Воля судьбы

Проснувшись раньше Аллерии и Нимфадоры, Гарри аккуратно выбрался из объятий двух девушек и, встав с кровати, направился в ванную. Стоя под потоками теплой воды в душевой кабине, юноша предавался приятному расслаблению, релаксируя на различные темы. Постепенно гриффиндорец переключился на воспоминания о прошлом вечере, когда он с высшей эльфийкой и метаморфиней достаточно пошалили. Улыбнувшись своим мыслям, Поттер продолжил мыться. — Гарри, почему ты не разбудил меня? — внезапно позади раздался знакомый голос Тонкс. Обернувшись, парень увидел совершенно обнаженную девушку, которая лукаво ему улыбалась, стоя в дверях ванной. В глазах Нимфадоры играли бесята, отчего волшебник слегка нервно вздрогнул, в свою очередь метаморфиня довольно улыбнулась и, соблазнительно покачивая бедрами, направилась к душевой кабине, в которой находился юноша. — Тонкс, ты же знаешь, что я… — начал было отвечать Гарри, но был прерван, когда пальчик девушки лег на его губы, волшебница зашла в душ и тесно прижалась своей мягкой и объемной грудью к парню. Улыбка в стиле чеширского кота в исполнении девушки говорила о многом, и брюнет все прекрасно понял. — Так значит, это был лишь повод? — ехидно поинтересовался Поттер, опустив свои руки на попку девушки, нежно сжав её ягодицы. Отчего метаморфиня довольно взвизгнула. Блеск в её глазах все прекрасно говорил. — Ну да, хоть я и уже нормально общаюсь с Аллерией и мне нравятся наши оргии втроем, но все же я хочу иногда быть с тобой наедине, — ответила синеволосая метаморфиня, чья рука начала свое путешествие по торсу Гарри. И вскоре пальчики Тонкс начали нежно ласкать достоинство юноши, приводя член в боеготовое состояние. Затем когда ствол гриффиндорца достаточно затвердел, Нимфадора опустилась на колени перед парнем и, пошло облизав свои губы, припала к достоинству брюнета. Ощутив влажный язычок метаморфини на своем члене, Гарри слегка застонал и начал постепенно двигать тазом чуть вперед, проникая глубже в теплый ротик девушки. — Ох, моя сладкая Нимфи, — простонал Гарри, совершая глубокие фрикции в рот волшебницы. Тонкс продолжала сидеть перед ним на коленях и активно сосала член, совершенно никого не стесняясь. Капитан следопытов все равно еще спала, а больше никого в замке, кроме них троих не было. Хель покинула цитадель Певереллов, сообщив лорду Поттеру-Певереллу, что их занятия продолжатся зимой. Несмотря на то что его наставница ушла, у юноши было уже достаточно навыков и умений в некромантии, хотя до полноценного мастера Гарри было еще ой как далеко, но благодаря богатой библиотеке Певереллов, хранившейся в замке, парень мог самостоятельно заниматься теорией, с практикой гриффиндорец решил пока не рисковать. Однако все связанные мысли вскоре улетучились из головы волшебника под умелым аргументом в исполнении Нимфадоры. Облизывая каждый сантиметр достоинства своего парня, метаморфиня не останавливалась ни на секунду. Ствол брюнета входил в её теплый ротик с довольно развратными чавкающими звуками. Упершись спиной о стеклянную стенку душевой кабинки, юноша продолжал получать наслаждение от умелого минета в исполнении волшебницы, которая вообще не собиралась останавливаться. Через несколько минут парень и девушка кончили. С довольной улыбкой на лице Тонкс проглатывала семя Поттера, попутно вытерев свои губы. Умывшись, а затем вытеревшись полотенцами, парочка вышла из ванной и направилась спальню. Аллерия к этому времени уже проснулась. Заметив счастливое выражение на лице у метаморфини, высшая эльфийка не стала как-то это комментировать, так как прекрасно знала, что все это значит. Встав с кровати, капитан следопытов принялась одеваться, подойдя одновременно с Нимфадорой к нужному шкафу, в котором находилась их одежда. Гарри же одевался в противоположной стороне комнаты. Закончив одеваться, троица спустилась в столовую-кухню, где юноша принялся готовить для своих девушек завтрак.

***

Перед началом нового учебного года после долгих переговоров между директором Хогвартса и Департаментом Магического Правопорядка было решено, что в замок отправятся несколько авроров. Об этой новости Тонкс сообщил её начальник, кроме того девушка узнала, что её повысили до капитана мракоборца, назначив командиром этого отряда. Сообщать о этой новости возлюбленному, Нимфадора не стала, решив сделать своему парню сюрприз. Лукаво улыбнувшись, девушка покинула Министерство Магии, отправившись патрулировать Косой Переулок вместе с несколькими своими подчиненными, которые шли позади своего капитана и не могли увидеть улыбку волшебницы. Тридцать первого августа Гарри встал чуть пораньше и закончил собирать свои вещи для Хогвартса. Сложив все необходимое в сумку с чарами расширенного пространства, Поттер спустился на кухню, где позавтракал вместе с Нимфадорой и Аллерией. Девушки решили также встать пораньше и проводить его. Единственное о чем юноша не знал, то что с Тонкс он вскоре встретится в школе. Метаморфиня поговорила с капитаном следопытов на эту тему, и эльфийка никак не стала возражать против такого сюрприза для Гарри. Попрощавшись с девушками, юноша аппарировал, отправившись на магический вокзал. Прибыв туда, волшебник быстро направился к уже стоявшему у перрона поезду. Зайдя в вагон, Поттер направился в купе для старост факультета Гриффиндора, где быстро переоделся в школьную униформу и, сев возле окна, достав из сумки книгу по боевой магии, принялся читать. Он прибыл одним из первых, так что ничего удивительного в том, что в поезде и на вокзале еще было мало людей. — Привет, Гарри. Надеюсь, ты готов к патрулированию? — вошла в купе Браун, которую так же, как и юношу, назначили старостой. Девушка уже успела переодеться в школьную форму, переодевшись в одном из пока еще свободных купе. — Привет, Лаванда. Конечно готов, — ответил подросток, после чего вернулся к своему чтению. Вскоре вокзал стал заполняться людьми. С гомоном прибывали студенты, родители первокурсников давали свои последние наставления. Из всей этой толпы выделялись некие рыжие, которые по своей традиции как всегда опоздали, прибыв за пять минут до отправления поезда. Вскоре раздался гудок, и состав медленно тронулся с перрона, оставляя магический вокзал позади. Как только поезд выехал за пределы Лондона, Поттер с Браун пошли на встречу старост, где школьные префекты сообщали им правила. Во время собрания гриффиндорец постоянно ловил неприязненные взгляды от Малфоя и его ручного мопса, Пэнси Паркинсон. Игнорируя слизеринцев, юноша слушал внимательно главного префекта. И спустя несколько минут собрание завершилось. Первыми в патрулирование поезда должны были пойти именно Гарри и Лаванда, затем их сменили старосты Когтеврана и так далее. Неспешно идя по коридорам вагонов, парень и девушка следили за порядком, и пока все было в норме. Но стоило старостам войти в четвертый вагон, как они услышали впереди сильную нецензурную брань, доносившуюся из последнего купе. От обилия мата Браун сильно поморщилась. Только один студент мог позволить себе так выражаться. — Уизли, — с презрением в голосе, произнесла светловолосая девушка. — Гарри, может быть ты посмотришь, что там происходит? Мне что-то не хочется находиться в одном купе с Шестым. Я уверена, что там находится именно он. — Ну хорошо. Я посмотрю в чем там дело, — ответил юноша и направился в сторону нужного купе. — ..... Ты, шлюха слизеринская, еще будешь меня учить, как мне разговаривать!!! Да я тебя сейчас!!! — кричал Шестой на какую-то студентку. Подойдя к двери купе, староста резко открыл её и увидел следующую картину: на полу валялись разбросанные книги и частично листы пергамента, возле окна сидела темноволосая девушка примерно одного с Гарри возраста. Поттер сразу же признал в девушке Дельфинию Реддл. Она единственная из слизеринцев, которая никогда никого не задирала, даже более того — брюнетка извинилась перед Гарри и Невиллом за своего отца и мать после событий второго курса, узнав от Дамблдора всю правду о себе и своих родителях. Воспитанная в магическом приюте Реддл никогда не имела друзей, но в отличии от отца не была зацикленной на магическом превосходстве и ненависти к маглам и маглорожденным. Девушке повезло, что в приюте работали бывшие выпускники Пуффендуя, которые воспитали Дельфинию в доброте и свете, также в приюте не было никакой травли, ибо все дети там являлись магами. Поступив в Хогвартс, девушка занималась только учебой и старалась ни во что не влезать. Из-за того что она не поддерживала принижение магглорожденных, на собственном факультете Дельфиния стала изгоем, слизеринцы нейтралы, не желая настраивать против себя остальных, не общались с ней, а остальные ученики Хогвартса слепо следовавшие предубеждению, что все слизеринцы — зло, также игнорировали одинокую девушку. А некоторые вроде Шестого в открытую оскорбляли Реддл. Видя, что девушка весьма одинока Поттер и Лонгботтом стали общаться с ней, несмотря на то с какого факультета она была, и кем являлись её родители.  — Уизли, тебе что никто не говорил о том, что оскорблять и бить девушек нельзя? — холодным тоном поинтересовался Гарри, перехватывая руку Рональда, когда рыжий попытался ударить Дельфинию. — Да, она же змея подколодная. Ее место в Азкабане рядом с её мамашей маньячкой! — начал отвечать Рон. — Кем бы не была мать Дельфинии, девушка не должна нести ответственность за преступления родителей. Она — это не они. Запомни это, Уизел, хотя не уверен, что ты это сделаешь. — Да, ты… — начал вякать Шестой, но чары молчания заткнули ему рот. — Значит так, Уизел, пошел отсюда вон. Минус двадцать пять баллов с Гриффиндора за нападение и оскорбление девушки и пару недель отработок в обществе мистера Филча, — сказал юноша, после чего выкинул рыжего недоумка из купе девушки. — Спасибо, Гарри, — прошептала Реддл, вставая со своего места и начав собирать вместе с Поттером, свои вещи. — Да ничего страшного мы ведь друзья, — тепло улыбнулся гриффиндорец. Девушка в ответ также улыбнулась. Закончив помогать своей сокурснице, Гарри покинул купе Дельфинии и пошел дальше патрулировать поезд. До прибытия в Хогсмид более никаких серьезных происшествий не случалось. Когда поезд остановился, и студенты старших курсов прибыли в замок, они с удивлением обнаружили стоявших возле дверей мракоборцев, которые тщательно проверяли всех учеников. Все подозрительное изымалось, после чего юных волшебников пропускали в Хогвартс. Зайдя в Большой зал, Поттер сел во главе своего факультетского стола, где должны сидеть старосты. Когда все студенты расселись по местам, и прошла традиционная церемония распределения, директор выступил с речью. Подойдя к деревянной трибуне, старый волшебник заговорил: — Самого доброго вам вечера. Первым делом позвольте представить вам нового преподавателя — Горация Слизнорта. Рад сообщить, что профессор Слизнорт согласился снова преподавать у нас свой предмет — зельеварение, — пока Альбус говорил со своего места, приподнялся слегка полноватый мужчина, вежливо поклонившийся ученикам Хогвартса, перед тем как сесть обратно на свое место. Меж тем Дамблдор продолжил: — Тем временем пост преподавателя защиты от темных искусств займет профессор Снейп. В зале возникло серьезное возмущение, в основном со стороны гриффиндорцев, ведь все знали, что декан Слизерина ненавидит представителей алознаменного факультета и чрезмерно субъективен, даже превосходя в этом профессора Макгонагалл. Сидевший во главе стола Гарри сильно недоумевал, но не стал в открытую возмущаться как остальные гриффиндорцы. Как только шум в зале утих, директор Хогвартса продолжил говорить: — Как вы могли заметить каждого из вас обыскали по прибытию в школу. Отряд мракоборцев будет охранять замок. Позвольте представить вам капитана отряда — бывшую студентку Хогвартса — Нимфадору Тонкс. После этих слов директора в зал через боковую дверь вошла означенная мракоборка. Староста Гриффиндора был ошарашен этим сюрпризом, так что ничего не мог вымолвить. Большинство слизеринцев смотрели на волшебницу с неприятием, такие же взгляды в сторону метаморфини кидали Рональд и Джинни Уизли. Однако Нимфадора на все это не обращала внимание и вежливо поприветствовала учеников Хогвартса. — И у вас есть право узнать зачем. Жил на свете один юноша, который, как и вы когда-то сидел в этом зале, ходил по коридорам этого замка и спал под его крышей. Для всего мира он был таким же студентом, как любой из вас. Звали его — Том Реддл. Сегодня же он известен всему миру под другим именем. И потому, стоя сейчас здесь и глядя на всех вас, я не могу забыть о главном. Каждый день, каждый час, даже в эту самую минуту, возможно, темные силы пытаются пробить брешь в стенах этого замка. Но в итоге их сильнейшее оружие — это вы. Подумайте над этим, — на этом Альбус Дамблдор завершил свою речь и отпустил учеников по их факультетским гостиным. Гарри вместе с Лавандой повели первокурсников Гриффиндора и остальных студентов в сторону башни факультета, кроме Шестого, который жил в другом крыле, будучи изгнанным из факультетской гостиной.