Жизнерадостный глупый подросток

      Кьека быстрым шагом двигалась в сторону метро, никуда не отводя взгляд и оставаясь сосредоточенной. Позади нее еле-еле поспевал высокий мальчишка с растрепанными от ветра волосами. Он старался изо всех сил никого не задеть, однако все же зацепил пару-тройку пешеходов.       Забежав в метро прямо перед тем как двери закрылись с характерным шумом, Денки облокотился об поручень, чтобы немного отдышаться. Его партнерша пропала из виду, и, несмотря на высокий рост, мальчишке все-равно было сложно разглядеть ее среди сотни людей в вагоне. Немного размяв шею, он с тяжестью вздохнул, понимая, что встретятся они только на заданном месте патрулирования. Вообще, Денки совсем не мог взять себя в руки в последнее время. Еще бы: школа, сеансы с психиатром, так теперь еще и стажировка. И не просто стажировка, а первая за три года, и как будто этого мало, проходить он ее будет с человеком, который его ненавидит. Однако Денки не привык жаловаться и искать какие-либо отговорки в принципе, плюс еще считал, что раз уж сам заварил что-то, то тебе это и расхлебывать.       Понимая, что у него совсем не остается времени медлить и распускать нюни, он шлепнул себя ладонями по обеим щекам, отчего послышался такой треск, что рядом стоящие люди начали оборачиваться, уж не взрыв ли это. Удар по лицу помог мальчику прийти в себя и наконец собраться. Он вышел на нужной станции, и теперь сосредоточенно искал свою напарницу. Его щеки немного покраснели, и теперь выглядели так, словно он бегал по морозу или оказался в какой-то смущающей ситуации. Наконец, завидев в десятке человек от себя знакомую макушку, Денки решил не расталкивать пассажиров и остаться на месте.       Выйдя на нужной станции, он скучающе оперся на перила в ожидании Кьеки. Девочка подошла к нему чуть погодя, и с серьезнейшим выражением лица, сказала:       — Чего ты тут разлегся? Мог бы подождать меня на… — она удивленно взглянула на него, — что это с твоим лицом?       Сначала мальчик ее не понял, но в мгновенье почувствовал, что щеки до сих пор горят. Он опустил челку на лицо, буркнув едва понятное «пустяки», и пошел вперед, к месту начала патрулирования. Денки понял, что немного облажался, и от этого зарделся еще сильнее. ***       Улицы на набережной были небольшими, а дома на них в основном стояли частные. Огромные кроны деревьев в совокупности с ровно поставленными скамейками, и красивыми детскими площадками образовали маленький парчок для отдыха. Сейчас, когда большая часть населения была на работе, на этих площадках находилась только парочка мам с детьми, которые изредка хохотали в голос над какой-то своей, понятной только им шуткой. Прямо в центре этой улицы, недалеко от парка находилось большое, если не сказать величественное здание общественного бассейна. Над входом висели различные плакаты и афиши спортивный мероприятий. Внутрь с нечастой регулярностью на утреннюю тренировку шли юные спортсмены, наверное, ученики ближайших младших и средних школ.       Патрулирование заключалось в постоянном обходе района, с целью нахождения подозрительных вещей, которые в итоге могли как-то приблизить разгадку тайны пропажи детей и подростков. Денки и Кьека, не разговаривая друг с другом, просто ходили вокруг да около. Мальчик немного заскучал, и украдкой посмотрел на одноклассницу. Наушник была настолько сосредоточенной, что казалось, будто она занимается чем-то действительно интересным, а не обычным патрулированием.       Солнце пекло, и первые пять часов стажировки чувствовались невыносимо долгими. Наконец, настало время для небольшого перерыва на обед, и ребята решили остановиться в парке на скамейках. Кьека вытащила из сумки небольшое бенто, завернутое в аккуратный фиолетовый платок в желтую крапинку, а Денки решил сходить в магазин, так как забыл про еду от слова совсем. Купив в ближайшем минимаркете какой-то куриный сэндвич с персиковым чаем, он вернулся к напарнице. Они поедали свою еду в неловком молчании, и мальчик решил первым начать разговор.       — Джиро-сан…       — Наушник. На работе мы должны называть друг друга только геройскими именами, — сказала, как отрезала.       — Прости, Наушник. Патрулирование всегда проходит так?       — Как? Скучно?       — Я этого не говорил! — Денки скомкал упаковку от сэндвича и закинул ее в урну. — Я имею в виду, просто ходить по улицам — все наше задание?       — Нет, не совсем, — она сделала глоток из бутылки, — просто сегодня слишком спокойное начало дня. Такое иногда бывает, да и район нам попался тихий.       — Понятно. ***       Придя в общежитие, мальчик первым делом бросил чемодан с геройским костюмом в угол, и пошел в душ. Стоя под горячими струями в густых клубах пара, Денки размышлял о том, что немного переромантизировал стажировку. Действительно, ведь хотелось чего-то более сложного и захватывающего, чем хождение по городу. Неужели так пройдут все две недели?       Что касается Кьеки в целом, она все еще чувствовала себя не в своей тарелке. Ее можно запросто назвать запутавшимся ребенком, несмотря на то, что совсем скоро ей стукнет восемнадцать. Она всеми силами пыталась сохранить свою работоспособность, но чего уж врать, с Денки ей было не то, что неприятно, скорее некомфортно. Мальчик пару раз пытался начать светскую беседу, но был всячески отвергнут холодным отношением со стороны напарницы.       После душа Денки размялся и повторил три темы по истории, прежде чем лечь спать. А когда уже засыпал, всем сердцем надеялся, что завтрашний день будет чуть более интересным.       Однако и следующий, и день после него оказались такими же невыносимыми. Зато на четвертый день стажировки их поменяли районами с другой парой молодых героев, и теперь нашим ребятам предстояло патрулировать улицы на самых задворках префектуры. ***       Такие районы по телевизору или в книгах называют неблагополучными. В воздухе стоит тяжелый спертый запах алкоголя и травы, людям приходится постоянно носить с собой средства самозащиты. Вообще, Денки даже почувствовал некую «ностальгию», если это можно было так назвать. Выбитые во многих домах окна, разорванные провода, и большое количество своеобразных «тэгов» на стенах зданий словно возвращали его во времена суровых тренировок с другом Майклом, когда он еще жил с родителями. Вокруг стоял ужасный гул, слышались крики уличных кошек и отдаленный собачий лай. Когда ребята зашли в центр района, где, казалось бы, должно быть более цивильно, они ужаснулись. Кто бы мог подумать, что такая высокоразвитая страна как Япония кишит преступностью и насилием? А ведь таких «неблагополучных» районов гораздо больше одного. К тому же, в них живут дети и подростки, семьи которых просто не могут себе позволить переехать в другое место. Чаще всего, не будем отбрасывать шаблоны, из таких ребят вырастают будущие преступники. А все почему? Да потому что, если ты с раннего возраста не сталкивался ни с чем, кроме жестокости, то тебе, в большинстве случаев нечего дать миру. Ты считаешь, что насилие порождает насилие, а жестокость порождает жестокость. Как говорится, око за око. Люди из таких мест ненавидят других лишь за то, что у них есть возможность спать ночью спокойно, не боясь перестрелок или краж. Денки и Кьека, да и остальные подрастающие герои, ввиду того, что являлись представителями нового поколения, видели в этом гигантскую проблему. Пока они еще молоды, им хочется защитить всех и вся в этом мире, и они наверняка выложатся на полную. ***       Ребята уже третий час ходили по району, запах которого был настолько отвратительным, что глаза слезились. В закоулках валялись использованные презервативы, на скамейках спали бомжи. И это несмотря на утро четверга, когда все нормальные люди работают или учатся. В этом районе была школа и поликлиника, наверное, два самых нормальных здания. И те, вряд ли с проведенным электричеством. По статистике, которую вычислили в Агентстве Мируко специально обученные люди, говорилось, что в этом районе у многих людей нет документов, потому невозможно вычислить точный процент пропавших без вести.       Кьека присела на скамейку, и вытащила из сумки папку с ходом расследования. В ней же находились копии досье всех пропавших. Возраст от пяти до семнадцати, пропадали одинаково как мальчики, так и девочки, а в графе «причина пропажи» везде, как под копирку написано: ушел из дома/школы, и не вернулся. Сплошная головоломка, к разгадке которой очень сложно подобраться. Наушник стиснула зубы, и разочарованно что-то прошептала. Ей было тяжело, стажировка проходила неудачно, к тому же школа и тренировки все давили и давили с большей силой. Ничего не шло на ум, хотелось просто все бросить, и уйти из этого ужасного места.       — Эй, ты в порядке?       Желтоволосый посмотрел на нее поверх папки, слегка наклоняя голову влево.       — Да, а что?       — В смысле, «а что»? Выглядишь паршиво, — Денки сел на скамейку рядом с ней.       — Будто тебя это должно волновать.       — Я думаю, должно. Как-никак работаем вместе.       — Я в порядке.       — Как знаешь.       Денки вытащил из сумки магазинный сэндвич, и вытер руки влажной салфеткой. Когда он развернул его и откусил первый кусок, то заметил странный взгляд Кьеки.       — Шфто? — спросил он с набитым ртом.       — Тебе не надоело их есть? Они же химозные.       — Мне, — он сделал глотательное движение, — нормально. Я не привередливый.       — Ты можешь готовить в общежитии.       — У меня нет на это времени, — он сделал еще один укус.       — Понятно.       Кьека снова начала изучать расследование, стараясь не обращать внимание на запах, который, судя по всему совершенно не волновал мальчика. Нет уж, есть она в этом месте не будет. Внезапно она услышала легкие и приглушенные хрипящие звуки, и повернулась к Денки. Он весь покраснел, и пытался откашляться. Кусок не в то горло попал. Она открыла и дала ему бутылку с водой, которую тот опустошил за считанные секунды. Денки посмотрел на нее максимально благодарным взглядом:       — Чуть коньки не отбросил.       Эта фраза вернула девочку в страшные воспоминания, когда это почти случилось.       — Не говори так!       — Что в этом такого?       — Просто не стоит.        - Ладно, — он отвернулся, и какое-то время молчал. — Прости, я выпил всю твою воду, сейчас схожу в магазин.       Произнеся эту фразу, он встал и побрел в сторону более или менее нормального магазины, и вернулся с бутылкой холодной воды, которую положил рядом с ее сумкой.       — Пошли, перерыв закончился.       Кьека убрала папку обратно, и они продолжили патрулирование. Разговор все никак не клеился, и оттого обстановка казалась более нагнетающей. Она настолько погрузилась в свои мысли, что не заметила мимо проезжающий мотоцикл. Водитель гнал с бешеной скоростью, ехал без шлема, да и вообще, плевал на все правила дорожного движения. От столкновения ее спасла рука Денки, успевшая вовремя оттянуть ее назад за капюшон геройского костюма.       — Ты с ума сошла? По сторонам смотри! — Денки схватил ее за плечи и потряс. Его глаза были полны ужаса и гнева одновременно.       Что касается Кьеки, так она вообще не могла прийти в себя. Казалось бы, такая обычная ситуация, они тысячу и еще две тысячи раз повторяли в школе и в агентстве, как себя стоит вести, а как нет. Да какая школа, такому вообще с рождения учат. Так отчего же было так страшно? Потихоньку начиная понимать происходящее, она сдернула с себя руки напарника, и посмотрела на него со злостью. Да уж, такая себе защитная реакция. Она не понимала, почему тот так завелся.       Денки развернулся, опустил челку на лицо, и оставшееся время патрулирования молчал. Благо, ничего особенного и не происходило. В конце дня он ушел впереди напарницы, мечтая скорее отметиться в агентстве, и прийти в общежитие, дабы смыть с себя этот день. ***       С пятницы по воскресенье ребятам-стажерам дали отдохнуть, обычная практика в агентствах, ведь несовершеннолетним разрешается работать лишь определенное количество часов в неделю. К тому же, пора было возвращаться к школьным занятиям и нагонять пропущенный материал. На третий год старшей школы приходились особо сложные экзамены, как по академическим предметам, так и в геройских дисциплинах. Денки расценивал это проще остальных, потому что научился особо не париться по таким вещам. У него и самого было дел по горло, включая сеансы психотерапии, физические нагрузки и отдельные тренировки причуды. Это не значило, что он забил на учебу, скорее можно сказать, он был уверен в своих знаниях.       Чтобы расслабиться после напряженной морально недели, он выкладывался на все двести процентов в спортзале, не щадил себя и свои мышцы, постоянно увеличивая нагрузку. Нужно было занять чем-то свое тело, и свой мозг, дабы совсем не раскиснуть. По вечерам он с ребятами из класса рубился в марио карт или энимал кроссинг, а после шел в комнату учить уроки.       Кьека же, больше погрузилась в себя, а ее вечно неизменному лучшему другу Шинсо становилось все труднее ее понять. Они продолжали часто общаться, но с каждым разом общение переходило в более серьезные ссоры. К вечеру воскресенья мальчик не выдержал, и вышел из ее комнаты, крикнув напоследок:       — Советую тебе разобраться в себе, прежде чем что-то предъявлять!       Девочка тогда закрылась и дала себе обещание никогда больше не говорить с предателем. Однако, спустя минут двадцать, уже успокоившись, она поняла, что просто чрезмерно накручивает себя, и что Хитоши-чан вообще ни в чем не виноват, и не заслуживает такого отношения.       Она зашла к нему в комнату с извинениями, однако внутри никого не оказалось. Решив подождать его там же, Кьека взяла с рабочего стола рамку с фотографией. На ней были они с Шинсо и Киришима, довольные, с дурацкими и смешными гримасами. Фотокарточке уже год, с тех пор практически ничего не поменялось, и это вызвало на лице девочки легкую усмешку.       Дверь скрипнула, и с ветром в комнату залетел запах дыма от дешевых сигарет. Кьека развернулась, не забыв положить рамку обратно на стол, и посмотрела на друга. Он выглядел максимально уставшим, мешки под глазами стали больше, а и без того бледная кожа сделалась совсем белой. Он сунул руки в карманы, и выжидающе взглянул на одноклассницу.       — Хитоши-чан, п-прости меня пожалуйста, я была такой идиоткой, — она подошла, чтобы обнять его, однако тот отстранился. Тогда она резким движением прижала его высокое тело к себе, обнимая за плечи, не давая вырваться. — Прости! Прости! Прости!       — Эй, — прошептал он, отвечая на объятия, — все хорошо, успокойся.       — Прости!       — Не кричи, глупая, многие уже спать легли. Я тоже хочу извиниться…       — Нет, — она перебила его. — Ты не должен извиняться если не чувствуешь вину!       Он погладил ее по фиолетовой макушке, но все же промолчал. Шинсо совершенно точно не чувствовал вины, но зато немного злился на себя, за то, что так быстро растаял перед подругой. А ведь с конца ссоры он дал себе обещание, что заставит ее пожалеть о своих словах, и настроился не разговаривать с ней пару-тройку дней.       — Успокоилась?       — Ты снова курил.       — Неправда, — Шинсо смутился.       — От тебя за километр несет мятной жвачкой, куревом и антисептиком.       — Прости.       — Это же твое здоровье, я не могу видеть тебя таким.       — Каким?       Они сидели на кровати, и Кьека опустила голову на его плечо. Конфликт был исчерпан, и теперь они просто болтали о своем обыденном, стараясь собрать друг друга по кусочкам. Они часто так сидели после ссор или тяжелых дней, как бы заряжаясь энергией, и это действительно им помогало.       — Не кури больше.       — Ладно. ***       На следующий день, по пути на патрулирование, Денки с Кьекой попали в самый загруженный поезд, наверное, во всей Японии. Внутри было душно, все толкались, норовя пройти вперед. В этот раз мальчик облокотился на стенки поезда, создав пространство для напарницы, чтобы ей не пришлось встретиться с чьими-то противными руками. Денки старался не смотреть на нее, чтобы не смутиться еще больше.       Солнце пекло с невероятной силой, а ветра, как назло не было совсем. Духоту, царящую вокруг, казалось, можно было заметить в воздухе. Когда они уже шли в тот неблагополучный район, который решили обозначить «районом Б», девочка резко остановила напарника.       — Что-то случилось? - Он щурился на солнце, оттягивая воротник рубашки на геройском костюме.       — Электрозума, я хотела сказать кое-что.       — Говори, — мальчик посмотрел ей прямо в глаза, отчего захотелось провалиться сквозь землю.       — Я хочу перед тобой извиниться. Я была неправа, когда срывалась на тебя. Давай будем держать нейтралитет на работе и в школе, и общаться, как обычные одноклассники? Денки опешил от такого заявления. От неожиданности он открыл рот, и не мог выдавить ни слова, а так хотелось тоже извиниться.       — Ты не обязан просить у меня прощения, давай просто пойдем дальше. Кьека опустила голову и пошла вперед ускоренным шагом, а Денки улыбнулся во все тридцать два, и пошел ее догонять.