Уберите этих детей!

      Утро следующего дня не заставило себя ждать. А если проще, то маленький Совок опять проснулся слишком рано. Парням повезло — им позволили поспать на целый час больше, чем вчера. — О боже, опять оно, — сквозь сон проныл Россия, затем повернулся к стене и ударил несколько раз кулаком. Таким образом он всегда будил своего брата, странно, не правда ли?) — Что стучишь? Я уже встал давно, — зашел в комнату Украина, держа Союза на руках. — Иди завтрак нам готовь. — А ты, я смотрю, детей бояться перестал? — усмехнулся парень. — С этим засранцем и бояться некогда… Давай, вставай, мы есть хотим и под словом «мы» я имею ввиду папу и себя тоже, так что быстрее, пожалуйста, — надавил старший брат и вышел из комнаты. На это Федерация прорычал что-то невнятное, но все-таки поднялся и пошел готовить. Через два часа све были сыты и одеты. (почему мне так смешно) — Чем сегодня займемся? — спросил украинец, усаживая папу на ковер. — Без понятия, нужно думать, как его вернуть, — ответил младший брат. — С этим не поспоришь… Еще пятнадцать минут прошли относительно спокойно, но телефон Украины решил вдруг передумать. — Кто это? — дернулся русский. — Я не… Это наверное Канада, я договорился с ним сегодня погулять, — стукнул по лбу себя старший и побежал с свою комнату отвечать. — Алло, п-привет, — заикаясь, ответил он. — Хей, привет, слушай, я насчет сегодня, — начал голос из трубки. Украинец был прав — звонил Нада. — Да, я это… Тут такое дело… В общем… — перебил его друг, но договорить не смог, так как услышал плач Союза из зала. Растерявшись, он попытался закрыть микрофон руками и уйти в другую комнату, но было уже поздно. — А кто там плачет? — не понял канадец. — Ээ… Ха-ха, да никто, тебе показалось, — попытался отмазаться Украина, уже придумывая план убийства брата. — Да нет, не показалось, кто плачет? У вас же вроде нет маленьких детей в доме… — Нет, не-ет, ты что, какие дети? Ха-ха, это… Это даже не плач, — все еще паниковал парень. — Да хватит врать, я же слышу, это точно ребенок, уж этот звук я точно ни с чем не спутаю, — настаивал его друг. — В смысле не спутаешь? У вас же тоже нет детей, — вдруг успокоился украинец. — Ээ… Н-нет, — Канада понял, что сболтнул лишнего и попытался отмазаться, — с чего ты вообще взя-А-л! — он подпрыгнул на месте, вскрикнув, потому что Великобритания больно ущипнул его за ногу, — Америка, убери его-о! — закрыв трубку, позвал младший старшего, за тем продолжил, — ээ… Все нормально… Да, вот, все отлично. — Кого убрать? — Э, да никого, не бери в голову. — Так стоп, мы оба что-то скрываем, — набравшись смелости, сделал вывод Украина. — Да, ты прав, это так глупо, — посмеялся над собой Нада. — Давай вместе скажем на счет три. — Ага, раз… — Два… — Три! — Мой отец стал ребенком! — хором выкрикнули они. И тут наступила гробовая тишина. Первым очнулся Канада: — Да ла-а-адно, серьезно? — не поверил он, — ХА-ХА-ХА, стой, правда что-ли? СССР — ребенок? АААААА, — его реакция была неповторима, поэтому Украину разорвал дикий смех. — Ахаха, да-а, я сам сначала долго не мог поверить, — сквозь слезы проговорил он. — А Великобритания тоже? Вот это да-а, и поэтому ты сегодня не сможешь, верно? — Именно, — подтвердил канадец. — Слушай, у меня тут такая идея. Мне просто жуть, как хочется посмотреть на маленького Совочка, может мы к вам придем сегодня? — надеясь на положительный ответ, почти прыгал на месте Нада. — Отличная идея, в любое время! — загорелся украинец, но тут же уточнил, — а вы Великобританию тоже возьмете? — Конечно, что мы его дома оставим, — сразу же последовал ответ. И тут в комнату врывается Россия. — Укроп, какого черта ты тут пиздишь по телефону столько времени, я не могу разорваться на пять частей! — психовал он. — Ладно, ладно, иду я, иду, — ответил старший, после чего быстренько попрощался с другом и повесил трубку.

***

      Второй день для Германии стал более продуктивным, нежели предыдущий. Он успел отправить все нужные документы и отчеты, а так же взял себе «выходные» примерно на неделю. Ну, выходными это называлось для всех, а для парня это все еще оставалось рабочими днями, только вместо бумажек он сидел с ребенком. Вот уже четвертый час подряд он пытался успокоить Рейха, который ревел без остановки. К сожалению, кроме той погремушки, в их доме ничего не нашлось, поэтому отвлекать малыша было особо нечем. Единственное, что придумал парень, это постараться уложить нациста спать, а в это время, пока будет тихо, позвонить России и спросить что-нибудь, ведь как известно, у него много братьев и сестёр — по любому должны остаться какие-то игрушки. С первой частью своего плана он справился примерно за час — неугомонный котенок совсем не хотел слушаться, но все же у него это получилось. Немец на цыпочках вышел из своей комнаты и закрылся в кабинете. Быстро набрав номер, он стал ждать ответа. Хотелось быстрее закончить разговор, ибо кто знает, как надолго в доме воцарилась тишина. — Алло, — ответ не заставил себя долго ждать. — Привет, Россия, м… Слушай, у тебя же много братьев и сестер, — начал Германия. — Привет, ну, допустим, и что? — У вас дома не осталось каких-нибудь игрушек детских? — Эээ… — немого затупил Федерация, — да, остались, а тебе зачем? — Ну-у… — к такому парень почему-то был не готов, а зря, — да не важно, просто ненадолго понадобились, ты не можешь одолжить? — уже чувствуя, как по виску скатывается капелька пота, немец пытался придумать оправдание тому, что он только что наговорил. — Не, так просто ты не отмажешься, давай говори, зачем тебе игрушки понадобились? — настоял русский. — Я не обязан тебе ничего объяснять. — А я не обязан тебе ничего отдавать, — поиздевался Россия. — Ладно, к нам приехали гости с детьми, так устраивает? — наконец придумал отмазку Германия. — А что, у них нет родителей и они не позаботились об этом? — с подозрением спросил парень. И тут уверенность немца пошатнулась. Что теперь отвечать ему — не известно. — Короче, ты сможешь дать хотя бы пару игрушек или нет? — пытался закончить разговор он, так как уже слышал возню в соседней комнате, что означало — у него осталось очень мало времени. — Ну ты мне причину-то назовешь или нет? — не сдавался собеседник. — Нет, прости, я не могу, ты не правильно можешь понять, так что, нет… — Ну, я много чего могу не правильно понять, но вот то, что связано с детьми точно пойму, — Федерация сам не понял, как выдал себя с потрохами. — Не понял, ты же недолюбливаешь детей или что-то изменилось? — теперь очередь оправдываться настала для русского. — Нет, поэтому и пойму, — не растерялся парень. Что ж, как бы Германия не старался, все когда-то заканчивается, а сон Третьего Рейха тем более, поэтому уже через секунду не только два собеседника, но и все обитатели дома России услышали дикий детский рёв. Почти сразу же с другого конца телефона послышалось то же самое, потому скрывать дальше что-либо парням было бесполезно. — У тебя тоже ребенок? И кто, если не секрет? — усмехнулся немец. — Вот ни за что не поверишь, но это мой отец, — сдался Федерация, — а у тебя кто? — Да ну, правда что-ли? Стой, а как? У меня тоже отец… — И ты туда же? Господи, сколько вас?.. — сам себя спросил парень. — В смысле? У кого еще такая проблема? — не догнал Германия. — У Канады с Америкой. Они, кстати, к нам скоро придут, присоединяйся, заодно и игрушки захватишь, — совершенно спокойно ответил русский. — Хорошо, спасибо за приглашение, я пойду, а то сейчас от моей комнаты ничего не останется, пока, — завершил разговор Германия и сразу же кинулся к маленькому нацисту.