И даже время не разлучит нас

— Эм, я… — капелька пота скатилась со лба блондинки, что выглядело не очень эстетично. Кажется, это была первая ситуация в жизни, когда сердце готово было выскочить из груди. — Что же ты молчишь, Нарцисса, — насмешливо проговорил мужчина, вольготно устраиваясь на диване - нога на ногу, смешливая улыбка и глаза, мерцающие чем-то странным. — А что ты хочешь услышать? — фыркнула женщина, скрестив руки на груди. Ведь лучшая атака - это нападение? — Например, на каких основаниях ты - жалкая шлюха, посмела изменить мне – Люциусу, лорду Малфою? — сверкнул стальными очами Белый лорд, чувствуя, как родовая магия упрашивает его уничтожить эту грязную потаскуху. — На каких основаниях говоришь? — прорычала Нарцисса, а ее голубые глаза словно в ответ злостно засверкали. — А что я должна была делать, раз ты - самодовольная тварь, даже не обращал на меня внимания?! — Одним словом, ты стала изменять мне из-за недотраха? — хмыкнул мужчина, находя эту ситуацию смешной. — Не смешно, — процедила теперь уже Блэк, ведь сама магия стала относиться к ней как к врагу.       Женщина заметно сдала: на лице появились морщины, глаза потускнели, а волосы приобрели странный серый цвет. Вот что значит отречение самой магии - родовая магия отказывается подпитывать ядро мага. После этого человек постепенно стареет и погибает — это занимает около десяти лет. Но всё равно, почти в три раза меньше, чем женщина смогла бы прожить. А род Блэк, к которому она принадлежала, уже не может подпитывать её. Ведь она вышла из него, становясь членом семьи рода Малфой. — О нет, это просто ужасно смешно. Впрочем, — проговорил мужчина, встав с кресла и направляясь к выходу из комнаты, — думаю ты и сама знаешь, где находится выход. — О, я обязательно уйду, но сначала верни мне моего сына. — Холодно проговорила Нарцисса. — Ты что-то путаешь, отреченная, — обернувшись, на прощание сказал Люциус. — Драко принадлежит мне и моему роду.       Не спеша выйдя из комнаты, лорд Малфой продолжил: — Тем более моему сыну не нужна такая мать. — Нет! — вскрикнула бывшая леди Малфой, чувствуя, как в хлопке аппарации её уносит за пределы территории Малфой-мэнора. — Мы справимся сами, правда, Драко? — проговорил мужчина, наблюдая как белокурый ангелочек невинно спит в кроватке, прижимая к себе игрушечную змейку.       Люциус всё еще не до конца осознавал свою любовь к этому малышу. Прокручивая в голове случившееся ранее, мужчина решил, что теперь справиться со всем будет легче. Направляясь в покои наследника, отец хотел провести время со своим сыном, и немного прийти в себя, но не вышло – маленький Малфой спал. Обеденный сон важен для столь малого организма. Всё же Драко ещё ребёнок, поэтому поиграть с ним после разговора с Нарциссой не получилось. Ещё раз посмотрев на ребенка, Люциус удалился из детской. Пора бы и с документами поработать.

Вечером у Гарольда

      Мужчина, лежащий на правой стороне кровати, беспокойно завозился. Глаза покрепче сжались, а губы приоткрылись, вырывая тяжелый стон. Купол, которым себя оградил Поттер, был как раз для таких случаев — для тишины во время кошмаров о прошлом.       Ему теперь не снились мёртвые тела родных. А зачем им снится? Они мало того, что живы, так еще и отправили его на верную смерть. Нет, теперь ему снится совсем другое. А именно души. Души людей, которых он посмел забрать по приказу Смерти. Они кричали, молили о пощаде, ведь большая часть из них...попала в Ад и сейчас горит там.       Наверное, единственная душа, которую ему поистине было тяжело забирать — смертельно больная девушка. Её слёзы на лице, когда она увидела его, выражение понимания и отчаяния, непринятия. А ярость её парня, смотрящего как будто прямо на него, словно отпечаталась в памяти. Но он ведь не мог видеть Гарри, правда? А потом он увел её в чистилище, после чего она отправилась в Рай... Он специально узнавал.       И вот она снова перед его взглядом, в его сне. Прекрасные русые локоны и зеленые глаза, конечно, не изумрудные, как у Певерелл-Слизерина. Но всё же... Добрые и светлые, чистые и необычные глаза. Жалко, что смерть забирает сначала хороших, а потом уже плохих. Наверное, она бы ему еще долго снилась, вот только… В сон где царила тьма проник лучик света и девушка, приоткрыв губы проговорила: — Мне жаль...спаси...не понимает... — и исчезла, растворяясь в прекрасных утренних лучах.       Гарри вздрогнул и открыл глаза. Оглянувшись в разные стороны, парень мягко улыбнулся, увидев знакомую макушку в ворохе одеял. Всё же Северус настоял, что хоть они и спят в одной кровати, это не значит, что он обязан спать еще и под одним одеялом. В самом деле! Эти вещи ни капли не взаимосвязаны. Бред же! — Надеюсь, у неё всё хорошо, — тихо проговорил парень, а про себя добавил: «Было бы хорошо, если бы этот парень и девушка смогли бы встретиться там... в Раю...».       Жаль, конечно, вот только знаем мы, что этому не бывать. Мужчина испортился, стал ужасным и даже убивал. Какой тут Рай? Дорога ему заказана туда... А ведь Гарри от всего сердца хотел, чтобы они увиделись. Кстати, что девушка хотела сказать ему? Кого надо спасать и почему ей жаль? — Бред какой-то, — тихо хмыкнул Певерелл-Слизерин, вставая с кровати и выходя из комнаты.       Спустя три минуты, когда шаги утихли, шоколадные глаза лежащего на кровати мужчины приоткрылись, смотря в никуда. И в его голове крутился только один вопрос — кто эта «она»?

Продолжение следует...