Спасение Огнём.

      Арык стоял у ангара, беззаботно щёлкая орешки.       — Это кто ещё тут?       — Брат, это тот, кто звонил. Ну, есть же тот тип с холдингом, — напомнил Йылмаз.       Разве мог он думать сейчас логично? Все его мысли были о том, что ему говорить девочке-лисе, которая так легко поселилась в его сердце.       — А вы быстры, господин Куртулуш. Надеюсь, в представлениях друг другу мы не нуждаемся? — непринуждённо говорил младший Эрденет.       Было видно, что он такой же самовлюблённый и такой же позёр, как и старший брат. Но было в нём что-то более дикое и даже опасное. Азер это мог понять сразу — за столько лет общения с разными видами людей в этой сфере. Ему стоило увидеть и услышать манеру разговора, чтобы примерно понимать, что ждать от человека.       — Конечно, но, честно говоря, не ждал вас тут. Думал, встретимся на вашей территории.       — Разве имеют значение территории, когда весь Стамбул твой?       «Понятно, приехал показать, кто тут хозяин».       — О чём вы хотели поговорить, Арык-бей?       — Я знаю, что ты один из самых крупных поставщиков Турции. Наша забота охватывает пределы Турции, поставки другим странам. Ты берёшь товар у афганцев. Но я предлагаю свой товар — дешевле, чем у афганцев, а качество лучше. Высший сорт. Да и вам не придётся сильно рисковать, доставляя свой товар: всё в пределах Турции. Никто не посмеет вас тронуть под защитой Эрденетов.       — И чем я должен заслужить такую честь? — с сарказмом спросил Азер.       — Чукур. Мне нужен Чукур. И беспрекословное подчинение Кочовалы. Смерть Ямача.       — Я бы рад помочь, но я не задержусь в Стамбуле. Есть другие планы на родине.       — Я думал, вы приехали покорить Стамбул и захватить Чукур. Я вам предлагаю осуществить вашу мечту — и бонусы. И вам это не интересно?       — Честно говоря, нет. Я приехал не ради власти и славы. Моего мне хватает. Я приехал отомстить за брата.       — Слышал. Отомстили? Вроде вы потеряли от рук Кочовалы ещё других членов семьи. Азер был недоволен. Ему совсем не нравилось, как этот тип докапывается до всех мелочей.       — Я сказал своё решение. Если на этом всё, я должен решить другие проблемы — меня ждут.       — А-а-а, насчёт тех людей в ангаре — они больше не ждут вас, то есть совсем. Вы уж простите. Я думал, мы договоримся, и они вам не понадобятся, — сказал, закидывая очередной орешек, улыбнулся и ушёл.       В ангаре лежали два трупа его поставщиков в Стамбуле.       — Он маньяк, психопат — на ровном месте убил людей. Совсем не понравился этот младший братец Чагатая. Он опасен. И не оставит в покое Кочовалы — непонятно, что ждать от него. А значит, будет плохо и Карадже. Приблизиться к Чукуру значит бросить её в огонь.       Достал телефон и набрал номер старого партнёра.       — Азер Куртулуш? Вот это сюрприз, не ждал, так не ждал. Чем обязан?       — Не паясничай, Акын, разговор есть.       — Руки сестры просить будешь? Извини, не могу.       — Не собираюсь просить. Заберу, если сама позовёт. Давай приезжай ко мне, дело серьёзное.       Очень не нравилось Азеру всё это, было нехорошее предчувствие.       Чем больше думал он о встрече с холдинговым типом, тем больше серая, неприятная тень тревоги оковывала его. Ведь если Эрденет замыслил против Кочовалы вендетту, это затронет и Караджу.

***

      Фадик ждала своих львят, накрыв обед на стол. Чтобы как-то улучшить настроение сына, приготовила любимые блюда Азера: кёфте, керван, пирог с печёнкой. Тархана никто другой во всей Адане, да и во всей Турции так вкусно не готовил — этот суп. А на десерт — жареные пирожки с ореховой начинкой.       У Азера с порога глаза засверкали от предстоящего удовольствия.       — М-м-м-м, ана-а-а, это что за праздник? Мы гостей ждём? Боюсь, гости голодными останутся. Вряд ли что-то перепадёт им.       Поцеловал руку матери:       — Здоровья твоим рукам, душа моя, — обнял как мальчишка. Йылмаз, пихая брата в сторону, быстрым шагом направился к столу. Азер рванул опередить его.       — Э-э-э, это мне, чего рот разинул? Я тебя знаю. После тебя тут ничего не останется.       — А ну хватит, как дети, ей-богу. Два здоровых лба, а до сих пор паясничают. Куда к столу? Идите руки мыть.       Фадик была довольна: если ест и шутит, значит, позвонила наша козочка. Подождём. Даст Аллах, уладится всё, — думала про себя женщина.

***

      Вечером приехал Акын. Азер сидел на веранде, погружённый в раздумья, накинув на плечи плед. Запаха её в нём не было, но он напоминал о ней. Горячий кофе в руках грел ладони. Закрыв глаза, погрузился в воспоминания.       — Какая романтическая обстановка у тебя, Азер-бей. Ароматических свечей разве что не хватает. Мне кофе не предлагай — чай только твоего приготовления. Никак не отреагировав на издёвки, Азер прошёл на кухню за чаем. Поставив перед ним чай и мамины сладкие пирожки, сел напротив.       — Ты только проси — мы не откажем. Сладости тоже пробуй, уверен, никогда не пробовал такое.       — Спасибо, удивил. Какая тема?       — Сегодня виделся с Арыком Эрденетом. Уверен, уже слышал о нём. Так вот, позвал меня работать на него, предложил хорошие условия.       — Ты похвастаться позвал? Аллах, Аллах! Ну, поздравляю!       — Я отказался. Сказал, что не участвую больше в играх и даже уеду из Стамбула. Его такое не устроило. Он хочет поставить вас на колени и убить Ямача. И, как я понял, не постесняется ничего для этого. То есть, думаю, скоро к вам нагрянет.       — Он был уже в Чукуре, представился дяде.       — Значит, теперь будет действовать. Меня это вовсе не радует, Акын. Ваши как всегда бездумно заняты другими делами. А этот человек нападёт откуда не ждёте.       — А тебе какое дело? Наш район, наша семья, наши проблемы. Ты чего так переживаешь?       Акын уже хорошо знал старшего Куртулуша: этот парень бесхитростный, говорит, что думает. Без интриг и двойных смыслов. Раз позвал, чай, сладости, заботу проявляет к его семье. Ухмыльнулся своим мыслям.       — Всё из-за Караджи? Значит, ты действительно переживаешь за неё?       — Как она? Что сделал твой отец и Ямач?       — Ничего. Просто готовятся к свадьбе: приданое, кольца, платье. Сам знаешь, сколько хлопот, — специально бесил его Акын и, как довольный кот, хитро улыбался.       Азер посмотрел пристально в его глаза, прищурившись. Что за семейка такая? И у этого лиса в глазах. Такие же, как и у сестры. Хитрые и бесстрашные. Сразу смягчившись, ухмыльнулся и медленно стал отпивать глоток за глотком свой густой кофе.       — Она разбита. Не выходит из комнаты, не ест, ни с кем не говорит, — уже серьёзно и мрачно произнёс Акын.       Сердце льва сжалось, словно в тисках. Он не двигался, напряжённый, весь вытянувшись в струну.       — Что ты ей сделал? О новости про свадьбу не было такого безысходного состояния у неё.       — Что сделал я? Что сделали мы — ты тоже в этом деле, не забывай. Ваш дорогой Ямач рассказал ей о смерти деда и вашей сестры. И то и другое — дело рук Юджеля. В тот день с ним был ты, Акын. Что там было? Как всё происходило? На мне было забрать мужчин из       Чукура и держать как можно дольше за решёткой.       Тут пришла очередь Акына напрячься.       — Ты сказал? — едва слышно спросил он.       — Не сказал. Это ваше семейное. И не скажу. Я не могу так разбить ей сердце. Она не вынесет. Семья, ради которой она готова голову на плаху положить, сама друг друга убивает. Мужчины — в своих разборках, а женщины пытаются спасти семью. Это вы называете семьёй? Я вовсе не пойму. Эта девочка пришла, храбро встала перед врагом и сказала: «Не уйду». Связала нас по рукам и ногам. Мы её не обидели. Но вы, Акын… хоть один из вас интересовался ею? Она целыми днями не выпускала телефон из рук, не могла дозвониться до родных. Никто не звонил ей и не спрашивал: «Как ты там, дочка? Жива ли? Обижают ли?» — как никак в доме врага. Нет же — один пришёл и разбил ей сердце, хватая, тащит туда-сюда, другой вспомнил сколько времени спустя, что есть племянница. Это вы ей делаете больно! А теперь и я в этом списке — убил деда и сестру. Акын стоял как провинившийся мальчишка, ему нечего было сказать.       — Спасибо, что предупредил. Я постараюсь решить это, — говоря это, даже не поднял головы и ушёл.