Глава третья
22 апреля 2020 г., 16:09
А розовый действительно шел демону.
Гарри зловеще ухмыльнулся и опустил палочку, оценивая свою работу.
Передние пряди демона все еще оставались черными, чтобы тот не смог обнаружить подвох, но затылок и вся задняя часть головы у Себастьяна были выкрашены в ярко-розовый цвет. Розовый — цвет неуклюжести; цвет, вызывающий внезапные приступы дурацкого хихиканья и насмешек. А вот если бы Гарри использовал синий, демон мог бы впасть в депрессию. Красный же, напротив, цвет ярости и гнева.
Там действительно было много цветов, которыми Гарри мог бы проклясть демона, и все благодаря покойному Джорджу Уизли.
— Что ты имеешь в виду, говоря «пометил вас»? — Холодно спросил Гарри. Это может означать все, что угодно: контроль, наблюдение… да вообще все!
Демон не оглянулся назад. Вместо этого он прижал ладонь к массивной двери и распахнул ее. Он отвесил еще один насмешливый поклон, жестом руки, обтянутой в белую перчатку, приглашая Гарри войти.
— Пожалуйста, молодой хозяин хочет пообедать с вами. Я взял на себя смелость приготовить легкий завтрак. Ваш желудок должен успокоиться, прежде чем принимать тяжелую пищу. — Один из прищуренных малиновых глаз приоткрылся, чтобы полюбоваться неподвижным Гарри. — Назначение врача.
А потом демон захихикал.
Себастьян моргнул, быстро сжав губы, ошеломленный своими действиями. Гарри потребовалось несколько секунд, чтобы взять под контроль свое веселье и изобразить на лице негодование. Он глубоко вздохнул через нос и неуклюже вошел в экстравагантный обеденный зал, сопровождаемый свирепым демоном за спиной. Гарри тут же заметил мальчика, сидевшего во главе стола и постоянно хмурившегося, пока он разрезал завтрак приборами. Его незавязанный глаз быстро взглянул на Гарри, прежде чем снова посмотреть вниз.
— Надеюсь, вы не будете возражать, если я начну без вас. — Сиэль медленно жевал свою еду, расслабленно закрыв глаза. — Вы заняли неоправданно много времени. — Тут мальчик бросил на Себастьяна подозрительный взгляд. Что еще хуже, демон споткнулся о носок своего ботинка, налетев на Гарри пока тот шел к столу.
Маг зашипел от вновь вспыхнувшей боли, когда ему надавили на только что зажившее плечо. Зеленые и малиновые глаза встретились.
Гарри нахмурился и отвернулся.
— Это не проблема, малыш. Чем раньше мы начнем завтракать, тем раньше сможем попрощаться.
Не обращая внимания на раздраженные взгляды демона и ребенка, Гарри устроился на одном из стульев за обеденным столом. Он выправился, заметив, что дворецкий схватил миску супа с сервировочной тележки.
Он напрягся, зная, что сейчас произойдет, и неохотно признал, что это была его вина.
Себастьян, проклиная свое настроение цвета фуксии, рванулся вперед, ни на что не натыкаясь. Полузакрыв глаза Гарри с сожалением смотрел прямо перед собой, когда суп пролился на скатерть и тарелка упала ему на колени. Демон выглядел смущенным, но затем с его губ сорвался тихий смешок, который он не смог сдержать.
— Что… ты со мной сделал? — резко зашипел демон сквозь стиснутые зубы. Он протянул руку и схватил Гарри за воротник рубашки.
Гарри невозмутимо посмотрел на демона снизу вверх.
— Вообще-то это я здесь весь покрыт супом. И это я должен был спросить, что ты со мной сделал. — «Мне было приятно видеть, что гордость этого демона так ослаблена и уязвлена. Это определенно стоило того, чтобы теплый суп испачкал мои брюки» — Интересно, что ты пытаешься свалить вину за свои собственные ошибки на кого-то другого, — насмешливо цыкнул Гарри. — Какой же настоящий дворецкий обвиняет своих гостей?
— Себастьян, — мрачно произнес Сиэль. — Принеси Гаррисону еще одну тарелку супа и приди в себя. — он недовольно скривился, глядя на Себастьяна, и молча приказал демону отпустить Гарри. Мальчик все еще не заметил розовых волос, так как ему еще предстояло увидеть затылок демона.
— Да, молодой господин
Гарри раздраженно фыркнул, поправляя одежду и накладывая на брюки невербальное Экскуро. Прищурившись, он наблюдал, как демон осторожно вышел из комнаты, повернувшись к ним спиной они видели его розовые волосы.
Сиэль моргнул от этого зрелища, прежде чем повернуться к Гарри с вопросом. Как только Себастьян вышел из столовой, губы мальчика тронула усмешка.
— Это твоих рук дело? — он задался правильным вопросом. — Я это одобряю. — Ухмылка потускнела в глубоком размышлении. — Это же обратимо, верно?
Поставив локоть на стол в соответствии с плохим этикетом, Гарри задумчиво наблюдал за ребенком.
— Вся магия обратима, — сообщил Гарри, и его веселье снова вернулось к нему. Этот ребенок для него был просто мальчиком. И все же темнота в его открытом глазу намекала, что не все было так, как казалось. Этот взгляд когда-то принадлежал Гарри, когда он был слишком мудр для своих лет, но все еще так молод. Теперь его глаза были просто мертвы с редкими искорками злого безумия.
— Вся магия обратима? — С интересом повторил Сиэль. — Даже если вы убьете кого-то с помощью магии, это обратимо?
Гарри постучал ногтями по столу, чувствуя приятную тяжесть камня воскрешения на своем пальце.
— Мне следовало бы поправиться. Большая часть магии обратима. Есть бесчисленное множество вещей, которые можно оспорить. Смерть не подлежит обсуждению. По крайней мере, для некоторых людей, нет, для большинства людей. Полагаю, ваш дворецкий рассказал вам о событиях прошлой ночи?
Если бы он действительно был работником Министерства, он бы заставил бы забыть и Себастьяна, и Сиэля о волшебниках и магии. Только ему было совершенно все равно. Он был здесь только для того, чтобы утолить свою скуку.
Прежде чем Сиэль успел ответить, Себастьян зашёл вовнутрь, скорее всего, используя свою демоническую скорость и способности, чтобы прибыть так быстро. Выражение его лица было искусно лишено каких-либо эмоций, хотя Гарри заметил напряженную линию подбородка. Он ухмыльнулся.
— Да, он рассказывал мне о происходящих событиях, — небрежно ответил Сиэль, внимательно наблюдая за тем, как демон ставит на стол тарелку с супом. — Ты можешь быть свободным, Себастьян. Я бы хотел поговорить с Гаррисоном наедине.
Прямо как собака… глаза Гарри следовали за напряженной спиной демона, бросив темную улыбку, на малиновый взгляд демона, прежде чем двери за ним плотно закрылись.
— Ты не воспринимаешь меня всерьез, — внезапно обвинил его Сиэль, снова привлекая к себе внимание Гарри. — Ты думаешь обо мне, как о простом ребенке.
Гарри испытующе посмотрел на мальчика, прежде чем взять одну из ложек со стола. Он вертел в руках тарелку темно-красного супа, смутно думая, что это простая томатная паста.
— Это потому, что ты еще ребенок, — тихо сказал Гарри, потягивая суп. Он старался не таращить глаза, но бульон был просто замечательным. Он откашлялся, чтобы избавиться от благоговейного страха, и снова посмотрел на ребенка. Мальчик отказался от завтрака, предпочитая наблюдать за Гарри. — Но это не значит, что я не принимаю тебя всерьез.
— В твоих словах нет никакого смысла.
— Не принимать людей всерьез было бы непредусмотрительно, — спокойно продолжал Гарри, прерывая ребенка. — Я никогда никого не недооцениваю. Ваш дворецкий, например, напоминает мне простую собаку, и она мне не нравится. Но, между нами говоря, демоны пугают меня до чертиков. Их трудно ранить, не говоря уже о том, чтобы убить — И он никогда не недооценивал своих врагов, союзников, незнакомцев… он может дразнить, издеваться и играть с людьми, но он всегда был настороже. — И, поскольку ты обладаешь силой приказывать этому существу, естественно, я должен быть настороже рядом с тобой.
Сиэль передразнил Гарри и положил голову на раскрытую ладонь, наблюдая, как он продолжает есть.
— Ты кажешься ожесточенным, но тебе не может быть больше пятнадцати. Как я могу быть ребенком в твоих глазах, если ты тоже ребенок?
— Пятнадцать? — Прошептал Гарри себе под нос. Ему было семнадцать лет в физической форме и более ста пятидесяти в умственном. — Ты уже так много знаешь обо мне, — беззаботно пробормотал он, потягивая суп. Теплая жидкость не была тяжелой, но она действительно успокоила бесконечную пустоту в его животе. — Я думаю, что сейчас мы находимся в более чем хороших отношениях. Я просто хотел поблагодарить тебя за то, что ты нашел доктора который зашил меня вчера вечером и предоставил мне кровать и завтрак.
Сиэль нахмурился.
— Ты что, уходишь?
Зеленые глаза безучастно смотрели на молодого графа.
— Конечно, я уезжаю. Я не знаю, какова была цель вашего демона прошлой ночью, но я преуспел в своей задаче.
Мальчик пошевелился. Он внимательно посмотрел на Гарри, нахмурившись и задумавшись.
— Останься здесь. — Он продолжил, прежде чем Гарри смог нормально сглотнуть. — Я не воспринял тебя всерьез, когда мы впервые встретились. Мне не хотелось верить, что на самом деле существуют настоящие ведьмы…
— Волшебники.
Сиэль сердито посмотрел на Гарри за то, что тот его прервали.
— Волшебники, — поправил он себя. — Королева приказала мне найти виновника, который убивает знать. Мне еще предстоит провалить задание, и я не планирую провалиться в ближайшее время. Поскольку колдуны совершают эти убийства, я понимаю, что, возможно, не смогу добиться успеха, даже с Себастьяном на моей стороне. Это целый другой мир, в котором ни Себастьян, ни я ничего не знаем. Мы не знаем, со сколькими из них имеем дело, и не знаем, почему эти аристократы становятся мишенями.
Гарри молчал, доедая суп и краем глаза наблюдая за маленьким графом. По крайней мере, ребенок мог признаться, когда он столкнулся с препятствием и нуждался в помощи. Это была черта, в которой Гарри никогда не преуспевал, то есть просить о помощи.
— Мне нужна ваша помощь. Но, я думаю, что вам тоже может понадобиться моя помощь. У меня есть мощные связи, и я также влиятелен в социальных кругах. Дворяне становятся мишенью. Как у графа, у меня есть влияние, которое Вам может понадобиться, чтобы внедриться в расследование. Я могу обеспечить вас одеждой, едой, жильем, а также социальным статусом. — Сиэль погладил сапфировое кольцо на большом пальце и подождал, пока Гарри проглотит наживку.
— А взамен? — Легко спросил Гарри, усмехнувшись про себя. — Вы хотите, чтобы я раскрыл это дело для вас.
— Не для меня, а вместе со мной, — поправил его Сиэль. — Я также хотел бы узнать больше о вашем мире, политике, обычаях, традициях, обо всем. Только из-за моего простого любопытства, конечно, — добавил мальчик после того, как Гарри послал ему веселое выражение лица.
Положив ложку на пустое блюдце, Гарри откинулся назад, полностью сосредоточившись на мальчике. Это было очень странно. Гарри пытался одолеть Темного Лорда от скуки и чувства приключения. Сиэль же, напротив, считал своим долгом умилостивить Королеву и спасти Британию. Мерлин, это действительно звучало знакомо. Как и Сиэль, Гарри когда-то был ответственен за спасение волшебного мира, умиротворяя и подчиняясь своему собственному королю. Дамблдору.
Неохотно он почувствовал укол жалости к этому ребенку, но также и раздражение. И Себастьян, и Королева играли Сиэлем, словно всего лишь марионеткой. Судя по хитрому виду мальчика, он, вероятно, подсознательно осознавал это, но чувствовал, что должен продолжать идти по тому пути, который сам для себя проложил. В конце концов, граф получил свою власть от королевы. Без милости королевы ребенок потеряет все.
— Волшебный мир заключил пакт о неразглашении. Магглы, или не-волшебный народ, как вы, должны оставаться безразличными к нашему миру. — Гарри постучал пальцами по подлокотнику, ухмыляясь. — Но это правило только для тугих пыжей. Я полагаю, что смогу удовлетворить ваше любопытство относительно волшебного мира. Пока ты держишь это при себе и своем… дворецком. — Затем волшебник слегка наклонил голову. — Почему бы тебе не рассказать мне о своем Фаустовском контракте с твоим демоном? Зачем ты его вызвал? Что он дарует тебе взамен на твою душу?
Сиэль напрягся, и его единственный глаз расширился.
— Вы… вам известно о Фаустовском контракте?
Гарри пренебрежительно махнул рукой.
— Ну, конечно же, да. Я знаю, что демоны обычно не склонны играть роль дворецкого, если они ничего не получают взамен. — Гарри поднял бровь, когда ребенок скрестил ноги и попытался исказить хитрое и лукавое выражение лица.
— Прости, дитя, но я прожил слишком долго, чтобы быть обманутым слизеринцами и их хитростью. У меня тоже есть своя изрядная доля Слизерина.
— Я не вижу причин, по которым тебе нужно это знать.…
— Только из-за моего простого любопытства, конечно, — протянул Гарри, ухмыляясь, когда он использовал более ранние слова мальчика, когда Сиэль спросил его о волшебном мире. Он постучал по своему безымянному пальцу, тому самому пальцу, на котором находился воскрешающий камень. Металл издал легкий щелкающий звук, ударившись о крепкий деревянный подлокотник.
Сиэль моргнул, прежде чем на его лице появилась искренняя и веселая усмешка.
— А ты молодец.
По-видимому, это выглядело так, как будто Гарри получил некоторые дополнительные очки в глазах ребенка. Огромный голубой глаз уставился на него, пытаясь впитать все, что он мог. Гарри смотрел на него бесстрастно, но с горькой усмешкой. Он видел так много возможностей в этом ребенке. Жаль, что мальчик был более чем в порядке, продав свою душу дьяволу и отдав свою верность коварной Королеве.
— Когда были убиты мои предшественники, меня похитили и держали как раба перед зрителями, а затем принесли в жертву для культового ритуала. Они унизили меня. Они пометили меня. — Огонь зажег глаза мальчика. — Они… были монстрами, которые решили вызвать демона. Себастьян в конечном итоге заключил контракт со мной, а не с группой, которая выполняла ритуал.
Гарри не был хорош в легилименции,
конечно сейчас он был гораздо лучше в этом, чем в своей первоначальной жизни, особенно с магглами, но он все еще мерк в сравнении со Снейпом.
Несмотря на все свои способности, он попытался проникнуть в сознание мальчика и увидеть доказательства, стоящие за словами графа. Это было не так уж и трудно. Воспоминания вырвались вперед и пронеслись мимо широко раскрытого и уязвимого разума ребенка. Чтобы Гарри мог так легко воспринимать воспоминания, они должны были быть очень сильными и травмирующими.
Он видел эти воспоминания и смотрел на них без угрызений совести. Он видел Сиэля в клетке, над которым издевалась группа людей в масках всего через несколько часов после смерти его родителей. Там не было сексуального насилия, но, возможно, было психологическое, так как он чувствовал себя унизительно съежившись в клетке. Для этих безликих зрителей обладание наследником рода Фантомхайв было весьма занимательным событием.
А потом вызвали его, Себастьяна. Гарри уставился в голубые глаза Сиэля, не видя в них ничего, кроме темноты и черных перьев. Сапоги на высоких каблуках застучали по земле, когда демон приблизился к запертому в клетке и отчаявшемуся Сиэлю. Губы приоткрылись, обнажив зловещие клыки и хищную улыбку. Гарри отчаянно пытался услышать и увидеть взаимодействие между человеком и демоном, но воспоминания Сиэля прерывисто мерцали. Затем демон потянулся внутрь и прижал когтистую руку к правому глазу мальчика.
Боль. Это было все, что Гарри осознал, когда это мелькнуло в голове Сиэля. А потом, в памяти, Сиэль широко раскрыл глаза, показывая светящийся Фаустовский знак контракта который теперь был в его левом глазу.
Процесс был невероятно похож на то, что произошло с Гарри прошлой ночью. Его затылок зудел, когда он думал об этом, размышляя и отказываясь верить, что демон заклеймил его Фаустовским контрактом. Но это было невозможно. Гарри не соглашался ни на какую сделку. Прежде чем быть отмеченным демоном, человек должен сначала принять условия контракта. Нет, отметина на его шее должна быть чем-то другим.
— Я хотел власти, — заявил Сиэль, снова привлекая к себе внимание Гарри. Эта повязка на глазу больше не казалась такой уж неполноценной. За ним лежало свидетельство Фаустовского контракта с высшим демоном. — Мне нужна была сила чтобы отомстить тем, кто унизил меня; мне нужна была его сила чтобы убить тех, кто предал меня и имя Фантомхайв. — Сиэль глубоко вздохнул, в его глазах и на лице читалось упрямство. — Я также заставил его согласиться на три вещи в обмен на мою душу. Он никогда мне не солжет. Он будет беспрекословно выполнять мои приказы. И он всегда будет защищать меня и никогда не предаст, пока я не отомщу.
Это был сложный контракт. И Гарри неохотно понял, почему Себастьян решил принять эту роль. Демоны были бессмертны. Себастьяну было скучно, и он рассматривал Сиэля как развлечение, чтобы скоротать время и хорошо поесть в конце своих достижений. И все же демон был кровавым псом.
Гарри задумчиво смотрел на Сиэля, заглядывая глубже в сознание мальчика и слегка копая. Там были образы, которые заставили Гарри застыть и моргнуть. Себастьян серьезно относился к своим обязанностям дворецкого. Было почти удивительно, как нежно он обращался с Сиэлем, как внимательно относился к мальчику. И все же, в этих красных глазах всегда таилась зловещая насмешка.
У Себастьяна и Сиэля были сложные отношения, и Гарри не чувствовал необходимости углубляться в них дальше. Это было не его дело.
— Тебе даже не приходит в голову, что твою душу съедят? Что ты добровольно отдал свою жизнь дьяволу? — Гарри спокойно размышлял, беря нож и вертя его между пальцами. Ему уже становилось скучно.
— В то время у меня не было особого выбора, — твердо и уверенно ответил Сиэль. — Я об этом не жалею. Я хочу найти людей, которые сделали это со мной.
— Но не ради твоих родителей? — хитро спросил Гарри, вспомнив, как ребенок называл своих родителей «предшественниками». — Вы даже не упомянули о том, чтобы отомстить за смерть ваших предшественников.
Сиэль, казалось, проснулся и изобразил полное безразличие.
— Они мертвы. Месть — это всего лишь глупое слово, оно не вернет их из могилы. — Он сказал это с такой убежденностью, с таким хладнокровием. Это заставило бы любого поверить, что он говорит только чистую правду.
Но Гарри видел обнаженную скорбь. Мальчик не мог потерять своих родителей слишком давно, что означало, что у Сиэля было все детство с его матерью и отцом, и Гарри знал, что это было счастливое детство. По какой еще причине Сиэль мог начать с того места, где остановился его отец? Конечно, он был рожден для этой должности, руки королевы, но он мог бы использовать Себастьяна, чтобы уйти от этого образа жизни и жить где-нибудь еще. Гарри видел, что у него было подсознательное желание заставить родителей гордиться собой.
— Ну, ты же знаешь, — протянул Гарри, откладывая вертящийся нож и наклоняясь вперед. — Я не властолюбивый демон. Я не нахожу ничего приятного, когда ты оступаешься и показываешь мне свою уязвимость, как это, вероятно, делает он. Если ты скучаешь по своим родителям, значит, ты скучаешь по своим родителям.
Сиэль был готов к ответу, возмущенный тем, что кто-то указал ему на это.
— Зачем мне показывать тебе свои истинные чувства, когда ты и так меня недооцениваешь? Я уже не ребенок.
Гарри откинул голову на спинку стула и уставился на люстру. Разве он уже не сказал мальчику, что не недооценивает его? Должен ли он… успокоить мальчика? Ублажить его? Сказать правду?
— Нет, ты не ребенок ни в чем, кроме возвраста. Ты преодолел множество препятствий в своей короткой жизни и вышел с более сильной и стойкой душой. — Гарри скосил свои зеленые глаза на Сиэля. — Тебе нравится такой образ жизни? Быть личным псом королевы? Или это действительно только для власти и шанса извлечь свой собственный вкус мести?
Мальчик беспечно пожал плечами.
— А нельзя мне и то, и другое?
Легкая усмешка тронула уголки губ Гарри. Он видел, что молодому графу нравится быть сторожевым псом королевы. И он заметил удовольствие, исходящее от Сиэля над хитрыми и психологическими играми Себастьяна. Мальчик был бы хорошим слизеринцем. Казалось, что Сиэль наслаждался тем, что Себастьян был под его командованием, в конце концов, это давало ему возможность быстро поразить своих врагов.
И все же, Гарри все еще чувствовал, что было что-то более глубокое к Сиэлю, что-то более чистое. Гарри ничего не имел против настойчивого стремления мальчика отомстить, более того, он поощрял его. Гарри просто удивлялся, почему он так встревожен тем фактом, что Сиэль был совершенно согласен продать свою душу демону.
Конечно, если бы Гарри продал свою душу, это было бы совсем другое дело.
Длинные пальцы снова погладили камень воскрешения, и Гарри безучастно уставился на дальнюю стену комнаты. Он должен был спросить себя, почему он вообще хотел копаться глубже в этом ребенке. Но независимо от того, насколько измученным он хотел быть, насколько сильно он хотел отделить себя от эмоциональных привязанностей, он не мог отрицать тот факт, что он видел себя слишком много в этом ребенке. Как трагично, что такую умную, яркую и молодую душу пожирает демон просто из мести.
Гарри встал со стула и одернул позаимствованную одежду. Он медленно обошел вокруг стола и направился к Сиэлю.
— Если ты когда-нибудь захочешь отомстить людям, которые предали тебя, не продавая свою душу, ты должен рассмотреть мою кандидатуру. — Он наклонился ближе к сидящему графу, так что их глаза оказались на одном уровне. — Я знаю, каково это — взвалить на свои плечи такое тяжелое и важное бремя. Никто не может понять, через что ты проходишь. Но ты не одинок, если решишь обратиться за небольшой помощью.
Затем он выпрямился, подмигнув мальчику возвышаясь над ним. Как только он собрался дезаппарировать, дверь в столовую открылась, и Себастьян увидел, что он стоит, прислонившись к открытой двери. Судя по скрещенным рукам и далеко не веселому выражению лица, демон, вероятно, слышал все.
Но вместо того, чтобы критиковать Гарри за попытку забрать свою добычу, демон просто стоял.
Сиэль резко повернулся на стуле и встал.
— Мы же договорились.
— Нет, — перебил его Гарри, прежде чем мальчик успел закончить фразу. — Мы пока ни о чем не договорились. Мы только устанавливаем свои условия. — Он увидел чувство предательства в глазах Сиэля и вздохнул. Это была его собственная вина за то, что он был так эмоционально увлечен мальчиком. Он не планировал создавать альянсы и знакомиться с трагически наполненными молодыми людьми, которые были его зеркальным отражением в детстве.
Себастьян сделал еще один шаг вперед, терпеливо ожидая приказаний хозяина.
Гарри протянул руку и щелкнул мальчика по носу. Действительно, мальчик был так серьезен.
— Я вернусь сюда сегодня вечером или завтра. Мне нужно еще кое о чем позаботиться в Лондоне. — Он сделал еще один шаг к двери, но Себастьян двигался все быстрее и быстрее. — Даю тебе слово, — раздраженно повторил Гарри.
— Я пойду с тобой, — спокойно возразил Себастьян. Его малиновые глаза почти не обращали внимания на Сиэля, полностью сосредоточившись на Гарри. — Вы использовали себя как приманку для группы волшебников, за которыми мы охотимся. Вы ведь не верите, что ваша жизнь вне опасности, не так ли? Неужели прошлая ночь не имела никакого значения?
— На самом деле это не имело никакого значения, — спокойно ответил Гарри. — Если я не буду регулярно появляться в Лондоне, то прошлая ночь будет напрасной. Я привлек их внимание, и теперь я должен удержать их внимание.
Себастьян приятно улыбнулся, и эта дурацкая и хитрая улыбка слилась воедино.
— Конечно, — радостно согласился мужчина. — Но это не значит, что вы не можете иметь кого-то рядом для защиты. Чаще всего приманку заглатывают живьем. Вы пытаетесь быть большим хищником, но даже хищник нуждается в какой-то форме защиты время от времени.
— Себастьян… — начал спорить Сиэль.
Демон повернулся к Сиэлю, с терпеливым пониманием наблюдая за своей будущей трапезой.
— Молодой господин, Гаррисон — наш единственный след к группе волшебников, атакующих аристократов. Конечно же, вы хотели бы что возле него был кто-то кто мог его защитить, м-м? Королева хотела бы, чтобы ваше задание было выполнено продуктивно, не так ли?
— А теперь подождите минутку, — яростно перебил его Гарри, чувствуя, что Себастьян снова манипулирует. Кровавый демон и его игры разума. По какой-то причине этот мужчина хотел быть ближе к Гарри, и он пытался заставить своего хозяина согласиться на это. — Я не нуждаюсь в защите.
— И все же, вы изо всех сил пытаетесь просто стоять прямо, — беззаботно заметил Себастьян, не сводя глаз со своего молодого хозяина.
Гарри наклонился вперед и обхватил руками лацканы пиджака мужчины. Не обращая внимания на боль в животе и плече, он притянул демона ближе.
— На аристократов напали, — медленно произнес Гарри, словно обращаясь к ребенку. — А как насчет того, что Сиэль станет следующей мишенью в их списке? Из того, что я наблюдал, поместье Фантомхайв довольно привлекательно для посторонних. Ты должен остаться здесь с ним.
Сиэль издал горлом какой-то жужжащий звук.
— Нет-нет, Себастьян прав, — согласился он с аристократической медлительностью. Хотя, когда Себастьян соглашался со всем, что он хотел сказать, на его лице была заметна некоторая угрюмость. — Нам нужна ваша помощь в расследовании этого дела. Лучше всего, если у вас будет защита. Кроме того, у меня здесь есть еще три слуги, которые способны защитить меня и поместье.
Бросив на Себастьяна колючий взгляд, Гарри слегка повернулся и приподнял бровь.
— Достаточно способны защитить тебя от магии? — настаивал он.
Мальчик слегка пожал плечами и положил голову на сжатый кулак. Теперь, когда он принял решение, от его позы разило небрежной скукой. — Из того, что я узнал, даже Себастьян не совсем застрахован от магии. Моя лучшая ставка — чтобы вы меня защищали. Если Себастьян пойдет с вами, я могу позвать его на помощь, и он возьмет вас с собой. — Он посмотрел на Гарри своими большими голубыми глазами. — Это вполне логично.
Гарри тупо уставился на мальчика, прежде чем снова повернуться и посмотреть на Себастьяна. У демона все еще была приятная улыбка на лице, хотя теперь в ней было что-то озорное. Обычно Гарри делал все в одиночку. В других своих временных рамках он привык работать с группой волшебников против Темного Лорда во время последнего противостояния. Для всех остальных миссий и предварительного планирования Гарри предпочитал идти своим собственным путем.
Присутствие Себастьяна рядом сулило неудобством, особенно потому, что демон действовал ему на нервы до последнего.
— Ты будешь держаться подальше от моих разговоров с другими волшебниками, — неожиданно для себя предупредил Гарри. Он прикинул, что отметина на его шее послужит ему следящим устройством. Было бы лучше притвориться, что именно он отвечает за это партнерство, а не быть превзойденным Себастьяном, следующим в тени. — Ты будешь слушать то, что я тебе скажу. Ты не встанешь у меня на пути. — Он намеренно сделал паузу. — Не то чтобы это было трудно для тебя, учитывая, что ты привык быть невидимой, послушной мышью на обочине.
Ярость осветила глаза Себастьяна, прежде чем они удивительно быстро потускнели. Демон тонко улыбнулся и кивнул один раз, его пристальный взгляд стал напряженным.
— Я считаю, что тени — лучшее место, чтобы наблюдать и следить за моей добычей. Когда я наношу удар, они этого не видят.
— В буквальном и переносном смысле, я уверен, — сухо ответил Гарри, имея в виду неестественную скорость демона. Несмотря на беспокойство, вызванное словами демона, Гарри должен был согласиться с этим человеком. Всегда было лучше оставаться инкогнито, насколько это возможно. Это заставляло врагов недооценивать, и это делало конечный результат намного более приятным.
Он рассматривал демона, отступая в сторону и вглядываясь в волосы мужчины. В его волосах не было розового цвета, и проклятие, которое наложил на него Гарри, больше не присутствовало. Интересно.
— Разве демоны невосприимчивы к магии? — Гарри интересовался только ушами Себастьяна.
— Не смотри так разочарованно. — Глаза Себастьяна продолжали одержимо рассматривать Гарри. — Мне пришлось на мгновение выйти из своего человеческого обличия, чтобы стряхнуть проклятие.
Гарри лишь мельком видел истинную форму демона в одной из своих жизней, но он знал, что их внешний вид варьируется от демона к демону. Красные щелочки глаз и клыки Себастьяна были частью его демонической формы, и благодаря памяти Сиэля он теперь знал, что у Себастьяна есть черные крылья и длинные черные ногти. Для Гарри было всего лишь любопытством узнать истинную форму Себастьяна. Демоны не были прекрасными созданиями, скорее наоборот.
Он нахмурился, заметив легкую ухмылку на лице Себастьяна, как будто демон знал, что он занимает приоритетное место в сознании Гарри.
Смирившись, Гарри протянул руку и обхватил предплечье демона.
— Держись за меня. — Как только эти слова слетели с его губ, он раздраженно стиснул зубы. Мерлин, он был идиотом. Его единственным спасением было то, что его тон был резким, неприступным.
Однако Себастьян, казалось, не возражал против такого тона, потому что подошел еще ближе, издеваясь над Гарри. Он обвил рукой талию Гарри, легко и нетерпеливо вторгаясь в его личное пространство.
«Мерлин, убей меня», — ледяным тоном подумал Гарри, бок о бок аппарируя с Себастьяном к месту их назначения.
…Избавь нас…
Гарри тяжело опустился в свое неудобное кресло у маленького пустого туалетного столика. Он наколдовал себе толстый плащ с капюшоном, как только вошел в свою гардеробную, простую одежду, которая давала ему комфорт и безопасность. Другая была испорчена после того, как он столкнулся с последователями Темного Лорда и летающими ножами Себастьяна. По прибытии Гарри встретился с владельцем небольшого мотеля, где он жил и выступал со своими магическими шоу. Он заверил своего босса, что сегодня вечером сделает еще одно шоу. Мужчина, казалось, пришел в экстаз, когда увидел Гарри, расстроенный отсутствием своего главного исполнителя. Гарри не нужно было долго уговаривать. Ему нужно было больше денег, и он должен был сохранить свое имя и лицо в Лондоне. Темного Лорда нужно было вытащить из его маленькой норки. Простые последователи недостаточно стимулировали Гарри. Он закинул ноги на шаткий туалетный столик, созерцая разбитое зеркало, которое не так давно уронил на землю. Его гардеробная располагалась в подвале мотеля, и обычно ее оставляли одну, даже от прислуги. Так что не было ничего удивительного, когда он обнаружил, что его жилое помещение было нетронуто, когда он прибыл сюда с Себастьяном ранее сегодня. Разбитое зеркало все еще лежало на земле, шкафчики возле кухоньки все еще были пустыми, а одеяло на кровати все еще было туго заправлено, что свидетельствовало о его нежелании спать и поддаваться бесконечным кошмарам. И самое главное, или даже достаточно раздражающее, мантия-невидимка все еще лежала сложенной на тумбочке рядом с кроватью. Она следовала за ним повсюду, где он находил свой «дом», почти как потерянный щенок. Все осталось на своих местах с тех пор, как он ушел, и все же, он все еще чувствовал, как будто кто-то был внутри, вынюхивая. Это было тревожное чувство — знать, что в его дом, несмотря на отсутствие индивидуальности, вторглись. И что еще хуже, он был разочарован, что пропустил своего посетителя. Внезапно на туалетный столик у ног Гарри бросили картонную коробку. Его пульс бешено забился в груди, но он сохранял невозмутимое выражение лица. Измученные зеленые глаза смотрели на Себастьяна, демон буквально появился из ниоткуда. Этот демон исчез не так давно, что было приятно Гарри, но очевидно Себастьян не планировал оставаться в стороне. — Что это? — Резко спросил Гарри, приподняв одну бровь, когда демон продолжил стоять перед ним. Увидев жест демона в сторону коробки, Гарри слегка пожал плечами, но не сделал попытки отказаться от своей позиции. — И что это такое? — У тебя есть все необходимые чувства, чтобы смотреть и видеть самому, — вкрадчиво сообщил Себастьян. Гарри пристально посмотрел на неподвижную фигуру демона, потом вздохнул и опустил ноги с туалетного столика. Он схватил коробку и открыл хлипкие клапаны наверху. Ему потребовалось несколько секунд, чтобы понять, что маленькая чашка супа и круассан — это еда, съедобная еда. Онемение охватило его, когда он посмотрел вниз на суп. Сколько времени прошло с тех пор, как кто-то действительно заботился о том, чтобы он поел? Гарри с трудом оттолкнул коробку и ткнул Себастьяна пальцем в грудь. — Мы работаем ради общей цели, демон. Мне не нужна твоя милость или твое насмешливое внимание. — Он резко отдернул руку и попытался протиснуться мимо Себастьяна. Но тут чья-то рука схватила его за запястье и потянула назад. Бордовые глаза вспыхнули, и кончик пальца в перчатке провел по его выступающей скуле. — Вы плохо питаетесь. Очевидно, что вы не можете позаботиться о себе, поэтому задача падает на единственного способного здесь. — он отпустил запястье Гарри, но продолжал держаться рядом. — Молодой господин согласился предоставить вам необходимую одежду, пищу и кров. Если вы не хотите принять это от меня, примите это от него. Он нуждается в вас в высшей форме для этого общего дела. — Ты ведешь себя так, словно я хочу быть в его милости, — смиренно обвинил его Гарри. — Я не забочусь о мальчике, мне совершенно безразлично, что ему нужно от меня. Стук в дверь прервал Себастьяна прежде, чем он успел возразить. Гарри поплотнее запахнул плащ и подошел к двери, за которой ожидал своего гостя. — Держись подальше от этого, — безэмоционально приказал он демону, все еще чувствуя себя неловко из-за того, что кто-то напомнил ему о еде. Он открыл дверь и отступил в сторону, пропуская внутрь две фигуры в капюшонах. — Добрый вечер, мистер Гаррисон, — поздоровался один из мужчин. Оказавшись внутри, мужчины сбросили капюшоны, открыв лица министра Брауна и одного из его главных Авроров, Томаса Финка. — Я надеялся найти вас в добром здравии… Гарри закрыл за собой дверь и небрежно махнул палочкой посылая защиту от прослушивания. Она окутала комнату как легкая вуаль, не только стены, но и пол. — Я прошу прощения за то, что так долго молчал, министр, но мне наконец-то удалось привлечь внимание Темного лорда. Министр Браун не имел никакого отношения к Лаванде Браун, по крайней мере, Гарри так думал. У министра Брауна была более тёмная кожа и жуткие светло-карие глаза. Он не был оборотнем, это Гарри знал точно, так что в его экзотической внешности, на которую все обращали внимание, были виноваты лишь гены. Аврор Финк, напротив, был таким же нормальным, как и любой случайный прохожий на улице. У него были мягкие светлые волосы и синие глаза, да и сам он больше напоминал дедушку Лаванды, чем Браун. — А кто он такой? — Спросил Аврор Финк у Себастьяна, указывая на него палочкой. Гарри слегка усмехнулся, развеселившись. Он не любил Авроров. Он не любил многих людей, но тупоголовые Авроры были в самом верху его списка. Этот человек почувствовал угрозу, исходящую от Себастьяна, который в данный момент стоял на другом конце комнаты, но он все еще думал, что направив свою палочку на демона и помахав ей, станет более значимым в глазах демона. Финк очень расстроится, если потерпит сокрушительную неудачу, в попытке защитить министра от Себастьяна. — Это мой союзник, Мистер Финк, — коротко сообщил Гарри. — Пожалуйста, не направляйте на него палочку. Он будет рассматривать это как угрозу. Министр Браун окинул бесстрастным взглядом Себастьяна, занявшего позицию возле туалетного столика. — Маггл, Гаррисон? Вы уверены, что это разумно, чтобы…? — Он демон, — резко перебил Гарри, не обращая внимания на двух мужчин, которые напряглись и побледнели. Лучше всего было сразу покончить с этим. Так или иначе, министр узнает о Себастьяне. — Наша прошлая история вас не касается. Все, что вам нужно знать, это то, что он будет помогать мне с Темным Лордом. К сожалению, поскольку Темный Лорд вторгся в маггловский мир, вполне понятно, что я собираю там союзников и использую это в своих интересах. Министр встал рядом с единственным диваном, но сесть отказался. — Вы же говорили, что работаете одни. Меня заверили, что я могу рассчитывать на вашу скрытность. Оскорбленный, Гарри только улыбнулся. — Уверяю вас, господин министр, я не подведу. Разве, что у вас есть более скрытная кандидатура, которая сохранит секреты лучше чем демон? - отвешивать комплименты Себастьяну его совсем не прельщало, но он должен был загладить свою вину перед министром — Вернемся к нашему делу.… И это сработало. Министр отвлекся от Себастьяна и все свое внимание сосредоточил на Гарри. — Ах да, вы сказали о прорыве в расследовании. — Рядом с министром усмехнулся Аврор, кидая насмешливый взгляд в сторону Гарри. В конце концов, как мог простой подросток получить больше прорывов в деле, когда группа взрослых Авроров не могла? Это враждебное и сомнительное поведение было еще одной причиной, по которой Гарри попросил министра Брауна держать свое участие в секрете. Не только потому, что он мог бы легче проникнуть в ряды Темного Лорда, будучи одиноким и не связанным с министром магии, но и потому, что его внешность была бы смешна для многих Авроров. Это была ненужная головная боль, которой он предпочитал избегать. — Расследование? — насмешливо повторил Гарри. — Вы имеете в виду убийство, министр? — Он прислонился к стене своей гардеробной, оценивающе глядя на двух мужчин. Во многих отношениях министр Браун напоминал ему Фаджа. Фадж был трусом с нервным смехом и часто пытался шутить. Министр Браун старался не выглядеть трусом, напустив на себя суровый и утонченный вид. Но, в конце концов, министр Браун был неопытен, когда дело доходило до войн. И Гарри имел полное право судить об этом, учитывая, что он был старше этого человека и намного опытнее. — Я бы хотел поймать Темного Лорда. — И… что сделать? — Нетерпеливо перебил его Гарри. — Попить с ним чаю? Сесть рядом с ним и спросить, почему он убил так много магглов? Вы будете разочарованы тем, что он откажется открыться вам, или вы просто позволите ему вас заговорить и манипулировать вами. Вы услышите о его многочисленных прошлых бедах, которые бесчисленные люди уже пережили сами. Вы услышите его извращенные взгляды на человечество. И в конце концов, вы все равно спросите, почему он убил так много людей. — он прислонился головой к стене и ухмыльнулся. - У Тёмных Лордов мышление устроено по-другому, они мыслят иррационально, и вы почувствуете себя пустым и незащищённым рядом с ним. Поверьте мне, господин министр, пусть лучше он будет мёртв. — Почему… — Аврор Финк замолчал, хмуро глядя на Гарри. — Откуда нам знать, что вы не Темный Лорд? Вы, кажется, особенно хорошо осведомлены в этой области. О… И как он до этого додумался. — Аврор Финк, — укоризненно произнес министр Браун. — Я сидел с Гаррисоном бессчетное количество раз. Я твердо верю, что он на нашей стороне. — Он же всего лишь мальчишка. Гарри склонил голову, и с его губ сорвался безумный смешок. — Я? Темный лорд? Неужели? А я и понятия не имел… — тихо пробормотал он. Они начали перешептываться, Финк яростно, Браун снисходительно и спокойно. Авроры так быстро приходили в ярость. Это было слишком необдуманно. Они занимали положение у власти, не нуждаясь для этого в какой-либо морали, и из-за своего положения считали себя выше всех остальных. Никто не мог сравниться с ними из-за их высокого престижа. — Я безмерно извиняюсь за Аврора Финка, Мистер Гаррисон, — искренне сказал министр Браун. — Мне бы очень хотелось услышать ваш рассказ о Темном Лорде. Нам не везет в нашем расследовании. В волшебном мире было не так уж много нападений, и я не слышал ни о каких нападениях в маггловском мире тоже. — Похоже, он и впрямь затаился, — признал Гарри, внезапно посерьезнев. — Либо так, либо он планирует еще одно нападение. — он оттолкнулся от стены и грациозно приблизился к двум волшебникам. Краем глаза он заметил, что Себастьян остается молчаливым и внимательным зрителем. — Прошлой ночью я столкнулся с несколькими его последователями. На лице министра Брауна отразилось явное изумление. — Значит, вы оказались правы, считая, что магловский мир тоже заслуживает внимания. Вы подманили их достаточно близко к себе, — похвалил он. — Вам удалось получить какую-либо информацию? Гарри мрачно обдумал это, резко остановившись в нескольких футах от них. — Ваши невыразимцы не были вызваны на место преступления? В Ист-Энде Лондона лежали два трупа, и я уверен, что несколько магглов должны были быть подвержены Обливейту. — Поступило сообщение о нападении, Гаррисон. Но мы никогда не находили никаких тел. Обычно, когда в маггловском мире происходил всплеск магической активности, Авроры были подняты по тревоге, и тут же о правлены на место происшествия для выяснения обстоятельств. Гарри повернулся и посмотрел на Себастьяна. — Когда мы уезжали, в Ист-Энде было два трупа, не так ли? — Ему ничего не мерещилось. Иногда, после стольких временных отрезков, у Гарри возникала тревожная мысль, что он сошел с ума и пребывает в похожем на сон кошмаре. Себастьян изящно наклонил голову. — Мужчина и женщина. Гарри снова повернулся к мужчинам. — Необычно, но не так уж неожиданно. Их тела, возможно, были подобраны членами их группы. — он задумался. — Вы могли бы принять к сведению информацию о двух погибших или двух пропавших без вести, министр. Если мы сможем точно установить личности двух погибших последователей, мы продвинемся на шаг дальше, чем были в выяснении того, кто Темный Лорд. — Гарри рассеянно заметил кивок министра и продолжил. — Хотя Темный Лорд и не вышел из тени, но все же он послал несколько человек из своей армии. Один из них был удивительно похож на Малфоя. — Малфой? — Воскликнул Аврор Финк. Затем его глаза сузились. — Он очень уважаемый человек. — Политик, я уверен, — беспечно пробормотал Гарри. Эта эпоха действительно не имела никакого опыта, когда дело доходила до войны и перебежчиков. Как… неприятно. Он работал с идиотами: — По слухам, мистер Малфой всегда увлекался темными искусствами, — прошептал министр Браун, словно это было возмутительное и шокирующее открытие. — Я буду внимательно следить за ним. На данный момент у нас нет достаточных доказательств, чтобы осудить его или допросить. Пребывание в 1888 году напомнило ему об этой странной дискриминации в отношении Тёмных Искусств. Чем дальше от его родного времени, тем более снисходительнее маги относились к Тёмным Искусствам, но к этому времени всё стало хуже. Гарри использовал темные искусства, и он был достаточно умен, чтобы притвориться, что он не делает этого перед министром Брауном. — Благодарю вас за помощь, Гаррисон. Если вам что-то нужно или есть что-то еще, чтобы поделиться, не бойтесь связаться со мной. — Министр Браун похлопал Гарри по плечу и поднял капюшон. Закрыв лицо руками, он указал на Аврора, стоявшего у него за спиной. — Пойдемте, Мистер Финк, нам пора возвращаться в Министерство. Гарри отменил заклинание, наблюдая, как министр открыл дверь и вышел из гардеробной. Внезапно его тело отказалось его слушаться, а боковым зрением он увидел тело. Аврор Финк направился к нему направляя на него палочку: — Я не доверяю ни вам, ни вашим намерениям, — сухо ответил Финк. — Как вы может быть полезны, когда так молоды? И обвинять выдающегося гражданина в обмане… это звучит как ложь для меня. — К чему вы клоните? — подтолкнул его к ответу Гарри, которому было скучно и не терпелось поскорее покончить с этим делом. — Я вызываю вас на магическую дуэль, — твердо заявил мужчина. — Позвольте мне посмотреть, есть ли у вас хоть капля мастерства, чтобы подтвердить ваши нелепые утверждения. Гарри, казалось, задумался на мгновение, даже зашел так далеко, как будто он согласился. В конце концов, он просто цыкнул от разочарования. — Боюсь, у меня есть более важные дела, такие как развлекать магглов с помощью нескольких магических трюков. — Он подмигнул Аврору и повернулся к нему плечом, готовый бросить щит на случай, если тот почувствует атаку. Хотя, прежде чем он успел уловить хотя бы намек на надвигающуюся атаку, позади него раздался шум драки и сопровождаемый этим болезненный вздох. Гарри резко обернулся и с удивлением увидел, что Себастьян яростно схватил Финка за правое запястье, а палочка Аврора безрезультатно валяется на земле. Демон был определенно устрашающим, похожим на кошку, которая держит мышь в когтях, готовый убить. Финк, похоже, тоже так думал, потому что его лицо побелело от ужаса, когда он взглянул демона. — Только трус нападает на незащищенную спину, — промурлыкал Себастьян. Его пальцы напряглись, и послышался резкий щелчок, когда он сломал Аврору запястье. — Себастьян, — устало позвал Гарри сквозь рык боли Финка. — Отпусти его. После того, как Себастьян оттолкнул от себя аврора, Гарри сел на диван и потёр переносицу. Дверь за Финком захлопнулась, и в комнате повисла мёртвая тишина. Многие годы взаимодействия с разными людьми оставили на Гарри свой отпечаток. Он просто устал. Казалось, его уже ничем не удивить. Он сражался с Тёмным Лордом лишь затем, чтобы снова и снова ощущать душевный подъём. Никто другой больше… Его подбородок вздернули вверх, он был вынужден поднять глаза на Себастьяна. — Почему вы позволяете им так использовать вас? — Я не позволяю им использовать меня, я лишь знаю, с кем стоит сражаться, а с кем нет, — сухо ответил Гарри. Он отбросил руку демона от своего лица, понимая, что всё-таки есть в этом мире кое-кто, из-за кого он испытывает некие эмоции. Этим исключением был демон. В основном он испытывал гнев и раздражение, но это все еще были эмоции, вещи, которые заставляли его чувствовать себя живым. — Так значит вы решили сражаться со мной? — на лице Себастьяна появилась довольная улыбка — Что же, я рад что достоин этого. Гарри встал, продолжая упорно хмуриться. — Нам нужно провести шоу. — он погладил палочку в кармане и направился к двери. Прежде чем он успел уйти, демон снова удивил его своим бесспорным вопросом. — Вы явно более компетентны, чем они. Почему вы решили работать с ними? И прежде всего, почему вы чувствуете, что должны охотиться за этим темным лордом? Гарри повернулся, разглядывая демона на другом конце комнаты. — Я не обязательно работаю с ними и не полагаюсь на них и их разрешение. Я просто предпочитаю охотиться за Темным Лордом в одиночку, без Авроров, смотрящих на меня с презрением и подозрением. По крайней мере, таким образом, они позволяют мне делать свое дело, не вмешиваясь. Отсутствие у них мозгов — это всего лишь досадное обстоятельство в сложившейся ситуации. — он снова повернулся к двери и смиренно открыл ее. — Вы не ответили на мой второй вопрос, — понимающе сказал Себастьян. — Почему вы вообще охотитесь за этим темным лордом? Бессмертный волшебник остановился и прижался лбом к открытой двери. Глубокая печаль и пустота нахлынули на него. — От скуки, — честно ответил он сам себе. Он повернулся и посмотрел в удивленные глаза демона. — Потому что мне скучно. Я полагаю, что это очень похоже на твою причину играть роль раболепного дворецкого. — поняв, что он ведет себя неуместно, Гарри выпрямился и хмуро посмотрел на демона. — Хотя, вряд ли я когда-нибудь опустился бы так низко, как ты. Не говоря больше ни слова, он покинул свою гардеробную.
