Множество слов для борьбы с одиночеством

       Морщась, не то от боли в голове, не то от черезмерно яркого света, Джотаро наконец приходит в себя и с удивлением обнаруживает, что находится не в общежитии, а в комнате, больше похожей на больничную палату. На это указывает буквально все: Начиная необычайно светлыми обоями и заканчивая столиком с какими-то препаратами, расположенным у противоположной стены. Свет, меж тем, остаётся все таким же через чур ярким и, когда терпеть становится уже невозможно, студент решает закрыть окно небольшой тёмной шторой. Однако, лишь немного приподнявшись и сев на своей койке, он тут же стискивает зубы, от новой, более острой боли, на этот раз, правда, в где-то боку, а не голове. Приподняв край больничной рубахи, в которую его судя по всему переодели, пока он был без сознания, Джотаро обнаруживает там небольшой и, кажется, не так давно наложенный шов. "Что же со мной произошло?" - сразу же задаётся закономерным вопросом Куджо и, напрягшись, старается восстановить в памяти цепь событий. Поначалу в голову, до сих пор гудящую от непрекращающейся, но все же терпимой боли, ничего не приходит, но вот один за другим фрагменты воспоминаний начинают складываться воедино и к юноше приходит озарение. "На меня напали" Но кто? С какой целью? И раз уж так произошло, то кто помог ему, Джотаро? Благодаря кому он не лежит сейчас на холодной земле в какой-нибудь подворотне? Благодаря кому он получил помощь? А Польнарефф? Успело ли его другу стать известно о случившемся? Переживает ли он из-за этого? А родственники? Осведомлены ли они об этом? Столько вопросов и единственной возможностью получить ответы на них, японец пока что видит покинуть палату. Потому он, превозмогая боль, давящую теперь уже сразу с двух сторон, встает со своего места, на недоконца поддающихся ногах направляется к выходу, но в ту же секунду слышит тихий скрип дверной ручки. От неожиданности студент так и застывает посреди комнаты, но еще большей неожиданностью для него оказывается человек, проникнувщий в помещение. - ДЕД?! ЧТО ТЫ ТУТ ДЕЛАЕШЬ?! Уж кого-кого, но своего деда парень увидеть никак не ожидал. Куджо ведь думал, что тот сейчас, как и всегда, занят делами, напрямую связанными с его далеко не маленьким бизнесом, а следовательно находиться в Америке с женой и дочерью. Но, нет, вот он! Джозеф Джостар собственной персоной! Стоит прямо перед юношей и смотрит на него с каким-то безграничным облегчением в глазах. - Очнулся уже? - интересуется старик, продолжая, теперь уже оценивающе, рассматривать внука, - Вот и хорошо! Раз так, значит скоро совсем восстановишься! Но вставать, я бы на твоём месте ещё не рисковал. - Что ты тут делаешь? - уже немного спокойнее переспрашивает Джотаро, вновь присаживаясь на койку. - Мне сообщили, что ты в больнице, вот я и прилетел первым же самолетом. - пожимает плечами Джозеф, опускаясь на стул возле окна. - Разве ты не рад меня видеть? - Конечно рад, просто не ожидал. - хрипло отзывается Куджо. Тут же к и без того огромному числу вопросов, так и крутившись у японца на языке, прибавляется ещё один, который он, с плохо скрытым волнением задаёт деду: - А мать уже знает? - Холли то? Нет конечно! -, поспешно успокаивает внука тот,- Я сказал ей и Сьюзи, что улетаю по делам. Они не знают правду. Куджо вздыхает с некоторым облегчением. Его матери и так пришлось несладко в последнее время. И хоть Холли, судя по тем немногочисленным звонкам на родину, что её сын мог себе позволить, чувствовала себя просто прекрасно и уже давно справилась со всеми переживаниями, по его мнению, подобные новости могли бы сильно по ней ударить. Потому слова деда о том, что ни она, ни бабушка ничего не знает о случившемся, заставляют юношу, пусть и немного, но все же расслабиться и ненадолго погрузиться в свои мысли. Как вдруг эту тишину, будто острый меч, прорезает теперь уже по-странному напряженный голос деда: - Джотаро, скажи, ты не видел того, кто на тебя напал? - Нет, меня сразу же вырубили -, немного насторожившись от столь внезапно изменившегося тона родственника, коротко озываеться тот, - А что? - Да так, не важно. Просто интересно было. - быстро и как-то фальшиво отмахивается его собеседник. И эта фальшивость ещё больше настораживает Куджо. Он и раньше слышал её в голосе деда... Но только когда тот врал. Студент давно научился распознавать эту фальшивость, а потому практически всегда мог понять, говорит ли Джозеф ему правду или наоборот пытается её скрыть. И похоже, что сейчас как раз был второй случай. Но зачем?! Что такого дед пытается от него скрыть?! Японец решает долго не ломать комедию, а потому спрашивает, тоном, который другим людям показался бы слишком жёстким для общения со старшими родственниками, при этом строго глядя на Джозефа: - Знаешь же, что я ненавижу когда мне лгут, так зачем это? Ответь, зачем тебе знать кто конкретно на меня напал? Что произошло в тот день? Его дед, явно не ожидавший, что обман будет так скоро раскрыт, или просто не желавший верить, что внук все же все понял, пару секунд сидит молча, скользя при этом глазами по комнате, будто отчаянно пытаясь найти нечто, позволившее бы уйти от неприятного разговора. Наконец старший родственник студента вздыхает, остановив свой неспокойный взгляд на парня и признаётся, хотя по лицу ясно видно, как непросто ему это делать: - Я не хотел тебе говорить, пока не поправишься, но раз уж просишь... Твой друг, Польнарефф... Я узнал у персонала, что это он принёс тебя сюда. Он и сам был весь в каких-то синяках, но сказал что ему помощь не требуется. Дождался пока тебя госпитализируют, а потом ушёл куда-то. Вообщем... Как оказалось он звонил в полицию. - Он тоже столкнулся с тем человеком?! - перебивает Джозефа Джотаро. - Даже очень близко...- отзывается его собеседник, уже не глядя на японца, - Он признал в его убийстве. Правда, я слышал, есть версия, что это он сам на тебя напал, а того человека убил, поскольку он все видел. Вы ведь достаточно долго общались вот он и мог... - Нет не мог!!! - с плохо скрываемой яростью из-за столь несправедливых, по его мнению, обвинений в сторону друга, восклицает Куджо, - Это клевета!!! Он бы никогда так не поступил!!! Какой-то странный огонь за секунду разгорается в душе студента, прибавляя ему сил, если будет необходимость, и дальше отстаивать честь Жан-Пьера, которой тот, к слову, и сам дорожил. А потому, решись он однажды на преступление, скорее всего выбрал бы что-нибудь поизящнее, чем нападение на друга в переулке. Но дед кажется и не собирается оспаривать убеждений внука. Он едва заметно кивает, убедившись, что японец закончил, и продолжает: - Я тоже так подумал. Судя по твоим рассказам он на подобное действительно не способен... Но даже если так, твоему другу грозит большой срок за убийство. Будь у него деньги на хорошего адвоката, у него было бы шанс этого избежать, ну а так... Тут Джозеф замолкает, судя по всему давая Джотаро переварить услышанное. И хотя лицо парня, как обычно не выражает не единой ощутимой эмоции, сам пытается справиться с шоком от услышанного и все так же сохранять ледянное спокойствие. Теперь понятно, почему дед не хотел открывать ему правду... А ведь, кажется, еще не так давно они вечера напролет гуляли по ночному городу, ведя беседу обо всем на свете. И может быть спроси Куджо, о чем же конкретно был их разговор, он не вспомнит и малой части, но парень с уверенностью скажет, что был искренне в эти моменты. Но что же делать теперь? Как ему помочь другу? От этих и ещё, примерно, десятка подобных вопросов голова вновь начинает болеть. Вдруг на ум парню приходит одна идея. Подняв глаза на старшего родственника он с крайне серьёзным выражением лица произносит: - Дед... Я бы хотел попросить тебя об одном одолжении. - О каком же? - тут же удивленно отзывается тот. - Ты сказал, что будь у Польнареффа деньги на хорошего адвоката, у него был бы шанс, верно? - переспрашивает юноша. Говорить ему ощутимо трудно. Шутка ли, раньше Джотаро не о чем никого не просил, предпочитая с любыми проблемами справляться в одиночку. Элементарная гордость не позволяла Куджо поступить иначе. Но помочь Жан-Пьеру в одиночку он не может, а значит поступиться своим принципами - единственный выход. - Ты просишь меня помочь ему с этим?! - догадывается Джозеф, в ответ на что получает лёгкий кивок. Будучи ошеломленным, нестолько столь наглой просьбой, сколько обычно не свойственным внуку, поведением, он молчит пару минут, как вдруг, в его глазах загорается некий едва заметный огонёк, а на лице проявляется, знакомая студенту с детства, улыбка авантюриста - явные свидетельства того, что старик и сам непроч провернуть нечто подобное. - Чтож, я сделаю все что в моих силах, Джотаро. С этими словами, старший родственник японца поднимается со стула и направляется к выходу, сопровождаемый множеством слов благодарности. У самой двери Джозеф останавливается и, оглянувшись, желает внуку скорейшего выздоровления, после чего покидает палату. Первые дни после выписки Джотаро проводит как на иголках, из-за переживаний за друга. Что если деду не удалось ему помочь? Что если Жан-Пьера все таки посадили? Куджо так и подмывает, как и всегда, попытаться самостоятельно ответить на эти вопросы, однако, учёба не позволяет этого сделать. Хотя студент и не успел сильно отстать, нагрузки у него ощутимо прибавилось, в то время как свободного времени наоборот, стало гораздо меньше. Потому оставалось лишь как обычно проговаривать любимую фразу и стараться оставаться спокойным. Даже если с каждым днём это становилось все труднее. Единственным плюсом было то, что ситуация с маньяком наконец разрешилась. Правда в подробности парень не вникал. Ему хватало и факта того, что беспокойные особы перестали проверять его терпение на прочность больше не мешали заниматься. Так тянулись день за днём. Но вот в один из таких дней Коичи просит своего соседа подойти к телефону и тот, взяв трубку слышит слова, по которым успел искрене соскучиться. -"Здравствуй, mon cher. Есть планы на вечер?" Когда Джотаро добирается к месту встречи, будучи окрыленным невиданным ранее облегчением, он сразу же замечает Польнареффа. Француз стоит, опершись о фонарный столб и время от времени оглядывается по сторонам, наверное, силясь разглядеть друга в толпе людей. Но вот он обращает взгляд своих глаз в сторону Куджо, замечает его и тут же устремляется навстречу, заключая друга в свои крепкие обьятья. Юноша отвечает ему тем же, мысленно тысячи и тысячи раз благодаря деда за помощь, и оба парня пару минут просто стоят, будто не в силах поверить что наконец-то встретились вновь. Пусть и прошло от силы две недели, для обоих они тянулись, словно десятилетия. - Я скучал. - первым нарушает молчание японец. - Я тоже, mon cher! - как и всегда бодро отзывается Жан-Пьер, выпуская его из своих обьятий. - Прости, что не звонил. Были некоторые проблемы с работой из-за... Случившегося... - Ничего, я понимаю. - спешит успокоить его собеседник, чувствуя нежелание друга ворошить недавнее прошлое. - Ну что, сегодня как всегда допоздна? - Раньше я тебя не отпущу, Джотаро! - смеётся парень, вновь вовлекая студента в очередную прогулку по бесконечной череде знакомых улочек. - Вообщем как то так. - заканчивает Джотаро рассказывать другу о происходившем с ним за время их разлуки. - Ну надо же! - с по-детски удивленным лицом, восклицает тот, как обычно ударяя себя одной из сережек прямо по щеке. - Уж прости меня за любопытство, Польнарефф, но неужели ты не устал от этого? - невыдерживает Куджо, уже который раз наблюдающий подобную сцену. - Есть такое. Но ничего не поделаешь, терплю. - пожимает плечами француз. - Ты ведь можешь росто не носить эти серги. - с легкой растерянностью предлагает парень. - Non, mon cher, не могу. -, качает головой его друг, от чего-то краснея - Возможно прозвучит глупо, но я решил носить их пока не найду себе девушку. -, проговаривая эти слова парень касается одной из половинок сердца, - Вторую половинку, так сказать. - Ооо! -, многозначительно протягивает Джотаро и, после недолгой паузы, прибовляет - Знаешь, а мне не кажется это глупым. Это скорее... Романтично. - Ты правда так думаешь?! - переспрашивает Польнарефф, будучи явно приятно удивленным подобным ответом и, кажется, еще больше покраснев. Вместо ответа Джотаро, как всегда, сдержанно кивает и вскоре их разговор вновь лишается ощутимого смысла. И хотя студент никогда не был любителем пустой болтовни и даже считал её раздражающий, он в очередной убеждается, что подобные разговоры с Жан-Пьером наоборот, по не до конца понятным Куджо причинам, успокаивают его. Собственно выяснить это, не смотря на своё природное любопытство, парень и не пытается, а лишь продолжает наслождатся беседой с другом, за судьбу которого так сильно переживал... - Кстати! - внезапно, видимо вспомнив о чем-то важном, восклицает француз.- Можешь, пожалуйста, звать меня Жан? А то как то странно получается: Я зову тебя по имени, а ты меня нет. - Хорошо, Жан. - лёгко соглашается Куджо, расплываясь в едва заметной улыбке. Постепенно Джотаро начинает ловить себя на том, что расставаться с другом, после каждой их встречи, ему становится все труднее. Студента будто магнитом тянет к Польнареффу, а при личных встречах с французом, в груди начинает появлятся непонятное тепло, зажигающее на щеках небольшой румянец. Поначалу японец игнорирует это, вскоре все же начинает задумыватся о природе происходящего. Конечно, студент мог бы списать это на дружескую симпатию, но друзей в родной Японии, не смотря на свой характер, он успел завести достаточно. И то, что он испытывал к Жан-Пьеру, отнють не было похоже, на чувства, испытываемые им по отношению к этим людям. Это было какое-то другое, более сильное и неведомое еще Куджо чувство, возникшее совершенно внезапно. "А что если я влюблен?" - как-то спрашивает самого себя парень. Любой другой человек на его месте скорее всего постарался бы как можно скорее отмести эту догадку в сторону, но только не Джотаро. В жизни ведь случается всякое, и последние события как нельзя лучше продемонстрировали это студенту. Да и чувство, с некоторых пор не покидавшее его уже ни на секунду, действительно походило на любовь, какой её описывали многочисленные поэты и писатели в своих произвидениях. И хотя Куджо, не то в силу своего характера, не то по другим причинам, смиряется со своим положением достаточно быстро, рассказывать Жан-Пьеру об этом он не торопится. В конце концов потрясений за последнее время обоим хватало и нарушать только-только восстановившееся спокойствие подобными неожиданными новостями юноше не хочется. Даже если ему не суждено продолжаться долго. - Ну, что сегодня как обычно? - спрашивает Джотаро в трубку, как обычно договариваясь с другом о времени и месте предполагаемой встречи. - " Ну знаешь... Если честно, я бы хотел встретится с тобой в несколько другом месте..."-, с непонятным японцу волнением отзывается Польнарефф, - "В парке в центре города, если быть точным... А время да, тоже самое!" - Чтож, хорошо. - немного удивленно отзывается студент. С чего бы Жан-Пьеру переносить уже привочное обоим место встречи? Да ещё в парк. Конечно, они прогуливались там пару раз и все же было в этом нечто подозрительное для Куджо. - Скажи честно, что-то случилось? - "Да, ой... Тоесть нет! - лапочут на другом конце провода - Вообщем, на месте я все тебе расскажу! Ты помнишь, как к парку попасть? Если нет, я могу тебе напомнить." - Не волнуйся, я все помню. - "Тогда до встречи, mon cher!" - прощается француз и поспешно вешает трубку, оставляя друга в легком недоумении. И с единственной возможностью понять, что же такого случилось: Отправится в указанное место в указанное время.