Часть 7. Глава 7
12 мая 2024 г., 02:11
* * *
Дадли, Рон и Гермиона, а так же Нагини и Косолапус покинули монастырь жреца в желтой маске, ориентируясь в причудливых сплетениях коридоров исключительно по фрескам, которые они встречали по пути. Только чудо – и нюх Косолапуса – помогли им не заблудиться в хитросплетениях подземного лабиринта. Узкоглазый купец смиренно ждал их. Следуя за ним, они несколько часов спускались с плато, на котором располагался монастырь, идя друг за другом по узкой горной тропе. К тому времени, когда ноги путешественников вновь коснулись твердой ровной поверхности, небо слегка посветлело на горизонте. Близился рассвет. Над головами подростков мерцали фосфоресцирующие облака северных широт. Путешественники спустились к преддверию древнего города. Между булыжниками мостовой, на которую они ступили, пробивались упрямые стебли травы. Позади подростков вздымался высоченный базальтовый утес, по которому они и спускались. Стены его были покрыты многочисленными барельефами, а арочный зев в его центре вел куда-то в вековечную тьму. Впрочем, Гермиона рассмотрела в темноте проема ведущую вверх винтовую лестницу. Высокие стены, колонны и балюстрады домов, в геометрическом порядке высящихся перед путешественниками, были построены из того же темного базальта. Несмотря на отчетливый аромат старины и заброшенности, здания здесь казались совершенно новыми – хотя и были возведены из старинного камня. Широкая ровная улица, по которой подростки пошли вперед, была украшена двойным рядом колонн, кое-где на которых виднелись следы морозостойкого вьющегося растения. К слову, температура в этом городе была куда выше, чем в Инкуаноке: примерно пятьдесят градусов Фаренгейта. Тут и там между домами путешественники встречали пьедесталы, часть которых была пуста, а часть занимали статуи обнаженных богинь и каких-то иных мифических созданий. Среди них угадывались фигуры фавнов, минотавров и крылатых коней. Кое-где на пути попадались каменные амфоры и небольшие бассейны с иссохшими фонтанами. Очевидно, что аллея, по которой шли подростки, ранее утопала в зелени и воде. Когда аллея закончилась, ряды высоких колонн раздвинулись в стороны, окольцовывая большую круглую площадь. Здесь на фоне флюоресцирующих облаков темнели два колоссальных изваяния. Это были гигантские крылатые львы из диорита, обращенные мордами к Серенарианскому морю. Их причудливые головы возвышались на добрых двадцать футов над землей; и звери с презрительной усмешкой устремляли взор к горизонту. Дальше начиналась портовая часть города. Здесь дома были гораздо ниже и стояли кучнее. Некоторые из них все еще представляли собой руины. Однако уже сейчас Дадли, Рон и Гермиона могли рассмотреть и небольшие террасы таверн, тут и там встречающихся между домами, и шпили колоколен, и громады сторожевых башен. Далеко на горизонте высилась полуразрушенная фигура маяка. Город не пустовал. Тут и там сновали коренастые узкоглазые люди. Они что-то размечали, перетаскивали какие-то доски, поливали чахлую растительность, прибивали гвозди и закручивали гайки. Но центральной фигурой происходящего, разумеется, был лорд Волдеморт. – Репаро Максима! – произнес Темный Лорд, восстанавливая очередной дом Саркоманда из каменных обломков, в виде которых он пребывал уже тысячи лет. Куски камня, нехотя, с явным замедлением летая по воздуху, начинали постепенно вставать по нужным местам. Еще одно здание поднималось из праха веков по указанию великого волшебника. – Мой Лорд! – радостно воскликнул Дадли и пал на одно колено. Рон и Гермиона сочли разумным последовать его примеру. Волдеморт закончил восстановление дома и обернулся. Его внешность, в отличие от поттеровской, практически не претерпела изменений. Впрочем, подросткам мало что было видно. Волдеморт был облачен в желтые шелковые одеяния, испещренные красными узорами. На лице у нее была желтая шелковая маска. Однако спутать с кем-либо иным Темного Лорда подростки не могли. – Добро пожаловать в Саркоманд возрожденный! – торжественно произнес Волдеморт. – Я ждал вас. – Ждали, мой Лорд? – робко осведомился Дадли. – Мои слуги, лэнгцы, наблюдали за вами в течение всего вашего путешествия, – небрежно ответил Темный Лорд. – Но, разумеется, они не были так уж необходимы. Я ощутил свой хоркрукс в тот же миг, как только он возник в этом мире. Нагини, приблизься, – прошипел он на парселтанге. Нагини сползла с шеи Дадли и приняла человеческий облик. Рон быстро извлек из наплечного мешка плащ и набросил его на обнаженную женщину-змею. Та тут же завернулась в одеяние, зябко кутая плечи. – Мой Лорд, – прошипела она. – Я предала вас. – И не единожды, – усмехнулся тот. – Сначала ты преклонилась пред Йигом, а после – пала жертвой обаяния моего великого предка, Салазара Слизерина. И после этого ты осмелилась прийти сюда?.. – Я служила путеводной нитью для этих детей, – сказала Нагини. – Без меня ваши верные слуги никогда не отыскали бы этот мир. – Из этих трех мне верен лишь один, – заметил Волдеморт. – Второго извиняет лишь его принадлежность к чистокровным волшебникам, а третья и вовсе служительница Древних Богов. Разве такая компания заслуживает моего доверия? – Салазар Слизерин сказал, что их судьбы связаны, – прошипела маледиктус. – Дурсли настаивал на том, чтобы идти сюда, к вам. Уизли поведет нас дальше. А Грейнджер... что ж, полагаю, она – та, кто закончит путешествие. – Дальше? – вкрадчиво произнес Волдеморт уже на английском языке. – Значит, я – не конечная цель вашего путешествия? Подростки переглянулись. – Вы не представляете, насколько плохо все стало на Земле, – наконец, произнес Рон. – Мы считаем, что единственное, что сможет еще спасти тот мир, так это земные боги. И нам известно что они здесь, в этом мире, замурованы в ониксовом замке Кадат. – Вот как... – Темный Лорд усмехнулся. – В таком случае, зачем вам я? – Мы не знаем, где расположен Кадат, – ответила Гермиона. – Точнее, нам известно, что он находится где-то за плато Лэнг, но точное месторасположение не известно. Путешествие вслепую может занять еще месяцы и месяцы пути, а наше время здесь, боюсь, ограничено. – К тому же Поттер отправил нас к вам, – добавил Рон. – Полагаю, он счел, что вы сможете помочь. – Вот так, – Волдеморт медленно переводил взгляд с одного на другого подростка. – А что скажешь ты, мой ученик? – Ну, чего я скажу, – пожал плечами Дадли. – Я скажу, что мой путь окончен. Я искал лично вас, а не каких-то там земных богов, мой Лорд. И я вижу, вы не теряли времени даром. У вас уже есть план по спасению волшебного мира. Рон и Гермиона недоуменно переглянулись. – Город! – указал на очевидное Дадли. – Темный Лорд не просто так его восстанавливает. Здесь, наверное, смогут поселиться все волшебники нашего мира! – Мне не нравится этот план, – мрачно заявил Рон. – Это попросту бегство! – А ты думаешь, помощь земных богов достанется нам бесплатно? – хмыкнул Дадли. – Мы рискуем оказаться под гнетом не Древних, а земных богов! Сильно лучше это будет, по-твоему? – Не спорьте, пожалуйста, – попросила их Гермиона. – Разве не хорошо, что у нас появился запасной вариант? Если помощь земных богов нас не устроит, или они не смогут нам помочь, мы отныне всегда сможем найти убежище в Саркоманде. Волдеморт и Нагини переглянулись. – Посмотри на них, – прошипел Волдеморт, – как они вершат судьбу не принадлежащего им города. – Разве вы строите его не для магов? – удивленно осведомилась Нагини. – Для магов, – кивнул Темный Лорд, – но верных мне, а не земным богам. – Значит, вы откажете в помощи? – Вовсе нет, – усмехнулся Волдеморт. – Верность проверяется, когда появляется возможность выбора. Многие из магов верны мне лишь потому, что не имеют альтернативы. Оставят ли они меня, как ты, если эта альтернатива появится? Или же предпочтут мой путь? Нагини помедлила. – Я знаю, что вы не лишите меня жизни, потому что я несу в себе часть вашей души, – сказала она. – Я знаю, что никогда не заслужу более ни вашего прощения, ни вашего доверия. Однако я хотела бы, чтобы вы знали, что я, как и Дурсли, между земными богами и вами выберу вас. – Возможно, у тебя будет еще шанс доказать это, – ответил Волдеморт. Повернувшись к подросткам, он сказал: – Что ж, я принял решение. Если Салазар Слизерин отправил вас на поиски земных богов, значит, так тому и быть. Я помогу вам найти их. – Вы отправитесь с нами? – обрадовался Дадли. – Разумеется, – ответствовал тот. – Мы полетим на шантаках. – А Гарри не будет возражать, если вы уйдете так далеко от монастыря? – робко поинтересовался Рон. – Вы же вроде должны как-то меняться друг с другом... – Не думаю, что мое отсутствие будет столь длительным, – холодно улыбнулся ему Темный Лорд. – К тому же Поттер сможет следить за происходящим моими глазами. Более того, отчасти я отправляюсь с вами именно из-за него. Поттер очень желает знать, что из себя представляют земные боги.* * *
Они вновь сели на спины гигантских слоноподобных птиц и покрепче ухватились за луки седел. Теперь с ними не было коренастого узкоглазого купца. В этот раз перелет на север возглавил сам Темный Лорд. Нагини продолжила сохранять человеческий облик, на этот раз получив собственного шантака. Косолапус дремал у Рона в вещевом мешке. Они взлетали все выше и выше, покуда не скрылся из виду гигантский базальтовый утес, нависающий над Саркомандом. Прямо по курсу показались холодные безжизненные плоскогорья на подступах к Лэнгу. Шантаки поднялись еще выше и, когда они полетели на север над продуваемым всеми ветрами плато, путешественники вновь увидели кольцо грубых монолитов и белесые, точно обсыпанные мелом, постройки, в недрах которых восседал провожающий их незримым взглядом Гарри Поттер. На большой высоте кавалькада шантаков миновала тусклые костры с танцующими вокруг них загадочными существами и холодные каменные деревушки Лэнга. Иногда путешественников на большом отдалении сопровождали парящие в небе безмолвные фигурки мверзей. К сумеркам странники достигли зазубренных серых хребтов, отделяющих Саркоманд от Инкуанока, и закружили вокруг них в поисках дальнейшего маршрута. Вскоре выяснилось, что наиболее удобный путь пролегает над холодной пустыней к северу от Инкуанока, потому как иные воздушные маршруты над Лэнгом таят множество незаметных ловушек, вроде вихрей и стремительных воздушных течений. Так же шантакам не стоило и пытаться пролететь над белыми полусферическими зданиями на отдельных холмах, которые народная молва связывала с поклонением Древним Богам и Ньярлатотепу в частности. Миновав высочайшую скальную вершину между Саркомандом и Инкуаноком, путешественники взлетели прямо к фосфоресцирующим ночным облакам и разглядели вдали жутких двуглавых горгулий, которые некогда были горным хребтом, покуда чья-то титаническая рука не вырезала в девственных скалах ужасные изваяния. Гранитные часовые, чьи ноги впечатались в песок пустыни, а оскаленные пасти вздымались к сияющим облакам, восседали полукольцом – зловещие, похожие на двуглавых волков, с искаженными яростью мордами; они словно бы служили преградой между обычным миром и реальностью, чуждой человеку. На их плечах и коленях вили свои гнезда чудовищные птицы шантак. Путешественники пролетели над каменными горгульями, потом – над безбрежными просторами морозной пустыни с безжизненным и голым пейзажем. Они летели в кромешной тьме, освещаемой разве что слабо вспыхивающими облаками; рассекали потоки странных запахов и вихри неведомых звуков; и покрывали настолько громадные расстояния, что подростки, понемногу, вновь начинали впадать в особого рода транс. Через какое-то время каменные горгульи исчезли, и шантаки начали подниматься все выше и выше над уходящим на север скальным хребтом. Потом в горной цепи появился провал: там, где безрадостные просторы лежащего за хребтом Лэнга соединялись с холодной пустыней глубоким перевалом, в недрах которого отражались тусклые небесные звезды. Чем дальше летели шантаки, тем стремительнее становился их полет – пока из-за головокружительной скорости окружающие виды не слились в единую, размытую и мерцающую полосу. И тогда перед путешественниками появился Кадат: чернильный абрис на фоне летящих звезд. На самой вершине исполинской горы, к которой летели шантаки, высились ониксовые башни с бесформенными куполами, соединявшимися бесчисленными хрупкими мостиками и террасами, которые были явно не творениями рук человеческих. И венчала все эти постройки самая огромная башня. Ее основание было столь велико, что путешествие вокруг нее пешком наверняка заняло бы несколько дней. Вершину башни скрывали свинцовые темные тучи, все укутанные пробивающими их толщу разрядами молний. Молнии то и дело били во флюгеры причудливых форм, которые украшали вершины меньших башен Кадата. Шантаки приземлились на плоской вершине горы. Плато это было столь велико, что не было видно, где оно заканчивается. Под ногами путешественников хрустел вековечный лед. Гигантская ониксовая башня перед ними вся была покрыта инеем. Несомненно, глыбы, из которых она была сложена, добывались в той самой чудовищной каменоломне на горном перевале к северу от Инкуанока. Дадли, Рон, Гермиона и Темный Лорд вступили под своды башни и принялись подниматься во тьму по выщербленным ступенькам. Чем выше они поднимались, тем громче была музыка, доносившаяся до них из-под сводов башни. Звучало пение хриплых флейт и мерный бой многочисленных барабанов. Музыка была одновременно прекрасна и дисгармонична. Гермиона была уверена, что уже когда-то слышала этот напев. Может быть, он ей снился. За исключением единственной освещенной залы, ониксовая башня на вершине Кадата была темна. Волшебники не стали подниматься до самого верха: предчувствуя недоброе, Гермиона остановила своих спутников. Она почувствовала, что они пришли. То, что таилось выше, не было предназначено для взора простых смертных. Только она и, быть может, Темный Лорд, сумели бы выдержать подобное зрелище и сохранить разум. В центре совершенно пустой залы, освещенной канделябрами с синеватым пламенем, стоящими вдоль стен, высился постамент. Лежащее на нем было закрыто высокой золотой клеткой, днище которой было семнадцати дюймов в ширину и тридцати в длину. Створки клетки закрывал маленький золотой замо́к. Путешественники приблизились к клетке. Внутри нее находился целый миниатюрный город. Ворота, башенки, множество маленьких домиков из чистого золота; золотые деревца, украшающие крошечные аллеи. Листья на деревцах были серебряные; а за деревьями вставало золотое, с вставленными в него рубинами, солнце – и розоватые лучи света, проходящие сквозь ограненные камни, освещали все пространство внутри клетки. Вдруг, неизвестно откуда, донеслись звуки развеселой мелодии. Это была вовсе не та музыка, что сопровождала весь путь подростков на ониксовую башню. Нет, это была простая жизнерадостная мелодия, которую, скорее, можно было услышать на каком-нибудь деревенском празднике или в таверне. Вскоре подростки уверились: музыка раздавалась из клетки. Она звучала; из-за деревьев всходило золотое солнышко; окошки в домиках разгорались ярким огнем, а от башенок будто бы исходило сияние. Но вот солнце перешло по небу на другую сторону и скрылось в днище клетки; городок потемнел, ставни на окошках домиков закрылись, и башенки померкли. И тут из днища клетки выехала на тоненьком держателе механическая серебряная луна и маленькие серебряные звездочки. В городке снова стало светлее, окошки засеребрились, и от башенок потянулись синеватые лучи. Мостовая между домиками в клетке была вымощена перламутром, а вместо крыш у домиков были разноцветные раковины. В центре города, на его главной площади, стоял шитый золотым шелком шатер с жемчужною бахромою, а наверху его вертелся крошечный золотой флюгер в виде петушка. А в этом самом шатре, на миниатюрных диванах и подушечках, восседали синекожие и узкоглазые земные боги, все в шелках и россыпях драгоценных каменьев. Они пили вино из крошечных золотых кувшинчиков, ели маленькие фрукты, лежащие на фарфоровых тарелочках, слушали музыку, и предавались лености и неге. – Да-а, такого даже я не ожидал, – удивленно протянул Дадли. – Что-то не похоже, что они в плену и страдают, – заметила Гермиона. – Замо́к на клетке видела? – возразил ей Рон. – Хотя их и содержат в довольствии, они – пленники! Дадли подергал за замо́к. – Кажется, настоящий, – сказал он. – Боюсь, тут Алохоморой не обойтись. Может, попробовать сбить его? – И повредить клетку? – фыркнул Рон. – Уверен, пока земные боги такие маленькие, мы запросто можем им случайно навредить. – Просто поговорите с ними! – сказала Нагини. – Послушайте, что они вам предложат! Но, увы, то ли земные боги не знали английского языка, то ли условия их плена запрещали богам общаться с существами за пределами клетки, но ничего из попытки пообщаться с земными богами у путешественников не вышло. Боги словно бы не замечали ничего за пределами своей темницы. – Предлагаю забрать отсюда эту золотую клетку и покинуть башню, – предложил Темный Лорд. – Несмотря на то, что темница земных богов довольно... забавна, не следует забывать, что мы находимся в замке Кадат – том самом месте, которое любят посещать Древние Боги. И я не уверен, что они не ожидают нас на выходе их этой залы. В прямом противостоянии им, боюсь, мы не одержим победы. – Я не уверена, что эту клетку можно сдвигать, – сказала Гермиона. – Мне кажется, управляющие ей механизмы как-то связаны с постаментом. И я практически не сомневаюсь, что если мы ее поднимем, будут затронуты какие-то сигнальные чары. – Решайте, – равнодушно произнес Волдеморт, – это ваши боги, не мои. Я уже принял решение обходиться своими силами. – У нас есть ключ, – сказал Рон, – нужно открыть клетку. Это логично, вам так не кажется? Ключ наделен силой земных богов – а земные боги заперты в клетке. Возможно, они предвидели свое заключение? И оставили смертным способ себя освободить? Подростки переглянулись. Идея была стоящей. – Кто будет открывать? – задал главный вопрос Дадли. – Лично я – пас. – Это была твоя идея, Рон, – заметила Гермиона. – Да и хранителем ключа все это время был ты... – Открывать будет Нагини, – веско произнес Волдеморт. Маледиктус вскинулась, испуганно посмотрев на своего Лорда. – Почему я? – Ты же хотела доказать мне, что выберешь меня, а не Йига и не Салазара Слизерина, – без улыбки ответил тот. – И вот я здесь отдаю тебе прямой приказ. Подчинишься ли ты? Нагини смерила Волдеморта долгим взглядом, а потом вырвала у Рона из руки ключ, вставила его в золотой замок и повернула. По зале словно пронесся невидимый ветер. Он взъерошил волосы на макушках Рона и Дадли, поиграл с прядями на голове Гермионы. Нагини застыла недвижимой, не выпуская из рук ключа земных богов. А потом принялась... осыпаться. Будто бы вся ее фигура была сделана из песка. Сначала осыпался плащ на ее плечах. Потом – голова и спина. Потом – ноги. Последними превратилась в невесомые золотые песчинки рука, держащая ключ. Все это происходило в полнейшей тишине. Смолкла музыка из золотой клетки. Смогли даже флейты и барабаны, звук которых доносился откуда-то сверху. – Вы знали, что так будет? – прошептала Гермиона. – Предполагал, – холодно ответил Темный Лорд. – Недаром комната, в которой хранился ключ в Отделе тайн, называлась комнатой Любви. – Но, – пробормотал Дадли, – получается, вы пожертвовали собственным хоркруксом. – Я пожертвовал предателем, – коротко ответил Темный Лорд. – После изучения тех тайн, которые мне открыл Салазар Слизерин, мне больше не нужны хоркруксы. Хватит и одного – Поттера. К тому же, если бы не Нагини, пришлось бы жертвовать кем-то из вас. Скорее всего – не одним человеком. Нагини же, по сути, обладала двумя душами. Она могла считаться среди нас самой наибольшей жертвой. Рон Уизли внезапно захихикал. – А ведь Поттер, похоже ошибся, – сказал он сквозь смех, – утверждая, что Темный Лорд не способен к самопожертвованию. Просто форма у этого самого пожертвования не такая, как у всех. Дадли потянулся, осторожно снял раскрытый золотой замочек и отворил двери клетки. Путешественники замерли в предожидании. ...Это было похоже на потоки ветров, вынесшиеся из клетки сквозь открытую дверцу. Один поток, второй, третий... десятки крохотных завихрений воздуха. Они вырывались из клетки, ширились, и вскоре вокруг путешественников завертелся маленький круговорот. – Спасибо... – шелестело в воздухе. – Спасибо... Прикосновения были похожи на свет. Гермиона засмеялась, подняла руки вверх и закружилась. Дадли счастливо расхохотался. Рон запрыгал на месте и захлопал в ладоши. Косолапус громко замурлыкал. Даже Волдеморт на миг испытал отчаянный прилив радости и счастья. Они словно были внутри исполнителя желаний. Каждая их мысль могла сей же момент материализоваться. Каждая их мечта была осуществима. Каждая их греза готова была стать реальностью. А потом они услышали: – Прощайте... прощайте... И поток призрачных земных богов стремительно вылетел сквозь широкие окна ониксовой башни Кадата и устремился к звездам. Подростки стояли словно оглушенные пыльным мешком. – Что... это... было... – медленно выговорил Дадли. – Полагаю, – задумчиво произнес Волдеморт, – что освобожденные земные боги приняли решение более не сражаться с Древними и попросту сбежали куда-то в иные миры. – Мерлин Моргану за ногу да об стенку! – отчетливо высказался Рон. Гермиона сочувственно положила руку ему на плечо. – Ничего удивительного, – сказал Волдеморт. – Боги Земли были воинственными, развратными, хитрыми, жестокими и самовлюбленными – но добрыми их не называли никогда. В давние времена они защищали не людей – они защищали свой дом. Ныне их дом разрушен. Нет ничего странного в том, что они отправились на поиски нового. – Надо последовать за ними! – высказался Рон. – Куда? – Темный Лорд хмыкнул. – Неужели ты не выдел, сколько Арок находится в междумирье? Как ты сможешь понять, в которую следует идти? – Значит, мы возвращаемся ни с чем? – расстроенно проговорила Гермиона. – Почему ни с чем? – удивился Дадли. – Мы возвращаемся с Темным Лордом! И с его планом на нашу дальнейшую жизнь.
Примечания:
Не бечено.
