The mess

Измайлов в который раз взглянул на Алису, проверяя, считывая, выискивая причину её странного отстранённого поведения. За всю поездку в машине она не сказала ни слова, даже не подъебнув сморозившего на светофоре очередную несусветную глупость Котельникова. Только бросила на майора пару на миг показавшихся ему затравленными взглядов. После второго Гриша нахмурился под волной неизвестно откуда взявшегося беспокойства, сильнее сжимая руль крепкими пальцами. Опера осторожно обошли небольшой загородный домик в итальянском стиле, слаженно осматривая его и двор на наличие чего-то подозрительного или же самих преступников, так неосмотрительно, но удачно оказавшихся бы в данном месте и в данное время. Но двор был пуст, а в доме темно, поэтому полицейские, предварительно позвонив несколько раз в дверной звонок без ответа, аккуратно вскрыли дверь при помощи любимого набора отмычек майора. Отправив парней наверх, Гриша с Алисой аккуратно и почти бесшумно обследовали первый этаж, не обнаруживая ни малейших признаков искомых подозреваемых среди царившего там общего беспорядка. В конце концов остановившись и переведя дыхание, парень негромко позвал перебирающую какие-то документы на столе Рыбкину: – Алис? – и дождавшись, когда та повернётся, настороженно продолжил. – У тебя всё в порядке? – У меня всё прекрасно, – только и успела ответить девушка, умело скрываясь за одной из своих защитных масок и ровной улыбкой. В этот момент как нельзя кстати на лестнице показался Саня, сообщив о результатах осмотра второго этажа: – Главный смотался. Все вещи из шкафов были собраны впопыхах. На этаже полный бедлам. Найти какие-то улики почти нереально. Все трое поднялись по ступеням наверх, обнаружив там действительно огромный бардак из раскиданных повсюду вещей, бумаг и предметов быта. Алиса окинула взглядом окружащий их беспорядок и отчего-то подумала, что мысли в её голове выглядят сейчас примерно так же — сумятица и полнейший хаос. Она подняла глаза на отдающего общие распоряжения Измайлова и на несколько мгновений буквально зависла на его лице, переставая слышать и воспринимать исходившую от него речь, концентрируясь только на движениях губ, тёмных родинках на щеке и колючей щетине, прикосновения которой она всё ещё помнила кожей, будто бы это было вчера. Гриша неожиданно повернул голову к ней, отчего девушка, будто очнувшись ото сна, моргнула и быстро опустила глаза. Только майор всё ещё почему-то продолжал пристально смотреть на неё, а вместе с ним теперь и остальные опера. – Рыбкина? – позвал Измайлов странным голосом. Алиса снова подняла на него взгляд. – Что? Судя по его обеспокоенному выражению лица, звал он её уже не в первый раз. – Ну... Хм, – Гриша прочистил горло. – Я говорю, ты можешь собрать и проверить все документы в доме, пока мы с парнями осмотрим остальной хлам. Может, что-то найдём. Девушка коротко кивнула, стараясь не обращать внимания на опять нахмурившегося на неё начальника, и приступила к выполнению его распоряжения. После завершения всех необходимых действий в доме, время было уже за полночь, и полицейские были готовы ехать обратно в отдел, упаковав улики во множестве герметичных пакетов в машину. Оставшись наедине с Алисой в доме на минуту, Измайлов хотел было ещё раз попытаться узнать у неё, всё ли хорошо, и что вообще с ней происходит, но не решился. Девушка сейчас определённо не была предрасположена к разговорам. Что-то творилось в этой маленькой головке сегодня, но разобраться с этим пока не представлялось возможным. В отделе, перетаскав многочисленные улики на склад при помощи оленей и отпустив оных по домам, Гриша попрощался с Рыбкиной на крыльце, пожелав ей спокойной ночи и бросив ещё один внимательный взгляд на девушку, но так и не сказав ей больше ни слова. Алиса лишь сдержанно кивнула и направилась к своей машине в то время, как майор зашёл обратно в отдел, намереваясь переложить пару документов в сейф в рабочем кабинете, а так же забрать забытые там ключи от своей Aston Martin. Измайлов успел только убрать бумаги в сейф и выключить всё ещё работающий компьютер, когда дверь в его личный кабинет открылась. Он поднял голову и выпрямился возле своего стола. Майор знал, что это Рыбкина ещё до того, как увидел её в дверном проёме, но был всё же удивлён её неожиданным появлением. – Я думал, ты уже уехала, – бросил он ей. Девушка молча зашла внутрь, никак не комментируя обращённые к ней слова майора, и плотно прикрыла за собой дверь. Она посмотрела ему в глаза и, не обращая внимания на вопросительный взгляд, уверенной поступью подошла ближе, остановившись буквально в нескольких сантиметрах от него. Гриша не мог прочитать её лицо. Он выжидательно смотрел на Алису, чувствуя нарастающий дискомфорт, ибо нутром понимал, что она что-то задумала, но всё ещё продолжал надеяться на благополучный исход. Рыбкина задержала взгляд своих красивых карих глаз на его на несколько мгновений. А затем, придерживаясь одной рукой за стол позади Измайлова, аккуратно опустилась на колени. Парень посмотрел на неё расширенными от удивления глазами на застывшей маске лица и с трудом сглотнул. С ещё бОльшим охренением на лице майор наблюдал, как девушка невозмутимо потянулась к ремню на его джинсах и начала его расстёгивать своими изящными маленькими пальчиками. Спустя секунду всё же отойдя от первоначального шока, Гриша накрыл её ладонь своей, останавливая. Умоляя. – Алис... – прохрипел он, посмотрев на неё сверху вниз предостерегающим взглядом и одновременно усмиряя бешено колотящееся сердце. Её глаза только сверкнули странным огоньком и какой-то непробиваемой решимостью. Девушка ничего не сказала, но и рук не убрала, выдавая своё волнение только слегка учащённым дыханием. А затем проигнорировав Измайлова и его предупреждения, она продолжила расстёгивать чёрный кожаный ремень, вынимая его из пряжки. И Гриша к своему собственному удивлению не остановил её. Более того, медленно убрал свою руку с её, выпуская из плена и давая полную свободу. Майор чувствовал, как его собственное дыхание тяжелеет и одновременно ускоряется от охвативших его эмоций и мгновенно вспыхнувшего возбуждения. Он знал, что Алиса может чувствовать его желание через грубую ткань мужских джинсов. Он понимал, что это неправильно, остатками логики на задворках затуманенного сознания осознавал, что дверь, кажется, не заперта, но больше не мог и не хотел её останавливать. Сама картина того, как Рыбкина встаёт перед ним на колени, намереваясь сделать то, что Алёна всегда описывала лишь пространным "Фууу"(не говоря уже о том, чтобы реально попробовать доставить ему удовольствие подобным способом), заставляла кровь приливать к уже пульсирующему органу. Но дело было совсем не в этом. Вернее, не только в этом. Была бы кто другая сейчас на месте Рыбкиной, ему хватило бы мозгов и самоконтроля не дать происходящему зайти дальше. Но Измайлов уже имел возможность испытать на своей шкуре, что когда дело касается Алисы, его самоконтроль, да и голова имели свойство внезапно отключаться без предварительного объявления войны... Он смотрел потемневшими глазами на то, как Алиса освобождает металлическую пуговицу и расстёгивает внезапно ставшую невыносимо тугой молнию, как осторожно стягивает вниз его джинсы вместе с бельём, немного приспуская их и вызволяя его возбуждение наружу. Девушка аккуратно взяла набухший орган в руку, нежно проведя по всей длине чуть подрагивающими пальцами, и довольно улыбнулась, почувствовав крупную дрожь, охватившую тело парня от её прикосновения. Рыбкина подняла голову и посмотрела ему в глаза взглядом, сочетающим в себе одновременно святую невинность и порочное желание, – взглядом, от которого моментально сносило крышу. Потом опустила глаза и накрыла его до предела возбуждённый член своими губами, охватывая его плотным влажным кольцом и заставляя парня сдавленно застонать и откинуться назад, уперевшись в край стола. Гриша ухватился руками за стол, ища хоть какой-то опоры для своего еле удерживаемого на подкашивающихся ногах тела, пока Алиса начала скользить губами вдоль эрегированного органа, иногда проводя горячим язычком вдоль всего ствола и задерживаясь дразнящими движениями на головке. Парень в очередной раз, не сдержавшись, негромко простонал. Рыбкина разомкнула губы и выпустила его изо рта, тут же перехватывая рукой и смыкая пальцы вокруг всей толщины. Ритмично скользя рукой вверх-вниз по влажному стволу, девушка посмотрела на тяжёло дышащего и иногда хрипло стонущего парня, судорожно сжимающего край стола своими пальцами, и, встретившись с ним взглядами, победно улыбнулась, осознавая свою власть над ним в данный момент. Ей нравилось, что она может сделать ему ТАК хорошо, что может заставить его ТАК стонать, заявляя и показывая, что сейчас он принадлежит только ей одной. Алиса чувственно прикусила нижнюю губу, всё ещё улыбаясь и демонстрируя лукавый огонёк в своих глазах, а потом снова опустила голову, вернувшись к объекту своего вожделения, снова беря его в рот и нежно сжимая в своих пальцах у основания. Девушка провела сомкнутыми влажными губами по всей длине, доходя до основания и снова возвращаясь к головке, потом вдруг неожиданно, но аккуратно прикусила возбуждённый орган у его окончания, на что Гриша слегка дернулся и зашипел от неожиданности и дразнящих ощущений. Рыбкина озорно улыбнулась, после чего нежно поцеловала головку, и опять проводя рукой по всей его поверхности ритмичными движениями, стала покрывать мягкими поцелуями низ живота парня. В какой-то момент Измайлов, не выдержав, цепко схватил девушку за плечо, то ли намереваясь поднять её с колен, то ли наоборот удерживая, боясь, что она уйдёт в последний момент. Алиса бросила на него ещё один взгляд из-под длинных ресниц, а потом вдруг прижалась своим лицом к его руке и, закрыв глаза, потёрлась о неё щекой. Но через мгновение, будто опомнившись, снова вернулась к основному занятию и стала ласкать его член ловким язычком, позволяя ему проникнуть в неё так глубоко, насколько могла. Чувствуя, что парень всё ближе к концовке, она начала двигаться быстрее и интенсивнее. Алиса непреклонно вела его к вершине блаженства, не отвлекаясь на детали, на завибрировавший на пару секунд в кармане его джинсов телефон, на его ладонь, переместившуюся на её голову и теперь поглаживающую выбившиеся из хвоста шелковистые пряди. Всего через несколько секунд Гриша резко убрал свою руку обратно на стол, снова крепко ухватившись за край, и через пару мгновений кончил, захрипев и изливаясь волнами наслаждения. Алиса терпеливо приняла его всего без остатка, плотно сомкнув губы вокруг ствола и подождав, пока спазмы удовольствия сойдут на нет. Потом соскользнула губами со всё ещё твёрдого как камень органа и, подняв голову, пристально посмотрела парню прямо в глаза сверкающими огоньками, одновременно сглатывая, отчего Измайлов чуть было не испытал ещё один оргазм, настолько красива и эротична была представшая перед ним картина. Рыбкина глубоко вздохнула и осторожно поднялась на ноги, снова встречаясь с ним взглядом. Едва заметно улыбнулась одним уголком губ, пряча то ли грустный то ли победный блеск в глазах, и уверенно направилась к выходу из кабинета, оставляя ошарашенного полураздетого майора наедине с самим собой и всё ещё неслабой эрекцией.