Уберите этих детей!

      Почти целый день ушел на то, чтобы найти какую-либо одежду для маленького Союза, а так же, чтобы кое-как накормить этого засранца. Так как Россия с Украиной опыта «ухаживания за детьми» не имели, было все очень и очень сложно. СССР постоянно уворачивался и уползал, тянул в рот все, что только попадается на полу (а к слову, на полу постоянно что-то валялось, ибо парни никогда не убирались сами, пока их не заставляла Беларусь, что сейчас очень некстати отсутствовала), из-за чего старшим пришлось попотеть и собрать хотя бы часть того, что было расбросано. Кроме того, ребенок постоянно плакал, когда его что-то не устраивало, больно щипался за ноги (да, уже в возрасте одного года дети начинают тактильно изучать окружающий мир), и конечно же… ходил в туалет… — Да сколько можно? — взвыл уставший Россия. — Сейчас только четыре дня! Готов поспорить, он не уснет до часу или двух ночи… Я повешусь так, — жаловаться самому себе уже вошло в норму за эти несколько часов. — Укроп, чтоб тебя! Теперь твоя очередь менять ему пелёнки, — позвал парень. Через минуту в комнату вошел Украина с видом овоща и увидел такую картину: на полу сидит ревущий Союз в сырых наскозь тряпках, что лежали под малышом как раз на такой случай, а недалеко на диване лежит его сын, закрыв лицо руками. — Иди спи, — зевнув, протянул украинец, — у тебя есть полтора часа, один я его кормить не буду. Федерация сразу же вскочил и практически убежал в свою комнату. Старший брат кое-как выполнил то, что должен, после чего вернулся в зал, усадив своего отца обратно на ковер, предварительно переодев его и постелив новые пеленки. Благо, в доме их было навалом, ведь кроме России, Украины и Беларуси у Совка были еще дети, соответственно детская одежда и разнообразные тряпки валялись почти в каждом шкафу, просто нужно было немного поискать. Ровно через полтора часа Украина поплелся будить своего брата, оставив ребёнка без присмотра. Ох, какая же глупая это была идея. Видимо, поняв, что остался один, СССР пополз в сторону выхода из зала. Оказавшись в коридоре, он, не долго думая, быстренько завернул в ближайшую комнату, где, к несчастью его «недопап», находилась разнообразная техника, по типу телевизора, игровых приставок и других. Первое, что он увидел, было, конечно же, самое дорогое — компьютер. Коммунист решил, что провода от него безумно интересные и нафиг тут никому не нужны, поэтому ухватился за первый попавшийся и потянул на себя. Это оказался кабель от экрана, что уже благополучно летел с треском вниз. На звук прибежали парни и застыли в дверном проёме. — Что ж, я уже знаю, что мы получим первым делом, если сможем вернуть папу обратно… — тихо почти пропищал Россия. — И что же? — не догнал Украина. — Пиздюлей, Укроп! — А… Ну да, — не отрывая взгляда от грызущего провода Союза, пролепетал парень. — Может уберем это? — он ткнул пальцем в связку кабелей, которые еще не подверглись «обработке» Совка. — Да, пожалуй надо убрать, — согласился Федерация.

***

      Германия неплохо справлялся с поставленной задачей. Вовремя кормил и переодевал, но ему мешали несколько факторов. Первое — он не успевал закончить свой отчёт, а второе — Рейх постоянно плакал. В прямом смысле этого слова. Если в доме и наступала тишина, то только тогда, когда нациста кормили, либо же он был слишком занят чем-то, например сейчас, он сидел в комнате своего сына и рассматривал шариковые ручки, пока его временный папа пытался хоть что-то сделать в соседнем кабинете. Когда котёнку (я буду так, ибо синонимы закончились, соре) надоело, он уже начинал хныкать, но немец вовремя вошёл посмотреть, не натворил ли чего его отец. Быстро сообразив, что занять его тут уже нечем, парень поднял ребёнка на руки и понес с собой в кабинет. Посадив его на дорогое кресло рядом со своим столом, он дал Рейху погремушку, которую отрыл неизвестно где, и сел дальше работать. Спустя пару минут нацисту наскучило и это занятие, поэтому он уже собирался расплакаться, но Германия снова не дал этому случиться, ибо от этих диких криков ужасно болела голова. Ничего не оставалось сделать, как посадить к себе на колени и продолжить писать. Сначала котенку понравилось новое место обитания: он внимательно все рассмотрел, потрогал край стола, до которого смог дотянуться, затем повернулся назад, поковырял пряжку ремня на джинсах своего сына и уже хотел попробовать край футболки на вкус, но не успел. Немец встал с места, посадив на офисное кресло ребенка вместо себя и присел на уровне лица Рейха. — Я вернусь ровно через минуту, пожалуйста, не плачь, я тебя прошу, у меня уже голова кругом, — попросил парень, почти незаметно чмокнул его в лоб и скрылся в коридоре. Естественно, маленький нацист совершенно ничего не понял и сразу же полез изучать рабочий стол. Первое, что попалось — документ, что буквально несколько секунд назад подписывал Германия. Попробовав его на вкус, ему стало мало, и он решил поиграть с остальными бумажками. Первая стопка сразу же отправилась на пол, с половиной второй случилось то же самое, другая половина осталась незамеченой. Неизвестно каким образом, котенок перебрался на сам стол, потому что уже ничего больше не доставал со своего места. Следующий на пути был стакан с ручками и карандашами. Пара карандашей были подвергнуты обсасыванию, остальное, вместе с самим стаканом полетело к документам на пол. В эту секунду в комнату вбегает Германия, видимо, осознав, что может случиться и почему же до сих пор тихо. — Нет, нет, нет, нет, нет, — замешкался парень. — Так стоп, спокойно, — он медленно выдохнул и кинулся убирать малыша со стола. — Это мой косяк, ты ни в чем не виноват, все, все нормально, сейчас я все соберу, да, вот, сейчас, — подбирая в хаотичном порядке документы с Рейхом на руках, повторял немец. — Все, хватит. На сегодня хватит, я так больше не могу. Сейчас я соберу бумаги, пойдем покушаем и ляжем спать, да? — спросил у своего отца Германия. — Ты же сразу уснешь, я надеюсь? Думаю да, ты сегодня мно-ого чего натворил, устал наверное, — убирая последний листок, парень закончил, — Все, пошли кушать, мы сегодня устали. Примерно через час «недопапа» и его «сынок» сидели в мягком удобном кресле и смотрели какой-то непонятный мультик, из-за чего быстро уснули.

***

— Ты нашел, чем его накормить? — заглянул в комнату Канада. — Я уже все. — Да, сейчас, почти нашел, — закрывая соц сеть, ответил Америка. — Нада. — Ай? — рассматривая Великобританию и отмечая, как хорошо сидит на нем этот миленький костюмчик, отозвался младший брат. — Во что ты одел папу? — Как видишь, вот в это, — продемонстрировал канадец. — Неплохо сидит, мне нравится. — Вау, прикольный комбез, где взял? — Вообще-то это твой, — усмехнулся парень. — Мне папа как-то показал. — Да ладно, я не помню, — оторвался от телефона американец. — Ну неплохо, неплохо. — Так, ты нашел, что ему поесть? — вернулся к нужной теме Канада. — Ээ, да… — молниеносно набирая запрос в интернете, протянул Аме. — Вот, ээ… Да, вот, тут написано: «К году ребенок ест уже практически все продукты, легче перечислить те из них, которые нельзя давать ему: грибы, колбасы, тяжелое мясо…» Так, этого у нас и так нет, что дальше? — парень пролистал сайт ниже. — «Для полноценного роста и развития малыш должен получать достаточное количество белков, жиров, углеводов, микроэлементов и витаминов.» — уже медленнее вчитался в текст старший брат. — Все ясно, — громко завершил поиск парень, — Ему можно все что угодно, главное, чтобы это было не тяжелым. — Отлично, есть идеи, чем мы все втроем позавтракаем? — тут же спросил Нада. — А что это втроем? Я вообще-то хотел доесть заказанную еду со вчерашнего дня, — Мерика указал на пакет в углу комнаты. — Не-ет, это ты съешь тогда, когда мы сможем вернуть папу назад в свой возраст, а сейчас мы все вместе будем питаться одним и тем же, и сначала есть будем мы, чтобы нечаянно не отравить его, — канадец приподнял вверх Великобританию и мило улыбнулся. — Я предлагаю сварить кашу. Вот, точно, может готовить еще научимся. — Не-е-е-ет, — взвыл Америка. — Какая каша? Я ее никогда не ел, ты о чем вообще? — Вот и попробуешь, все, пошли, — младший встал со своей кровати с малышом на руках, подошел к своему брату, взял его за край футболки и потащил с кровати. Сопротивляться американец не стал, расчитывая на то, что его дотащят до кухни, но нет. — Так, Аме, вставай, не будь ребенком, мне одного хватает, — возмутился парень, хорошенько встряхивая брата. — Ладно, сейчас, я только в душ схожу, погоди пару минут. — Ага, быстрее давай, — поторопил Канада, заворачивая на кухню. Прошло около десяти минут и к нему присоединился старший брат. За это время Нада сумел усадить британца на небольшой диванчик и отвлечь его внимание мягким медвежонком, что появился в их доме в качестве подарка. — Ты уже здесь? Отлично, доставай молоко и крупу, — распорядился канадец. — Окей, — Мерика полез по нависным шкафам в поисках ингредиентов. Через часик все уже покушали, кроме американца, что наотрез отказался от нового блюда. Хорошо, когда живот начнет скручивать в трубочку, и не только кашу съест, ведь весь фаст фуд спрятал его любимый младший братик. Следующие пол дня прошли тихо, ведь Великобритания оказался спокойным ребенком. — Слушай, Нада, а у нас папа не сломался? Обычно все дети кричат, плачут, а этот даже не пискнул за целый день, уже пять часов, между прочим, — забеспокоился Америка. — Я не думаю. По-моему, обычный милый ребенок. Он всегда был спокойным, ничего удивительного не вижу, — играя с британцем, ответил парень. Канадец просто обожал детей. Если к ним приходили гости с детьми, то все, можно даже не пытаться куда-то его позвать. Да и искать особо не приходилось — где дети, там и он. А сколько разных игр Канада придумывал… Представить страшно. Вот и сейчас он выдумал еще одну развлекаловку. — Аме, у нас есть какая-нибудь веревка? — Ты его придушить собрался, — послышалось со стороны дивана. — Вроде была какая-то, посмотри в прихожей (лол, что?). — Очень смешно, но спасибо, — саркастически отозвался младший. — Посмотри пока за ним, — попросил он и, клюнув папу в щеку, направился к выходу из зала. — Ага, — отмазался Мерика, не отрываясь от телефона. Хоть Великобритания и был тихим ребенком, без Канады стало скучно, поэтому он пополз в сторону стеклянного столика, к которому его временный «папа» как раз и не пускал. Все бы ничего, но запрещенный предмет был не очень-то и устойчив, поэтому хватило небольшого толчка со стороны малыша, как вся стеклянная конструкция полетела вниз. Услышав это, американец выронил телефон и подбежал к месту проишествия. Сматерившись шепотом, он поднял с пола ребёнка и отошел в сторону. В этот момент забегает канадец, готовый убивать, ведь он уже примерно догадался, что произошло, а увиденная картина это подтвердила. — Америка, чтоб тебя, куда ты смотрел? — заверещал парень, выхватывая Великобританию из рук брата, — быстро собирай стекло, пока я осматриваю папу! Американцу ничего не оставалось, как послушаться, а в это время Нада практически забежал в ванную, снял с британца комбинезон и начал тщательно рассматривать тело, одновременно поглаживая его руку, будто успокаивая. В следующую секунду малыш начинает хныкать, плавно переходя на плач. -Тшш, тихо, тихо, солнышко, тихо, все хорошо, сейчас я посмотрю до конца и пойдем дальше играть, — пытался усмирить Великобританию канадец, — все, все, все, все, тише, тише, зайчик, ну не плачь, пожалуйста, — все было тщетно, британец никак не хотел успокаиваться, а, казалось, еще сильнее начинал плакать. Наконец, парень понял, что произошло, ведь дети никогда не плачут просто так. Оказалось, ребёнок подцепил занозу, а как известно, стеклянные — самые противные. Видимо, пока Канада гладил его руку, как раз и зацепил ее и она вошла глубже, причиняя сильную боль. Что ж, так как братья в детстве часть прыгали и бегали где попало, получая при этом больше и больше заноз, они могли с легкостью от них избавляться, поэтому через пару минут причина плача была успешно устранена. Обратно одев Великобританию, «недопапа» взял его на руки и пошел проверять, как справился со своей работой его брат. — Я все убрал, прости, я не хотел, с ним все хорошо? — искренне извинился американец. — Да, но это не отменяет того, что ты идиот, — задрав голову ответил парень и ушел в свою комнату, чтобы уж точно больше ничего не случилось.