О чём говорит тишина...

Дорогой отец, моя экспедиция проходит как нельзя удачно. Меньше чем за неделю, я сумел многое узнать о здешней экологической ситуации. Во-первых, природа восстановилась куда лучше, чем мы могли представить: деревья и растения, как раньше, вырабатывают достаточно кислорода, однако, ни одно животное я так и не встретил, многие реки содержат низкий уровень заражения, а значит вода, в той или иной степени, пригодна для питья, фрукты и овощи также доступны. Во-вторых, я не видел людей. За всё это время я неоднократно находи пустые дома с элементами недолгого, но пребывания здешних "племен". Сейчас я нахожусь в заброшенном городке, опустел он лет пять назад, если верить заметкам в их записных книжках. Анализируя быт, я пришёл к необычному выводу, отец. Хоть эта раса физически и, возможно, умственно ниже нас, но в духовном и моральном плане мы с ними схожи. Да, в это сложно поверить, ведь по нашим устоявшимся правилам и принципам - все жители поверхности никчёмные и малодушные твари, чья жизнь не только ни стоит нашего внимания, но и оскверняет саму суть "человека". Я помню. Но, я не был бы собой, если бы не заметил некой несостыковки… У этих "людей" есть детские площадки, семейные фотографии, кулинарные книги, архитектура, музыка, кино, книги… Возможно, я многого хочу от землян и не всего понимаю, но я бы пересмотрел их положение. Надеюсь, ты рассмотришь и мою точку зрения.

Магнус.

"Сообщение дойдет до получателя через тридцать часов и две минуты" - сообщил корабль. Спортакус завалился в кресло пилота, откинувшись на мягкую спинку и вытянув ноги в блаженной позе. Сложив руки так, чтобы тёплые ладошки согревали живот, он решил расставить все точки над и, разобраться в себе. Опять он врал отцу. Но это же необходимость, да? Нередко, потерявшись в мыслях, он засыпал, так и не дойдя до своего нового дома. Не раз он ловил себя на том, что не горит желанием ночевать в пустом, чужом для него доме. И, хотя половина вещей была перенесена, чувство незавершенности и беспокойства угнетало. Не так сильно спортсмен укоренился среди поселения, чтобы считать себя одним целым с городком. Все-таки была разница между пришельцем и лентяевцами… "В чём же мы различаемся…? – думал Спортакус, покачиваясь в кресле, – Стефани: замечательный ребенок. Она отчаянная, добрая и энергичная девочка. Да, у неё плохо со здоровьем, как и у всех землян, но даже это не мешает ей быть смелее и проворнее многих детей с Ковчега. – парень улыбнулся, вспоминая милое письмо о помощи, – Милфорд или мэр Добродушный: Замечательный дядя и хороший человек. Готов пожертвовать собственным счастьем ради семьи. Сильный поступок. А его искренняя любовь к Бесси? Сколько лет они не могут признаться друг другу в чувствах? "Просто коллеги", как же! – улыбку блондина растянуло от уха до уха, – Я бы так не смог. Если бы влюбился, сделал бы все возможное, чтобы быть рядом. Возможно… пошёл бы против семьи?..." Холодок прошел по коже. Пойти против семьи, своего народа? О чём это он вообще думает?! Спортакус встал со своего удобного кресла и принялся приседать. Жёлтые кудряшки прыгали на постоянно опускающейся макушке, а плотная ткань спортивного костюма заметно натягивалась под напором груды мышц. - Какова вероятность, что всё, что говорили мои близкие и знакомые - неправда? Процентов двадцать, так? Ну может тридцать, если с семьей не повезёт. Но поменяется ли ситуация, когда общество, в котором я рос, отгородится от остального населения, образуя свой собственный культ личности, моральные ценности и совершенно отличающуюся культуру и историю. Пятьдесят, если не все восемьдесят. Чувствуя, что мышцы ног уже гудят от монотонных движений, спортсмен остановился. – Значит, есть большая вероятность, что все суждения о земных людях, как низшей расы - выдуманы и Робби более чем прав! Эта шальная мысль обрадовала блондина. - А что скажет отец, если я найду себе друга среди землян? А вдруг полюблю… Странные мысли. – Спортакус потряс головой, как бы избавляясь от нежелательных слов в своей голове, –Нужно побегать перед сном! Выпрыгнув из своего корабля, передвинутого немного правее, на полянку, Спортакус трусцой побежал по тихим улочкам Лентяева. В свете вечернего солнца, и без того милые побеленные домики, становились очаровательными. Декоративные растения извилисто оплетали изгороди, в клумбах засыпали пестрые цветы, а воздух потяжелел от вечерней стужи. Холодок щипал загорелую кожу, а щёки стремительно краснели. - Спортакус! – Послышалось со стороны дома мэра. Стефани задорно размахивала руками из окна кухни, зазывая спортсмена подойти ближе, – Бесси приготовила пирожки, составишь нам компанию?

***

Утро началось с зарядки. На детской площадке собрался весь молодняк городка. Стефани ещё вечером обзвонила всех ребят, рассказав, что Спортакус согласился показать пару полезных упражнений. Спортсмен, честно говоря, ожидал видеть только девочку, а не половину Лентяева, так что чувство неловкости брало верх. В глазах детей читался интерес и интрига. Они надеялись, что смогут стать такими же сильными, как и он. Конечно же у них никогда не получится, от того и мучительно было смотреть в этот десяток доверчивых глаз - бусинок. - Ну что же… *кхм* – Снова замялся спортсмен, – Вижу, вы хотите научиться паре приёмов от меня? – дети жадно закивали, – Ну… для начала, вам нужно укрепить своё тело, – решил тактически начать из далека, – на это уйдет не одна тренировка и только потом, но это не точно, вы сможете научиться делать различные… кульбиты в воздухе. Вы согласны? - ДА!!! – Хором крикнули дети. Тренировка прошла лучше, чем Спортакус мог себе представить. Дети старались повторять все движения и почти не жаловались. Затем Пиксель притащил с собой музыкальную колонку своей мамы и заниматься стало ещё веселее. Спустя час, усиленная тренировка переросла чехарду. Дети носились и визжали вместе со своим учителем. На крики прибегали взрослые, но, увидев причину, кто-то, улыбаясь, возвращался домой, а кто-то присоединялся к веселью. Ещё пару часов полгородка дружно играли на площадке. Безудержное веселье прекратил обеденный перерыв. Уставших детей разогнали по домам. - Пойдём к нам, дядя сегодня у плиты, так что любая помощь понадобиться. – Потянула спортсмена розоволосая. - Ох, прости, Стефани, я хотел сразу после тренировки забежать к Робби. Вчера он прогнал меня со словами "свистну, когда понадобишься" и скрылся в своем бункере, хотя явно плохо себя чувствовал. - Как насчёт пообедать с нами, а потом отнести немного салата и угостить мистера Роттена? – Девочка никак не хотела отпускать героя сегодняшнего дня в тёмное логово инженера-самоучки, – Если ему и вправду нездоровится, здоровая еда ему не помешает. Такая мысль пришлась по душе спортсмену. Через несколько минут они втроем кашеварили на кухне. Блюда получились неплохие. Печёный картофель со свининой, лёгкий салат и чашечка ароматного чая с можжевеловыми веточками вприкуску с бисквитным печеньем. - Очень вкусно, но откуда тут свинина? – Блондин довольно осматривал пустые тарелки, – Робби сказал, что животных мало, и те под строгим надзором. - Это верно, только не ко всем это относится. В первую очередь, была восстановлена популяция тех животных, что необходимы в хозяйстве, в отличие от более редких. Так что поросята у нас имеются. – Забавно подмигнув девочке, мэр направился мыть посуду. - Спортакус! Почему ты не ешь печенье, не вкусно? – С плохо скрываемой обидой спросила Стефани. - Что ты, просто мне нельзя много сладкого. – На этих словах спортсмен сгреб несколько печенюшек к себе в тарелку, – Зато я знаю человека, которому сейчас нужно его как можно больше! - Кстати о Робби, – Встрял в разговор Добродушный, – как он, я слышал вы вместе успели поработать? Что говорит насчёт лекарства? - Я только вчера отдал препараты, сомневаюсь, что в ближайшие несколько дней он сможет… - Охохо, – Снова перебил хохочущий дядя, – ты плохо знаешь нашего подземного гения, наверняка уже всё закончил и сидит ест конфеты. - Неужели он настолько хорош? – Поинтересовалась розоволосая, слизывая крошки с блюдца. На что Милфорд лишь улыбнулся.

***

Спортакус бодро шагал по тёмным запутанным коридорам с контейнером еды и кулёчком печенья. На четвертом повороте налево, спортсмен окончательно заблудился. Парень, не успевший войти в состояние страха и жгучей паники, услышал где-то в глубине бункера музыку. Ничего не оставалось, кроме как идти на звук.

Oh we’re not gonna take it! NO, we ain’t gonna TAKE IT! Oh we’re not gonna take it anymore…

Весь пол просторной комнаты был усеян бумагой. Исписанные листы, разложенные один за другим, образовывали запутанную дорожку - лабиринт, среди которого, легко покачиваясь в такт музыки, ходил Робби.

We’ve got the right to choose and there ain’t no way we’ll lose it!

Спортакус, оставаясь незамеченным хозяином подземелья, аккуратно, не дай Боже задеть одну из формул, продвигался в центр лабиринта к мохнатому рыжему креслу. - Привет, Робби! – Поздоровался спортсмен, – Я вот тебе покушать принёс, ты ещё не обедал, как вижу. – Выводы были сделаны вполне обосновано. Десяток использованных чашек, от которых веяло запахом крепкого чёрного кофе. По наблюдению блондина, что в его первое появление в бункере, что сейчас, среди горы посуды не было ни одного столового прибора или тарелки, хотя менялись и чашки, и их расположение, – Ты хлещешь кофе несоразмерно с комплекцией и выносливостью твоего тела…

Don’t pick our destiny ‘cause YOU don’t know US, you don’t belong!

- Ммм? – Промычал, только что заметивший чужое присутствие, Робби. - Говорю, еду нормальную принес!

Oh we’re not gonna take it! NO we ain’t take it! Oh we’re not gonna take it anymore!!!

- А… спасибо, но я занят. - Ты что-то узнал? – Наконец добравшись до кресла, спортсмен плюхнулся на мягкую ручку, поджав под себя ноги. - Не совсем… - почесывая подбородок, прохрипел Роттен, – То, что ты мне принес немного выбило меня из колеи. - Садись, объясни. – Спортакус похлопал по спинки кресла, приглашая присесть. Погруженный в свои мысли, Робби сам не заметил, как попал в нехитрую ловушку заботливого друга. Пока взъерошенный брюнет пытался объяснить почему у него не получается создать аналог лекарств для землян, кудрявый хитрец разворачивал импровизированное застолье. Первым был открыт контейнер с запеченной картошкой и мяском. Насаживая на предусмотренную вилку кусочек, блондин поднес её ко рту инженера. - Ты что делаешь? – Возмущался непонятным действием со стороны гостя, Роттен. Приятели сидели друг напротив друга на ручках кресла, неудобно упираясь друг в друга коленями. - Кормлю тебя, не видишь что ли? – Беззастенчиво ответил Спортакус, – Руки-то у тебя ещё не зажили. Впервые за долгое время, Робби посмотрел на свои, замотанные в бинты, руки. Повязки нужно было поменять ещё пару часов назад. - Это ерунда. – Перехватив вилку, парировал Роттен, но уже через секунду мысленно пожалел о содеянном. Держать-то вилку он мог, но место сгиба ладони пронизывала ноющая боль, – Сейчас-сейчас… возьму поудобнее и… – Спортакус перехватил столовый прибор и ловко впихнул пищу в раскрывшийся от возмущения рот. - Не мог больше выносить твою кислую мину. – Довольно улыбнулся блондин, насаживая новую порцию на зубчики. - Ты просто невыносим! – Возмущался брюнет, пока снова не был заткнут новой порцией картошечки, – Ну фсе, фатит, ефе дывку фо мне пвоткнеф! Дальше поедание обеда проходило довольно тихо. В прямом смысле этого слова. Робби обиженно уплетал, а Спортакус, с довольным видом, кормил. Закончив и с салатом, уговаривать на него пришлось дольше, чем на картошку, пришло время сладенького. - Давай их с чаем выпьешь? Где у тебя кухня? – Получив кивок в сторону кухонного гарнитура, который сложно было заметить без подсказки из-за загромождений, в виде недостроенных комбайнов или что это вообще...? Спортсмен, всё также аккуратно ступая, направился к чайнику. Вымыв пару чашек, парень ненароком заглянул в полки и ящички. Еды нет, столовых приборов максимум на три персоны, повсюду напоминали - наклейки с расписанием на дни недели или указаниями. На одной такой было написано "спинномозговая жидкость испортилась, пробирка 181-813", а на другой "глаза в морозилке за суставами". Заглядывать в холодильник сразу перехотелось.

We’re right (yeah) We’re free (yeah) We’ll fight (yeah) You’ll see (yeah)

- Эм… а где тут чай? – Невзначай напомнил о своем существовании, уже витающему в облаках, инженеру. Парень снова покачивался и подпевал, разъедая воздух отрешенным взглядом. - Верхняя полка, справа. – Также в никуда ответил брюнет, – О… и бинты возьми, они в ванной, за зеркалом. Спрашивать где ванная комната было ещё сложнее, чем искать её самостоятельно. Мысли Роттена полностью поглотили его сытый ум. Спортсмен, огибая бумажный лабиринт по краю комнаты, наткнулся на до боли знакомую металлическую тумбу с бантиком. На легкий стук по крышке сооружения, вылезла голова робота-дворецкого. Сие место было зарядкой для маленького чуда на колёсиках. - Чем могу помочь, сер? – Сонно, на сколько возможно для робота, спросил дворецкий. - Скажи, где здесь ванная? - Пройдите вдоль этой стены и откройте вторую дверь, сэр. – Пряча голову и снова засыпая, ответил преданный работник. Ванная кишила разнообразными медикаментами. - Вот еды у него нет, зато три разновидности йода обязательно найдется! – Ворча, он отыскал бинты, перекись и обезболивающее со снотворным, на всякий пожарный. – Давай сначала руки обработаем. Спортакус осторожно развязал грязные, пропитанные кровью и лимфой бинты. Рана не была глубокой, но её неудачное расположение на линии сгиба ладони, добавляла немалых проблем. Забывчивый Робби частенько невзначай травмировался, бессознательно или нет, задевая порезы, сгибая руки, хватая горячие или тяжелые предметы. - Перестань дёргать руками, ты мешаешь заживлению! – Злился и на Робби, и на себя, спортсмен. Инженер лишь виновато отвернулся. - Ну, вроде бы, всё. – Осторожно осмотрев худые перебинтованные руки, заключил блондин, – Тебе какой чай: зеленый, черный или красный? Хотя я бы тебе ромашки налил… - КРАСНЫЙ!!! – Вскрикнул и одновременно подскочил Робби. Голова закружилась от резкого подъёма, а в глазах запрыгали голубые огоньки. - Хорошо, красный так красный. Чего кричать-то? – Недоумевал тот. - Ты не понял! – Не унимался парень в рыжем кресле, – Кровь! Какая у тебя группа крови!? - П-первая положительная, а что? – Иногда резкие перепады нового друга пугали. - А ты уверен? – Ехидно переспросил брюнет, чьи глаза приобрели блеск нездорового азарта. – А что, если ты ходячий "бомбейский синдром"? Мальчик без антигенов А и В, чью кровь часто путают с первой? – Словно песню, пропевал Роттен, медленно приближаясь к застывшему другу, – Как часто твоя семья, указывая на своё превосходство, упоминала термин "голубая кровь", а Спорти? Скажи. - Ну… было пару раз, но это не в прямом смысле говорилось… - Конечно не в том, дурашка, - Мурлыкало от удовольствия нечто, неотрывно сверлящее взглядом бедного блондинка, – всего один процент населения, с ума сойти… Вас отбирали, как барашков на рынке, чем белее и кудрявей шерстка, тем дороже продается! – С нескрываемым восхищением ликовал брюнет. - Я что-то совсем не понимаю. Ты меня пугаешь… что происходит? Когда ты последний раз спал? - Спооортииии, - Робби схватил Спортакуса за воротник кофты и радостно затряс, – если у тебя пятая группа крови, мы сможем сделать лекарство! - Ты устал, пятой группы не бывает, давай ты приляжешь. – Магнус аккуратно разжимал перебинтованные руки со своей кофты, – Тебе опять повязку менять нужно… - Да ты поймииии! Если ты, твои родители, друзья и знакомые – все на сраном Ковчеге на самом деле имеют пятую группу крови – это кардинально меняет дело! Раньше я пытался вливать в людей лекарство через спинномозговую жидкость или кровь, насыщая её антителами, что разносились по всему организму, но никогда результат не был идеальным. НО! Если я возьму за основу структуру твоей крови… возможно, именно в ней вся загадка. Что если все эти годы ничего не получалось только потому, что мы не смогли встретить таких как ты?

Oh we’re not gonna take it anymore!!!

Робби стоял на расстоянии нескольких сантиметров от оппонента и жадно впивался в него взглядом. Спортакус чувствовал прерывистое дыхание на своём лице, будто парень порой забывал делать глотки воздуха. Крепкие руки до сих пор осторожно держали забинтованные. Сцена оказалась слишком неловкой для спортсмена, чьи щеки позорно краснели. Решив отступить, блондин предложил провести этот разговор в более спокойной обстановке и наконец допить этот злосчастный чай! - Я все-таки налью тебе что-нибудь успокаивающее… - Отпустив немного притихшего ученого, Спортакус заварил мяты, невзначай растворив в одном из напитков безопасное количество снотворного, – Слишком буйный. Роттен, не теряя времени, переключил песню и, приплясывая под бодрую мелодию, копался в стопках бумаг. Найдя несколько чистых листов, он принялся исписывать их непонятными формулами и кидать поверх уже устаревшего лабиринта. - Странная у тебя музыка, я такую раньше не слышал. – Блондин старался замять неловкое чувство где-то в животе. - "Space Oddity" Песня Девида Боуи, исполняет группа Starset. – отличная музыка, сам ты странный. У вас там небось только классическую и слушают! Ха-хаааа. Лично я не против такой музыки, но не каждый же день! – Робби лихо отбивал удары ногой, – Хочешь взять себе послушать что-нибудь? - А что, можно? – блондин был удивлён приступом щедрости друга. Робби живо откопал пару тройку десятков кассет и ещё один старенький магнитофон. - Выберешь сам. – Крякнул инженер и снова нырнул в кипу бумаг. Спортсмен хотел было поблагодарить, но гений снова погрузился в свои мысли. Чай с "успокаивающим сюрпризом" был готов, оставалось каким-то образом влить его в перевозбужденного товарища. В ход шли крайние меры. Спортакус потряс кулёчком и пропел: "Бисквитное печенье!" - приманка подействовала. Робби обернулся на шуршание пакета и, словно кот увидевший рыбку, пронёсся на рыжее кресло. Блондину показалось, что парень издал что-то на подобие урчания. - Ай! Палец мне откусишь! – Смеялся спортсмен, наблюдая как быстро исчезали печеньки, – Я зайду завтра? Сдам кровь и всё такое? – Мхммм – послышалось одобрительное мычание. Робби выглядел как человек, познавший все пики блаженства. Руки и ноги были плотно прижаты к корпусу, иногда дергаясь от наплыва эмоций. Густые, смолистые брови ползли змейкой вверх, а глаза плотно закрылись под тяжестью длинных, острых ресниц. Робби открыл рот для последней порции вкуснейшего бисквита. Спортакус застыл с ложечкой у лица парня, любуясь этой прекрасной картиной. Как только брюнет, уставший ждать последний кусочек, собрался открыть глаза, спортсмен испуганно впихнул ложку немного глубже, чем планировал. - Прости! Прости, пожалуйста! –он быстро протянул кружку кашляющему другу. Робби жадно отпил половину содержимого, убивая взглядом виновника. Спортакус лишь виновато улыбался. Чай подействовал уже через пару минут. Тёмная, взлохмаченная голова постоянно заваливалась, а воспалённые веки закрывались под собственной тяжестью. - Давай, отведу тебя в спальню. – Спортакус потянул на себя отпирающегося Робби. - Нееет, там нельзя… холодно, перенес морозильную камеру… только тут могу… Из всего бубнежа спортсмен понял только то, что спать Роттен намерен исключительно в этом кресле. Ему же лучше, чем носить тело по этому бумажному кошмару бухгалтера. Нашлось и покрывало. Скомканное полосатое чудо лежало в маленькой тумбочке по соседству. Укрывая друга, он уже слышал размеренное сопение. - Заснул. – Не удержавшись, Спортакус потрепал черные непослушные волосы, на что Робби лучисто улыбнулся. Он возвращался домой с магнитофоном и парой кассет, под лучами закатного солнца, спортсмен чувствовал себя самым счастливым на свете. Вроде заглянул в гости на часок, а уже вечер. "И чего я так радуюсь, будто на свидание сходил? ", а потом подумал и добавил: "и оно прошло очень даже хорошо."