдруг на ее плечо сел Михаил Владимирович. Девушка чуть не ткнула себе кистью в глаз. Филин начал дружелюбно тереть свою мохнатую голову о щеку девушки. Все обиды на птицу тут же улетучились.
В клюве Михаил Владимирович держал конверт. Девушка вытащила письмо и раскрыла его. Оно было от брата.
— Антонин не писал мне уже год, — сказала Долохова филину, — с чего бы вдруг?
Дорогая Александра,
Прошу прощения за то, что не писал тебе все это время. Я понимаю, что мы с тобой не так близки, как следовало бы, но надеюсь, что, несмотря на это, ты выполнишь мою просьбу.
Я давно хочу с тобой увидеться. Услышав, что ты приглашена на Рождественский вечер, я посчитал, что это идеальная возможность для тебя пробраться из замка и встретиться со мной. Пожалуйста, приходи в паб «Кабанья голова» сегодня в полночь.
Буду ждать.
Твой брат, Антонин Долохов
— Что-то тут нечисто, — кивнула Александра Михаилу Владимировичу, перечитав письмо дважды.
Изначально она подумала, что это подделка, но почерк брата узнала с первых строк. Долго размышлять времени не было. Девушка опаздывала на ужин.
Люциус ожидал у подножия башни Гриффиндора. Парень стоял в черной мантии и в начищенных до блеска черных ботинках. Его белоснежные волосы были аккуратно собраны в хвост. Лишь глаза выдавали следы усталости.
— Здравствуй, Александра.
Парень подал руку девушке, а затем, когда та вложила свою ладонь в его, коснулся губами кончиков ее пальцев. Совсем как при первой встрече.
— Я бы хотел попросить прощения за свое поведение. Мне…
— Все в порядке, Люциус, — улыбнулась девушка, — я рада тебя видеть.
— Ты бесподобна, — учтиво заметил Слизеринец и повел свою спутницу в подземелья замка.
Двое уже подходили к кабинету Слизнорта. Доносившиеся оттуда смех, музыка и громкие голоса становились громче с каждым шагом.
То ли кабинет был так построен, то ли Слизнорт применил какой-то хитрый магический трюк — во всяком случае, помещение внутри оказалось намного просторнее обычного. Стены и потолок были затянуты изумрудной, алой и золотой тканью; создавалось впечатление, будто находишься в огромном шатре. В комнате толпился народ, было душно, и все заливал красный свет вычурной золотой лампы, свисающей с потолка, в которой кружили настоящие живые феи, каждая — словно искорка яркого света. Из дальнего угла неслось громкое пение под аккомпанемент каких-то музыкальных инструментов, вроде мандолины. Эльфы-домовики с писком пробирались через чащу ног, почти незаметные под тяжелыми серебряными подносами с угощением. Можно было подумать, будто по комнате передвигаются маленькие шустрые столики.
— А-а, — раздался знакомый голос профессора, — мистер Малфой, мисс Долохова, — безумно рад, что вы нашли время и присоединились к нашему празднеству.
— Это честь, сэр, — ответил Люциус.
Среди гостей Слизнорта были не только Чемпионы, но и другие участники Клуба: Трелони, Снейп, Нотт, два малфоевских дружка — Мальсибер и Эйвери, а также младший брат Сириуса, Регулус Блэк. Самих мародёров не было и духу.
До ушей Александры донеслись звуки знакомой композиции магической группы Сумеречные охотники.
Move your body like a hairy troll
(Двигай телом как волосатый тролль)
Learning to rock and roll
(Отжигай в стиле рок-н-ролл)
Spin around like a crazy 'elf
(Кружись как сумасшедший эльф)
A' Dancin' by himself
(Танцуй сам по себе)
I boogie down like a unicorn
(Я танцую как единорог)
No stoppin' till the break of dawn
(Без остановки до самого рассвета)
— Я принесу выпить, — сказал Малфой.
— Пунш, пожалуйста, — улыбнулась Долохова.
Парень кивнул и скрылся в толпе. Мгновение спустя девушку настиг Снейп.
— Александра, — начал он.
— Да? — безразлично отозвалась Гриффиндорка.
— Прости, я… не должен был заставлять тебя приносить Обет. Я… погорячился. Прости, — промямлил Слизеринец, смотря себе под ноги.
— Это все? — спокойно спросила девушка, — если да, тогда я, пожалуй, пойду потанцую.
Отыскав в толпе одиноко стоящую Эванс и, догадавшись, что Северус вряд ли побеспокоит рыжеволосую, Александра отправилась к однокурснице.
— Привет, Лили, — поздоровалась Долохова, — замечательно выглядишь.
На Эванс было кремового цвета воздушное платье.
— Привет, Александра, ты тоже, — улыбнулась однокурсница.
— Как ты?
— Да вот, скучновато. Джеймс не смог прийти. Пришлось позвать… А вот и он, — улыбнулась девушка, когда из толпы вышел неприметный парень с совершенно обыкновенной внешностью, — Дирк Крессвелл, — представила она своего спутника, — а это Александра Долохова.
— Приятно познакомиться, — скромно улыбнулся парень.
— Взаимно.
Тем временем музыка продолжала:
Move around like a scary ghost
(Двигайся, как испуганное привидение)
Spooking himself the most
(Нагоняющее страх на само себя)
Shake your booty like a boggart in pain
(Тряси задницей, словно боггарт в агонии)
Again and again and again
(Снова, снова и снова)
— Сумеречные охотники, — в шутку закатила глаза Лили, — любимая группа Джеймса. Не понимаю, что он в них находит. Другое дело Битлз.
— Yesterday? — улыбнулась Александра.
— Ты их знаешь? — удивленно уставилась на однокурсницу Эванс.
— Кто же их не знает, — кивнул Дирк.
Тем временем к троице подошел Люциус с напитками в руках. Он молча кивнул собеседникам своей спутницы и повел Александру к своим одногруппникам. Лили и Дирк лишь сочувственно покачали головой им вслед.
Ближе к половине двенадцатого Долоховой стало невыносимо скучно, и она под предлогом плохого самочувствия покинула вечеринку.
— Я провожу, — сказал Люциус и вышел из кабинета вслед за Александрой.
По дороге парень снова извинился за свое поведение и предостерег девушку от поездки в Дурмстранг, не объяснив при этом причины. Александра же не хотела говорить ему о Непреложном обете.
Когда двое, наконец, дошли до башни, Люциус поцеловал свою спутницу в щеку и, поблагодарив ее за прекрасный вечер, поспешил вернуться в подземелья Слизерина.
Александра понимала, что у нее очень мало времени, чтобы вовремя успеть на встречу с братом, поэтому, сменив туфли на каблуке на свои охотничьи сапоги и накинув поверх платья теплую мантию, отправилась прямиком в коридор третьего этажа к статуе Одноглазой горбатой ведьмы.
Люпин как-то рассказал Долоховой, каким именно образом мародеры притащили мешки со сладостями из Сладкого королевства. Оказалось, что прямо в статуе был спрятан проход, ведущий в подвал кондитерской лавки.
Надеясь, что все правильно поняла, девушка направила палочку на ведьму и произнесла:
— Диссендиум.
Горб старухи открылся, появилось отверстие. Долохова огляделась по сторонам и забралась внутрь. Было темно, хоть глаз выколи.
— Люмос! — произнесла Александра, и холодное пламя осветило низкий и узкий земляной коридор.
С замирающим сердцем и чувством дежавю она пошла вперед. Коридор петлял словно нора гигантского кролика. Идти пришлось долго. Наконец, дорога пошла вверх, показались ступеньки, вырубленные прямо в земле. Поднявшись по ним, девушка нащупала над головой нечто похожее на люк. Медленно приоткрыв крышку, она выбралась из подземелья и опустила крышку обратно.
Применив «Алохомора» к входной двери и покинув магазин, Александра начала выискивать «Кабанью голову». За обе свои прогулки по этой деревне она ни разу не встречала заведения с подобным названием, поэтому даже не представляла, как выглядит здание.
Ночь была холодной и облачной. Свежевыпавший снег густыми сугробами лежал по обеим сторонам главной дороги деревни. На улице не было ни души: действовал комендантский час.
Внезапно девушка услышала странные животные звуки и огляделась. Звуки смолкли также внезапно, как и появились. Секунда. Вторая.
Мгновенно Александра почувствовала, как со спины на нее налетело что-то огромное и сбило с ног. Девушка больно ударилась головой о промерзшую землю. Раздался хруст. Волшебная палочка волшебницы сломалась пополам.
— Вот черт! — совсем не по-аристократически выругалась Долохова.
Она не видела напавшего, но чувствовала что он раза в три крупнее нее самой. Какое-то время спустя существо было сброшено с девушки чем-то еще, после чего Александра сумела встать на ноги. Перед ней стояла так же картина, как тогда в Запретном лесу. Ремус в своем волчьем обличии собирался перегрызть глотки Сириусу и Джеймсу в анимагических формах. Позже девушка заметила и крысу-Питера, спрятавшегося под сугробом.
Тем временем оборотень вырвался из хватки черного пса и помчал прямиком на девушку. Ей не оставалось ничего, кроме как призвать остатки плодов своих занятий по физической подготовке и уворачиваться от когтистых лап. Оборотень полоснул раз — мимо, два — мимо. На третий раз ему удалось стащить мантию девушки и отбросить ткань далеко в сторону.
Тем временем Блэк и Поттер возобновили свои попытки сдержать зверя. Питер и вовсе исчез с горизонта. Александра поняла, что надо бежать, надо найти брата. В длинном платье в пол бежать было невозможно, поэтому Долохова оторвала подол одежды до колен и побежала что было сил. Однако, как бы быстро она не уносила ноги, зверь был быстрее.
Вот он стоит прямо напротив. Желтые глаза горят пламенем в темноте.
— Ремус, это я, Александра, — тихо сказала девушка, — прошу…
На мгновение Долоховой показалось, что парень внутри звериной сущности понял сказанное, но уже в следующий момент оборотень полоснул Александру лапой по бедру и девушку откинуло на три метра вбок прямо в сугроб. Последним, что она увидела была вспышка красного света, а затем темнота.
