Никто не помнит имени слуги

У Артура было всего две пары с утра, и из-за того сна он постоянно чувствовал дискомфорт. Честно говоря, в том сне он действительно чувствовал себя мёртвым, и только знание о том, что он живёт и учится в Камелоте напоминало ему о том, что он всё равно жив. То, что он проснулся, успокоило его на какое-то время, но затем он подумал, а что, если всё с точностью до наоборот. Тот мир, в котором он мёртв, является настоящим, тем, что произошло на самом деле, а тот, где он живёт, учится, где у него есть замечательный бойфренд со странными тайнами, лишь иллюзия, сон, выдумка отчаянной души, не желающей умирать. Всего лишь иллюзия, самообман. Что если и город колдунов, и архипелаг демонов, затянутый в кокон ауры тёмных духов, только его выдумка, а сам он погиб, наверно, в том же Вотербери, с которым подозрительно много чего связано? Предположим, он жил в Вотербери, а рядом с его городом были безлюдные берега с попорченной экологией, и он хотел бы, чтобы эта проблема исчезла, но решить её самостоятельно не мог. Он вообще много чего хотел, но его мнение, вполне возможно, никому не было интересно. Поэтому он вообразил себя наследным принцем — человеком, который может своим авторитетом и властью влиять на подобного рода проблемы, и в его иллюзорном мире эта проблема уже решена Эмрисом. В том сне только образ Эмриса был странным и нечитаемым, значит, в его выдуманном мире есть этот человек и он находится в его окружении. Проблема, конечно, в том, что он никогда не встречал никого со странным именем Эмрис. Может быть такое, что он живёт под другим именем, но в рамках данной теории, какой толк давать Эмрису другое имя? Возможно, он является центральным ядром его сновидений, великий и чудесный непостижимый волшебник. Он где-то есть и о нём все знают, но он не хочет показываться на глаза, он как будто растворился в мире, и является самой загадочной личностью его маленькой вселенной. И возможно, если он разгадает личность этого человека, система рухнет, Артур поймёт, что сам себя запутал, и, наконец, опустит руки, точнее, покончит со всем этим, завершит собственную историю. Эмрис из сна был полностью уверен, что разговаривает с призраком, и оплакивал его так, как будто Артур был дорогим для него человеком. Есть легенда, что Эмрис высадил сотни подсолнухов на Ведьмином холме, потому что те напоминали ему любимого человека, который умер, но однажды должен возродиться. Так может ли Артур со своим золотыми волосами, напоминающими солнечные цветы, быть тем самым человеком? То чудо, которое заставило его увидеть этот сон, верно, от того произошло, что подобное не может продолжаться вечно — однажды даже отчаяние Артура должно отпустить его измученную душу. — Мерлин, ты же много знаешь о волшебстве и сверхъестественных штуках, — на «сверхъестественных штуках» парень поднял чёрную кустистую бровку. — Что ты думаешь о призраках? Они сидели в кафе неподалёку от университета. Был обеденный перерыв, который обычно наступал после второй пары и длился около часа. У Мерлина после этого перерыва должно быть ещё две пары, а Артур вот был свободен на весь день. — Призраков не существует, — легко пожал плечами волшебный архивариус. — Что? Мерлин сказал это так легко и просто, как будто это само собой разумеется, что призраков не существует. Он был полностью уверен, и своей уверенностью нещадно разбивал идиотские теории Артура, только недавно провозгласившего себя мёртвым. — Мёртвые могут частично влиять на этот мир, — он задумчиво тянул из трубочки банановый шейк. — Отчаянные души могут оставлять после себя разного рода магические следы. Разнообразные проклятья, заклятья, последняя воля, феномен присутствия, — он внимательно посмотрел на Артура и, поняв, что тому не очень известно о последнем, пояснил: — Это когда в помещении неожиданно гаснет свет, тухнут фонари, с божьей помощью работает вай-фай, из ниоткуда возникает сквозняк, отключается отопление… Но видеться людям отчаянные души не могут. Иначе тогда каждого из нас мстительные духи свели бы с ума. — Есть об этом какая-нибудь литература? — Есть, — спокойно качнул головой Мерлин. — Ещё в ранний период своей деятельности Эмрис провёл определённые исследования, изучение принципиальной возможности существования призраков. Ему понадобилось много времени, он выискивал и работал с людьми, которые утверждали, что в их доме поселился призрак и тому подобное. Им было выяснено, что мёртвые души — это всего лишь мёртвые души, заставить их принять облик, что имели прежде их тела, может только магия — волшебство или чудо. И из них только волшебство пагубно отражается на призванной душе. — Что толкнуло его на такие исследования? — начиная что-то подозревать, спросил Артур. — Он нигде не указывал причины, — пожал плечами Мерлин. — Вполне возможно, что они были записаны в его исследовательских дневниках, но общественности достались только отредактированные тексты. Все его исследовательские дневники под надёжной защитой его дома. — Может ли быть так, что он сделал это, потому что видел меня? На самом деле видел. Мерлин мягко улыбнулся: — Всё может быть. — Ты переводил эту книгу? — Ещё до меня её издавали, переводили и толковали большое количество раз, так что нет, не приходилось. Не было смысла. Это небольшая тонкая книжка, труд, на самом деле, не такой обширный, но он ставит точку. Призраков не существует в природе. Только волшебство и только чудо. Причём и то, и другое не без причины: волшебство применяют люди, чтобы использовать души в своих целях, чудо применяют боги, чтобы направить человека или массу людей. После того, как они пообедали, Мерлин отправился на пары, а Артур решил проехаться до Государственной Камелотской библиотеки. Эта библиотека была построена Артуром вторым Смелым, и это были времена, когда Абсбанд был только на пути своего становления одним из самых развитых государств земного шара. Возможно, тогда не был ещё построен даже архив города колдунов, но библиотека уже стояла. Старее неё была только библиотека в Тинтагельском замке, которая была построена сыном Артура первого Великого, и в отличие от неё, сложной и запутанной в планировке, Камелотская библиотека была намного проще, богаче и больше. Всё-таки, сюда стекались все сколько-нибудь важные знания Альбиона. История этого здания насчитывает больше десятка веков, и за всю свою историю в здании не происходило никаких происшествий — здесь не случалось пожаров или случаев намеренной порчи книг вандалами. Полагают, один священник освятил когда-то это здание, и с тех пор оно вечно находится под защитой Господней. В любом случае, благодаря удивительной везучести самого здания это место превратилось в настоящий музей, в котором до наших дней сохранилось множество старинных книг, рукописей, описей и свитков, а также писем, договоров, пактов и приговоров. Здесь была система просмотра каталогов книг, имеющихся в библиотеке. В эту систему можно было войти с библиотечного компьютера, нужен лишь код для входа, который у каждого читателя свой и написан на читательском билете. Читательские билеты были разного достоинства, и с какими-то читательскими билетами можно было пройти к каким-нибудь огороженным полкам, с какими-то — нет. Артур пришёл сюда, чтобы, во-первых, найти какие-то упоминания «феномена Мерлина», как он назвал этот случай, в других источниках. Сохранились ли ещё какие заметки об этом Мерлине в других источниках, и если да, то есть ли там описание внешности этого человека, потому что сами короли по имени Артур, понятное дело, не стали бы описывать внешность этого человека. Зачем описывать внешность человека, которого и без того видишь каждый день? Артуру было это важно. Не то, чтобы он подозревал Мерлина в чём-то плохом и искал тому подтверждения, просто нечто настолько странное, как «феномен Мерлина», происходящий со всеми королями по имени Артур, теперь коснулся его самого. И потому, что его это тоже касалось, он хотел выяснить всё и разобраться с этим делом. Он подозревал, что проблемы Мерлина исходят именно отсюда, и, располагая полной информацией о том, что происходит вокруг, он надеялся однажды быть тем, кто сможет защитить его. Защитить Мерлина от него же самого, защитить от тех магов, что без конца охотятся за ним. Защитить от тех, кто заставил беззлобного Мерлина обращаться с огнестрельным и холодным оружием. Естественно, охватить все письменные источники временных периодов правления этих королей было невозможно за один день, и Артур решил действовать в два или три захода. Сначала он решил взяться за время тех королей, времена которых были ближе. Возможно, устаревший вариант языка своей страны он поймёт, но иностранных — вряд ли, здесь нужен такой знаток языков, как Мерлин. Начал он с Артура Четвёртого, дневники которого прочитать он не успел. Артура Четвёртого назвали «Старым», потому что из всех королей с этим именем он единственный дожил до пожилых лет — умер самый деятельный король Альбиона в восемьдесят два года, но до жути любил путешествовать один, без сопровождения, в крестьянском прикиде. С именем этого короля связано окончание эпохи Средних веков для Альбиона. Событие, положившее конец целой эпохи — подписание указа о снятии запрета на магию на всей территории королевства Альбион, а также его колоний, от 1492 года. Это был первый радикальный, очень смелый законопроект юного короля — ему был всего двадцать один год. Итак, родился Артур Четвёртый 15 июля 1471 года, и случилось это в замке Тинтагель. Времена тогда были не очень. Только вот буквально недавно закончилась очередная гражданская война, и тут выясняется, что королева родила ребёнка. Король счастлив, но страну восстанавливать надо. Миром правит католицизм, у которого всегда был определённый зуб на уже тогда сложившееся магическое сообщество. В те времена было невозможно, чтобы появился наследник престола, не обладающий набожностью, ибо её прививали с самого детства. Принц с малых лет должен был молиться по нескольку раз в день, а также участвовать в церковных мероприятиях. Город Абсбанд в те времена уже стоял, застройка Чёрного города уже шла полным ходом, колдуны успешно освоили ведение сельского хозяйства с помощью волшебства. С помощью флота Альбиона католической церковью было предпринято несколько крестовых походов против колдунов, но особых успехов они не достигли — всё-таки, на стороне Абсбанда была магия. Когда король Эдвард четвёртый решил основательно взяться за это дело, он не нашёл ничего лучше, чем связаться с обществом тёмных магов, которые как раз очень удобно были против законов Абсбанда и Верховного мага Эмриса в частности. Это сотрудничество было выгодно обеим сторонам: со стороны тёмных магов удваивалось число воинов, со стороны Альбиона появлялся доступ к магии — тёмные маги владели достаточными знаниями, а также приёмами обхода заклинаний. Дружба с тёмными магами, естественно, не приносит ничего хорошего, и, продержав осаду города около восьми лет, Король Эдвард скончался вследствие предательства со стороны тёмных магов, в какой-то момент решив соскочить с совместной затеи ввиду истощения всяких сил и материальных средств. Всё-таки, какими бы магами они ни были, тёмными магами или магами Абсбанда, все они ненавидели род Пендрагонов, и маги отомстили, когда Пендрагон этого не ждал. Когда Артуру было девятнадцать лет, он взошёл на престол. Естественно, осада Абсбанда среди прочего тоже пала на юные плечи, и теперь не было помощи тёмных магов, однако Артур не сдался. И вот никому до сих пор непонятно, что его натолкнуло на радикальный мир с магами Абсбанда. Кто-то даже осмелился предположить, что короля заколдовали, но потом у идеи мира с магами нашлось логичное объяснение — всем уже надоела эта бессмысленная война. У Альбиона, ещё до бессмысленных походов пережившего годы лишений из-за гражданских войн, естественно, что после безуспешного штурма и без того весьма скудные средства истощились, совершенно не дав результатов. — А вот эти записи нужны вам? — спросил работник библиотеки, отважившийся помочь ему. — О, да, конечно. Ему попались на глаза записи людей, которые участвовали в осаде Абсбанда в тот день, когда на поле битвы появился Эмрис. В тот день вода была спокойна, стоял полный штиль, погода была ясной. И в этот погожий день над кораблями стала ползти большая тень. Люди подняли головы, посмотрели наверх, а там, высоко в небе, распустил крылья огромный золотой дракон. Зрелище повергло в шок всех без исключения, ход дракона был тяжёл и величественен, он ворвался в самый обычный день, как победитель. Только стоило дракону пролететь над городом (в это время осаждающие смотрели на него с открытыми ртами), волшебники восстали, своими силами отогнали захватчиков так, как будто только и ждали этого знака, и это была последняя битва войск Альбиона с войском города колдунов. Артур внимательно вычитывал в письмах и заметках людей того времени, ища хоть что-то о том, был ли на том драконе наездник. И кто-то действительно утверждал, что видел на нём человека, однако разглядеть его не удавалось. Причины того, почему Артур Старый заключил мир с магами, вполне могут быть ясны, но настоящей загадкой было отношение Эмриса к королю Альбиона, заключившему с ним Вотерберийский мирный договор. В отличие от других магов, Эмрис не питал никакой ненависти к роду Пендрагонов. Он был похож на обезличенного человека, модель идеального хранителя города колдунов, защитника, владыки. Мало того, что никто не знает, как он выглядит, никто не знает, есть ли рядом с ним кто-то, кто поддерживал бы его на всём протяжении долгого правления — жена, дети, внуки. Единственные, кто помогал ему править, были маги городского совета, но была ли у Эмриса семья? Всем известно только то, что Эмрис сделал что-то, потом ещё что-то, и его личность терялась в деяниях, которые он совершил. По его поступкам и взаимодействию с другими государствами можно увидеть, что Великий маг относился нейтрально ко всему окружающему: он не питал ненависти к чему-либо, но также не спешил бороться за мир во всём мире; богатство, деньги и власть его не привлекали; у него не было слабостей, не было рычагов давления на него. Идеальный правитель, не личность, а механизм. Однако Эмрис наотрез отказывался встречаться с королём Альбиона — на подписании договора присутствовали все двадцать старейшин города Абсбанд, но сам Эмрис не явился. Через какое-то время после улаживания мирного договора Артур Старый один, без свиты, явился в город колдунов и попросил аудиенции у Верховного мага, но тот решительно отказал ему соответствующим личным обращением. Высшие круги общества Альбиона относились к этому, как к крайне возмутительному поведению, но Артур Старый продолжал работу в сторону улучшения жизни магов внутри королевства Альбион, поэтому остаётся неясно, что он думал на этот счёт. Сам король никогда не высказывался по этому поводу, и если где-то и есть записи, выражающие его мнение, то только в его личных дневниках, оставшихся в замке Тинтагель. Любопытно узнать также, что Эмрис думал об этом. Были случаи, когда Великий маг лично являлся к главам государств и обсуждал с ними какие-то вопросы. Единственное, на чём настаивал Эмрис, это чтобы встреча была без посторонних. Однако с королём Альбиона он отказался встретиться. За всё его правление это был первый случай проявления личной, необъективной неприязни к кому-либо, такое человеческое пренебрежение. В том, чтобы избегать короля, снявшего осаду с Абсбанда и принявшего закон об облегчении жизни магов, выказывая ему своё такое человеческое и личное презрение, не было никакого смысла, ничего, что выглядело бы логично и обоснованно, как всё, что Великий волшебник делал во имя всеобщего блага. Любое его действие было совершено исключительно с позиции правителя государство, что искренне заботится о его благополучии, и вдруг что-то, что выделяется на фоне таких правильных и в то же время бездушных деяний. Конечно, было ещё кое-что, беспощадно выдающее в Эмрисе личность. Живое существо внутри Артура, что отрицает любое волшебство, стена, которую может частично пробить разве что само чудо. Это полностью его инициатива, его личное решение, никак не связанное с благом для города колдунов и всеобщего будущего. К сожалению, ничего больше Артур так и не нашёл. Всё дела, дела, споры с Папой Римским, осуждение странного отношения короля к магам и к Эмрису в частности, но ничего, связанного со слугой по имени Мерлин, как будто этот король оказался единственным, кто был им обделён. Конечно, Артур не успел добраться до личных дневников Артура четвёртого, но на сто процентов он уверен, что и у него был такой слуга. То, что здесь нет записей об этом, говорит лишь о том, что окружающие не замечали ничего странного. Жаль, что он не мог поднять записи слуг, потому что ту систему служения, которая ныне существовала при дворе, во времена Артура Старого не существовало — её ввёл его сын, Эдвард пятый Безумный. Сейчас все записи, что остаются после смерти слуги, отправляют в Тинтагельский архив, но тогда никто и не думал о том, чтобы сохранять записи прислуги. Только в правление Эдварда пятого слуги стали кем-то особенным, за кем нужен уход. Люди, которых нужно обучать, и личную информацию которых нужно сохранять. И вот если бы у него были записи прислуги, он мог бы вычерпать оттуда дополнительную информацию о слуге, которого звали Мерлин. Несмотря ни на что, Артур всё ещё хотел проконсультироваться с преподавателем насчёт курсовой работы, поэтому ему необходимо было быть в университете к трём часам дня. Пока он пробирался через дорожки в университетском дворике, сквозь коридоры в самом кампусе к аудитории, где должен был встретиться с преподавателем. Он не смотрел, куда идёт, и столкнулся в коридоре с каким-то незнакомым ему парнем. Они взаимно извинились, и каждый пошёл своей дорогой. Когда Артур почти дошёл до заворота, он понял, что идёт несколько не туда, и повернулся, чтобы пройти в другом направлении. В коридоре было полно людей, и даже окружённый этим галдежом он слышал, как то нечто, что живёт внутри него, тревожно шепчет что-то, сворачивается клубком, как ёж, завидевший опасность. Артур нахмурился и не послушал, а в следующее мгновение окно разбилось, а из него вылетел нож. С большой скоростью лезвие вонзилось в того парня, с которым он случайно столкнулся в коридоре, вошло в грудь его по самую рукоять. У Артура все внутренности сковало льдом, люди застыли в коллективном шоке, парень с высоты собственного роста упал на хладный пол. Его смерть была моментальной. * * * Обычно, такие серьёзные организации, как Камелотский Государственный Университет, оформляют специальный договор с отделом службы поддержки полиции Абсбанда. Договор подразумевает, что если на территории университета произошло убийство, и полиция или университетское руководство полагает, что в убийстве замешана магия, при наличии договора можно вызвать экспертов службы поддержки. Это работает, как страховка, оплачивается ежегодно организацией, заключившей договор со службой поддержки. Крупнейшие организации со всего мира имеют такой договор на руках. Комиссия приезжает и осматривает место преступления на признаки применения магии, и если при осмотре обнаружены эти самые признаки, полиция Абсбанда берёт это дело в свои руки. Они ходят со специальными приборами, и обычно после применения магии остаётся осадок, магический след. У каждого мага магический след индивидуален, это как отпечаток пальца. Если полиция Абсбанда берётся за расследование этого дела, они берут какую-нибудь вещь, на которой остался магический след, и отправляют её в свою лабораторию на анализы. Каждый магический след они записывают в виде кода, отдельные элементы которого образовываются от индивидуальных свойств следа, и заносят его в базу данных. Если маг с таким магическим следом ранее фигурировал в уголовном деле, его личность тут же станет известна следствию. — Вряд ли этот след, конечно, будет обнаружен в нашей базе данных, — сказал эксперт, человек за тридцать, с безразличными синими глазами, чёрными короткими волосами и шрамом, рассекающим тонкие губы. Ректор обеспокоенно подобрался: — Почему Вы так считаете? — Убийство было совершено демонстративно, преступник не стал как-то маскировать убийство с помощью магии под обычное убийство или несчастный случай. Скорее всего, убийца уверен, что его магического следа нет в нашей базе данных. — Как Вы думаете, что это за убийство-то такое? — ректор был напуган, в университете отменили занятия, но вокруг всё равно было полно людей, наблюдающих за всем этим. — Зачем кто-то решился на подобное? Нож не просто основательно вошёл в грудную клетку парня, он был ядовит. В процессе осмотра тела была вскрыта его одежда, и на груди его в непосредственном месте проникновения и вокруг него были синие пятна, как будто нечто оставило гематомы на теле погибшего. Эксперт уже объяснил, что это следствие действия заклинания — клинок поражает поверхность, и если он касается чего-то живого, происходит реакция, магический остаток, в большом количестве содержащийся в клинке, заражает кровь, действует в качестве яда. Это заклинание неумолимо — даже если маг промахнётся, лезвие его не убьёт, зато это сделает яд. — Мы считаем, что это Вен, — ответил его напарник, мужчина с короткими коричневыми волосами и тёплыми зелёными глазами. — Считаете?! Несмотря на то, что мир магов и всё, что с ним связано, покрыто мраком, всем было известно, что такое «Вен». Похожее на слово «вендетта», его значение несколько отличается. Если «вендетта» — месть по принципу «око за око», подразумевающая справедливое воздаяние, то «Вен» — месть, не обязанная быть справедливой. У Вен есть свои принципы исполнения. Вен используют только в том случае, когда преступником была отнята жизнь. Обычно мститель приходит и объявляет преступнику правило, по которому он будет мстить, и лишь потом исполняет сказанное. В качестве мести за одну смерть может быть убит один человек, а может — несколько. Эта месть не справедливая, а демонстративная. Тем не менее, Вен не подразумевает большое разнообразие способов убийства. Конечно, в лучших традициях колдунов принципы исполнения Вен схожи с ритуалом. — Уверены на все сто процентов, — пояснил эксперт, мягко улыбнувшись. — Здесь есть все признаки. Убийство было совершено демонстративно, на глазах у большого количества людей. Грудь жертвы проткнули настигающим лезвием прямо там, где бьётся её сердце — традиционный вариант исполнения Вен. — Значит, у убийцы был зуб на Джонатана? — Исключено, — покачал головой эксперт. — Вен характеризуется прежде всего большим психологическим давлением, и всегда подразумевает, чтобы тот, кому мстят, видел убийство. Тот, кому мстит маг, видел это убийство, без всякого сомнения. Также тот, кому мстят, должен знать и правило, которым пользуется мститель. Поэтому нам важно допросить всех, кто наблюдал сцену убийства. Они заговорили о формальностях, и Артур абстрагировался от разговора, но продолжал стоять на том же месте и думать о том, что по непонятным ему причинам этого парня убили из-за него. Его убили просто из-за того, что он случайно столкнулся с Артуром в коридоре, и отныне любой, кто просто попадётся Артуру на глаза, может стать жертвой. Артур почувствовал себя чумным, проклятым, и каждого встречного частично касается его проклятье, которое не проявляется на нём пока что, и из всех проклятых он умрёт последним. Этот паренёк по имени Джонатан Лостер не был виноват ни в чём, но и Артур ничего не сделал. То, что сказала ведьма, было абсолютным бредом — он видел её в первый раз в жизни, что уж говорить о том, чтобы предать её такой мучительной смерти. Она мстит ему за то, чего он не совершал, убивая тех, кто тоже ничего не сделал. Это было совершенно не справедливо и больше похоже на маразм. * * * После того, как рассказал экспертам из службы поддержки всё, что знал, он ушёл, оставив экспертов весьма озадаченными. На самом деле, он не хотел ничего рассказывать, но если не служба поддержки, то неужели он сам возьмётся искать ведьму? А найти её было необходимо, чтобы она не убила ещё кого-то из тех, кого обещала. Когда он вернулся в комнату в общежитии, на маленькой общажной кухне, которую они с Мерлином делили пополам, кто-то разговаривал. Трудно представить в этой кухне кого-то, кроме него и Мерлина, но он явно с кем-то разговаривал. — Тебе не нужно было сюда приезжать, — говорил Мерлин кому-то. — Но я беспокоился за тебя, Мастер, — в этом голосе он узнал Джона, друга Мерлина и хорошего знакомого самого Артура. — Как только я узнал, что Вен случилась в стенах этого университета, я тут же примчался сюда. — И зря, со мной бы ничего не случилось. Более того, я даже уверен, что на этот раз я здесь не при чём. Не стоит беспокоиться, что кто-то пришёл за мной. — Ты не был там, когда было совершено убийство? — голос Морганы звучал так, как будто она продумывала стратегию. Мерлин не очень хорошо ладил с Морганой. Вернее, она все силы свои и женские чары разнообразные бросила на то, чтобы поладить с ним, но он сопротивлялся также изо всех сил. Но когда случалось что-то тревожное, они объединялись, как в этом случае. Иногда, правда, были редкие ситуации, когда Мерлин приходил к Моргане плакаться — она была единственной женщиной из того огромного количества тех, кто готов был принять его с распростёртыми объятьями, кому он жаловался на жизнь. Лишь несколько людей, включая Артура и Гаюса, могли видеть его злым, обеспокоенным, обиженным, оскорблённым, переживающим, и Моргана была одна из тех людей. Как ни странно. А Джон был его хорошим другом, и он иногда приезжал к ним в гости, в квартиру, в которой иногда жили Мерлин с Артуром вместе. Не ясно, кто он, как они с Мерлином встретились, Джон предпочитал не говорить принцу что-то личное, он был таким же человеком-загадкой, какими был Мерлин. Однако Джон был неплохим собеседником не только Мерлину, но и Артуру, вдобавок ко всему, имея близкие отношения с его слугой, не покушался на него. Их отношения были похожи на отношения отца, которым выступал Мерлин, и ребёнка, которым был Джон с его восхищением, с которым он всегда смотрел на него. И у Джона почему-то была привычка называть его «Мастер» или «Учитель». Оба всегда говорили Артуру, что это просто шутка, поэтому он никогда серьёзно не задумывался над природой этой странности. В конце концов, было много чего ещё, над чем уж точно нужно было задуматься! — Нет, я даже тела не видел. Это точно не я, потому что если это точно Вен, она должна была хорошо рассчитать появление цели. — Что ты имеешь ввиду, когда говоришь «если это точно Вен»? — заговорщически спросила Моргана, и Артур почти видел, как она выстрелила в него глазами. — Я не видел тело! — раздражённо отозвался Мерлин, и Артур, в свою очередь, видел, как тот опалил её яростью взгляда. — Я его видел, — отозвался Джон. — У меня есть материалы… Мастер, я уверен, что это Вен. Эксперты из службы поддержки уверены, что это Вен. Мор? — Как ты можешь обращаться ко мне так, слизняк? — прошипела она, как кошка. Артур не выдавал своего присутствия, и на кухне воцарилась тишина. Зная всех троих достаточно хорошо, принц понимал, что Мерлин с Джоном, проигнорировав её возмущение, просто выжидающе уставились на неё с такими выражениями лица, как будто сидели в постапокалиптическом бункере. — Ну ладно! — она, похоже, взмахнула руками. — Да, я тоже уверена. Я видела этот чёртов труп. Это Вен, Мерлин. И надеюсь, одним трупом всё закончится. «Не закончится» — подумал Артур с замиранием сердца. — Почему, если кого-то убивают волшебным способом, это обязательно должно касаться либо меня, либо Артура? — буркнул Мерлин. — Чуть стоит случиться чему-то, так вы сразу налетаете, как стервятники, и начинаете щебетать над ухом об осторожности и о том, как вы, вашу мать, позаботитесь обо мне. — Подумай сам, личность должна быть действительно выдающейся, если ненависть к ней побуждает кого-то к столь жестокому и по-своему отчаянному методу насилия, — промурлыкала девушка. — Само собой, это кто-то из вас. — О какой ненависти ты говоришь, Моргана? — скучающим тоном ответил Мерлин. — Для того, чтобы решиться на такое, достаточно и просто съехать с катушек. — И... — замялся Джон, зардевшись, — Мы с Морганой и вправду готовы защитить Вас, Мастер. — Пф, — фыркнул Мерлин — То же мне, спасители — девчонка, до сих пор пребывающая в счастливых днях детства, и мой глупый ученик.