Спасение Огнём.

      Сбежав из дома словно подростки, Азер, Караджа, Йылмаз и Дуйгу отправились по вечерней Адане на прогулку.       Подъехав к набережной реки Сейхан, они вышли. Вдоль набережной располагался парк с видом на мечеть Сабанджи и каменный мост. Людей было немало. Тут было прохладнее, и после жаркого дня народ вышел к набережной насладиться вечерней прохладой. Каждые несколько шагов они останавливались, потому что кто-то обязательно подходил поздороваться с братьями.       — Их тут, кажется, каждая собака знает, — недовольно ворчала Дуйгу. От ушей Йылмаза это мимо не прошло.       — Брат, мы, кажется, неудачно выбрали место — им скучно. Может, проедемся дальше? Вдоль набережной есть небольшая аллея, и народу там меньше, — предложил он брату.       — Ты прав, я не подумал, что тут будет многолюдно. Добравшись наконец до того места, они присели на лавочку, взяв орешки и жареные каштаны.       — Ну как вам Адана? — спросил Азер.       — Жарко, — ответила Дуйгу.       — Даже очень, — хитро прищурилась лиса, отчего он моментально вспыхнул, пряча глаза. Благо в темноте не разглядеть его лица. Караджа, довольная собой, наблюдала за ним.       — Ну, они и не видели ещё города. Только приехали — и толпа тётушек атаковала, — начал Йылмаз, за что Азер был как никогда благодарен.       — Да сейчас тут не особо и посмотришь город. Днём даже кошки и собаки жмутся в тень. Разве что вечером. Завтра, может, сходим к водохранилищу — там тоже хорошо, — сказал Азер.       — С вами лучше не выходить в люди — иначе мы никуда не доберёмся. «Салам алейкум, брат! — Уа алейкум салам, брат! Салам алейкум, брат! — Уа алейкум салам, брат!» — копировала братьев Караджа. Все весело рассмеялись.       — Ну тогда придётся вам идти в другой компании, — развёл руками Азер.       — Но мы можем показать вам самую настоящую достопримечательность — адана-кебаб, — воодушевлённо предложил Азер.       Первая подскочила Караджа — она не наелась ни каштанами, ни орешками.

***

      Хозяин ресторана был знакомым Азера. Он сразу провёл их через дворик, они поднялись на балкон к столику, где никого не было, кроме них.       — Брат Кенан, нам четыре кебаба.       — Хорошо, сынок, всё будет в лучшем виде, — ответил добродушный шеф-повар ресторана.       С балкона открывался красивый вид на ночной город и водохранилище. Посреди водоёма виднелся небольшой кусок земли, освещённый огнями, и щит с названием «Остров Влюблённых». Они сидели и смотрели на город, сверкающий разноцветными огнями. Приятная прохлада обволакивала.       Караджа вспомнила детство — лёгкая улыбка тронула её лицо.       — О чём задумалась? — спросил Азер.       — Как-то вечером дядя Кахраман взял меня, Акшин и ещё несколько детей с района и отвёз в парк аттракционов. До этого мы никогда не были там. Мне хотелось на всех аттракционах покататься, но Акшин боялась. И мы с одним из мальчишек ушли тайком на горки. Я увидела котёнка и ушла ловить его. Когда я всё-таки его поймала, никого из наших уже не было. Все ушли. Детей было много, и мою пропажу не сразу заметили. И я с котёнком ушла из парка, села на лавочку, смотря на разноцветные огни города и парка, и думала, где мне спать, — и рассмеялась.       — Ты не плакала? Не испугалась? — спросил Йылмаз.       — Вовсе нет, мне было хорошо. Единственное, о чём я думала: где нам с котёнком спрятаться и поспать, а утром собиралась искать дорогу домой.       — Караджа не из трусливых была. Всегда так — и в школе так же: зачинщик массовых идей, а сама потом в стороне, тихо-тихо. Сухой выходила отовсюду, — смеялась Дуйгу.       — Лиса, — сказал Азер, смотря на девочку-женщину. — И как же ты вернулась?       — Папа заметил, когда все приехали, что меня среди них нет. Вернулся, быстро нашёл меня. Но домой не сразу уехали — сидели вдвоём, ели мороженое и пили газировку. Дома такое не разрешали.       — А котёнок достался мне, — продолжила Дуйгу. — Ей не разрешили оставить его — у Аджара была аллергия, и её бабушка не разрешала заводить никаких питомцев. А после и Караджу выгнать из моего дома было невозможно.       — Расскажите и вы что-нибудь из детства, — попросила Караджа.       — У нас был сосед, вредный дядька, Юсуф его звали. И он позвал Азера и Саваша сторожить его грузовичок с арбузами. Он оставил его на дороге и сказал, что заплатит им несколько курушей. Я тоже за ними увязался. И стоим, стоим… Тут подходят женщины, спрашивают: «По чем арбузы?» Брат не растерялся, говорит цену. Они берут, уходят. И так набралось народу — жара была, арбузы раскупали. У этого старого Юсуфа хорошие арбузы были.       — Когда этот сосед пришёл, мы почти все арбузы продали. И деньги уже делили, — смеялся Азер.       — А этот старый — с криками на нас и с палкой. Мы со страху кинулись наутёк. Азер нас с грузовика быстрее выставил, а самому досталось. Пошёл матери пожаловался на нас — ещё от неё получили. Мы с Савашем прятались тогда почти два дня в кладовке.       — Так он и деньги забрал — ни куруша не заплатил — и ещё получили от него и от матери, — добавил Азер.       — А потом ты продвинулся — с арбузов перешёл на другой товар, — подтрунивала Караджа.       — Да он мог что угодно и кому угодно продать, — смеялся Йылмаз.       Пока они говорили, их заказ принесли — отчего у Караджи и Дуйгу глаза расширились. Вроде заказывали по порции кебаба, а стол ломился от еды. И грибы с сыром, и салаты, и жареный лук, множество соусов, пиде и лепёшки.       После того как поужинали, Азер стал расспрашивать.       — Ну как вам наш кебаб? Такого вы точно не попробуете в Стамбуле. Это тоже надо пить, — протянул бордовый напиток Азер. — Это шалгам.       — Нет, мне уже плохо и так, — ответила Караджа, вставая из-за стола. — Мне нужно прогуляться.       Азер встал встревоженный следом за ней.       — Что с тобой? — спросил, когда они спустились.       — Переела. Надо пройтись. И хотела их оставить одних, — весело ответила она.       — Тогда идём, — взяв под руку, увёл её в сторону аллей.       — Так приятно пахнет тут. Что это?       — Эвкалиптовые деревья, цветы. Тут всегда легко дышится.       Телефон Азера завибрировал. Посмотрев на экран, раздражённо ответил:       — Да?       После разговора, выругавшись, убрал телефон.       — Кто это? Та женщина? — спросила Караджа.       — Да, это по делам. Надо выезжать обратно. Я, наверное, оставлю вас тут, сам поеду, — ответил Азер.       — Мне она не нравится. Не доверяю ей.       — Я тоже не рад, но приходится терпеть. Я хочу наладить работу и спокойно жить со своей семьёй, — целуя в лоб, ответил он.       — Ты не понимаешь. Мне кажется, она вам не на пользу.       — Ты ревнуешь? — улыбался Азер.       — При чём тут ревность? Она змея, говорю. А ты о чём? — недовольно фыркала она. — Не уезжай, пожалуйста. Давай побудем тут. Ты же говорил, что неделя ничего не решает.       — Мне нужно. Но это ненадолго, обещаю. А ты не хочешь искупаться в Средиземном море? — весело спросил он, уходя от разговора. — Я отвезу тебя, покажу наше море. Сейчас там никого, вода тёплая, солнце не печёт.