Чёрные паруса

      Медленно, но верно корабль капитана Аккермана приближался к порту. Залив, в который вошёл корабль пиратов, был свободен от охраны, поэтому морским разбойникам можно было не бояться разгрома их ремесла со стороны блюстителей закона. Пираты лихо сбросили якорь в прозрачную лазурную воду и стали укреплять деревянные доски, служащие лестницей, ведущей с корабля на причал.       Два месяца их плавания выдались удачными, и Ривай смело мог поощрить свою бравую команду хорошей долей золота и возможностью как следует отдохнуть на суше. Достижение последней цели было как никогда близко, и мужчинам оставалось только выгрузить товар, который они перехватили у торговых кораблей, чтобы обменять его на деньги или что-нибудь полезное для их дальнейших путешествий. Вскоре после установления лестницы послышался стук окольцованных бочек и грохот тяжёлых ящиков, спускавшихся с корабля.       Леви Аккерман спустился на причал, сразу ощутив непривычную твёрдость под ногами. Но, приспособленный к подобным явлениям, он быстро адаптировался и направился к торговцу, с которым тот заранее договорился о сбыте своей добычи.       — Очень хорошо, капитан Аккерман, — делая пером пометки на куске бумаги, протянул толстый купец, — я готов отвалить вам за это приличную сумму.       Торговец написал цифру на листе и показал Риваю. Тот согласно кивнул.       — Но я всё же хотел бы видеть подробный список стоимости каждого товара.       — Ну разумеется, — не слишком довольно отозвался торговец, не привыкший к расчётливости со стороны прибывающих пиратов.       — Все ящики и бочки погружены на склад, капитан, — отчитался пират с корабля Аккермана. — Разрешите нам пойти в город, всем уже охота развеяться.       — Вы выбрали того, кто будет дежурить с товаром? — спросил Леви.       — Да. Барри приглядит, — пират хлопнул по плечу молодого штурмана, стоящего рядом.       Капитан сомнительно посмотрел на мальчишку, но тот сразу же предупредил дальнейшие вопросы:       — Сэр, я на своей хромой ноге после того шторма даже на палубе корабля далеко не хожу. Да и пить и развлекаться мне не охота.       Ривай остался доволен исчерпывающим ответом и сделал жест позволения, после чего все пираты бодро сошли на песок, врассыпную направляясь по разным путям. Леви проследил за тем, как они удалялись, а затем вновь обратил внимание на делающего записи торговца.       Когда финансовые дела были закончены, Аккерман позволил себе расслабиться, направляясь в уже знакомое заведение. Ром, который они распивали с командой в течение этих долгих недель, порядком осточертел капитану, и ему было просто необходимо разбавить горький вкус жёсткого любительского пойла несколько иным алкогольным напитком.       В таверне было жарко, воняло грязными мужланами и перегаром. Леви поморщился, но желание впервые за последние месяцы отпустить свой разум и не волноваться ни о чём переосилило пренебрежение. Он опустился на стул около бара и попросил добрую порцию виски. Большой и увесистый слуга оглядел невысокого мужчину и молча подал тому напиток, понимая, что заводить разговор со знаменитым капитаном пиратов — не лучшая идея.       — Отвали, ублюдок! — раздался женский возглас из зала.       Леви рефлекторно повернул голову вбок и боковым зрением увидел знакомые очертания стройного женского тела. Девушка стояла перед пятившимся назад мужчиной, переходя в нападение, о чём свидетельствовала её поза, которую Ривай запомнил ещё с момента их первой встречи. Аккерман отвернулся, медленно потягивая виски, заранее зная и представляя следующее развитие событий, когда за его спиной раздался грохот падающего наземь тела.       В первые секунды вся таверна замерла, внимая необычной картине, но затем все оживились, нисколько не обращая внимание на ползающего по полу виновника происшествия.       — Стакан белого вина, пожалуйста, — донеслось до слуха Леви справа, где мягко села на барный стул Микаса.       — Тяжёлый день? — спросил Леви, поднося к губам кружку.       Микаса повернула голову, и в её глазах отразилось удивление, которое она сразу же подавила, как старалась делать с любыми эмоциями. Словно подражала самому Аккерману.       — Как и у вас, капитан, — глядя на большую кружку терпкого напитка у него в руках, ответила она, сквозь зубы произнося последнее слово.       — Как долго ты здесь? — игнорируя наигранное пренебрежение, спросил он.       — Второй день. Я не планировала задерживаться, но команда захотела сойти на берег.       — Нелегко управлять мужчинами и их желаниями, верно? — укольнул её Ривай, сделав глоток виски.       — При чём тут это? Они устали и заслужили отдых.       — Все знают, что местный бордель один из лучших, — ответил Ривай, пристально глядя на неё.       Микаса смутилась, не допуская сперва такой мысли, но затем ответила:       — Тогда почему ты ещё не там?       — Как раз собирался, — следя за её реакцией, подыграл Леви.       Микаса фыркнула и, пригубив вино, перевела взгляд на многочисленные бутылки с алкогольными напитками перед собой.       — Я не любитель легкодоступных женщин, — приглушённо продолжил он.       — Сочувствую, — равнодушно ответила Микаса. — Вы в курсе, что у вас невкусное белое вино? — обращаясь к мужчине, разливавшему напитки, сказала она.       Тот неприятно причмокнул губами и, повернувшись всем своим огромным телом к ней, ответил:       — Никто, кроме вас, не заказывает здесь белое вино. А грузины сюда редко заезжают, знаете ли.       — У вас столько посетителей, и вы не можете один раз закупить белое вино, чтобы удовлетворить спрос? Это же абсурд.       Леви, наблюдая за происходящим, усмехнулся, нутром чувствуя напряжение девушки, готовой выплеснуть свой гнев на ни в чём не повинного работника таверны.       — Кажется, на моём корабле осталась бутылка белого вина.       Микаса повернулась к Леви, и её пыл мгновенно остыл. Она задумалась и встала с места. Ривай проследил за ней, понимая, что девушка уже решила, куда он направится сейчас, оставил на столе две золотых монеты и вышел за ней следом.       Леви и Микаса молча шли по людным улицам, игнорируя громко восхваляющих свой товар продавцов. Однако, когда рынок остался позади, Леви спросил:       — Как ты стала капитаном пиратов?       — Убила прежнего капитана, — обыденным тоном ответила она.       Ривай ожидал чего угодно, но не подобного.       — И как же после этого команда тебя приняла?       — Я всегда делала основную работу на нашем корабле, а тот сукин сын только воровал нашу долю. И, когда он начал приставать ко мне, я не стала церемониться. Команда давно ставила мои указания выше его собственных, так что после его смерти ничего не изменилось. Кроме получаемого нами золота за работу.       — Вот как, — ответил Аккерман, поднимая взгляд на еле смеркающееся небо, на фоне которого парили чайки и кайры.       — А что насчёт тебя? — спросила девушка, и Ривай по тону её голоса понял, что лёд тронулся.       — Это было делом моей семьи. Мой дядя всегда брал меня в свои рейды, пока я не накопил на собственный корабль.       — Твоя команда очень предана тебе. Необычно для пиратов.       — Бывали и крысы. Кто-то оказывался привязанным к корме, а чьи-то кости сейчас обгладывают рыбы в морских глубинах.       Капитаны двух пиратских кораблей остановились. Микаса подняла взгляд и увидела перед собой большое судно, принадлежавшее Риваю. Она чуть отошла назад, внимательно рассматривая его величие, пока Аккерман вместе со своим штурманом, сторожившим их товар до окончательной оплаты его сбытчиком поблизости, устанавливал лестницу.       Вскоре всё было готово, и Микаса поднялась на борт. Этот корабль был просторнее и больше, чем её, и она почувствовала себя сперва не совсем уютно на таком огромном судне.       — Моя каюта здесь, — негромко сказал Ривай, оставляя за собой дверь открытой.       Микаса не спеша направилась за ним, затворяя за собой дверь. Комната на борту корабля Аккермана была сходна с её собственной, но она так же, как и само судно, была просторнее, и вещей у мужчины было куда меньше. Сам Леви в то время, пока девушка осматривалась, зажигал свечи, ибо в это время суток темнело очень быстро. Когда три свечи на столе загорелись, он повернулся к ней.       — У тебя нет никакого вина, верно? — тихо спросила Микаса.       — Нет, — Леви отрицательно покачал головой, глядя на девушку из-под упавших на глаза прядей волос.       Дальнейшее не требовало слов. Микаса во мгновение ока оказалась на руках у Ривая, обвивая руками его шею. Он схватил её за бёдра, и она без труда смогла закинуть на него ноги, чувствуя, что мужчина с лёгкостью выдерживает её вес. Он горячо целовал её, как будто вдыхал глоток свежего воздуха после душного и знойного дня. Вопреки своей педантичности, Леви бросил Микасу на кровать в одежде, в ту же секунду оказываясь на ней. Вновь поцеловав её, он взглянул ей в глаза, после чего его руки оставили её ноги, перейдя к верхней одежде. Он быстро развязывал нити на кожаном корсете девушки, когда та аккуратно расстёгивала дрожащими от возбуждения руками пуговицы его рубашки. Аккерман сорвал с неё корсет и чуть приподнял, чтобы она могла сама стянуть с себя нижнюю одежду. Ему пришлось оторваться от её тела, чтобы снять с себя мешающую рубашку, после чего сразу же прильнул губами к её оголённой шее. Микаса лихорадочно водила руками по его голове и затылку, томно вздыхая, когда ощущала настойчивые движения его языка и зубов на своей коже. Аккерман спускался ниже, целуя женскую грудь, параллельно расстёгивая свои штаны. Девушка также опустила руки к нижней одежде, но Леви развёл их в сторону и, больно укусив её, прорычал: «Я сам». После чего Микаса даже не успела почувствовать, как оказалась совершенно свободной от одежды.       Ривай разместился между её ног, возвращаясь к женским губам. Раздался громкий вздох девушки, который Леви сразу же подавил, проникнув языком в её рот. Он двинулся резко и рвано, забыв о всяких предосторожностях, находясь полностью во власти страсти к девушке. Он нашел её правую руку, крепко держа её кисть в своей, когда левой сильно сжимал её бедро. Микаса с силой обхватила его торс ногами, стараясь помочь ему входить глубже, и он почувствовал, что не может сдерживаться. Аккерман рычал, глубоко входя в неё, наслаждаясь близостью, столь желанной для него с момента их первой встречи.       — Капитан! — громко кричала она, и Леви даже не пытался успокоить её, двигаясь резче каждый раз, когда она запрокидывала голову или цепко хваталась пальцами за его плечо.       — Леви, — прохрипел он ей на ухо, придерживая левой рукой её за волосы.       — Ах! — сильнее прижимаясь к нему, выдохнула она. — Леви, вот так!..       Долгое терпение дало о себе знать, и Ривай кончил спустя пару грубых толчков, следуя за оргазмом Микасы. Его лоб упал на подушку рядом с головой девушки, и он тяжело дышал, вторя ей. Она медленно повернула голову к нему, всё ещё переводя дыхание, и он тоже взглянул на неё сбоку. Микаса мягко улыбалась, непринуждённо и довольно.       — В сексе ты не хуже, чем в бою, — сказала она, аккуратно толкая его лечь на спину.       Ривай поддался, и Микаса оказалась сверху. Он коснулся ладонями её ног, мягко водя по её коже. Жадно рассматривая её, он ждал, когда она будет готова.       — А-ах, — раздалось в тишине комнаты, когда девушка полностью опустилась на Леви.       А затем ещё. И ещё раз.       — Чёрт, — рычал Леви, докрасна сжимая её бёдра, — чёрт, чёрт, Микаса, быстрее.       — Заткнись, — прошипела она, не переставая двигаться, — или я придушу тебя прямо сейчас.       Она наклонилась к нему, хватая мужчину за горло, как бы собираясь привести свою угрозу в исполнение. Её ногти впились в его кожу, а подушечки её пальцев ощущали частое биение сонной артерии. Леви глубоко и хрипло дышал, и Микаса, не в силах совладать с экстазом, отпустила его и громко простонала, опираясь обеими руками на торс Аккермана.       — Ну же, помоги мне, — сквозь полустон шепнула она, и Ривай сразу же привстал, приподняв девушку.       Он сел, придерживая Микасу за спину, когда она обвила руками его шею. Теперь Леви мог двигаться тазом навстречу девушке, явно приближающейся к оргазму. Она то и дело хваталась пальцами за его волосы, запрокидывала голову и прижимала его губы к своей груди, когда он целовал её.       — Шлюха, — рычал Аккерман, насаживая Микасу на себя. — Я вытрахаю из тебя всё дерьмо.       Микаса громко стонала — слова Леви произвели точное действие. Она сжимала Аккермана внутри себя, и Ривай шумно дышал, не привыкший быть слишком громким. Его руки крепко держали её бёдра, с силой надавливая на них, когда Микаса опускалась вниз, и расслабляясь, когда она скользила вверх по всей его длине. Девушка в последний раз громко воскликнула, после чего Леви ощутил череду сокращений внутри неё. Он ещё раз толкнулся и, не сдержав громкого выдоха, излился в неё.       Оба упали на постель. Ривай прислушивался к громкому дыханию Микасы, убеждаясь, что она действительно получила удовольствие от близости.       — Чёртов мерзавец, я всё ещё хочу тебя, — тяжело дыша, прошептала Микаса.       — У меня такие же новости, женщина, — лёжа рядом с ней, ответил он.       — Где можно попить воды? — спросила она, поднимая голову и осматриваясь.       — Кувшин на столе, кружка в ящике на стене, — ответил Леви, искоса поглядывая на обнажённую фигуру Микасы, встающей с его постели. Чуть согнувшись и придерживаясь за живот, она аккуратно достала одну из чашек сервиза Аккермана и подошла к столу. Послышалось журчание воды, и Леви тоже осознал, что у него во рту сухо. Также поднявшись, он подошёл сзади к Микасе, делавшей последний глоток и, наклонившись к уху, проговорил:       — И мне.       Он прижимался к ней, когда она брала в руки кувшин, словно она могла или хотела улизнуть от него. Девушка заполнила кружку холодной водой и Ривай, ослабив своё давление, чуть отклонился назад, чтобы она могла развернуться. Микаса посмотрела на него, а затем поднесла к его губам чашку. Она аккуратно наклоняла её, следив за взглядом Леви, прикованным исключительно к ней. Девушка отчётливо видела на его шее красноватые следы от своих ногтей, смутно припоминая, в какой момент оставила их на нём. Микаса следила за каждой жилкой, изменяющей своё положение при глубоких глотках Ривая и невольно закусила губу, приподнимая голову.       Внезапно девушка резко перевернула чашку с водой, и если бы Леви был не готов к подобной выходке, жидкость наверняка попала бы в его воздухоносные пути. Вода пролилась на его тело, и Микаса с жаром прильнула языком к его шее, слизывая влагу. Его руки подхватили её ноги, и он поудобнее усадил её на стол. Одна его рука скользнула меж её бёдер, и Микаса громко ахнула, выронив из руки чашку. Раздался громкий звон разбившегося фарфора, и Леви проговорил сквозь зубы:       — За это ты получишь.       — Не сомневаюсь, — на момент отстранившись от его шеи, сказала она, закидывая ноги на его бёдра.       — Нет, — грубо ответил он, стараясь не поддаваться её ласкам. — Так просто сейчас ты не отделаешься.       Он вынул влажную руку под недовольный выдох Микасы и развёл её ноги в стороны. Ривай разом развернул её и прижал передом к столу. Мужчина стал чуть сбоку, нежно проводя рукой по её спине. Девушка замерла, почувствовав мурашки, исходящие из мест прикосновения руки Аккермана к ней, и выгнулась в спине, отставляя зад, когда он дотронулся до её поясницы.       Раздался громкий шлепок, когда Леви, замахнувшись, ударил ладонью по её ягодицам. Микаса вздохнула, зажмуриваясь, ибо не ожидала столь резкого действия. Затем она почувствовала, как его рука мягко легла на покрасневшее место, нежно поглаживая его.       — Тебе это нравится, я прав? — приглушённо спросил он, несильно сжимая её кожу.       Аккерман вновь убрал руку и ударил с новой силой, следя за выражением лица Микасы, резко вскинувшей голову. Её брови напряжённо хмурились, а веки были прикрыты. Закусанная, казалось, почти до крови губа говорила о нездоровом удовольствии, причиняемом Риваем таким обращением.       Раздался третий громкий шлепок, оставивший розовое пятно на второй половине прелестного зада девушки. Леви вновь дал ей передохнуть, успокаивая разгорячённую кожу мягкими поглаживаниями. Его рука двинулась чуть ниже, и мужские пальцы окунулись в такую нужную ему влагу. Он медленно и неторопливо начал совершать ритмичные движения пальцами, пока не заметил, что Микаса старается двигаться ему в такт. Он наклонился к ней, не переставая приносить ей удовольствие рукой, и прошептал:       — Хочешь, чтобы я снова взял тебя?       Микаса сжала его пальцы внутри себя, выдавливая тихий стон наслаждения.       — Да, хочу.       Аккерман резко вытащил руку и обрушил новый удар на ягодицы девушки. Она вскрикнула, поднимая бёдра выше, как бы приглашая мужчину.       — Ненавижу тебя, — сказала она со злостью на его сладостные мучения, зная, что эти слова должны возыметь яркий эффект.       — Вот как, — приглушённо ответил он, поглаживая её зад. — Поэтому ты такая мокрая?       — Хватит, — простонала она, ощутив внутри несколько пальцев, — к-капитан... Войди в меня.       — Нет.       Вновь шлепок. Леви отошёл чуть назад, любуясь раскрасневшимися ягодицами девушки, молящей о его внимании, и блестящими в свете свечей капельками, стекающими по её дрожащим ногам.       Ривай обхватил её тело руками и перевернул на спину. Она жалобно смотрела на него, горя румянцем на щеках и желанием в глазах. Аккерман коснулся ладонью её щеки и начал двигаться вниз, задевая прекрасные формы, пока, наконец, не устроился меж её ног.       — Я хочу видеть, как ты кончаешь, — шепнул он, опускаясь губами к её шее.       Леви возобновил свои действия рукой, стараясь найти губами наиболее чувствительные точки на её теле. Микаса одной рукой крепко схватила его предплечье, а другой старалась удержаться за край стола. Она томно вздыхала, глядя на Аккермана туманным взглядом, когда он отрывался от ласкания её тела.       — Хочу чувствовать тебя внутри, — выдохнула она, ощущая приближение пика.       — Блять.       Будучи зол на себя за невозможность противостоять соблазну, Леви резко раздвинул ноги девушки и, подтянув её ближе к себе, толкнулся в Микасу. Он поставил руки по обе стороны от её тела, когда она, улыбаясь, крепко обняла его за шею.       — Мой капитан..       Побеждён. Окончательно и безвозвратно.       Комната наполнилась сладостными криками Микасы, не скупящейся на эмоции в этот момент. Ривай ощущал её поцелуи и укусы на своём плече, которые ещё более раздразнивали его и подстёгивали драть девушку жёстче.       — Не останавливайся, Аккерман, — шептала Микаса, — или я перегрызу тебе глотку прямо сейчас.       — Сучка, — прохрипел Ривай, хватая её за волосы и оттягивая назад.       Он нашёл ртом её ухо и, глухо прорычав, укусил её за мочку. Микаса вздрогнула и простонала, больно царапая его спину, когда тот вжал её в стол на последних минутах, врезаясь бёдрами в её таз.       — Ублюдок, — ослабляя руки на его шее, шептала сквозь полустон Микаса, мягко улыбаясь и поглаживая его волосы.       — Непослушная дрянь.       Ривай поднял голову и, посмотрев ей в глаза, коснулся её губ. Мягкий, чувственный поцелуй, перерастающий в порыв страсти. Всё ещё восстанавливая силы, они находились в прежнем положении, не желая возвращаться к реальности. Разорвав поцелуй, Леви хотел было встать, однако Микаса резко остановила его, вцепившись ему в плечи:       — Побудь ещё во мне.       Аккерман повёл бровью и снова опустился к ней, целуя её шею. Микаса закрыла глаза, ощущая, как кончик его языка оставляет влажные узоры на её коже. Правая ладонь Леви мягко сжимала её грудь, стараясь запомнить это ощущение близости на долгие месяцы расставания. Девушка перебирала пальцами мягкие волосы Ривая, наслаждаясь его вниманием.       — Я перенесу тебя на кровать, — сказал Ривай, закидывая руки Микасы к себе на плечи.       Она недовольно нахмурилась, но позволила ему это сделать.       — И всё же жаль, что у тебя не нашлось вина, — тихо сказала она, когда Леви положил голову на её грудь, предварительно накрыв ноги лёгкой простынёй.       — Приходи в следующий раз. Может, появится, — хрипло ответил тот.       — Обещаешь?       — Нет.       — Ну и пошёл ты.       — После тебя.       Микаса помолчала с минуту, обдумывая что-то, а затем продолжила:       — Надеюсь, тебя когда-нибудь отправят на корм рыбам.       — Уверен, что это сделаешь ты.       Девушка победно улыбнулась, а затем вновь замолчала, прислушиваясь к его ровному дыханию, когда Ривай, в свою очередь, внимал биению её сердца.       Через некоторое время Леви аккуратно поднялся с Микасы, когда услышал её тихое сопение, не желая причинять ей дискомфорт. Он стал поднимать с пола их вещи, складывая на прикроватном столе.       — Ты уходишь? — донёсся тихий вопрос Микасы.       — Нет, — ответил он. — Не хочу вернуться и обнаружить, что ты увела мой корабль.       — Жаль, — ответила девушка.       Она молча наблюдала за тем, как аккуратно Аккерман обращается с её одеждой. Он наклонялся и возвращался в прежнее положение, и каждое движение его мышц в свете свечи было заметно. Микаса ждала, когда он закончит, а затем сказала приглушённо:       — Повернись ко мне.       Ривай выполнил её просьбу и вопросительно взглянул на неё.       — Хочу запомнить тебя.. таким, — имея в виду полное отсутствие одежды, пояснила та.       — Зачем?       — Чтобы время от времени вспоминать о тебе, — переводя направление её внимания на три жёлтых огонька на столе, сказала Микаса.       И, словив на себе полный вопросов взгляд Аккермана, она поправила себя, не желая тешить его самолюбие:       — ..очень редко.       — А как же тот паренёк, который был готов сложить голову за тебя?       — Жан? — Микаса пырснула смехом и привстала с подушки, прикрываясь простынёй. — Всё совсем не так, как ты думаешь.       — Я ничего не думал, — ответил Леви, присаживаясь на край кровати. — Но тебя нужно всегда ставить на место и не позволять слишком много своевольничать.       Микаса полностью села, в одной руке держа белую ткань, а другой опираясь о матрас.       — И кто же это сделает? — переходя на полушёпот, спросила девушка.       — Уже сделал, — резко дёрнув простыню, скрывающей от него сокровенное, бросил он.       В её глазах мелькнуло удивление, но затем оно уступило место другой мысли.       — Я делаю, что хочу, — нежно прошептала Микаса, на коленях подбираясь к Леви, — и трахаюсь, с кем хочу, — раздалось у него над ухом, когда девушка перекинула одну ногу через него и села на его колени.       — Тебя трудно будет удовлетворить влюблённому щенку, — выдохнул он в её полураскрытые губы, дотрагиваясь руками до её талии.       — Тогда мне повезло, что ты не щенок, — зарываясь пальцами в его волосы, шепнула она, опуская свои губы на его.