Спасение Огнём.

      В холле сидела Караджа, не выражающая никаких эмоций, смотря в окно.       — Караджа, что-то случилось? Почему ты вернулась?       — Не должна была? Не мешать тебе?       — О чём ты? Ты не могла бы говорить чуть потише? — голова ужасно болела, и ему казалось, что сейчас лопнет от звуков.       — Хм, и говорить нельзя. Я, видимо, действительно нарушила вашу идиллию. Я прихожу домой, хочу… — ком в горле не даёт говорить, — … а ты… и это всё. Эта женщина — и ты говоришь, зачем я приехала?       Он не слышал ничего — все слова будто звон в ушах, и перепонки лопнут от этого. Сел на диван, закрыл глаза, держась за голову.       — Караджа, я понимаю тебя. Прошу, не сейчас. Если не сложно, сделай мне один чёрный кофе.       — Хорошо, — спокойно встала она. — С сахаром? Без?       — Без. Не очень горячий только, — вслед добавил он.       — Жаль, — тихо сказала она.       Сделав кофе, как он просил, подошла к нему.       — Тут поставь, пожалуйста, — не открывая глаз, попросил он, потирая виски.       — Что это такое? — матерясь, вскочил Азер. Его грудь горела, по брюкам стекал кофе.       — Хороший кофе. Не правда ли, хорошо бодрит? — сверля его глазами, спросила она.       — С ума сошла? Что с тобой не так? — оттягивая рубашку, пытался поймать прохладу — всё жгло.       — Ты не объяснишь ничего? — спросила она.       — Что тебе объяснить? Это ты объясни, что это значит? — выходил из себя Азер. Караджа уже чувствовала, как нарастает её злость и негодование. Мало того что она осталась поговорить с ним, он ещё чем-то недоволен.       Говорить с ним больше она не намеревалась. Взяла стоявший на пороге чемодан, выкатила на крыльцо.       — Мехмед, помоги, поставь в машину. Дуйгу, мы едем в Чукур, — она не могла поднять глаз и посмотреть в лицо Азера. В глазах предательски блестели слёзы.       Азер подбежал, преградив ей дорогу.       — Куда ты? Почему ты уходишь? Ты можешь объяснить?       Караджа молча убрала его руку от себя и ушла в сторону машины.       — Мехмед, только попробуй уехать! — грозил он парню, который не понимал, что происходит и как ему быть, чтобы не отхватить от хозяев.       — Думаешь, если ты ему запретил, меня это остановит? Лучше не испытывай меня. Я еду домой, мне нужно успокоиться. А ты подумай, что ты делаешь и что нужно тебе? — в её глазах он видел слёзы и разочарование.       — Отвези и останься там, приглядывай за ними, — сказал Азер Мехмеду, когда Караджа села в машину.

***

      Сев на веранде, пытался вспомнить вчерашний день. Глубоко вдыхая свежий воздух, пытался отрезвить голову. В кармане противно запищал телефон.       — А-а-а, чего так мерзко трещит? Слушаю, — недовольно ответил он.       — Ты живой? — услышал он уже знакомый протяжный голос на другом конце.       — Сложно сказать. Очень хреново. Что вчера произошло? Ты отвечал за ход встречи, почему я ничего не помню? И голова болит так, будто меня чем-то били по ней всю ночь.       — Всё пошло не по плану. Он перепутал бокалы.       — Я ваш… Что было дальше? Вы хоть проследили? — ругался Азер.       — Проследить-то проследили, но вряд ли эта часть тебе понравится, — уже давясь от едва сдерживающегося смеха, ответил Салих.       — Ты смеёшься? Издеваешься? Вартолу, что вы наделали? Теперь она поняла всё. Ты понимаешь, во что мы вляпались?       — Не переживай ты так. Я ведь не просто ушёл. Мы тоже нарыли на них. Просто так теперь они не отделаются — ни от тюрьмы, ни от народа, — довольно сообщил Салих.       — Что ты имеешь в виду?       — Это не телефонный разговор, но ты был прав. То, о чём ты предполагал. И ещё — проверь свои камеры. Будет очень весело, — Салих положил трубку.       — Меде-е-ет! Ва-а-а, Меде-е-ет! Хоть одно дело сделай нормально, хоть одно, а-а! Ты не смог поставить нужный бокал — неужели так тяжело? Ни стрелять, ни следить, ни погоня… Просто поставил бокал и ушёл — и это не смог!       — Аби-и-и, ну я никогда не был официантом. Я распереживался, — оправдывался верный спутник Вартолу Сааттедина.       — А кем ты был? Кем? Медет, ты только минимён можешь отлично готовить. Готовь только его. Ни на кого мне нельзя положиться, — наигранно причитал Салих.       С другой стороны, его очень забавляло происходящее.

***

      Азер применил все известные ему способы для опохмеления. Ругаясь на нового родственника:       — Они что, слона собирались завалить, если меня так срубило? Эту вообще бы вынесло. Немного придя в себя, он ушёл в домик охраны, чтобы проверить камеры наблюдения. Йылмаз тоже к этому времени вернулся — он был с Салихом и дальше отправился по его поручениям.       Увиденное было для него шоком. Постепенно вспоминая утренний разговор и то, что вечером он был с Башак в ресторане, складывая весь пазл в картинку, он кинулся к машине. Вечером договорились с Салихом, что Азер, отвлекая Башак, заберёт её в ресторан. Тем временем Салих и Йылмаз обыщут дом Башак и проследят за её юристом, который не отходил от неё. Медет должен был быть в качестве официанта того ресторана, поставить бокал со снотворным женщине, но спутал и поставил Азеру. Азер, который не переносил подобные препараты, а тут ещё и алкоголь усугубил, отключился надолго.       Теперь Башак поняла, что они подозревают её, и начнёт действовать. Если они не опередят их, многие пострадают. А тут ещё и Караджа… Его пробивало на смех, как она прогнала Башак, и в то же время это была истерика от того, что его ждёт. «Идиот, ещё и возмущался. Видимо, от препарата с алкоголем вообще мозги отшибло. Ещё и „кофе сделай“ говорю. Замечательно».       Он ехал в дом Кочовалы — забрать свою дикую розу, если она его не убьёт ещё.

***

      Караджа сказала всем, что дома небольшой ремонт и она останется на несколько дней. Никто лишних вопросов не задавал — мало ли, соскучилась девочка. Она весь вечер сидела в своей старой комнате. Мозг отрицал всё, что было утром, будто всё это произошло не с ней.       Уснула, изнурённая мыслями, и проснулась поздно ночью. Голод не давал ей уснуть — хотелось мороженого, шоколадного, посыпанного фисташками. В своей пижаме и домашних тапочках тихо прокралась на кухню. То, что хотелось, она не нашла, но нашла сливочное мороженое. Села на кухне, тихо ела. «И даже не пришёл за мной» — эмоции стали захлёстывать. Вкус мороженого и слёз смешался, горечь обиды с опозданием накрывала её. Зажёгся свет.       — Упаси Аллах, девочка, ты что тут делаешь так поздно? — Саадет испугалась, не ожидая увидеть кого-либо в такой час. — Ты плачешь? Что случилось? Вы поругались, поэтому ты пришла?       Саадет понимала, что добровольно остаться тут даже на пару дней она бы не захотела. Караджа молча сидела, а слёзы не останавливались. Саадет подошла, притянула её к себе, гладя по волосам.       — Ты ночью пришла поесть? Ты ведь на ночь не ешь… Или…       Её прервали лёгкие постукивания по входной двери.       — Подожди, это Салих. Я спускалась впустить его.