Спасение Огнём.

      — Ты поговорила с подругой? Она согласилась пожить у нас? — спросил Азер, возвращаясь домой.       — Поговорила. Но уговорить её тяжело. Она ещё и работает, помогает матери, — с грустью ответила она.       — Придумаем что-нибудь, не переживай, — взял её за руку.       — Я соскучилась по родным, и я боюсь идти туда. Если там дядя, если он не пустит…       — Это не только его дом. Если остальные приняли — и он примет. Бояться не стоит, я с тобой. Пусть только попробует не пустить или что-то сказать — я его…       — Стой, стой, не продолжай. Он всё-таки мой дядя. Чтобы он ни говорил, он моя кровь, и я люблю его так же, как и других, — сказала Караджа.       Азер остановился возле магазина со сладостями.       — Опять ты сладости берёшь? Ведь дома есть ещё, — причитала Караджа.       Он вышел с большими коробками и пакетом.       — Может, я хочу кого-то угостить. Ты против?       — Кого ещё? — недовольно отвернулась к окну.       Она молчала всю дорогу, пока не узнала родные места — они заезжали в Чукур.       — Что ты делаешь, Азер? Я не готова, я не хочу. Тем более, увидев тебя, они ещё больше разозлятся.       — Я не понимаю тебя, Караджа. Разве ты не хочешь видеть родных? Ты меня стесняешься? Мне не идти с тобой? Если будешь бояться — ничего не поменяется, — он был расстроен и уже развернулся уезжать, как Караджа взяла его за руку.       — Прости, я не хотела обидеть тебя, я запаниковала. Я хочу, чтобы ты был рядом. Его взгляд сразу смягчился. Её взгляд, одно слово, нежное прикосновение — и он превращался из льва в ручного котёнка. И было всё равно на весь мир, лишь бы ей было хорошо.       Они без препятствий заехали во двор Кочовалы.       Караджа нерешительно подошла к двери. Не успев постучать, дверь открыла Саадет, за её спиной стоял Ямач. Видимо, люди Чукура предупредили о незваных гостях.       — Девочка моя, ты пришла! Как мы скучали! — кинулась её обнимать. Караджа стояла окаменевшая, взгляд был прикован к дяде. Не переступая порог, ожидала, что её прогонят. Но Ямач раскрыл ей свои объятия. Не думая ни секунды, она бросилась к нему — слёзы не останавливались. То, чего она столько времени со страхом ожидала, миновало её.       Взяв её лицо в свои ладони, поцеловал в лоб.       — Добро пожаловать, Караджа!       Она поцеловала его руку и повернулась к мужу. Он стоял не двигаясь. На порог вышла Султан.       — Мы не держим гостей на пороге, заходите скорее, — позвала она его в дом.       Ямач сверлил глазами Азера, всем видом показывая, как он ему не рад. Взяв коробки из машины, Азер прошёл в дом.       — Неужто с подарками? — язвительно бросил Ямач гостю.       — С пустыми руками в гости не хожу, — безразлично ответил Азер.       Дома были не все. Отца увидеть не удалось. Из мужчин был только Ямач и Акын. Дамлы тоже не было.       — Отец скоро будет? — спросила Караджа.       — Это только Аллах знает. Надо нам собраться один день, чтобы все были дома.                   Приходите чаще. Не так ли? — обратилась Султан к сыну.       — Да, всегда ждём вас с дорогим зятем, — ответил Ямач.       Азер чувствовал себя неловко в этом доме, ему хотелось побыстрее покинуть его.       У машины его остановил Ямач — он этого ожидал. И молча ждал, что скажет этот сумасшедший.       — Если обидишь её или хоть волос с неё упадёт — это будет твоим последним днём. Ты понял?       Азер закатил глаза и сел в машину. Он сам его едва выносил — если бы не Караджа, ни минуты не провёл бы там.       Караджа была благодарна Азеру — неизвестно, когда бы она решилась прийти в этот дом. Она накрыла своей ладонью его руку. Заметив с приспущенного окна эту сцену, Ямач крикнул им:       — А-а, езжайте уже, пока мне плохо не стало. Тьфу, — сплюнул он.       — Чтобы ещё хуже тебе стало! — ответил Азер, крепко держа за руку свою жену.

***

      После приезда домой Азер направился к Йылмазу. Тот оставался у него, пока Азер был в отъезде, а с его приездом по вечерам возвращался к себе на квартиру.       — Ты ведь знаешь, где живёт подруга Караджи? — спросил Азер у него.       — Откуда мне знать? Я что, за ней слежу? — ответил Йылмаз с большим волнением, чем требовалось.       — Йылмаз, не нервничай, сынок. Ты начинаешь много говорить, когда переживаешь. К добру ли? — усмехнулся брат.       — Ничего такого нет. Я не знаю. А что случилось? — пряча глаза, спросил он.       — Успокойся ты. Я видел тебя той ночью после свадьбы. Стояли, мило-мило беседовали, — издевался над братом — его забавляло, как тот терялся. — Ладно, не буду мучить. У меня есть для тебя поручение. Я хочу, чтобы ты уговорил её на время остаться у нас. Мама сейчас приехать не может. А Караджа одна остаётся. Сам знаешь, сейчас мы будем загружены, и дома не будет никого, кроме охраны.       — Хорошо. Я понял.

***

      Йылмаз был рад, что появилась причина увидеть её. Не теряя времени, он отправился в Чукур за дикой красавицей, крутя в голове убедительные причины, почему она должна прийти в их дом. От одной мысли, что теперь он может видеть её почти каждый день, внутри всё переворачивалось.       Постучался. Открывает дверь она. Все причины, которые были более-менее логичны, вылетели из головы. И осталось лишь одно желание — провалиться сквозь землю, ибо сказать ему нечего. Она смотрит своими чёрными глазами ему прямо в душу, и он теряется как мальчишка. А её это, похоже, забавляет.       — Ну? В чём дело? Домой не приглашу, говори, что хотел? — с ходу пошла в атаку. Это дикая кошка. Его это злило.       — Я пришёл потому, что попросил брат. Не нужно много придумывать себе. Он просит, чтобы ты пожила в нашем доме. Караджа одна, мы будем часто задерживаться. И он хочет, чтобы ты составила ей компанию.       — Она не маленькая, ей нянька не нужна. А мне работать надо. Я ей сказала, что буду по возможности приходить к ней в гости. А жить в чужом доме я не смогу. Если это всё — я пошла, — ответила она, заворачиваясь в прохудившийся плед, прячась в нём от вечернего холода.       Дом был ветхим. То, что он увидел, когда она открыла дверь, — это был не дом, а конура. Его сердце болезненно сжалось. Не от хорошей жизни она такая колючая.       — Послушай, ты ведь знаешь, что у нас всё ещё проблемы с этими новыми врагами Кочовалы, и брат сейчас занят новым бизнесом — всё для того, чтобы обезопасить семью. Не оставляй подругу. Ты же сама сказала, она тебе больше чем друг, что любишь её как сестру. Она храбрая, да, но вдвоём вы сильнее, так ведь? А насчёт работы — у нас найдётся куча работы. Брат ещё не набрал всех людей, приходится возиться с разбором бумаг. Если ты не против — займись этим, и нам не придётся искать людей и платить им, — соврал он. Он не знал, как её уговорить.       Видно было, что он пошатнул её уверенность не идти к ним.       — Подумай, пожалуйста, а завтра дашь ответ.       — Я согласна, — ответила Дуйгу. — Завтра сама приеду. Только условие одно.       — Какое?       — Больше не мучай меня такими длинными речами, — подмигнула она ему.       Его челюсть отвисла. Что за девочка такая — всегда пытается взять верх над ним.       — Посмотрим. Пока сама не попросишь — не стану, — решил применить её тактику. «Ну что, девочка, посмотрим, весело ли будет тебе?» — оставив за собой последнее слово, уехал.