Crazy for myself

На следующее утро, как и говорил Джин, они встали в шесть, чтобы успеть нормально собраться и выехать заранее. Менеджер посчитал, что лучше они приедут на полчаса раньше, чем опоздают. Тем более что по утрам Сеул страдает от пробок. Сонные и помятые мемберы собираются на кухне, где делают себе кофе. Даже Тэхен встал. Было принято решение, что он тоже появится на интервью. Пока Сокджин ездил к Хосоку, Тэхена повезли к врачу на плановый осмотр, где ему сказали просто потрясающие новости: все заживает хорошо и больше угрозы нет. Ушиб все еще будет болеть, но ходить и сидеть ему уже можно. Правда ему надо быть осторожным и надеть корсет на поясницу. Мемберы пытались отговорить Тэхена от этого интервью, но тот стоял на своём, и в итоге он тоже едет с ними. — Я все еще считаю это плохой идеей, — ворчит Чонгук, с мрачным видом хлебая свой кофе. Он будет рад видеть на интервью своего альфу, но омега не понимает, почему Тэхену надо ехать и тревожить свою поясницу прямо сразу, сходу. — Брось, Гукки, все хорошо, — с улыбкой ответил Тэхен, кое-как уместившись на стуле. В корсете неудобно и создаётся такое ощущение, что он слишком сильно жмёт. — Чонгук прав, это плохая идея, — говорит Намджун таким тоном, что всем сразу становится понятно, что Намджун не просто не согласен, он немного зол на Тэхена. Тэхен поворачивает голову в сторону лидера: — Что вы все заладили «плохая идея», «плохая идея»? Я устал сидеть дома, и врач сказал, что я могу сидеть и ходить, — канючит младший, отвоевывая свою точку зрения. Хотя и делать это нужно аккуратно. По челюсти Намджуна, которая немного выдвинулись вперед, догадки все только подтверждаются: тому явно не нравилась эта ситуация, и, была бы его собственная воля, он был приковал Тэхена к кровати, чтоб не двигался. — Потому что это реально плохая идея, — обычно хриплый голос Намджуна теперь приобретает агрессивные нотки. Тэхен сглатывает слюну, но все равно упрямо смотрит в глаза Намджуна. Его сущность подсказывает ему, что самое время хватать свою омегу подмышку и убегать от сюда. Аура Намджуна сильней его собственной, но внутренний альфа такой же упрямый как и Тэхен: он не желает отступать, заглушая первые позывы к побегу. — Намджун, — Сокджин трогает лидера за плечо, переводя его внимание на себя. Тот поднимает на него взгляд и трясёт плечом, выдыхая воздух через нос так громко, что слышно, казалось, в соседнем квартале. — Тэхен уже взрослый. Пусть Сокджин не совсем поддерживает идею Тэхена, но очередного скандала ему не надо. Тем более, что это одобрили менеджеры и компания. Главное условие: Тэхен находится в корсете для поддержки поясницы. — Взрослый, как же, — фыркает Намджун, выходя из-за стола. Свой кофе он уже допил, а есть с самого утра он не любил. Ким понимает, что возможно ведет себя как истеричка, но ему не понятно рвение Тэхена сразу же выходить на работу. У младшего в планах уже было на днях поехать в компанию, чтобы закончить одно дело касательно альбома. Пролежал на кровати меньше недели и уже как огурчик. Что еще расскажете? Он быстро выходит из кухни, говоря Сокджину тихое «Посижу в комнате». — Намджун! — окрикивает лидера Сокджин, но тот лишь машет рукой и заходит в свою комнату. По мнению Намджуна лучше уйти, чем разводить еще больший скандал. — Ушел, — грустно говорит Чонгук. Перепалки не редки в их такой вот семье, но каждая из них всегда тяжела по-своему. Тэхен с таким выражением лица, прочитать которое сложно, мешает свой кофе, хоть и не любит его, что даже Чонгуку становится не по себе от его возможных мыслей. — Тэхен… — Не надо, Сокджин-хен, — совсем невежливо перебивает тот старшего. — Просто не надо. Я просто устал сидеть дома, поймите и вы меня, — Чонгук обнимает его за плечо, и Тэхен благодарен омеге за молчаливую поддержку. Альфа обходит всех взглядом: Чимин уткнулся взглядом в стол, Юнги смотрит на него непонятным взглядом, Сокджин так и остался стоять возле выхода, опираясь о косяк. Он заламывает свои и без того кривые пальцы, что-то обдумывая. — Я не врач, — начинает Сокджин. Раз Намджуна нет, его обязанности на себя может взять либо Сокджин, либо Юнги. — И не психолог, но я думаю, что, если врач разрешил Тэхену это, то значит можно? Разве не так? Намджуна можно понять, он беспокоится за тебя, — Сокджин говорит правду, и Тэхен это знает. Несмотря на все ссоры в группе, Намджун ни разу не выступал против них на собраниях и всегда поддерживал их, когда было тяжело. В самом начале младшие тянулись к старшим, ища в них поддержку. С тех пор Намджун занял «официальный» пост главы семьи и стаи, если их можно было так назвать. Компания ничего против этого не имела, лишь были удивлены тем, что им не стал Сокджин на правах старшего альфы. Все считались с мнением Намджуна, Сокджина и Юнги, ведь те были самые старшие. И поругаться с лидером на такую, казалось, простую тему, было сложно для Тэхена. Он разочаровал Намджуна, хотя ничего такого сделать не хотел. — Тэхен, — видя выражение лица Тэхена, вступается Юнги. — Намджун часто обижается на нас, но после все нормально же, — Намджун действительно часто может на них обижаться по мелочам, но в итоге все возвращается на круги своя спустя несколько часов. — Я могу с ним поговорить, — шепчет Чонгук. — Он не тронет меня, выслушает, — не то чтобы кто-то боится, что Намджун кого-то ударит. Нет. Просто из-за своего характера он может не захотеть слушать кого-то. К Чонгуку это почему то не относится, альфа всегда выслушивает его, даже когда зол. И Чонгук признается — иногда пользуется этим. — Не надо, — Ким гладит ладонь омеги. Ему правда не хочется, чтобы Чонгук шел к Намджуну ради него. Намджун сам остынет. — Ребят, просто ешьте, нам скоро нужно будет выезжать, — в конце концов вздыхает Сокджин, садясь за стол. Все с ним согласны. Им действительно нужно будет скоро выезжать. * Едут они в двух машинах, по три человека в каждой: Намджуна пихают в машину к Чонгуку и Тэхену, и под взгляд всех остальных они усаживаются по своим местам. Намджун сразу лезет в телефон, скорее всего как обычно проверяя ленту твиттера и новостные порталы, сразу замечая несколько свежих, буквально только вышедших постов о том, что Тэхен был замечен выезжающим куда-то с группой. «Быстро, однако» думает про себя Намджун, смотря на парочку перед собой. Чонгук как всегда в привычном месте: обхватил руку Тэхена своими руками и устроил голову на плече альфы. Глаза у него были закрыты, и скорее всего тот уснул, судя по спокойно вздымающейся груди. Тэхен же напротив: сидел в телефоне, кидая косые взгляды на Намджуна. Ему хотелось начать разговор, но он не знал как. — Хён, — начинает Тэхен, решившись. Он говорил тихо, чтобы не разбудить заснувшего Чонгука. — Что? — спокойно спрашивает старший, отрывая взгляд от телефона. — Прости, — Тэхен сам до конца не понимает из-за чего именно извиняться. — Не извиняйся, — неожиданно для младшего говорит Намджун. — Это я вспылил, — он начинает постукивать кончиком кроссовок по двери и смотрит то на Тэхена, то себе под ноги. Намджун всегда переживал за остальных участников, пусть это и выглядело так, будто он пытается их запереть в глубоком подземелье. — Мы оба виноваты, — качает головой Тэхен. Он обнимает спящего Чонгука, который вместо сна сегодня играл всю ночь, притворившись спящим лишь тогда, когда услышал шаги Сокджина в их комнату. И даже влияние собственного альфы не смогло отбить желание омеги поиграть в игрушку. — Слишком часто я стал рушить отношения в группе, — со вздохом говорит Намджун, откладывая телефон на сидение. Намджун ведет себя как родитель, который, даже не смотря на слова ребенка о том, что ему плохо, продолжает гнуть свою линию, ведь так лучше, он лучше знает. Только вот произошедшее с Хосоком и Тэхеном, говорит ему о том, что пора прекратить это. Тэхен уже действительно взрослый и имеет право решать самостоятельно. — Хен, ты ничего не разрушаешь, — Тэхену даже трудно передать то, как ему больно видеть то, как Намджун загоняется по этому поводу. Уже не первый раз у старшего появляется такое мнение о себе, что он все портит и что ему не место в группе. — Просто извини меня. Все вы, хорошо? — Хорошо, хён. Мы любим тебя, — тепло говорит Тэхен. Намджун думает о том, что он знает это.

**

Интервью проходит не слишком хорошо и не очень плохо. После эпизода с обвинениями Намджуна в изнасиловании Хосока многие компании, которые хоть как-то имели с ними общие контракты, либо приостановили их деятельность, либо вовсе расторгли, аргументируя это тем, что им не нужны проблемы в лице проблемных людей, и это интервью, которое непонятно как разрешили, было не очень кстати. Намджуна, как лидера, посадили посередине, и большинство вопросов шли именно ему: — Намджун-щи, что вы можете рассказать нам о вашем будущем альбоме? — молодая девушка, что брала интервью, как всегда начала с самых обычных вопросов. Она выжидающе смотрела на Намджуна. — Альбом почти готов, осталось только записать и добавить еще одну, последнюю, песню, — ответ был засчитан, и они перешли к другому. — Какие у вас отношения в группе? С появлением нового участника в группе произошёл разлад, — про разлад был не вопрос, утверждение. Слишком сильно было видно то, что они не были рады этому. Намджун напряг челюсть на этом предложении: перед интервью им сказали, что на данный вопрос прямо не отвечать. — Сейчас все хорошо, — все также отвечает Намджун, надеясь на то, что она пройдёт мимо темы с обвинениями. — Как вы могли бы прокомментировать ситуацию с обвинениями в вашу сторону? — не пронесло. По участникам прошли еле слышные вздохи, которые прекрасно слышал Намджун. Он сжал микрофон, который держал в руке, и пытался успокоить себя тем, что ему никак нельзя показывать какие-либо эмоции на камеру, что снимала их. Он почувствовал руку, что касается его спины так, чтобы не было видно на камеры, и понял, что это был Сокджин, что сидит за ним. — Я не хочу оправдываться. Повнимательнее прочитайте официальное заявление Хосока и компании, — он закончил со своей милой улыбкой, показывая ямочки на щеках, и благодарил Сокджина за такую молчаливую поддержку. Им как назло не дали никаких наводок на то, какие вопросы будут на интервью, даже примерно. Девушка, судя по взгляду, явно разочаровалась в ответе Намджуна, который не дал ей ничего нового, но продолжила вести интервью уже по привычным вопросам, спрашивая не только Намджуна, но и остальных. Тэхену она задала вопрос о его здоровье и как скоро он сможет полноценно вернуться к группе, на что тот ответил, что здоровье у него хорошее и совсем скоро. Также был задан вопрос про Хосока, на который дал ответ Сокджин. Спросили о том, в каком тот состоянии. Все вздохнули с облегчением, когда интервью закончилось.

*

Хосок впервые за несколько дней решил залезть в интернет. И сразу же наткнулся на обсуждение под кусочкам интервью, которое парни давали буквально сегодня утром. Он в очередной раз ждал, когда к нему зайдёт медсестра, чтобы проводить на процедуры, и бездумно листал ленту твиттера, где горячо и эмоционально обсуждали все возможные моменты с интервью. Хосок прочитал несколько восторженных комментариев о Чонгуке и Тэхене и о том какая они все-таки милая парочка, парочку о Юнги и Чимине и наткнулся на комментарий, который привлек его своим ником: 2seokMyLife: Сокджин так тепло говорил о Хосоке. Мне кажется у них что-то есть. Хосок еле слышно хмыкает, перечитывая это. Он еще сам до конца не уверен, действительно ли есть. Сокджину хотелось верить, и Хосок почти поверил, но огонёк сомнений все равно полыхал в его груди. NoHoseok в ответ 2seokMyLife: Не выдумывайте, пожалуйста. Заявления насчет них не было, БигХит бы сказал, если бы они встречались. Чон нахмурился. 2seokMyLife: Какая разница было ли выпущено или нет? Я просто сравнила тон Юнги, когда тот говорит о Чимине, и тон Сокджина. Они могли не выпускать никакого заявления, но Юнмины все равно бы встречались. Странные вы. NoHoseok в ответ 2seokMyLife: Это вы странные. Шипперить человека, который даже не был рад появлению Хосока, с этим же самым Хосоком — это не норм. Не сравнивайте две разных части пазла. Хосоку там никто не рад. 2seokMyLife: Если вам так надо пристать к шипперам 2seok и вылить всю желчь насчет Хоби на фанатов, то пройдите мимо и полайте на собак. Не вижу смысла говорить с тем, у кого ник «NoHoseok». NoHoseok в ответ 2seokMyLife: Пусть туда же идут и его фанаты. Такие же ущербные как и он сам. Хосок закрывает эту ветку ответов и листает дальше, чувствуя как перед глазами все плывёт. Уже не в первый раз он сталкивался с этим и каждый раз говорит себе, что все будет хорошо. Но каждый раз это все разрушается как волна об скалы — люди по-прежнему называют его бесполезным и лишним. То, что он был омегой, не прибавляло ему очков симпатии. Переспал — вот тебе и в место в группе. А то, что у Чона ни одни кратковременные отношения ни разу не доходили до секса — всем все равно. Сейчас Хосок, принимающий просто кучу препаратов, название и предназначение которых он впервые слышит, стал более эмоциональным и ранимым. Это заметили Чимин и Чонгук, которые приезжали к нему недавно. Он чувствует, как по щекам катятся слезы, но не вытирает их, рассудив, что если сейчас сделает хоть что-то, то непременно разрыдается в голос, плевать на медсестру, которая будет слышать это. — Все хорошо, все будет нормально, — сам себя уговаривает Хосок, все также продолжая листать ленту твиттера. Он натыкается еще на несколько отрывков из интервью, под которым обсуждают все ответы, которые дали парни на нем. Особо живо обсуждают Тэхена, что сидел неестественно прямо, а особо глазастые Арми увидели, что из-под рубашки виден кусочек тканевого корсета в тот момент, когда Тэхен поднял руку. Радуется тому, что ответ Джина по поводу него больше не затрагивают, а если и затрагивают — то лишь для того, чтобы пожелать скорейшего выздоровления. — Господин Чон, — Хосок вздрагивает всем телом от голоса лечащего его врача, который зашёл к нему в палату слишком тихо. — Извините, — бета проходит внутрь палаты, подходя к подобравшемуся Хосоку. — Ничего, — отвечает Хосок на его извинения. — Я пришел сказать, что, так как анализы хорошие, а лечение явно идет на пользу вашему организму, то я могу предложить два варианта: первый — вы остаётесь в больнице и продолжайте лечение у нас, а второй — мы вас выписываем, и вы уже продолжаете лечение там, куда ваш альфа хотел вас отправить. Все документы по тому, как мы вас лечили, мы выпишем, чтобы вы не ехали туда пустыми, так скажем — он смотрит на Хосока, который обдумывает это все с минуту точно. Уехать из больницы он хотел с самого момента, как попал в нее. — Я, наверно, выберу второй вариант, — перспектива побыть дома хотя бы несколько дней делала Хосока счастливым. Он соскучился по всем, даже по Намджуну и Юнги, по своей комнате, которая за время его отсутствия скорее всего покрылась слоем пыли. — Тогда мы вызываем вашего альфу и обговорим все, что требуется. — Хорошо. После врач уходит, коротко поклонившись, и Хосок остается один в палате. До него внезапно доходит мысль того, что он, пусть и мысленно, но назвал общагу домом. * — Наконец-то ты дома, Хосок-и, — на него прямо с порога налетает донельзя довольный Чимин, обнимая старшего всеми конечностями. Хосок даже охает от внезапной ноши, что свалилась на него буквально из ниоткуда. — Чимин-а, — Хосок окидывает взглядом немного тёмный коридор, что кажется еще темнее после улицы с ярким солнцем. Чонгук, Тэхен — видя стоящего Тэхена, Хосок просто счастлив, — Намджун, Юнги. Все в полном сборе. Они что, ждали его? — Ты дома, — шепчет Чимин, что уже успел соскучиться по старшему омеге. Без него в общаге не так. Неполноценно. Никто не помогает Сокджину готовить на постоянной основе, никто не смотрит всякие дорамы, после которых из комнаты слышатся всхлипы, Хосок очень часто плачет, когда смотрит их. — Я дома, — повторяет за Чимином Хосок, отлепляя от себя Пака. Запах выдаёт его с головой: от Хосока так и прёт счастливыми феромонами, которые улавливают все присутствующие. Да и Хосок не очень сильно пытался это скрыть, он правда был рад оказаться в общаге. — Чего встали на пороге? — сзади раздался голос Сокджина. — Проходите на кухню. — Точно! — вскрикивает Чонгук. — Мы с Чимин-хеном купили тортик, — теперь уже он тащит несопротивляющегося старшего на кухню. — При этом успев по пути встретить просто кучу Арми, — неожиданно по-доброму ворчит Намджун. Первоначальный образ омеги, который он выстраивал у себя в голове, начал рушиться сразу после крупной ссоры и промывки мозгов у менеджеров и директора. Теперь он видит светлую сторону Хосока, который все это время, несмотря ни на что, все равно тянулся к ним. Слишком резкое изменение в поведении в адрес Хосока пугает и его самого, но он понимает, что этот омега не заслуживает быть предметом для насмешек и чувства собственной ненужности в группе. В конце-концов, не он виноват в том, что руководство решило ввести нового мембера, не предупредив всех остальных об этом. И даже все эти скандалы и заявления Бигхита по поводу их отношений и вторичного пола ничто по сравнению со счастливой атмосферой в группе, которой Намджун изначально хотел заразить всех. — Виноваты, — машет рукой Чимин, хотя в этом голосе не было ни намёка на совесть. — Теперь все обсуждают что могло такого случиться, что вы купили аж двухкилограммовый торт, явно сделанный на заказ. — Нас же семеро. Маленького торта нам бы не хватило, — Тэхен все не может отлипнуть взглядом от шоколадного торта, что стоит посередине стола. От Намджуна пахнет лишь весельем, значит все хорошо. Все расслабляются, рассаживаясь за столом в тот момент, когда Хосок разрезает этот торт под всеобщие восторженные крики. Это вечер обещает быть отличным.