Никто не помнит имени слуги

Утро они провели в маленьком деревянном домике Мерлина на холме. Артур проснулся первым — его поздравило с добрым утром только яркое солнце за окном. Узкая кровать стояла под самым распахнутым окошком, которое круглый год было открыто — Артур понял это, потому что на кровати было много пуха и случайно залетевших в комнату жёлтый лепестков, когда они ложились спать, решив переночевать здесь. На улице подул свежий ветерок, неся с собой запах сочных трав и миллионов жёлтых цветов, а солнце грело, но Артур предпочёл спрятать глаза от навязчивого света, уткнувшись лицом в шею спящего рядом с ним Мерлина. Кожа возлюбленного была тёплой, Артур вдохнул родной запах и зажмурился от удовольствия. Если подумать, раньше, в прошлых жизнях, он не мог даже подумать о том, что когда-нибудь они смогут просто лежать вместе в одной кровати. И так радостно было осознавать, что в пятой своей жизни он очень часто это делал! Когда Мерлин проснулся, Артур, положивший голову ему на грудь, уже рассматривал дом, подмечая всё больше и больше деталей. Раньше он относился к интерьеру домика, как к чему-то, что принадлежало другому человеку. Затем он свыкся с мыслью, что это был дом именно Мерлина. Но только сейчас он стал думать о нём в более масштабном смысле: как о доме, в котором Мерлин все эти годы переживал печали и предавался одиночеству. Если присмотреться к бардаку, можно было сразу угадать в нём жилище человека, которого мучило помешательство. И неожиданно это причинило Артуру боль, ведь даже если он знал, что в данный момент с Мерлином всё в порядке, это не отменяло все те годы, которые Великий волшебник топил в исследованиях свою печаль. Только что проснувшийся Мерлин, видимо, разглядел острый укол в его глазах и сказал ему: — Не надо с такой жалостью смотреть на мой дом. — Я просто подумал… — пробормотал Артур, но Мерлин со смешком перебил его, роясь в его волосах: — Я знаю, что ты подумал. Вот и говорю, что не надо меня жалеть. Удивительно, как Мерлин быстро и чётко понимал ход его мыслей. Хотя, если подумать действительно хорошо, то нонсенса здесь не было — Мерлину приходилось наблюдать за всеми пятью копиями Артура, ему ли не знать, что у него на душе? И хоть Артур вспомнил все те годы, что был рядом с волшебником, сам он вряд ли мог похвастаться теми же успехами, ибо тот ни разу не показался ему во всей той полноте, что было тогда, на озере, перетянутом льдом. Они ещё какое-то время повалялись на кровати Мерлина с прохудившимся матрасом, и Артур даже заключил, что домик-то уютный, но только когда рядом с ним хозяин этого дома. По-другому он выглядел, как логово старого волшебника, оставшегося наедине со своим горем. Когда же они уходили, Артур в последний раз посмотрел на кованую шкатулку с письмами, которую Мерлин поставил на небольшой деревянный столик, когда решил, что принц достаточно насмотрелся. Мерлин тоже заметил, что Артур как будто прощается с собственными письмами, и засмеялся, потянув его за руку. Не успели они выйти за дверь, как в лицо подул свежий ветер, наполненный ароматом жёлтых цветов, один из лепестков которых взвился и легко пощекотал Артуру нос. * * * Когда они уже шли к своей комнате в общежитии, Мерлин очень оптимистично заявил: — Ну всё, брось мои злоключения здесь, пора учиться! — Я тут подумал, — начал Артур, — ведь вся наука настоящего строится на достижениях прошлых эпох, верно? — К чему ты клонишь? — подозрительно сузил глаза Мерлин. — Всё, что мы изучаем в школах и университетах, является знаниями прошедших столетий. А если я уже прожил несколько жизней, в течение которых также занимался обучением, значит, я и без того достаточно образован! Мерлин скептически посмотрел на него, когда понял, к чему тот клонит. Этот засранец нашёл себе причину, по которой можно не тратить время на обучение в университете и вставать на пары рано утром. — Артур, — он говорил с ним, как со слегка спятившим человеком, — хочу напомнить, что последняя эпоха, в которую ты жил, это Средневековье. Когда они добрались до своей комнаты в общежитии, оба остолбенели, ибо прямо под их дверьми лежали двое мужчин, одетых в строгие костюмы. По-видимому, без сознания. Они переглянулись, и Мерлин осторожно присел к одному из несчастных. — Похоже, они из полиции Абсбанда, — заключил волшебник. Артур тоже подошёл ближе. — Почему ты так думаешь? — Ну, как минимум у одного из них из кармана торчит значок, — он двумя пальцами вытащил вещицу и продемонстрировал принцу, после чего положил туда, откуда взял. — Только вот кто бы мог их вырубить? — А тебе не интересно, что они здесь делают? — принц нахмурил брови, глядя на представителей полиции волшебников с неодобрением. — Нетрудно догадаться, что они здесь делают — они пришли за тобой, — пожал плечами Великий волшебник и поднялся с колен. — Скорее всего, в ходе следствия они выяснили, что ты являешься объектом действия Вен, и решили взять тебя под охрану, но тебя не оказалось дома. Они решили подождать, когда ты вернёшься, потому что это — наиболее вероятное место твоего пребывания. Он ножкой изящно отодвинул тела полицейских в сторону и осторожно толкнул дверь. Та сразу поддалась, хотя волшебник точно помнил, что закрывал её на ключ. Это могло значить только то, что тот, кто вырубил полицейских, сделал это с целью проникнуть в их комнату. «Зачем?» — недоумевал Мерлин. Вслух же он сказал: — Тебе нужно хорошо понимать, что на самом деле значит «взять под охрану» в понимании волшебной полиции. Это значит, что тебя посадят за решётку и будут караулить, пока не окончится расследование. Учитывая, что ведьма должна была убить меня в твоём присутствии, тебе бы долго пришлось сидеть в полицейском участке Абсбанда. — Жестоко, — заметил Артур и вместе с ним прошёл в комнату. — Ага! — прикрикнул зашедший первым Мерлин на кого-то, и в комнате сразу послышался ответный грохот. — Какого чёрта ты копаешься в моих вещах? Зашедший следом Артур поднял бровь, увидев, как Моргана, которую волшебник застал врасплох своим неожиданным появлением, пытается сделать вид, будто случайно зашла в комнату. Оглушив полицейских и порывшись в вещах Великого волшебника, просто зашла их навестить, конечно. Теперь и на неё он неизбежно смотрел через призму воспоминаний о былом. Однако несмотря на то, что она стала причиной его первой смерти, у них с Мерлином было разное отношение к ней: Мерлин ненавидел её, а Артур относился к ней больше как к искалеченной душе. Однако ему было радостно видеть растерянность на её лице и детские попытки скрыть следы недостойных действий, потому что он сравнивал эту Моргану с той холодной и запутавшейся в себе ведьмой, оценивая её эволюцию. — В-вы же уехали к матушке в Тинтагель! — взвизгнула принцесса, попятившись. — А ты думала мы на каникулы туда приехали? — сквозь зубы прошипел Великий волшебник. — Это не хорошо, тебя ждёт разбирательство за то, что ты вырубила волшебных полицейских, — разумно рассудил Артур. — Я не… — Что ты разыскиваешь в моих ящиках, ведьма? — Мерлин презрительно наморщил нос, а Артур нахмурил брови. — Не разговаривай так с принцессой. Мерлин повернул к нему голову и удивлённо уставился на него. Только принц и его волшебник могли верно угадать смысл этого взгляда, в то время как Моргана не догадывалась о том, почему привычная реплика Артура вызвала у Мерлина волну удивления. На самом же деле Великий волшебник был удивлён, что после всех тех злых деяний, которые совершила ведьма во время его первой жизни, принц не стал относиться к ней по-другому. Мерлин уже вообразил, что на месте Артура он бы был ужасно зол на сестрёнку. При этом не подозревая, насколько доброе на самом деле его собственное сердце. Волшебник цокнул, достал из сумки некую книжонку и потряс ей у неё перед носом. Это оказался тот самый зловещий блокнот Мерлина, полный непонятных символов на незнакомом Артуру языке. — Ты не это ищешь? Она открыла рот, как будто собиралась сказать «Как ты догадался?», но захлопнула его прежде, чем с её губ успел слететь хоть звук. Между тем, глаза её были круглые и блестящие, как у кошки, которая прямо перед собой увидела добычу. Артур же поднял брови, сложив руки на груди, ведь даже тому, кто и раньше, и сейчас не то, чтобы догадывался о содержании блокнота, было ясно, что тот представляет собой некую ценность, поэтому Великий волшебник вряд ли будет оставлять её в общежитии, когда её легко можно взять с собой. Тем более, общежитие опасно не только тем, что туда может пробраться Моргана, но и тем, что голодные и обездоленные студенты порой не видят границ, забредая в чужие комнаты. Страшное дело творится в Камелотском университете, и важный блокнот самого Великого волшебника и чудесного правителя Абсбанда оставлять не стоит, хоть нашедший и посчитает его максимум за сатаниста. — Зачем ей понадобился твой блокнот? — недоумевал Артур, который был уверен, что Моргана могла бы узнать что-нибудь о его магических делах, если бы хорошо попросила, потому что на самом деле волшебник не относился к ней так плохо, как показывал. — Он… — Ни с места! — вдруг закричали за их спинами. — Господин Оливер, Вы должны пройти с нами. Артур медленно повернулся, угрожающе глядя на очнувшихся полицейских. — Это что, арест? — спросил он холодным голосом. У Артура всё внутри похолодело от мысли, что его хотели бы посадить за решётку и сказать, что это просто меры предосторожности. Между тем в сердцах полицейских тоже всё похолодело — они не ожидали, что пацан так быстро догадается, что конкретно они хотят сделать. Обычно это была беспроигрышная схема, в которой они говорят, что нацелены на исключительно добродетельные цели, а потом сажают на привязь, точно собаку. Всё, что не доставляет им проблем во время расследования, идёт на благо справедливости. Таковы были принципы волшебной полиции. — Ни в коем случае! — Так, — вмешался Мерлин, сложив руки на груди и строго посмотрев на них. — Кто вам сказал, что вы можете ворваться и забрать его отсюда? — Наше высшее начальство, мальчик, — усмехнулся полицейский, снисходительно глядя на Великого волшебника. — Вам придётся пойти с нами, Оливер. — А что, если я позвоню вашему «высшему начальству»? — вздёрнул бровь волшебник. — Что за бред ты несёшь? — осёкся один из полицейских, в то время как второй сразу прикрикнул на своего напарника: — Какого чёрта, давай просто повяжем белобрысого и свалим. Похоже, им надоело стоять посреди комнаты и просить позволить им увести Артура туда, где они будут морить его голодом и заставлять спать на холодном полу. Полицейские уже поняли, что все присутствующие хорошо понимали скрытое значение «взятия под охрану». Это значило только то, что сейчас время немедленно нападать! — Моргана, ну-ка продемонстрируй, как ты умеешь вырубать волшебных полицейский, — строго произнёс Мерлин, опасаясь, что те начнут действовать. — Что? — ведьма растерялась. — Ты уверен, что хочешь, чтобы я это сделала? — Говорил бы я это, если бы не хотел? — Мерлин нахмурился, начиная раздражаться. — Что ты тупишь? Хочешь, чтобы твоего брата забрали в волшебную тюрьму? Словосочетание «волшебная тюрьма» хоть и звучало нелепо, но, вылетая из уст того, кто знает, о чём говорит, каждое слово наполнялось тревогой и тяжестью беззакония, поселившегося в самой основе идеалогии справедливости Абсбанда. Однако ведьма возразила: — Но здесь же Артур! — А ты хочешь, чтобы его здесь не было?! Моргана в конце концов цокнула и произнесла пару слов, подняв руки. Снопы света сорвались с её дрожащих ладоней и сбили полицейских, отбросив к стенам. Из соседней комнаты сразу послышались возмущённые крики о том, что соседи шумят средь бела дня, мешают отсыпаться перед парами. Принцессе же было не до этого, она встревожено обернулась на Артура, который, к её удивлению, стоял с таким лицом, как будто ничего не произошло. Она склонила голову на бок и недоумённо спросила: — Ты ничего не хочешь сказать? — А? — Артур точно ото сна очнулся. — Ах, да. Чудеса! Казалось, девушка постепенно впадала в ярость. По крайней мере, она никогда ещё так грубо не говорила с Мерлином, как тогда, когда резко повернулась к нему и спросила: — Подлец, это ты рассказал ему о том, что я обладаю даром? — И не только ты, — невозмутимо ответил Мерлин, доставая из кармана телефон. Девушка же в поисках ответа повернулась к брату с немым вопросом «Так что же это всё значит?». Артур неловко прокашлялся и с каменным лицом ответил: — Некий Великий волшебник открыл мне пару своих тайн. — И… и сколько ты знаешь? — Всё, — просто ответил Артур. — Мор, давай об этом потом поговорим? Тем временем Мерлин действительно кому-то позвонил. Артур поднял бровь, ведь действительно думал, что волшебник кинул спонтанную угрозу, однако тот на полном серьёзе начал с кем-то говорить. — Что твои люди делают под нашей дверью? — спрашивал он весьма грозно. — Да вы что, сговорились с Морганой? Почему вы все считаете, что мы уехали в Тинтагель на всю оставшуюся жизнь, и поэтому можно рыться в моих ящиках и караулить мои двери, надеясь, что за это вам ничего не будет? Казалось, что он хочет узнать у собеседника, что его люди делают под его дверьми, это было логичным. Но этот вопрос был ловушкой, потому что следующим он сказал: — По телефону я не хочу с тобой это обсуждать, — впрочем, потом он сказал: — Да я знаю, что ты не рылся в моих ящиках! Ты ошиваешься в Камелоте, раз крысишь под меня? Хорошо, ты не крысишь под меня, убедил. Да, я был груб. Просто приезжай, ладно? Только тогда он положил трубку, и Артур спросил: — Кому ты звонил? — Высшему начальству, — скривился Мерлин. Через какое-то время перед их дверьми появился Джон. Обстановка не располагала дружелюбием, поэтому на его неуверенном лице задёргался уголок рта. Артур стоял с совершенно безразличным лицом, сложив руки на груди. Моргана смотрела на всех подозрительно. Волшебные полицейские лежали в куче подле стенки. И самым недружелюбным среди них был Мерлин, стоящий посреди комнаты. Побегав немного глазами по помещению, он оценил для себя обстановку, а затем очень неуверенно произнёс: — Учитель? У Морганы, которая пристально за ним наблюдала, дёрнулась бровь. — Что? — вскинулась ведьма, и на Джона, в отличие от Мерлина, она смотрела с нескрываемой яростью. — Ты тоже что-то рассказал Артуру? Ты тоже знаешь о том, что здесь происходит?! Чёрт возьми, все мужчины что ли… — О чём ты, Моргана? — холодно прервал её Джон, чуть прищурившись. — Я проанализировал ситуацию и пришёл к выводу, что, если я здесь, Его Высочество обо всём знает. — О чём? — нахмурился Артур, забеспокоившись, что медленно перестаёт понимать, что конкретно они о нём думают. Джон же торжественно улыбнулся и похлопал в ладоши, пристально глядя на него. — Поздравляю, Ваше Высочество! — громко сказал Джон. — Мой учитель снизошёл до того, чтобы поговорить с Вами. Признаться, я не думал, что доживу до этого момента. — Заткнись, — безразлично ответил Великий волшебник. — Мой учитель? — Артур повернулся к нему с вопросом. — Я стар, — пожал плечами Мерлин и закатил глаза, как будто ему показалось, что Артур так и не уяснил это за несколько дней переосмысления. — Джон тоже волшебник, Артур. И он — последний мой ученик, больше никого не осталось. — Я так полагаю, Джон тоже «стар»? — спросил Артур подозрительно косясь на Джона. — О, нет-нет, — тот улыбнулся, помахав руками. — Я выгляжу на свой настоящий возраст. Это вот учитель с сюрпризом, а я-то нормальный. — Сам ты с сюрпризом, — обиженно буркнул Мерлин, отвернувшись. — Лучше скажи, как ты можешь посылать своих людей под дверь твоего учителя? — Учитель, — Джон обратился к нему так, как будто собрался внимать к его разуму. — Все мы знаем, что Его Высочество — потенциальная жертва Вен. Это доказано служащими волшебной полиции. Я не мог закрыть на это глаза. — С Артуром бы ничего не случилось, пока я рядом. — О, правда? — улыбнулся Джон несколько иронично. — Именно поэтому Гаюс меня расспрашивал, реально ли вылечиться от яда Настигающего лезвия? — Что? — вставила уже Моргана, начавшая на всех с подозрением поглядывать. — Я всего лишь хочу защитить своего учителя, — только и сказал Джон, чуть наклонив голову. — А ты почему рылась в моих ящиках? — Мерлин с осуждением уставился на Моргану. Девушка же бесстыже заявила: — Ты знаешь, что я искала, ты уже сказал это. — Зачем тебе нужен его блокнот? — недоумевал Артур. — Настолько, чтобы пробраться в комнату, пока нас нет. — А ты думаешь, только бедняга начальник Волшебной полиции расследует это дело? — вздёрнула бровь сестра. — Уважаемый Великий волшебник тоже ведёт своё расследование. Только ни тот, ни другой не хочет мне ничего рассказывать. Пользуясь тем, что вас с Мерлином не было в Камелоте, я решила пробраться, чтобы найти эту информацию. — Как наивно, — фыркнул Мерлин и посмотрел на неё осуждающе. Артур же, в свою очередь, посмотрел осуждающе на Мерлина, и тот вскинулся с вопросом, что это он на него пялится. Принц вскинул бровь, ничего не говоря, но им обоим не нужны были слова, чтобы общаться друг с другом, так что, пока Джон с Морганой смотрели на них с недоумением, Мерлин понял всё сразу и закатил глаза. Он подошёл к столу, что стоял у окна в их комнате и хлопнул своей записной книжкой о крышку стола, как бы говоря, что он и его секреты нынче сдаются. Моргана тут же заинтересованно подобралась к столу, Артур прошёл спокойно и со всем достоинством, а Джон тихонько вытащил своих подчинённых за дверь, чтобы не подслушали. На самом деле, Артур не был поначалу так уверен в том, что Джон и есть глава Волшебной полиции, но он убедился в этом, когда Моргана именно так его и назвала. Это объясняло, почему он так оперативно узнал о беспорядках в университете и оказался в эпицентре трагедии очень вовремя. «Интересно, а она имеет гражданство города Абсбанд?» — подумал Артур, глядя на то, как Мерлин раскрывает блокнот. Мерлин открыл одну из страниц, которая была на удивление толстой, прямо свёрток — её сложили пополам и скрепили печатью, какой скрепляли раньше письма. Он нахмурил брови, развёл в стороны указательный и средний палец каждой руки, соединил кончики пальцев, а затем повернул каждую руку в разные стороны, как будто открывал замок. Что-то внутри него отреагировало на эти действия, глаза полыхнули золотом и печать сорвалась. Артур наблюдал за ним неотрывно, потому что ранее он не имел права наблюдать за тем, как его слуга колдует. Теперь ему разрешено это делать, и действительно, смотреть на это было крайне волнительно и в новинку — у него в груди сердце трепетало с непривычки, и за наблюдениями он даже не заметил, как подошёл Джон. Мерлин же отодвинул блокнот на край стола, отпихивая любопытных наблюдателей, и развернул свиток. Тот был куда более впечатляющих размеров, чем казался на первый взгляд, ибо стола не хватило для того, чтобы удержать огромный лист, сложенный во много раз. Единственной причиной, что удерживала его в блокноте, Артур видел магию, потому-то по-другому это могло сделать обыкновенно тонкую книжку непомерно толстой. Содержащаяся в ней информация состояла из имён, преимущественно женских. Артур поднял бровь, на что Мерлин пояснил: — Со второй твоей жизни я уже немного разобрался в том, как работает перерождение, и понял, что многие из тех волшебников, с которыми ты встречался когда-либо, могли бы хотеть тебе насолить. Поэтому я стал записывать список твоих врагов, всех до единого. Рядом с именем я давал краткую характеристику, чтобы потом можно было опознать. Да будет тебе известно, что магический след, индивидуальный для всех, также содержит информацию о характере магии человека. Если внимательно изучить след, эту информацию можно извлечь, но этого не делают обычно, потому что, во-первых, информации мало, а во-вторых, процесс очень трудоёмкий. Этой информации мало для определения преступника. Но если у тебя есть имя и краткое представление о магии злоумышленника, это кардинально меняет дело! — Ты хочешь сказать, что знаешь, кто это? — поразилась Моргана. — Был бы от этого толк, — пробурчал Мерлин в ответ. — Знание о её личности не поможет её изловить. — Да скажи уже, кто это! — Ведьма по имени Карен, — он ткнул пальцем в текст, где было как раз это имя. — Её след идеально подходит под описание, составленное мной много лет назад. — И… за что она мне мстит? — неуверенно спросил Артур, вперив свой взгляд в это имя. Мерлин только грустно улыбнулся, намекая на то, что на самом деле ему не хотелось бы знать, за что она мстит ему. Углядев эту улыбку на его лице, он снова будто окунулся в те времена, когда пытался выпытать у него его секреты, и по спине прошёлся холодок. Однако эта ситуация немного отличается от прежней: ранее Мерлин скрывал и недоговаривал только потому, что боялся презрения с его стороны, но теперь он явно всего лишь не хочет говорить неприятные вещи. Хотя какие могут быть неприятные вещи, если он уже вспомнил свои прошлые жизни. Ведьма мстит ему за былое, значит, он должен помнить причину. Однако Мерлин был прав, что, даже если они знают имя нападавшей, это неожиданно дало не так много. Лишь Джон сказал, что напряжёт всю волшебную полицию, чтобы те поискали ведьму, соответствующую описанию Мерлина. Сам Великий волшебник продолжал быть уверенным в том, что, если из всех её целей остался только он, то ничего страшного, если он побудет приманкой для него. Естественно, когда Джон хотел приставить к нему пару волшебных полицейских, чтобы те смогли схватить её вовремя, Мерлин сказал, что сам способен схватить ведьму и выгнал Моргану с Джоном за дверь. С собой в университет Артур протащил и книги о магии, которые купил в Абсбанде по советам Великого волшебника. Вечером, когда все пары закончились, они с Мерлином удобно устроились в тёплой кровати и открыли одну из них. Артур просто читал книгу под светом ночной лампы, а Мерлин сидел рядом, облокотившись на него. Порой он проваливался в дрёму, посапывая на его плече, но иногда принц легонько будил его, чтобы задать вопрос по прочитанному. Дело было даже не только в том, что в его распоряжении был Великий волшебник, но и в том, что он просто хотел поговорить об этом. Он чувствовал облегчение и радость, разговаривая с ним на темы, что ранее были запретны. — Здесь говорится о том, что во время полнолуния волшебные силы бунтуют в магах, — сказал Артур клюющему носом Мерлину. — Но я никогда не замечал такого за тобой. Сонный, а потому чрезвычайно ласковый Мерлин с улыбкой поцеловал его в щёку. — Я так сильно боялся, что когда-нибудь ты узнаешь о магии, — ответил он, прижавшись к нему в объятии. — Мой самоконтроль достиг такого уровня, что ничего не может на меня повлиять. — Сегодня полнолуние, — Артур мягко взял его за руку. — Может, сходим, прогуляемся? — Хочешь увидеть, как на меня подействует Луна? — усмехнулся Мерлин, сжав его руку в ответ. — Тебе уже не нужно больше сдерживаться, — Артур фактически подтвердил его слова, внимательно глядя в синие глаза. — Мне нечего больше бояться, — уверенно ответил Мерлин, и по телу принца прошла дрожь от того, как круто он выглядел в этот момент. Мерлин, отбросивший все свои сомнения, был прекрасен. В итоге они вышли на улицу, и Артур, если честно, не мог узнать ночной Камелот. В прошлом город был освещён только тусклым светом фонарей, а улицы были безлюдны в столь поздний час. Но сейчас всё вокруг пылает разноцветными огнями, рекламы пестрят на небоскрёбах, а народу просто тьма: какие-то студенты прогуливаются в сторону баров, машины стояли в диких пробках, полицейские следят за общественным порядком. Раньше Артур и представить не мог, чтобы ночь была прекраснее дня, утопая в разноцветных огнях, и тысячи людей скитались по сияющим улицам. Из-за того, что в последние несколько дней он был поглощён своими воспоминаниями, он всё, что было неотъемлемой частью его жизни, переживал заново. Раньше он никогда не находил в этом ничего особенного, но сейчас это казалось таким невероятным, что один вид сияющего Камелота, который он всегда так сильно любил, заставлял его сердце биться чаще. И лучший человек, с которым он мог пережить этот миг, Мерлин. — Луны даже не видно, — разочарованно произнёс Артур, держась за руку. Мерлин лишь фыркнул и укусил принца за щёку. Тот возмутился и собрался отомстить волшебнику, но тот, смеясь, увернулся от его рук, а там, где он стоял ещё секунду назад, в асфальт вонзился нож. Обоим резко стало не до смеха. Артур вскинул голову и увидел её на крыше одного из кафе. Судя по тому, что та решилась напасть в столь людном месте, неудача вывела её из себя, и она не стала ждать, когда снова будет возможность убить волшебника. «Она поняла, что промазала по Мерлину» — подумал Артур, в то время как сам волшебник уже схватил его за руку и нырнул в одну из подворотен. Тёмные коридоры между домами заканчивались обычно внутренними дворами с мусорными баками. Здесь всегда пахло сыростью, кишело бездомными животными, и в отличие от сияющих улиц, здесь было темно и таинственно. В таких местах могло произойти всё, что угодно, и эти места не назовёшь безопасными. — Почему именно здесь?! — Могут пострадать невинные, — рассеянно ответил Мерлин, рыща глазами по подворотне. — Ну а вообще, я не хочу никого калечить прилюдно. «Что?» — промелькнуло в голове принца, когда Мерлин остановился. Ведьма не стала больше пытаться сыграть в эффект неожиданности и медленно вышла к ним из темноты, когда поняла, что загнала их в тупик. Хотя Артуру казалось, что это Мерлин загнал её в ловушку, о которой она сама не подозревает. Они стояли на самом свету и были точно красная мишень для стрелка. Манящая и такая навязчивая. Она подняла палец, над которым довольно быстро образовалось небольшое лезвие с тонкой ручкой и кисточкой на конце — именно такие сотнями воткнулись в стену, пока не попали в Мерлина в Тинтагеле. Однако она не успела ни ударить, ни сказать своё злодейское слово, как сзади в неё воткнулся нож. Её глаза заблестели и широко распахнулись, а лицо побелело, но по ней было видно, что всё, что она пока осознала, это боль. Лезвие исчезло с её рук, как только она потеряла концентрацию. Она опустила руки и наконец замерла, глядя на них неверующе. — Ты не заметила, как я выпустил лезвие, — пояснил Мерлин, глядя на неё со снисхождением. Её губы задрожали то ли от боли, то ли от осознания, что это конец. Ей не хватит сил воспроизвести новое заклинание, она постепенно умирает в этой подворотне среди грязи ночных трущоб. С уголка её губ сошли капельки крови, одежда окрасилась в красный цвет, она еле могла сохранить сознание, ожидая, что убьёт её первым: ранение или смертельный яд. — Мастер, — прохрипела она, и то было её последнее слово. — Когда ты это сделал?! — воскликнул принц, подбегая к упавшей наземь ведьме и придерживая её на руках, доставая телефон, чтобы вызвать скорую, которая точно ничем не поможет, как и Мерлину, раненному тем же оружием, она не смогла бы помочь. — Как только вышел из "места, где спит волшебник", — сказал Мерлин, подойдя и мягко забрав из рук принца телефон. — Разве... — тот был в замешательстве, — разве такое возможно? Чтобы выпустить лезвие несколько дней назад и чтобы оно сработало только сейчас? — Можно, — ответил Мерлин, выдёргивая лезвие из бездыханного тела женщины. — Если ты Мастер.