coming home

Этельстан бросил камень в спокойные тёмные воды Каттегата. Было уже очень поздно или даже почти рано, когда в городе наконец зашевелились люди. Он тайком выбрался из дома Рагнара, совсем не похожего на ту крошечную хижину, в которой они жили вместе с Гидой, Бьорном и Лагертой. Зал был огромен, высокие деревья вытягивались в отдельных комнатах, что давало некую уединённость, роскошь, к которой он привык в Европе, но трудно было найти здесь, в Каттегате. Отчасти именно поэтому Этельстан любил просыпаться так рано — он довольствовался возможностью спокойно поразмышлять без шума и суеты двора Рагнара. — Как себя чувствуешь? Обернувшись, Этельстан увидел стоявшего неподалёку Рагнара. Его светлые волосы были заплетены в косы, он накинул свободную крашеную льняную рубашку, а меховой плащ был лениво перекинут через плечо в целях защиты от холодного ветра, пришедшего с гор. Он, несомненно, был красив, но выглядел усталым, о чём говорили синяки под глазами, и это волновало монаха. Рагнар подошёл поближе и оглядел собеседника с ног до головы голодными глазами. Этельстан взял с собой кое-что из его одежды — лёгкую льняную рубашку с завязками, кожаные штаны и сапоги с отделкой из лисьего меха, который Рагнар добывал сам, в лесу. Это давало ему ощущение собственной власти над ним и давало другим понять, что Этельстан принадлежит ему. Этельстан приподнял бровь и бросил в спокойное море очередной камень, оттолкнувшийся от воды трижды, прежде чем утонуть. — Хмм, думаю, что не очень. — рассмеялся Рагнар. — Что ж, а что насчёт тебя? — резко спросил Этельстан. Рагнар принял вызов и наклонился, чтобы взять камень. Натренированной рукой викинг пропустил его по водной поверхности, и тому понадобилось четыре шлепка, чтобы погрузиться на тёмное дно. — Мне гораздо лучше, чем тебе.— Рагнар пожал плечами. Этельстан хмыкнул и посмотрел на воду, в которой отражалось светлеющее небо. Между ними воцарилась тишина, уютная и непринуждённая. — Что ты делаешь здесь так рано? — наконец спросил Этельстан. — Я собирался порыбачить. Может составишь компанию? — спросил Рагнар. Этельстан был уверен, что северянин пригласил его не только потому, что не хотел рыбачить один. — Я буду счастлив избавить тебя от одиночества. Поведаю тебе об Ионе и ките. — с улыбкой сказал Этельстан. У Рагнара сделалось то же самое выражение лица, что и всегда, когда Этельстан рассказывал ему новую историю, словно ребёнок, переполненный удивлением. Они шли к причалу бок о бок, соприкасаясь плечами. Всё было так же, как и всегда: по пути они пританцовывали друг с другом с такой фамильярностью, которая испугала бы любого смотрителя. Рагнар и Этельстан шли синхронно. Дойдя до места, они подготовили маленькую лодку для рыбалки и оттолкнули её от причала в ранних утренних лучах солнца. Они молчали, когда Рагнар взялся за вёсла. Этельстан оценил открывающийся ему вид как со всех сторон, так и спереди, и не боялся, что Рагнар время от времени будет ощущать его взгляды. Когда он бросил свой взгляд на плечи Рагнара, его сердце подскачило к горлу, а мышцы под рубашкой непринуждённо зашевелились. — В этой роще водятся хорошие окуни. — сказал Рагнар, когда они подплыли к дереву на берегу. Викинг взял в руку своё резное копьё и почувствовал его тяжесть, но всё равно он не особо собирался приступать к охоте. Вместо этого он перешагнул через сиденье маленькой лодки, отделявшей его от Этельстана, и сел рядом. — Я действительно не хочу ловить рыбу. — сказал Рагнар, многозначительно глядя на Этельстана. — Слава богам. Ты ведь знаешь, что я никогда не был хорошим копьеносцем. — сказал Этельстан, глядя на Рагнара. На их лицах вновь заиграли улыбки. Викинг не отрывал глаз от собеседника, что было уже давно обычным делом, но не сейчас, когда Этельстан, почувствовав его небывалый интерес к своей персоне, смущённо отвёл взгляд. Через мгновенье Рагнар оказался катастрофически близко, и его губы накрыли губы Этельстана. Этельстан жадно вдыхал поцелуи Рагнара, словно мог исчезнуть в любой момент. Его рука, мозолистая и покрытая шрамами, схватила Этельстана за подбородок, затем за шею и переместилась к волосам. Он потянул Этельстана за кудрявые каштановые пряди, и у того перехватило дыхание. Рагнар почувствовал прилив тепла глубоко в животе, когда голос Этельстана мягко прошептал его имя у самых губ. Руки Этельстана нащупали шею Рагнара, коснувшись обнажённой кожи. Когда он прижимал Рагнара к себе, пальцы его были легки, словно нежные облака. Первым отстранился Рагнар, одну руку положил на затылок Этельстана, а другую прижал к щеке, внимательно изучая его лицо. Этельстан прижался лбом к Рагнару, их носы соприкасались, а тяжёлое дыхание постепенно приходило в норму. — Я молился о возвращении домой. О возвращении к тебе. — прошептал Этельстан. — Кому же ты молился? — с понимающей улыбкой спросил Рагнар. — Одину, Иисусу, Фрейе, матери Марии. Тем, кто мог услышать. — признался Этельстан, закрывая глаза и чувствуя, как затейливые косы крепко стягивают шею Рагнара. Викинг нежно поцеловал монаха в щёку и поднялся, дабы убедиться, что всё ещё находится в маленькой лодке, а не на небесах. — Тогда, похоже, твои молитвы были услышаны. — сказал Рагнар, стоя спиной к Этельстану и глядя вниз на мелководье. Этельстан взглянул из-за борта лодки и увидел несколько рыб, плавающих под ними. Он почувствовал напряжённую концентрацию, исходящую от Рагнара, пока тот терпеливо ждал. — А что насчёт твоих молитв, Рагнар? Они были услышани? -спросил Этельстан, склонив голову набок и глядя на Рагнара снизу вверх. Внезапно Рагнар сделал выпад, копьё в его руке порезало поверхность воды. Этельстан внимательно наблюдал за тем, как Рагнар медленно оттягивает его назад. На конце виднелась ещё живая рыба длиной с его предплечье. Завтрак. Сосредоточенное выражение лица Рагнара сменилось лёгкой улыбкой, когда он перевёл взгляд с рыбы на него. — Да. Мои молитвы были услышани.