Никто не помнит имени слуги

Летом они нашли время выбраться в Абсбанд, город колдунов. — Что тебе вообще там нужно? — не отрывая глаз от королевского телефона, спрашивал Мерлин. Несмотря на то, что Артуру поехать в Абсбанд казалось отличной идеей, Мерлину это очень не нравилось. Когда злился, он копался в телефоне Артура и, обыкновенно, изменял его до неузнаваемости. Ещё несколько сотен лет назад на семь островов архипелага демонов вход был категорически закрыт. Обычно, когда имеют ввиду это место, говорят «Абсбанд», но правильное название этой местности «архипелаг демонов». До того, как на одном из семи островов высадился Эмрис, никто не селился здесь потому, что те были населены чудовищами и тёмными духами. Говорят, земли эти настолько кишели злом, что даже вода подле островов чернела, а Луну на небосводе обволакивал чёрный дым. Эмрису хотелось покоя, и он выбрал эти места, потому что там не водилось людей. Великий волшебник усмирил демонов, и те, повинуясь его приказам, ушли жить на Ведьмин холм — в настоящее время в комендантский час запрещено ходить близ Ведьминого холма, потому что есть возможность нападения дьявольской орды. Само же слово «Абсбанд» является названием центрального из островов, но ранее, ещё когда место это было небольшой деревней колдунов, собравшихся вокруг Эмриса, все семь островов начали называть этим словом. Оно образовано от словосочетания «абсолютный запрет», потому что раньше обычным людям было строго запрещено появляться в этом месте. Запрет был снят лишь в 1492 году, спустя тысячу лет после основания города, в ответ на снятие Артуром IV Старым запрета на магию в королевстве Альбион. Также этот король снял осаду с архипелага демонов, которая держалась на протяжении десяти лет правления его отца. Говорят, даже сам Артур четвёртый побывал в городе Абсбанд: он зачем-то искал Эмриса, но великий волшебник отказал королю в аудиенции. Для аристократии Альбиона это было настоящее унижение, удар по репутации, но король Артур ни словом, ни делом не показывал, что был чем-то оскорблён. Напротив, он продолжил действия, направленные на улучшение жизни магов, и его планы обязательно распространились бы на весь мир, но ему помешала смерть. — Мерлин, помнишь, тот случай, когда тебя задавила машина? — телохранитель заинтересованно поднял на него глаза, и Артур продолжил: — Тебя задавили вместо меня. Гаюс считает, что вроде как вокруг меня есть барьер, защищающий меня от магических атак. Я надеюсь узнать об этом побольше в городе колдунов. Только волшебники могут знать, что это за штука. Они отплыли ещё в обед из самого северного морского порта в королевстве — города Вотербери. Вотербери называли самым печальным городом Альбиона — там всегда было пасмурно, было мокро и холодно, деревянные дома и пристани давно сгнили от невозможного количества влаги. Вода была везде: она день за днём падала с неба в виде дождя, холодные воды океана омывали берега города, даже в названии его была вода. Дома были тёмными, каменными, здешнее солнце вечно закрывали хмурые тучи, город славился мощнейшей системой водоотведения. Ночную темноту прорезал одинокий свет старого маяка, и его высокий шпиль зловеще чернел на фоне неба цвета железной лазури. А днём люди, разгружающие и загружающие корабли, снующие туда-сюда и раздающие команды друг другу, под куполом серого неба выглядели как массовка для съёмок Пиратов Карибского моря. — Вы с Гаюсом ненормальные, — возмутился Мерлин. — С чего ты взял, что тебя защищает какая-то волшебная штуковина и именно она виновата в том, что меня в тот день сбила машина? — Я видел это своими глазами, — ответил Артур весьма серьёзно. — В тот миг, когда машина была готова задавить меня. Я как в замедленном кадре увидел, как она столкнулась с воздухом, желтоватой закруглённой плёнкой такой силы, что та была способна удерживать её. Какое-то время машина пыталась прорваться, а затем съехала в сторону. Я хочу узнать, что это было, потому что я порылся в своей голове и за время твоего отсутствия хорошенько всё обдумал, поняв, что это не первый раз, когда нечто подобное происходит со мной и ранит других людей вместо меня. — Хорошо. И что ты хочешь сделать с этими знаниями? — Я хочу избавиться от барьера. — Зачем? — у Мерлина было возмущённое выражение лица: брови нахмурились, губы скривились, а крылья носа яростно раздулись. — Он же защищает тебя, чем он тебе не понравился? — Мерлин, — закатил глаза Артур. — Ты мог погибнуть из-за того, что этот барьер защитил меня. Понимаешь, он спасает меня, но взамен кто-нибудь другой получит урон вместо меня. Так случалось много раз до этого случая, но именно сейчас я отчётливо видел доказательство его существования, и уверен, что мне нужно непременно покончить с этим. — Ну ты и псих, Артур, — Мерлин посмотрел на него с какой-то странной злобой, и принц не совсем понимал её причины, и затем он зло зашипел: — Тебе ни за что не избавиться от этого барьера. Артур усмехнулся так же злобно, как и Мерлин, принимая вызов: — Думаешь? — Уверен. В городе первое, что встречало посетителей, была набережная «Соколиный брег». Город Абсбанд стоял на самом большом острове — острове Дьявола, и назвали его таким эпичным именем только потому, что остальные острова архипелага демонов были в разной степени меньше. Были ещё шесть островов, и только два из них разрешено посещать туристам — Рата и Чёрный город. Остров Рата был отображением того, как готическая архитектура повлияла на общество магов, это и сейчас был среднестатистический средневековый город. Отличие его от остальных городов Европы было в том, что все фасады были ухожены, блестяще отреставрированы и выглядели, как новые. Они использовались, чинились жителями, в них кипела жизнь, и когда гуляешь по этому городу, создаётся впечатление, словно ты попал в прошлое. Естественно, в отличие от прошлого, дома эти соответствовали санитарным нормам, были оснащены канализацией и проводкой, люди жили в этих домах на достойном уровне. По сути, это был жилой квартал с маловысотной застройкой, и использование магии неимоверно облегчило уход за этими зданиями. Чёрный город был религиозным центром, здесь почти каждое здание являлось храмом. Если какое здание им не являлось, то это непременно сооружение или комплекс сооружений, построенный с целью обслуживания храма. Архитектурная традиция строительства была схожа с русской православной архитектурой: массивные резные колонны, галереи, колокольни и купола. Чёрным же он назывался, потому что все здания были чёрного цвета, и особенно туристов привлекали чёрные купола как правило луковичной формы с тонкими чёрнильными шпилями над ними. Остальные же острова либо были большой загадкой, либо обслуживающими город сельскохозяйственными угодьями. На островах, не использующихся для сельского хозяйства и добычи полезных ископаемых, густо росли леса, которые, по слухам, населяли драконы. Соколиный брег назывался так потому, что на набережной были расставлены статуи соколов, то расправляющих крылья, то внимательно наблюдающих за людьми. Набережная была выложена чёрным камнем, и чёрные птицы были расставлены в разных, композиционно закономерных местах. Птица сокол имеет какое-то символическое значение для города, но что это за значение, жители уточнять отказались. Причина была в том, что птица была как-то символически связана с величайшим магом на Земле. Есть легенда, что убитый горем Эмрис отплыл с берегов Альбиона именно в том месте, где ныне находится Вотербери. Артур мог представить, что это место раньше из себя представляло: это была серая угрюмая крепость, оборонительный форт, и берега эти омывали холодные воды океана. Отплыв от печальных берегов Вотербери, он остановился именно здесь, где стоит сейчас Соколиный брег. Тогда, полторы тысячи лет назад, это были берега, омываемые чёрной водой, и её чёрный осадок оставался в песке, чёрный песок смешивался с обычным. Магами были проведены исследования, в ходе которых выяснилось, что цвет воды был чёрным из-за тёмных духов островов — тёмные духи буквально растворялись в воде, окрашивая её в чёрный цвет. Говорят, что соколы Соколиного брега все глазами обращены на Вотербери — место, с которого всё начиналось. Город выстраивался по кольцевой системе вокруг Ведьминого холма, и первое кольцо от портов, Маммоново кольцо — здесь была обитель торговцев, ориентированных на туристов: приезжие торговцы, торговцы сувенирами, украшениями, памятными вещами и шарлатаны. Маммоново кольцо было лишь верхним уровнем, но у этого района достигла невероятного развития подземная инфраструктура. Здесь были подвальные магазины, лавки и кафешки, устроенные в цокольных этажах, а также невероятная по своим масштабам система подземных коридоров и переходов. Только знающий человек может ориентироваться в них, и если знать досконально, откуда, куда и как можно пройти, можно буквально появляться и исчезать, словно по волшебству. Нижний уровень Маммонового кольца со всеми своими подземельями, подпольными заведениями и катакомбами назывался Деймос — здесь можно было приобрести абсолютно всё, что угодно: от редких сладостей до вещей, не поддающихся воображению до тех пор, пока их не увидишь. Торговцы Деймоса специализировались на купле-продаже редких вещей, однако это были не преступники, поэтому они категорически не занимались продажей людей и наркотических вещей. Зато вот редкий алкоголь, запрещённый в ряде стран мира, вполне можно было здесь достать. — Ты здесь собрался искать информацию о барьере? — недовольно спрашивал Мерлин в одном из книжных магазинов. Они были в торговом районе города, называемом Чёртовым логовом. Это был не только жилой и густонаселённый район, но и тот округ, где было большое количество магазинов, в которых продавалась оккультная атрибутика, магическая литература, а также модная среди волшебников одежда и бижутерия. Маги были образованными людьми, в институтах магии и колдовства проводились разного рода исследования дара. У них была целая научная терминология и система получения знаний, правила научного изыскания, институты инноваций и передовых технологий. Также маги были неравнодушны к истории: у них много трудов об истории магии и её исследования, об истории Абсбанда, даже о развитии сельского хозяйства на архипелаге демонов. — А ты думаешь, что мне не стоит здесь искать? — поднял бровь Артур, вчитываясь в одну из книг. В книжных магазинах Чёртового логова было огромное количество книг о магическом и околомагическом искусстве: от серьёзных научных исследований до безумнейших теорий. Какие-то из книг продавались просто так, какие-то из них можно было приобрести только при доказательстве наличия дара, но ознакомиться с книгой мог любой. Обычно, второй вариант был для тех книг, в которых содержалась информация, которой не хотели делиться маги со своими давними врагами. Жаль только, что ознакамливаться долго не дают, продавцы следят за тем, чтобы покупатели сильно не задерживались. Все книжные лавки были похожи друг на друга так, как будто их строили по одному и тому же канону. Возможно, так оно и было, их можно было безошибочно определить среди ларьков и других магазинов, не вглядываясь в витрины. Во-первых, витринных окон в книжных магазинах маги не устанавливали, это были цветные стёкла цвета морской волны с металлическими решётками, изображающими ромбы, причём во всех книжных магазинах одно и то же. Также вне зависимости от размера магазина, всегда присутствовал прямоугольный объём, скатная крыша с черепичным покрытием, а наверху был шпиль с наконечником в виде раскрытой книги. Материалом всегда был орех, присутствовала витиеватая, сложная резьба по дереву. По сути, эти магазины отличались друг от друга только размерами и незначительными деталями. — Думаю, ты нигде не найдёшь, — буркнул Мерлин, сложив руки на груди. Артур действительно прочесал с десяток книжных магазинов, но так ничего и не нашёл. Ничего, что было бы похоже на этот странный барьер — светящуюся тёплую сферу, как будто защищающую его от всех невзгод. Но поиск в книжном магазине не был основным его планом. Он планировал разыскать ответ в Сокралиуме — округе, который делил пополам здания администрации и научные центры. Артур купил пару книг, на покупку которых не нужно было подтверждать наличие дара, и вышел. Такие книги, для покупки которых не нужно подтверждать наличие дара, обычно не содержат слишком важной, по мнению колдунов, информации. Поэтому такие книги нужно выбирать тщательно, чтобы не купить книгу с нелепыми для экспертов, но вполне правдоподобными, по мнению обывателя, теориями. Такие теории были похожи на фанатские догадки или что-то вроде того. Вот к чему, а к информации колдуны относились с невероятной тщательностью. Каждая книга была маркирована, но если информация была слишком важной, если колдуны действительно не хотят, чтобы кто-либо когда-либо узнал о чём-то, эту информацию просто не пишут. У колдунов существует табу на начертание каких-либо сакральных истин, и это было чертовски странное явление: о каком-то факте могли знать абсолютно все колдуны, но писать об этом строго-настрого запрещено. Несмотря на то, что в развивающимся по кольцевой системе городе Сокралиум выстраивался вокруг Ведьминого холма, у самого Сокралиума был свой центр — Архив города колдунов. В архив впускали только колдунов, имеющих гражданство города Абсбанда, причём подлинность документов тщательно проверялось. Колдунам выдавали пропуск, но каждый раз проверяли, не является ли тот одержимым, магической подделкой, шпионом и так далее. Этот архив содержал в себе поистине драгоценности научной мысли. В нём также хранилось несколько рукописей легендарного мага Эмриса. Естественно, хранились там только те рукописи, которые Эмрис сам жертвовал архиву, то есть это была информация, которой он счёл безопасным поделиться. У него было много других рукописей, Эмрис является крупнейшим исследователем дара за всю историю его существования, и большое количество наработок хранил в самом надёжном месте — у себя дома. Ведьмин холм стал сосредоточением тёмной силы всех семи островов архипелага демонов, и тёмные духи не позволяли пройтись там кому-то другому, кроме своего хозяина. Каким образом Эмрис подчинил себе духов, тоже остаётся загадкой, пожалуй, для всех колдунов. Учитывая всю строгость отношения колдунов к информации, некоторые книги, для покупки которых нужно подтвердить наличие дара, вполне могут оказаться в Деймосе. Единственная причина, по которой торговцы подземного города могут продавать подобного рода информацию кому попало, была в том, что власти не крышуют этот вольнолюбивый район. Свобода этого округа, естественно, является ценой жертвы — власти могут в свободном доступе обращаться к торговцам и номинальным кураторам Деймоса, когда им что-то нужно от них. Благо, если что-то необходимо приобрести там, это должно быть что-то конкретное и придётся долго искать. Одни из чудеснейших мест в Сокралиуме, в которых Артур собирался найти ответ на свои вопросы, были так называемые «интеллектуальные кафе». Здания таких кафе делилось на две части: само по себе кафе и рабочие кабинеты, и кабинетная часть была в два раза больше кафе. В кабинетах работали учёные, им предоставляли личные пространства, в которых было всё необходимое для их работы и исследований. Когда учёный уставал от работы, он мог в любое время выйти в кафетерий, заказать себе чего угодно из меню и трапезничать за одним из круглых столов, мог даже не есть, а заказать, к примеру, чашечку кофе. Взамен, любой человек, не важно, обладает он даром или нет, мог зайти в этот кафетерий, подсесть к учёному мужу и проконсультироваться, и тот обязан был консультировать. В этих «интеллектуальных кафе» обсуждались проблемы разного рода: от магических до философских, от снятия порчи и проклятий до предсказаний. Любой человек мог получить квалифицированную помощь в таких местах. Их было много, они рассыпались по всему Сокралиуму, и люди стекались в эти заведения со всего мира. Платили они только за вход, причём плата за вход и количество посетителей обеспечивали бесплатное пропитание и оснащение всем необходимым для учёных, на оплату поваров, обслуживающих данные заведения. Примечательно, что если учёный мог заказать всё, что угодно, посетитель не платил только за те блюда, за которые разрешалось не платить. Были и блюда, за заказ которых приходилось вносить отдельную плату, а готовили в этих кафе очень вкусно, люди действительно шли на то, чтобы покупать некоторые блюда. Учёным за работу в таких учреждениях не платили, вернее, плата за их консультацию выдавалась не в денежной форме: их кормили в кафетерии, в котором было недурное меню, выдавали всё необходимое для исследовательской деятельности. В общем и целом, создавалась комфортная обстановка для работы учёных, но в то же время кафе за отдельную плату занималось помощью людям, что всегда было главной целью Эмриса, стремление к которой он прививал своим ученикам, а те — своим. В «интеллектуальных кафе» работали люди добродетельные, желающие своими знаниями помочь людям, и никто насильно не сгонял их сюда. Учёные задерживались здесь на несколько месяцев, и на место каждого учёного всегда находилась замена. Примечательно, что именно учёные мужи составили идею и концепцию работы данных заведений. Со своими исследованиями и наработками, созданными в кафе, они участвовали на конференциях и сборах. Проделанная работа обсуждалась другими учёными, и если нужно и есть возможность, проводились практические эксперименты с участием студентов магических академий. Потом писалась книга и снова обсуждалась. Пока они шли до Сокралиума, Артур, будущий король Альбиона, обсуждал с Мерлином местное образование. К чему здесь относились так же серьёзно, как к информации, так это к образованию. Образование в Абсбанде считается лучшим в мире, но как не прискорбно, доступно образование Абсбанда только для граждан города. Здесь было несколько профильных магических школ и академий. Но так как до снятия запрета на въезд туристов город тысячу лет был закрыт, здесь само собой были школы и академии, обучающие детей и молодых людей ровно тому же, чему и остальных детей мира. Правда, даже в самой обычной школе изучение дара было обязательным. Были и два института — Институт изучения дара имени Эмриса на Севере Сокралиума и Государственный Институт Абсбанда на Юге, а также архив находился ровно на западе. Оба института начинают свою историю с конца десятого века, и в обоих изучение дара также было обязательно, просто ИИДЭ был профильным институтом изучения дара, оттуда и выходили все эти учёные мужи. Качество образования во многом было результатом качественной работы государственных органов. Правил государством совет из двух десятков магов, и правили они осторожно: за качеством следило не только население, но и сам Эмрис. Естественно, никто не хотел навлечь на себя его гнев, поэтому все денежные средства шли туда, куда надо. Обычно, даже места, из которых поступали средства, были логичны, пропорционально тому, куда они поступают. С налогов от интеллектуальных кафе — на образовательные нужды, с налогов, изымаемых в Чёрном городе, на уход за памятниками архитектуры, обслуживание религиозных сооружений и нужды священнослужителей. Церковь от верующих принимала только пожертвования, но с туристов брала плату за вход в сам Чёрный город и в храмы, потому что они были неверующими, и только на обращённых в веру Старой религии людях, обладающих даром, считалось богохульством зарабатывать. В некоторые храмы не впускали туристов. Сувениры внутри храма были строго запрещены, фотографировать было разрешено только разве что в часовнях или колокольнях, но не в самих храмах. К слову, сувенирные лавки запрещалось устанавливать внутри храмов, но не снаружи, и на улицах были сувенирные лавки, зарабатывающие на туристах. Здесь был удивительный денежный круговорот между администрацией и заведениями, имеющими прибыль. На крышах интеллектуальных кафе обычно устанавливали шпиль со звездой. Здесь каждое здание было помечено шпилем, кроме жилых домов и религиозных сооружений. Вернее, на куполах в Чёрном городе были шпили, но знака никакого на шпиле не было — просто кованый металлический прут, очень красивый. Здания интеллектуальных кафе тоже были стандартизированы, и вскоре Артур с Мерлином наткнулись на деревянную дверь с тёмным витражом. На двери красками для стекла были нарисованы ромбы разных оттенков синего и фиолетового. — Фиолетовый — цвет магии, — повернувшись к Артуру, отчего-то сказал Мерлин. Принц пожал плечами и толкнул дверь. Прямо напротив входа находился бар, а на подступах к нему круглые столики с мягкими стульями. За одним из них сидел старец, и Артур решил подойти к нему. Перед этим он, конечно, заплатил определённую денежку девушке, что стояла у барной стойки и контролировала процесс обязательной уплаты. Когда подошёл к старцу, он обрисовал ситуацию, и тот задумался. Мерлин неодобрительно на них смотрел. — Странное дело, — сказал ему учёный муж. — Говоришь, с рождения у тебя такое дело происходит? Артур сосредоточённо кивнул. — Обычно только проклятья преследуют человека с самого рождения, и очень редко — благодать, — серьёзно сказал ему старик и протянул к нему руки. — Дай взглянуть на тебя. Уже тогда Артур увлекался чтением книг о волшебстве и знал, что достаточно опытный волшебник может заглянуть внутрь человека и увидеть всё, чем он является. Уровень магии Эмриса — разделение души, добавление или удаление компонентов, составляющих человека на духовном, паранормальном уровне. Всё время, что держал руки у него на голове, волшебник читал Артура, пытаясь сначала выявить наличие барьера, а потом выяснить, что он из себя представляет. Всё это время Мерлин зло поглядывал на пытающегося помочь учёного. — Боже мой, — когда волшебник закончил, он неверяще уставился на Артура. — Что такое? — Этот барьер не просто защищает тебя, мальчик, — мужчина выглядел испуганным. — Похоже на то, что эта вещь внутри тебя отрицает любое магическое воздействие на тебя. — Отрицает? — поднял бровь Артур. — Я пытался осмотреть тебя изнутри, но что-то внутри тебя не позволяет мне проникнуть с помощью магии. Я так и не смог увидеть или почувствовать, что это такое, но я знаю, что оно есть — оно блокирует любое магическое вмешательство. Это не барьер, сынок, это что-то другое. — Что именно? — Я не знаю, — сокрушённо ответил волшебник. — Оно живое, внутри тебя живёт что-то, и оно было внедрено внутрь, прямо в твою душу. Оно не даёт туда проникнуть, отрицает любое магическое воздействие и при этом само является магией. Именно магия чего-то постороннего работает на отрицание любой другой магии. — Ты говоришь, оно было помещено в меня искусственно. Значит ли, что кто-то сделал это? Старик кивнул. — Тот, кто это сделал, он всё ещё жив? — Магии такого рода нужна постоянная поддержка, так что да, тот, кто это сотворил, наверняка до сих пор жив, — маг оценивающим взглядом окинул принца. — Только вот я не представляю, насколько умелым должен быть волшебник, сотворивший подобное. Проникнуть в чужую душу, внедрить в неё что-то живое, которое приживётся внутри и начнёт отрицать любое наличие дара… К тому же, нужны просто колоссальные усилия для того, чтобы поддерживать существование подобного феномена. На ум приходит только один человек, способный на такое. — Кто? — подобрался принц, и даже Мерлин рядом с ним заметно напрягся. — Эмрис. И с этих пор загадочное имя величайшего волшебника в истории стало одержимостью для юного наследника престола. Ему всегда казалось, что эта полулегендарная личность никогда его не коснётся. Верховный маг путешествовал по всему земному шару, и шанс встретить его был уникальным, почти невозможным. Но теперь оказалось, что между ними есть какая-то связь. — Но зачем он это сделал? — Я не знаю, — старик сожалеющее посмотрел на крышку стола. — Хорошо, тогда как мне избавиться от этой штуковины? — По идее, есть только два способа снятия заклятья, — маг задумчиво поводил глазами по помещению. — Либо маг сам проведёт изъятие этой живой частицы из тебя, либо он умрёт, и тогда некому будет поддерживать работу отрицания. — А может эту штуку изъять другой маг? Не… — он сглотнул, трепеща перед одним только именем, — Эмрис. — Боюсь, так же, как никто не способен на такое деяние, кроме него, никто также не сможет от него избавиться. — Где я могу найти Эмриса? — Боюсь, никто не знает, где он, — сокрушённо покачал головой старик. Когда они вышли из «интеллектуального кафе», Артур зло пинал камень, остервенело рыча. — Да что этому Эмрису вообще нужно? — на повышенных тонах спрашивал у самого себя Артур. — Кто его знает, — голосом, по которому сразу было понятно, что кому-кому, а вот Мерлину бы его проблемы, ответил телохранитель. — Надеюсь, теперь ты доволен? — Что с тобой не так, Мерлин! — всплеснул руками принц. — Судя по всему, это ты у нас здесь самый довольный! Почему ты так счастлив, что мои шансы снять барьер, или как там называется эта штука, стремятся к нулю? — Потому что эта штука помогает тебе не сдохнуть, — огрызнулся Мерлин, его голос звучал раздражённо. Артур повернулся, ткнул пальцем себе в грудь и на повышенных тонах выплюнул: — Только я не просил его об этом! — Куда мы идём, Артур? — голос Мерлина звучал так холодно, что казалось, мурашки пробегаются по коже, и Артур резко начинал усиленно следить за языком, когда Мерлин говорит с ним таким тоном. — Соколиный брег в противоположной стороне. — А мы не пойдём туда, — заупрямился Артур. — А куда тогда? Дальше Сокралиума в той стороне только… — Ведьмин холм, — закончил за него принц. — Мы идём в гости к этому Эмрису. — Ты рехнулся? Боюсь, Эмриса сейчас нет дома. — Тогда ему придётся навестить своё жилище. — Артур, уже темно, скоро в городе потушат огни, и что ты будешь делать тогда? — на повышенных тонах пытался донести простые истины до своего принца Мерлин. — Демоны сильнее всего ночью и в самый тёмный час — перед рассветом! Когда огни города погаснут, свет не сможет делать их слабее, они восстанут и сожрут любого на своём пути. — Однако легенда гласит, что Эмрис приручил всех тёмных духов архипелага демонов именно перед самым рассветом, когда они сильны необычайно. Если ты боишься, можешь просто не идти. Сам по себе Ведьмин холм был небольшим, зато высоким. От самого подножья холма и до деревянного домика, стоящего на его вершине, была проделана узкая дорожка, усеянная каменными ступенями, которыми сам Эмрис прокладывал себе путь к своему дому. Когда Великий волшебник только пришёл сюда, холм весь порос высокой травой, такой сочной и душистой, что запах её порой дурманил голову, особенно в жаркие летние дни или поздней весной. В память о любимом человеке, в связи со смертью которого он искал уединения здесь, он собственными руками, без применения волшебства, высадил на холме тысячу подсолнухов, своим золотом и жизнью напоминающие того человека. Он верил, что его любимый человек однажды возродится, и высадил здесь эти цветы, чтобы тот, однажды найдя его в этом месте, смог любоваться ими. Великий маг сделал это для него, и круглый год, и летом, и зимой, что уже не обошлось без магии, с самой крайней улицы Сокралиума можно было наблюдать горящий золотым сиянием холм. На город в действительности опускалась ночь, и Артур, стоящий у подножья холма, мог видеть чёрную точку стоящего на вершине дома, что еле освещался в свете полной Луны. Когда он смотрел на этот дом, стоя у каменных ступень, у него отчего-то сжималось сердце, как будто то одиночество и время, что навсегда застыло в этом доме, имело к нему какое-то отношение. Мерлина рядом не было, и во тьме что-то клокотало, но Артур не собирался сдаваться. Пусть Мерлин и дальше руководствуется здравым рассудком, оставляя его здесь, ему всё равно. Юный принц должен был выяснить, какое отношение к нему имеет этот гнусный Эмрис, а он точно уверен, что это живое существо, живущее у него внутри, не шутка старого волшебника, а нечто серьёзное. И если демоны охраняют его дом, это значит, что нет эффективнее метода, чем постучать в его двери. «Чёрт с ним, с этим Мерлином» — угрюмо подумал принц, ступая по каменным ступеням. На холме и вправду росли подсолнухи, Артур мог видеть их, пока поднимался. По ступеням он поднимался медленно, и не потому, что ему было страшно, ему просто было интересно, как выглядит это место — самое загадочное место в Абсбанде. Полторы тысячи лет назад здесь начиналась великая история, и когда-то давно это место выглядело по-другому. Всё было по-другому, и не было сзади большого города, не было здесь ни одной живой души — только неприкаянные тёмные духи. И когда-то здесь не было ступеней, а Эмрис ещё не был Великим магом — по разным оценкам Эмрису тогда было двадцать с лишним лет. Артуру казалось, что даже здешняя земля хранит время и одиночество Великого волшебника. Дул прохладный ветер, и тот колыхал море из подсолнухов. Если оглядеться вокруг, можно заметить, что лунный свет скачет по лепесткам, и подсолнухи, укрывающие весь холм, становятся похожи на жёлтое море, и лепестки были похожи на волны, безмятежно бьющиеся друг о друга, создавая приятный шелестящий звук. Было тихо и спокойно, однако Артур знал, что среди этих подсолнухов прячутся гнусные демоны, охраняющие дом на вершине холма. Казалось, что под каждым подсолнухом скрывается демон. Артур чувствовал их, как человек чувствует каждый взгляд во враждебно настроенной толпе. Кожа его покрылась мурашками, а спина напряглась. Это место было похоже на кладбище, и всего на минуту Артур подумал, а что, если на самом деле Эмрис мёртв? Что, если не было никакого тысячелетнего волшебника, а большая часть из того, что о нём известно, лишь красивая легенда, связанная с домом на холме? Предположим, волшебник по имени Эмрис действительно существовал когда-то давно. Он был искусен, прекрасно знал своё дело, и первые жители этого города были его учениками, но время пришло, и «великий волшебник» умер, а это место — огромное кладбище, хранящее секрет его смерти. Ученики его могли сочинить легенду о том, что легендарный волшебник и основатель Абсбанда оставил на время свой дом, и до сих пор иногда приходит сюда. А может, его никто не хоронил, и демоны охраняют этот дом, чтобы никто не увидел скелет того, кого все зовут Величайшим волшебником на Земле? Но было неопровержимое доказательство того, что Эмрис существует. То существо, живущее внутри Артура. То, что защищает его и отрицает всё магическое. Одно из тех чудес, что мог сотворить только легендарный волшебник. За спиной послышалось чавканье и хлюпанье, как будто кто-то пробирается по отвратительно-вязкой жиже, и Артур имел неосторожность обернуться. Ночь стояла непроглядная, но сквозь эту темень он видел пугающий чёрный силуэт. На самом деле, он не мог сказать, что именно напугало его так сильно, эти существа просто внушали ему ужас, доисторический страх, в котором они были рождены. Они не были ни зубастыми чудищами, ни ошмётками плоти, в общем, ничем из того, что могло бы напугать своим видом. Бесформенные чёрные твари, имеющие весьма неопределённый внешний вид. Но они смотрели на него своими живыми, пугающими глазами, от них чувствовалась жажда плоти, крови и чужого страха — в них читалось намерение его сожрать, и Артур чётко осознавал — они могут это сделать. Пожрать его здесь, обглодать его плоть, выпить кровь, и оставить ужасающе белый, никому ненужный скелет здесь, на ступенях, окружённых тонкой зелёной травой и обдуваемых свежим ветром так спокойно, что эта безмятежность безлюдного места внушала ужас. Он обернулся, чтобы бежать, но было уже поздно — демоны окружили его со всех сторон, и их рты с кривыми зубами растянулись в кровожадной усмешке. — Прочь! — закричал Артур и махнул рукой. Демона разделило на две части там, где рука принца прошлась по нему полосою, и Артур использовал этот шанс, чтобы пробежать ещё на несколько ступеней вперёд. Он бежал и расталкивал демонов, как мог, а те кусали его за руки, за ноги, пытаясь урвать хоть кусочек его тела. На одной из ступеней он споткнулся и упал на торчащие каменные рёбра, и демоны тут же накинулись на беззащитную жертву. «Почему отрицание не работает?» — думал Артур, и от паники и страха руки его тряслись, пока он пытался встать и отмахнуть от себя гогочущих демонов. Все демоны Ведьминого холма восстали, и тихий звон подсолнухов заглушил дьявольский гогот со всех сторон, как будто они глумились над своей слабой, маленькой жертвой, у которой не то, чтобы были шансы убежать от них. Артур пытался закрыть уши руками, чтобы только не слышать воя дьявольских созданий, но этот шум, похоже, застрял у него в голове, и проигрывался снова и снова, как магнитофон, настроенный на одну и ту же сводящую с ума мелодию. Артуру ещё никогда не было так страшно. Неожиданно прямо над его головой пронёсся поток воздуха, и боль, разносящаяся по телу каждый раз, когда эти жуткие создания щипали его кожу своими кривыми зубами, стала значительно меньше. Он поднял испуганные глаза и увидел Мерлина. В его руках был длинный деревянный посох, на конце которого висели всякие непонятные шарики, перья и фенечки. — Быстро в дом! — скомандовал Мерлин, протягивая ему руку. Не ясно, что это был за посох, но тёмные духи уступали ему дорогу и исчезали, стоило посоху их коснуться. Когда они добрались до старого домика, Артур выбрался вперёд и стал стучать. Естественно, никого внутри не было, никто не мог услышать стук. — Чёрт возьми, откройся! — прошипел Мерлин, глядя на дверь, и та открылась, словно повинуясь приказу. Артур повернулся, чтобы взглянуть на друга, а потом тот забежал внутрь, но Артур остался, чтобы посмотреть на бойню с высоты Ведьминого холма. Весь горизонт забило чёрным дымом, которым являлись эти странные тёмные духи. Луна освещала землю, но на телах этих духов не было видно света, он как будто бесследно пропадал у них внутри, словно падал в бездну чернее ночи. — Прости меня, Мерлин, — виновато произнёс Артур, когда закрыл за собой дверь. Друг схватил его за плечи и только спросил: — Ты не ранен? Артур ничего не ответил, сосредоточившись на том, чтобы увидеть его лицо. Здесь было темно, и Мерлин, который тоже не мог видеть в темноте дома, осторожно водил по его лицу и рукам, чтобы понять степень его повреждений. — Чёрт возьми, тебя чуть не сожрали демоны! Затем Мерлин, бросив на пол посох, который Артур видел в первый раз в жизни, просто крепко обнял его. Артур не знал, на счёт чего больше всего сожалел: на счёт того, что не послушал друга, или того, что серьёзно предполагал, что Мерлин мог малодушно его бросить. Он на повышенных тонах обвинял его в трусости, хотя и прекрасно знал, что Мерлин никогда не был трусом. Но и слепое бесстрашие было не для него. У Артура подкосились ноги, и они оба медленно опустились на пол, причём принц до сих пор грелся в его объятьях. Месяц был июнь, но ночи в Абсбанде были холодны, причём чем ближе к Ведьминому холму, тем холоднее становилось. Артур положил голову ему на плечо, устроился поудобнее в тёплых объятьях, и уже никакие демоны за дверью были неважны. * * * Утром, когда солнце уже было высоко, только что проснувшийся Артур всё ещё был в объятьях Мерлина — друг привалился спиной к стене и вроде как всё ещё спал. Принц сначала долгое время рассматривал спящее лицо своего слуги, детально запоминая, как его длинные ресницы подсвечивались солнцем, как белый свет падал на его лицо и шею. Солнце запуталось в его волосах, и Артур зарылся носом в чёрные завитки, целуя его виски, макушку. Когда Мерлин проснулся, те места на радужке его обычно синих глаз, на которые попадал свет, окрасились в чуть зеленоватый — цвет морской волны. В такие моменты, просто любуясь им, Артур понимал, почему все служанки так помешаны на Мерлине. Если так подумать, то и сам Артур тоже в последние несколько лет был помешан на нём, но в отличие от служанок ему Мерлин был родным. — Ты здесь, — сказал Мерлин, и взгляд его был теплее, чем тогда, когда он просил его не идти на Ведьмин холм, но всё также строг. — Теперь ты доволен? Артур обернулся, чтобы в свете дня посмотреть, что из себя представляет жилище Великого волшебника. В этой комнате стоял большой деревянный стол, а на нём разнообразные пробирки и ёмкости, причём сразу было видно, что одни уже давно пылятся в музеях, а другие ещё несколько сот лет назад не существовали: на одном столе были обычные стеклянные пробирки и резные кувшины с толстым пузом и длинным, узким горлом. Рядом с этим простым на вид столом было кресло искусной работы, обитое дорогой зелёной тканью, необычной формы, из тёмного дерева. И если это кресло как будто вышло из эпохи рококо, то в углу стоял металлический сундук, украшенный ковкой в форме скандинавского орнамента, и вот уже он был как будто вывезен из какого-нибудь средневекового замка. Рядом с сундуком стоял стул, а на нём висел кафтан, который сейчас можно было видеть только на маскарадах, а рядом с ним валялись старые истоптанные галоши, похоже, соответствующие времени выцветшего синего кафтана. В общем, по комнате, освещённой солнечным светом, валившим из полутораметровых вширь окон, валялось ещё много таких вещей. Одни были из одной эпохи, другие — из другой, и все были перемешаны в этой комнате в один причудливый интерьер. — Поверить не могу, что Эмрис такой неряха, — изрёк Артур. — Эй! — Эй? — принц поднял бровь. — Не… не оскорбляй его образ жизни, — возмутился Мерлин, а потом нашёл должным объяснить: — Ты пробрался в его дом и называешь теперь неряхой. Кто ты тогда? Грабитель? Форточник?! —Форточник? — принц усмехнулся, потому что это было забавно. Он снова повернулся, чтобы взглянуть на комнату. Больше всего впечатлял шкаф. Век изготовления этого шкафа Артур визуально определил, как двадцатый, но в нём было много потрёпанных корешков. Были толстые, не очень, и некоторые из обложек, как предполагал Артур, сделаны были вручную самим Эмрисом. Он не все книги издавал, но намного больше книг, чем сейчас напечатаны, хранятся в каком-то виде, и волшебник мог самостоятельно изготавливать для них обложки. Здесь также хранились неаккуратно склеенные папочки, наверняка являющиеся его рукописями. И у Артура крутило в животе от того, насколько драгоценное сокровище они могут пощупать, просто встав и подойдя к этому шкафу. Принц более, чем уверен, что маги всё бы отдали, лишь бы прикоснуться хотя бы к малой части этой коллекции, а они с Мерлином могут просто сидеть и лицезреть, возможно, одно из величайших сокровищ человечества. Однако стоит им подойти и прочесть, наверняка ни один из них не поймёт, что это значит. — Пойдём отсюда, Мерлин. — Ты даже не будешь осквернять его жилище? — поднимаясь, спрашивал Мерлин. — Меня не должно было здесь быть, — пожал плечами принц. — Я пришёл для того, чтобы найти его, но Эмриса здесь нет. — Он был здесь, — неожиданно заявил Мерлин, и на недоумённый взгляд собеседника ответил: — Тогда, когда открылась дверь. Только он открыл её, и никто другой. Когда они шли вниз по каменным ступеням, Артур смотрел по сторонам. Всё было тихо, и золотое море подсолнухов переливалось в свете солнца. — Почему демоны не преследуют нас? — спросил принц, держа Мерлина за руку. Держать его за руку и любоваться пейзажем, греться на солнышке, было так спокойно и легко, словно не было той страшной ночи с полчищем демонов. — Может, Эмрис хочет, чтобы мы спокойно ушли отсюда? — продолжал Артур. Теперь это место не было похоже на кладбище. Это был словно бы уютный рай для двоих — место, в котором можно было отрешиться от проблем и от мира. Артур так и представлял, так и видел, как Эмрис сидит на ступенях около своего дома и смотрит в золотую даль. Его седые волосы обдувает лёгким ветерком, старые одеяния легонько трепещут, а сам он смотрит в золотую даль и тихо вздыхает, сложив морщинистые руки на коленях. В воображении принца его сухие,. обветренные губы чуть приоткрывались,и он щурил глаза, глядя на яркое солнце, восставшее над Ведьминым холмом. Такой живой и тёплый Великий волшебник — вот, каким он был в его голове. — Говорят, Эмрис высадил эти цветы для того, чтобы однажды его любимый человек возродился и увидел золотой холм с домом на его вершине, — заговорил Артур. — Дом, в котором этот человек всегда найдёт приют. Я не знаю, возродился тот человек, ради которого Эмрис сделал это, или нет, видел он это, и понравилось ли ему, но знаешь. Я никогда не видел ничего прекраснее и трогательнее, чем это. Он повернулся к Мерлину и застыл от неожиданности: по щекам старого друга текли слёзы.