Слишком влюблён

       «Дыши, Агата, просто дыши».       Девушка со злостью и резкими движениями сгребала постельное белье с кровати в бесформенную кучу под пристальным взглядом Чарльза, иногда раздраженно смотря на него, но он просто игнорировал её взгляды.       — Зачем же так остро реагировать? — непонимающе спросил он. — Это просто крайняя мера в сложившейся ситуации. Думаешь, кому-то хочется так себя стеснять?        «О, думаю, Элиза и Данте не очень-то и против».       — Я бы прекрасно себя чувствовала и здесь, одна в своей комнате. Как по мне, нет совершенно никакого смысла в этом. Александр так себе защитник.       Александр. Имя неприятно обожгло язык. Агата точно выиграла лотерею, вытянула счастливый билет или забежала в последний вагон. Обозначить её «везение» в последнее время можно было бы тысячью метафор, но передать всю его суть — невозможно.       — Не веди себя, как маленький ребенок, Агата. Фредерик сказал, что его воспитанник прекрасно воспитан, обучен некоторым видам единоборств и обладает незаурядными умственными способностями.       — Да просто мечта, а не парень, — саркастично подметила Агата, наконец закончив собирать вещи и выпрямившись.       В её комнате не было второго спального места, а у Нильсена был диван, поэтому это ей пришлось превратиться в беженку и эмигрировать в чужую спальню.       — Завтра нам установят охранную систему, и у нас сократятся поводы для беспокойства, а пока мы все как сочный стейк для голодного хищника. — Лицо Чарльза смягчилась, как только он увидел страх в зеленых глазах напротив. — Милая, все наладится, просто надо потерпеть.       Агата сдалась и кивнула. Обстоятельства были явно сильнее её, и она может лишь одно: подчиниться. ***       Александр продолжал сидеть на кровати, уставившись в одну точку. Он был второй раз в своей жизни загнан в угол ситуацией, с которой никак не мог справиться ни умственной, ни физической силой.       Агата. Агата Харрис. В его комнате, в его кровати, но не с ним. С дивана, на котором уже была приготовлена его постель, до кровати можно было с легкостью дотянуться и прикоснуться к спящей девушке.        «Черт, да ты как сексуальный маньяк собираешься себя вести», — Нильсен тут же осекся, поняв, о чем он только что думал.       План «Держись от нее подальше» был на грани срыва. Мысль посетила Нильсена в ту же секунду. А что, если письмо и эти нападения — дело рук одного человека. Лидии? Нет, она была жестока, но на убийство не способна. Тем не менее Александр был уверен, что его давняя «подруга» была связана со всем этим делом, и он собирался это выяснить.       В дверь раздался стук, заставивший его немного подпрыгнуть от неожиданности. Сейчас Нильсен действительно озаботился в последнее время постоянно подводившими инстинктами охотника и хищника.       Он открыл дверь и увидел Чарльза, за которым пряталась — да, точно, именно это слово — Агата. Александр отошел в сторону, пропуская в неё новую обитательницу и её сопровождающего.       — Не буду тут долго оставаться. Вам надо еще привыкнуть к компании друг друга, — Чарльз быстро пролепетал это, тоже ощущая резко возросший уровень неловкости, и вышел из комнаты.       Александр знал, что Харрис игнорировала его. Играла в игру я-здесь-одна-а-ты-пустое-место. Специально приподняла голову, когда проходила мимо него, пялилась куда угодно — на глупую картину, старомодные обои, ужасные занавески — но не в его сторону. Девушка принялась раскладывать постельное белье, а Нильсен сел на диван и сделал вид, что начал копаться в телефоне, но на самом деле он тупо пялился на горевший экран, иногда поднимая глаза, чтобы пронаблюдать за молниеносными движениями Агаты. Гордая и обиженная. Такая смесь в характере и на душе явно не вела ни к чему хорошему.       Девушка быстро закончила обустраивать своё уютное гнездышко и направилась к выходу из комнаты, прихватив с собой пижаму. Александр поддался секундному порыву, после которого чуть ли не прикусил себе язык.       — И куда ты? — его голос звучал хрипло, но достаточно убедительно и серьезно, чтобы остановить Харрис.       Девушка застыла в нескольких сантиметрах от выхода и медленно развернулась на пятках.       — Что за тон командира? — Агата напоминала ощетинившуюся кошку.       — Пока мы живем в таких условиях, будь добра, — сказал Нильсен приторно вежливо, — сообщай о своих намерениях поменять местоположение. Мы тут не медовый месяц собираемся справлять, если ты не заметила, а сокращаем риск твоей смерти.       Агата недовольно фыркнула.       — Хорошо, но это не значит, что я в миг стала твоей рабыней.       На лице Александра заиграла ухмылка.       — А это бы все так упростило.       Девушка проигнорировала его фразу — это уже входило в привычку — и пошла в его ванную, громко и плотно захлопнув за собой дверь и заперев ее на ключ.       Александр отбросил телефон и спрятал лицо в руках. В голове замелькали образы Агаты в ванной, торопливо и опасливо стягивающей с себя одежду. Черт, как же хотелось затащить ее в горячую ванну с пеной, отмыть от чужих прикосновений, а затем рассказать все и наказать ее за то, что понадобилась кому-то.       Парень ушел в свои мысли, рассуждая о том, кто мог прислать ему это письмо, не заметил, как вышла Агата из ванной и залезла под одеяло, предварительно выключив свет, явно намекая Нильсену, что ей на него плевать. ***       Александр почувствовал лёгкое прикосновение к своему лицу чем-то прохладным. Он резко открыл глаза и увидел перед собой чей-то размытый образ.       — Проснись и пой, — прошептала фигура прямо над самым его ухом.       Нильсен принял сидячее положение и потянулся за телефоном, чтобы развеять ведение перед собой, но вместо этого почувствовал весьма реальный шлепок по руке.       — Ай-ай-ай, мистер! Кажется, Вы любите нарушать правила, да? — нечеткая тень преобразилась в весьма узнаваемого человека.       Лидия. Темноволосая девушка сидела на полу на коленях, находясь в непосредственной близости к Александру и с хитрой улыбкой смотрела на него.       — Что ты здесь делаешь? — Нильсен аккуратно посмотрел в сторону Агаты, боясь, что она проснется, но девушка крепко спала, обхватив руками подушку.       — Пришла поговорить и предупредить, — голос Лидии стал еще более вкрадчивым, — пока ты не натворил глупостей, и этот спящий ангелок не попал в большу-у-ю беду.       Александр напрягся. По телу пробежала дрожь. Лидия в доме, в комнате, принадлежавшей ему и временно Агате. Наверняка, ей эта махинация со взломом и проникновением ничего не стоила, что уж говорить о профессиональном маньяке и преступнике? Кажется, стоит весьма серьезно отнестись к варианту не спать по ночам, а наблюдать за ситуацией в доме.       — Поговорить прямо здесь? — Нильсен немного скривился.       — Конечно, нет. Мы, как в детстве, пойдем с тобой в тайное место, чтобы посекретничать.       Лидия поднялась на ноги и потянула парня за руку, вытаскивая его из кровати. Она бесшумно ступала по полу, обходя любые препятствия, способные повысить допустимый для сна Агаты уровень громкости. Девушка подошла к стене и ловко дернула за рычажок, открывая с тихим скрипом проход. Александр удивленно посмотрел на неё.       — Ты же знаешь, милый, от меня трудно спрятать секреты. Например, такой. И еще один знаю. Твой.       Она пожала плечами, будто решила детскую загадку, а не продемонстрировала свои знания о тайной двери в стене чужого дома.       Александр и Лидия прошли в коридорчик, слегка прикрыв за собой дверь, и двинулись вперед. Девушка зажгла фонарик, появление которого в ее руках Александр упустил, и осветила дорогу.       — Куда мы идем? — настороженно спросил Нильсен.       — Не люблю разговаривать без движения. При ходьбе идут правильные мысли в голову. Да и ты в своем пеньюарчике быстро окоченеешь, — Лидия кивнула на легкую серую футболку и клетчатые пижамные штаны парня.       Их путь занял всего несколько секунд, каждую из которых Александр корил себя за то, что оставил Агату одну в комнате. А вдруг это была уловка маньяка и его смышленой напарницы, чтобы отвлечь его и завладеть еще сонным тельцем Харрис?       — Желательно, чтобы ты начала говорить, иначе я начну рассуждать и приду к весьма неприятным для тебя выводам.       Лидия глупо хихикнула и остановилась. Александр огляделся и примерно представил, где они могли находиться. Скорее всего, это была пустая комната.       — Когда ты получил письмо, то под «держаться подальше» имелось в виду вообще не контактировать и не взаимодействовать, а не спать в одной комнате и на одной кровати.       — Просто это твой очередной дружок постарался, и у меня не было выбора. Как бы, по-твоему, я все это объяснил?       — Мог бы сказать, что ты ведешь образ жизни целомудренной монашки и не можешь даже на голые щиколотки девушки без румянца посмотреть. Ах, да, — Лидия театрально вздохнула, — думаю, уже почти вся семья знает, что ты перетрахал добрую часть местных доступных девиц.       — Какое отношение ты вообще имеешь к убийствам? Зачем это все? — Александр перенял привычку отвечать только на удобные вопросы и пропускать мимо ушей нежелательные у Агаты.       — Тебе обязательно всегда знать, зачем, почему и как, да? — Лидия недовольно вздохнула.       Александр смотрел на ее лицо девушки, едва заметное в свете фонарика, и видел в ней всю ту же задорную и неугомонную девчонку, с которой он провел большую часть своего детства и которая знала каждый закуток его души. Что случилось за пять лет их разлуки, что она стала пособницей убийцы? Он был на сто процентов уверен, что она таковой являлась.       — Не от хорошей жизни, милый, — она горько усмехнулась. — Только ты один у нас тут стал преемником бизнеса, а я после-всего-что-тогда-произошло, осталась ни с чем.       Лидия заметно погрустнела. Александр почувствовал, как его сердце пронзил ядовитый кинжал сочувствия. Черт, нет. Это могла быть не та Лидия. Лидия без морали, с промытыми мозгами. Кто угодно.       — Ты могла всегда попросить помощи у меня.       — Просить? — Лидия скривилась. — Да я, черт возьми, даже ребенком ничего не просила.       — И к чему теперь привела твоя гордость? Ты преступница.       Девушка чуть ли не рассмеялась. На её лице отразилась брезгливость.       — Побежишь сдавать меня тому пожилому детективу в поношенной шляпе? А, нет. Ты слишком самовлюбленный, чтобы отдавать свою славу другому. Ты сам на меня наручники наденешь, да? А у тебя есть такая сексуальная фантазия? Наверное, да. Только в роли заключенной не я, а она.       — Не неси бред, Лидия, — Александр отвернулся от неё. Все негативные эмоции внутри него вновь всплывали на поверхность. — Ты всегда нравилась мне, потому что не была чертовой истеричкой.       Истеричек и так хватало в его жизни в последнее время.       — Так ты сдашь меня? — Девушка опустила глаза и стала походить на несчастного щенка.       — Нет. Я надеюсь, ты поступишь благоразумно. Скажешь, кто стоит за всем этим, зачем здесь понадобилась Агата, а потом уедешь отсюда и вычеркнешь из своей жизни этот город.       Лидия выглядела полностью разбитой. Казалось, еще чуть-чуть, и она расплачется.       — Не могу. Прости.       — Тогда зачем ты здесь?       — Сказать, что ты плохо выполняешь свой приказ. И что у тебя осталось два предупреждения, после которых последует расплата.       — Передай, что у неё и мыслей нет сближаться со мной. А то, что она ночует у меня в комнате — временные издержки.       — Предупреждение не за это, — Лидия уверенно взглянула на Нильсена. — Тебя видели с ней раньше.       Фонарик погас, и девушка исчезла, оставляя Александра наедине с мыслями. Его видели. Значит, он тоже видел убийцу. Да, это уже явно что-то. Парень двинулся по обратному пути, довольный тем, что завтра с утра сможет составить подробный список всех мест, где он был вчера, и всех людей, которых он видел. Хотя бы образно.       Александр подошел к двери и тихо подтолкнул её, надеясь, что она не заскрипит. Но это оказалось не нужным.       Дерьмо.       Агата стояла с протянутой к дверце рукой и удивленно смотрела на Александра. Немая сцена немного затянулась, и Нильсен решил не сдаваться до последнего в своей маленькой театральной постановке.       — Я проверял, — глухо сказал он и, захлопнув за собой проход, прошел к дивану, обходя недоумевающую девушку. ***       Агата сидела в беседке вместе с Элизой и незаметно — незаметно? — наблюдала за Александром и Данте, которые возились вместе с Фредериком и Чарльзом с пультом управления новой охранной системы.       — Как ночь прошла? — непринужденно, в своей манере, спросила Элиза.       Агата взглянула на свою кузину, отрываясь наконец от мускулистой спины брюнета, спрятанной за легкой курткой. Её взгляд снова зацепился за неумело спрятанный засос на шее блондинки. Харрис со стопроцентной вероятностью знала, что даже не хочет иметь понятия, откуда он появился, хотя прекрасно знала ответ на этот вопрос.       — Обычно.       — Ой, да ладно тебе, — Элиза тихонько засмеялась. — Я по твоим не отлипающим взглядам вижу, что вы не косички друг друга заплетали.       Агата покраснела. Боже, она что настолько очевидно пялилась на парня?       — Ничего у нас не было. — Сказала Харрис и открыла книжку, находя последнюю прочитанную уже несколько минут назад строчку., а потом решила для пущей уверенности добавить еще. — И быть не может.       — Ну, естественно! — Элиза закатила глаза и решила больше не пытать кузину, которая краснела от намеков, как школьница из средних классов. — Я думаю, что с ним у вас был бы прекрасный се…       Она не успела договорить, потому что осеклась, увидев, как к ним подходят мужчины.       — Ну, принимайте работу! — Чарльз выглядел очень гордым и теперь он ждал благодарной оценки, желательно сопровождаемой всяческими похвалами.       — Отныне прекрасные принцессы под полной охраной от кровожадного дракона, — Данте подмигнул Элизе, а она недовольно взглянула на него, остерегаясь, что их конспирация полетит фанерой над Парижем.       — Ты хотел сказать, что прекрасные принцессы будут сидеть взаперти каждый день после девяти вечера, да? — Категорично заявила блондинка.       Чарльз помрачнел. Элиза могла выглядеть как ангел, но иногда она превращалась в настоящую гарпию, способную на убийства.       — Это совершенная система охраны от любых вторжений! Пока все это не закончится, мы будем жить в таких условиях.       — А если пожар? Пожарные найдут несколько копченых тел?       — Система умнее тебя, Элиза, — в разговор вклинился Данте. — Она автоматически откроет все двери, если в доме будет пожар.       — А что мешает убийце специально устроить пожар, чтобы выкурить нас оттуда, оставить без защиты, а потом прирезать? — Парировала девушка.       — Так, все! — Чарльз раздосадовано шмыгнул носом. — Вы, юная леди, совсем разучились говорить уважительно! И заканчивай смотреть свои передачи про мировые заговоры.       Он развернулся и пошел домой, по пути что-то продолжая приговаривать про легкомысленных девушек с отсутствием инстинкта самосохранения и теории мирового правительства.       Агата в то время вела внутри себя борьбу. И тут же проиграла. Она осторожно подняла глаза и встретилась взглядом с Александром. Он исподлобья наблюдал за ней и, вопреки тому, что делал раньше, не смотрел на неё с раздражением или сразу отводил взгляд. За серо-голубой прохладой плескался океан эмоций. Беспокойство? Волнение? Страх?       Он закрыл глаза, а когда снова открыл, то Харрис больше не видела там эмоций. Опять непроницаемый лед.       Девушка опустила глаза в книжку и зацепилась за единственное различимое слово «секрет». Секрет. Секрет. Секрет. Он был у каждого свой. И вчера Агате удалось частично заглянуть в тайну Нильсена. Что он делал в тайном коридоре вчера вечером? Чем был так взбудоражен и почему от него пахло женскими духами?       — Боже мой! — воскликнула Элиза, прикрыв поспешно рот ладошкой и откинув от себя телефон. — Маньяк убил Блюбелл Финниган! Какой кошмар… Мы с ней дружили. Ужас, она, Эйприл и Шарлин были такими замечательными…       — Черт, — выругался Данте. Он замолчал на несколько секунд, а потом будто опомнился. — Я, кажется, только что понял, как они могут быть взаимосвязаны.       Все выжидающе уставились на него.       — Каждая из них хоть раз работала в психиатрической больнице имени Святой Милдрит.