Вспоминая будущее

      Больница Святого Мунго, 5 месяцев назад.       Женщина на больничной койке казалась похожей на восковую куклу. Бледная кожа, плотно закрытые глаза и почти неуловимое дыхание едва выдавали в ней жизнь.       — Мы погрузили ее в магический сон.       Дамблдор смотрел на свою заместительницу, и впервые в его взгляде Снейп заметил искреннее сожаление. Конечно, старик явно не рассчитывал, что вместо его ручной марионетки на больничной койке окажется едва ли не самая ярая его сторонница, его протеже и друг. Ею бы он ни за что не пожертвовал.       Его Северус не стал обманывать, рассказав всё, как было на самом деле. Директор выслушал молча и ни разу не упрекнул. Кажется, его отношение к Снейпу не изменилось, но иногда в его голосе, взгляде проскальзывало нечто, чего Северус прежде никогда не замечал. Сочувствие. И отчего-то это ужасно раздражало. Уж чего-чего, а жалости к себе он не потерпит. Он даже собирался поговорить об этом с Дамблдором, но старик всякий раз тактично уходил от разговора, и, в конце концов, Снейп бросил попытки, решив, что пусть все идет как идет. Не отправили в Азкабан и на том спасибо.       — И сколько Вы планируете так ее продержать?       Не то, чтобы Минерва тянула на роль спящей красавицы. Да и вряд ли найдется прекрасный принц, способный разбудить ее поцелуем любви. Последний ее принц умер от укуса ядовитой тентакулы много лет назад. Хотя, может Стрипхолл…       — Пока не создадим для нее новые воспоминания.       — Значит, ее память… — начал было Снейп, но Дамблдор отрицательно покачал головой.       Это был один из побочных эффектов силы Одера, который никто не мог предвидеть. Когда Минерву доставили в больницу Святого Мунго, она была едва жива, колдомедики несколько дней боролись за ее жизнь, а потом всё вдруг нормализовалось само собой. Никто не понял как и почему. Дамблдор считает, всё дело в том, что ее тело адаптировалось к новой магической энергии — установился своеобразный симбиоз, так сказать. И видимо, раз она теперь стала сосудом для древней магии, та изменила ее по своим нуждам. Сосуд должен быть новым и чистым. А память — это багаж, который только мешает.       Как только стало понятно, что Минерва не помнит ничего из своей жизни до боя за Камень Одера, ее погрузили в сон, чтобы она могла избежать лишних потрясений. Именно тогда у директора и родилась идея разыграть ее смерть, а Минерву отправить в мир маглов до тех пор, пока они не поймут, как ей помочь.       Основная сложность заключалась в том, что чтобы извлечь из нее силу Одера, нужно создать другой сосуд, а как это сделать не знал никто из ныне живущих волшебников. Более того, сколько Минерва сможет удерживать столь мощную магию внутри себя, тоже никто не знал.       Вот и получалось, что избавить ее от этой силы они не могли, а сколько пройдет времени, прежде чем эта магия прикончит ее определить невозможно. Может этого и вовсе не случится. Прецедентов то раньше не было. Но в любом случае, как считал Дамблдор, колдовать ей было нельзя, дабы не спровоцировать выброс магической энергии. Сейчас магия внутри нее дремала — пусть так и остается впредь. А чтобы никто ее не искал, для всех Минерва МакГонагалл погибла при защите медальона, который был уничтожен в ходе боя, и сила его оказалась утеряна.       — Позволю себе напомнить, — после минутного молчания все же заговорил Снейп, — что отправлять ее в мир маглов весьма рискованно.       — Мы будем время от времени проверять, как у нее идут дела, — старик присел на краешек ее постели и взял в руки женскую ладонь, такую тонкую и безвольную. — Пусть лучше она живет вдали от мира, который спасла. Пока не придет час.       Северус мысленно хмыкнул. Директор в своем репертуаре. У старика прям мания всех, кто отличился в спасении магов от Волдеморта, отправлять в мир маглов.       Он не был согласен с таким решением, но Дамблдора все равно не переспорить. Северус всмотрелся в лицо лежащей на койке женщины. Черные волосы оттеняли кожу, делая ее еще более бледной, чем обычно. Она казалась безгранично уставшей. Ему были знакомы эти ощущения.       С другой стороны, если там, в мире маглов, ей будет житься спокойнее, почему нет?       И все же…       Хогвартс, ноябрь 1995 года.       — Я рассказал ей всё., включая все риски в случае, если мы не найдем решение ее проблемы в ближайшее время.       Снейп на мгновение прикрыл глаза, усилием воли возвращая себе невозмутимый вид.       — Минерва всегда была человеком рациональным. Уверен, она правильно всё поняла.       — И под «всем» Вы подразумеваете всё, включая бой в Хогвартсе?       Сидящий за своим рабочим столом Дамблдор согласно кивнул. Но тогда Снейп совершенно не понимал поведение МакГонагалл. Она должна была накинуться на него с обвинениями, возненавидеть, но она вела себя так спокойно… слишком спокойно.       — Разумеется, я не был свидетелем тех событий, поэтому ограничился общим описанием, — проговорил между тем директор, склонив голову на бок и внимательно наблюдая за Северусом. — Учитывая всё, что с ней случилось за последнее время, более детальный рассказ мог бы нарушить ее эмоциональное состояние.       Что ж, логично. Зная вспыльчивый нрав Минервы, новость о предательстве Снейпа могла спровоцировать магический выброс, от которого пострадала бы добрая половина замка. Директор бы так рисковать не стал. По-хорошему, ее вообще теперь лучше не злить и оберегать, как зеницу ока.       — Считаете, ей лучше не знать?       Он редко спрашивал у Дамблдора совета, в основном советы давал он сам, а директор слушал и принимал решение, которое в целом он считал верным вне зависимости от мнения Снейпа. Иногда Северусу казалось, что Дамблдор слушает его чисто из вежливости.       — Минерва доверяет тебе больше, чем кому-либо другому. Рискну предположить, это из-за твоего участия в ее спасении в Кенсингтоне. Будет неправильно с нашей стороны лишать ее опоры, — он устремил на Северуса серьезный взгляд, что означало только одно — сейчас будет очередная просьба, которой нельзя ослушаться. — Знаю, тебе будет не по душе то, о чем я сейчас попрошу тебя, но, Северус, ей нужен друг.       — Я плохо подхожу на эту роль, — скривил губы Снейп.       — Знаю, — в глубине голубых глаз на мгновение вспыхнули веселые искорки. — Но Минерва тебе доверяет. Ей нужен рядом кто-то, на кого она может положиться. И она выбрала тебя.       Он знал, что старик прав. Но, черт возьми, он понятия не имеет, что такое быть другом кому-то. Кроме Лили у него не было друзей (настоящих друзей, пожиратели смерти не в счет). Но в Лили он был влюблен, а это совсем иное. Тем более стать другом Минерве МакГонагалл.       — Я в тебя верю, Северус, — ободряюще улыбнулся Дамблдор, с довольным видом откидываясь на спинку кресла.       Старый интриган!       На то, чтобы собраться с мыслями, ему потребовалась почти неделя. Дамблдор его не торопил, лишь раз тактично напомнив, что время в этой гонке не на их стороне. Можно подумать это так просто, взять и сделаться вдруг милым и заботливым. Особенно если понятия не имеешь, как это сделать.       Где-то спустя неделю его внутренних метаний Грюм прислал весть о сборе Ордена Феникса на площади Гриммо. Не явиться туда Северус не мог, так что в назначенный час аппарировал в уже знакомый сквер.       В доме было шумно и многолюдно. В этот день здесь собрались практически все действующие члены Ордена. Не было лишь Дамблдора и Кингсли Бруствера, занимающегося охраной магловского премьер-министра. Хагрид тоже остался в Хогвартсе выполнять очередное поручение директора.       Северус появился, когда почти все уже были в сборе. Миссис Уизли как всегда хлопотала у плиты, о чем-то весело переговариваясь с Эммелиной Вэнс. Ее муж шушукался с Люпином и Дедалусом Динглом. Остальные тоже были заняты разговорами. Северус поискал глазами МакГонагалл, но той в кухни не было.       — Грюм решил сохранить ее пребывание в доме в тайне. Чем меньше людей о ней знают, тем безопаснее.       Снейп невольно вздрогнул, не заметив, как сзади к нему бесшумно подошла Тонкс. Странно, обычно ее за километр слышно, обязательно что-нибудь заденет или перевернет.       — Где она?       — Наверху, в своей комнате.       Наверное, стоило бы подняться к ней, но в этот момент появился Грозный глаз и объявил о начале собрания. В кухне сразу повисла напряженная тишина. Новостей было много, и далеко не все они были хорошими. Силы Темного лорда росли день ото дня, словно щупальца протягиваясь во все уголки Англии. Отныне не один волшебник не мог быть в безопасности. Люди пропадали средь бела дня, нападения, убийства. Вчера был раскрыт новый пособник пожирателей смерти — им снова оказался сотрудник отдела мракоборцев. Эта новость стала ощутимым ударом по моральному духу всего Министерства магии. Никто не мог быть уверен в лояльности собственных коллег.       В результате обсуждение сложившейся обстановки и дальнейшего плана действий затянулось до глубокой ночи. Когда все стали расходиться, Снейп воспользовался моментом и незаметно ускользнул из кухни первым. На втором этаже было тихо, но из-под двери комнаты МакГонагалл пробивался слабый свет. Значит, не спит.       Глубоко вздохнув, он постучал, практически сразу же получив приглашение войти.       — Северус, — Минерва поднялась ему навстречу, откладывая в сторону свежий выпуск Ежедневного пророка. На ее лице зажглась радостная улыбка, но почти сразу же померкла, стоило ей перехватить взгляд зельевара. — Что-то случилось?       — Нет. С чего взяли?       — Вы так на меня смотрите, будто увидали привидение.       Именно такое чувство он сейчас и испытывал. Строгое платье в пол, одно из тех, что она носила в Хогвартсе, волосы снова собраны в тугой пучок. Не хватало лишь остроконечной шляпы и изумрудной мантии.       — Нет. Просто… Вы выглядите как… прежде.       — Вам не нравится? — она разгладила складки на платье, оглядывая себя. — Я думала, что так будет…       — Вы прекрасно выглядите, — мозг лихорадочно соображал, какой комплимент ей можно сделать. Какие они там вообще бывают?       — Но Вам больше нравилось, когда я одевалась как магл?       Северус молча кивнул, полностью признавая свою неспособность поддерживать светскую беседу с женщиной.       — Вы выглядели более женственно, — не найдя что еще ответить, проговорил он.       Брови МакГонагалл удивленно приподнялись, и Снейп мысленно чертыхнулся. Женственно. Серьезно?       — Собрание уже закончилось?       Очевидно, не желая и дальше мучить своего гостя, Минерва решила сменить тему на более нейтральную.       — Да, думаю, все уже разошлись.       — Вы не останетесь? — вдруг спросила она и тут же запнулась, поняв, что ее вопрос прозвучал двусмысленно. — В смысле в доме? Римус часто ночует здесь. Тонкс и Аластор тоже.       — У меня много дел в Хогвартсе.       Минерва молча кивнула. На календаре было второе декабря, и за окном тихо падал первый за эту зиму снег. Она подошла к окну, вглядываясь в танец снежинок.       — Сириус сказал, я анимаг, как и он. Могу обращаться в кошку, — она обернулась, вопросительно посмотрев на Снейпа. — Как думаете, я могла бы как и он хотя бы изредка покидать дом? Сидеть здесь взаперти изо дня в день становится невыносимым.       — Анимагия крайне сложный и опасный раздел трансфигурации. Волшебники месяцами, а то и годами учатся превращаться в животных. Вместе с памятью Вы лишились всех своих знаний в колдовстве, включая и умение принимать свою анимагическую форму.       — Но разве я не могу вновь научиться колдовать? — раздраженно поджала губы Минерва. — Сил у меня уж точно предостаточно.       Ну, начинается! Как она там говорила, пять стадий принятия? Начался торг?       — И в этом главная опасность, — терпеливо принялся объяснять Снейп. — Дамблдор Вам объяснял, что сокрытая внутри Вас магия слишком сильна, и любое колдовство, даже самое простое, не говоря уже об анимагии, может спровоцировать ее выброс. Вам вряд ли удастся контролировать ее.       — Так может стоит попытаться? — все также раздраженно бросила Минерва и отвернулась назад к окну. — Все твердят мне, что я была сильной волшебницей. Что если я смогу взять под контроль свои новые силы?       — Если бы Вы помнили всё, что знали прежде, у Вас определенно был бы шанс.       В комнате повисла напряженная тишина. Снейп наблюдал, как она нервно обхватила себя руками за плечи, напряженно всматриваясь в пейзаж за окном. Свет уличного фонаря освещал тонкие, до раздражения правильные черты ее лица, отражаясь в зеленых глазах крошечными бликами, отчего казалось, будто они блестят лихорадочным, нездоровым блеском.       — Мне нравится снег, — вдруг неестественно спокойно проговорила она, и Снейп едва заметно дернулся.       Эти перепады настроения начинали его не на шутку тревожить. Что с ней происходит? Прежде она никогда такой не была? Эффект от сокрытый внутри нее магии?       Она распахнула окно, впуская в комнату ночную прохладу, и выставила руку на улицу, так что в ладонь неспешно опустились несколько снежинок, моментально превратившись в крошечные капельки.       Если следовать логике Дамблдора и простым правилам человеческих взаимоотношений, то сейчас ему следует как-то ее поддержать. Чувствуя себя полным идиотом, он осторожно приблизился к замершей у окна женщине, чувствуя, как морозный воздух проникает под одежду.       — Знаю, Вам это уже говорили множество раз, но мы, Дамблдор и Орден Феникса, делаем всё, чтобы помочь Вам.       У нее новые духи. Северус невольно втянул воздух. Аромат бергамота и персика переплетались в новой композиции с нотками жасмина, душистого пиона и цветов апельсинового дерева, дополненными незнакомыми ему древесными оттенками и гармонично вписавшимися нотам горького дубового мха и соблазнительного мускуса.       — Сириус подарил, — не оборачиваясь, проговорила МакГонагалл, каким-то невообразимым образом уловив его движение. — Он так старается хоть как-то скрасить мое пребывание здесь.       Чертов щенок! К собственному удивлению Северус испытал острый приступ ненависти к давнему врагу. Их с Блэком отношения никогда нельзя было назвать мирными, так он и теперь вмешивается в дела Снейпа.       — Скорее он пытается скрасить свое пребывание здесь, — хмыкнул Северус. — Насколько мне известно, он никогда не любил этот дом, до Вашего появления большую часть времени проводил здесь один, если не считать его домового эльфа, с которым у него тоже отношения не заладились.       Минерва картинно изогнула бровь, глядя на зельевара чуть насмешливым взглядом.       — Почему он Вас так раздражает?       — Меня все раздражают, — недовольно буркнул Снейп.       — Даже я?       Вопрос был явно с подвохом.       — Особенно. Но у Вас есть преимущество.       — Какое же? — кажется, в ее голосе послышалось любопытство.       — По известным причинам, Вы в этом мире снова новичок, а значит, Вам можно многое простить, — она попыталась что-то сказать, но Снейп ее опередил. — В разумных пределах, естественно.       Минерва лишь покачала головой, едва заметно улыбаясь.       — Вы необыкновенный человек, Северус, — вдруг неожиданно серьезно проговорила она, всматриваясь в его лицо.       — Так меня еще не называли, — приподнял брови Снейп.       Мгновение они смотрели друг другу в глаза, а затем он резко развернулся, направившись к двери. Минерва растерянно наблюдала, как он берется за дверную ручку.       — Вы идете? — не оборачиваясь, спросил он.       — Куда?       — Вы вроде хотели прогуляться.       Она непонимающе оглянулась на окно, словно стараясь понять, верно ли расслышала его.       — Но Вы же сказали, что мне нельзя покидать дом.       — Пожалуй, один раз можно сделать исключение, — пожал плечами Северус. — Но под моим строгим контролем. И не дальше сквера.       В глазах МакГонагалл зажглась почти детская радость, но она еще пыталась сохранить остатки гордости и самообладания. Взяв со спинки стула шаль и накинув ее себе на плечи, она гордо прошествовала мимо Снейпа в коридор. Северус едва заметно усмехнулся, наблюдая, как торопливо она спускается по лестнице.       На вопросительные взгляды Грюма и Блэка он лишь покачал головой, показывая, что у него все под контролем, и они с Минервой вышли на улицу.       Город давно спал, и улицы вокруг сквера были пустынны. Северус отворил калитку, пропуская Минерву вперед. Стоя в тени раскидистого платана, он наблюдал, как она, подставив лицо падающему с неба снегу, закрыла глаза, наслаждаясь ласкающей кожу прохладой. Крошечные капельки влаги казались маленькими жемчужинками, переливающимися в лунном свете.       А потом они просто прогуливались по скверу, погруженный каждый в свои мысли. И никогда еще возникшая между ними тишина не казалась Северусу столь приятной. Минерва держала его под руку, и тепло ее тела ощущалось даже сквозь одежду.       — Спасибо, — вдруг проговорила она, глядя куда-то перед собой в темноту. — Мне этого не хватало.       Северус не ответил, лишь на мгновение чуть сильнее сжав женскую руку. Может идея Дамблдора и не была столь глупой. Вот Минерва удивится, когда память к ней вернется.       Если вернется…