7Days: Жизнь после

Мои глаза расширяются: — В смысле? Он мнется: — Ну… Я не знаю, с чего начать даже… Арго смотрит в сторону и трогает серьгу в своем ухе. — Говори как есть! Я открываю окно, сажусь напротив него и закуриваю еще одну сигарету. Кажется, сейчас мне сообщат что-то не очень приятное. — Ну? Я тебя внимательно слушаю. — Ладно. — Арго тоже закуривает. — Дело в том, что люди Ахаба давно наблюдают за твоей матерью. Они… — Слова даются ему с трудом. — Они завербовали её. У меня внутри всё сжимается. — Что-о-о-о?! Арго грустно вздыхает: — Да, Кирелл, мне тоже жаль. Но ты и сама знаешь, на какие жестокости они способны. Да и мы ненамного лучше них. — Они пытали её, да? — Ахаб посвятил меня в курс дела. Он знал, что я не захочу в этом участвовать по понятным причинам, поэтому и не предлагал. Но рассказал много чего… В том числе и про пытки, да. — Он хмурится. — Мне это не понравилось, но виду я не подал, просто ушел по-английски. Я удивлённо таращусь на него: — И ты пришел забрать меня из больницы и молчал, зная, что это козни синдиката?! — Некогда было разговаривать, Кирелл, нужно было сматываться. Я замечаю в его серых глазах обеспокоенность. Он касается моей руки и продолжает: — Да и не было подходящего момента, чтобы начать этот разговор. Я не хотел, чтобы ты волновалась, ты и так очень травмирована сейчас. Я чувствую, как завожусь. К лицу подступает краска, кулаки сжимаются, я придвигаюсь ближе к Арго и шиплю, постепенно переходя на крик: — Волновалась? Волновалась?! После того, как ты чуть меня не убил, а я пролежала в коме неделю, ты играешь в заботливого папочку? Я в состоянии справляться, знаешь ли, и выносить информацию тоже! И неужели ты не понимаешь, что меня травмирует не правда, а то, что со мной лицемерны и при этом пытаются заботиться, хотя я об этом, блять, не просила?! Последние слова я буквально ору, затем вскакиваю и бегу в другую комнату. Слышу вслед себе: — Кирелл, постой! Послушай… — Арго вскакивает и хватает меня за руку. — Уйди, отвали! — Я вырываюсь. — Кирелл, пожалуйста! — Он умоляюще смотрит на меня. — Видеть тебя не хочу! — рявкаю я и хлопаю дверью. В ответ я слышу только тишину, звенящую и горькую. Что я, блин, сейчас наделала?.. Запираюсь в комнате. Арго некоторое время неуверенно стучится и зовет меня, но я показательно его игнорирую и спустя пару минут попытки прекращаются. «Ну, что же теперь?» — думаю я. — «Когда я испортила отношения с Арго, когда сама не понимаю, ради чего всё это… Это “воскрешение”, побег, новая жизнь, игра в прятки с Ахабом. Для чего? И как долго мы продержимся?» Мысли переполняют голову, зудят, как назойливые мухи, сверлят череп изнутри. Это самая мучительная пытка. Если бы можно было их выключить хоть ненадолго… Жду, когда стемнеет и Арго уснёт, и тихонько выхожу из квартиры навстречу уличному свету. С собой у меня, конечно же, пистолет, без него я не чувствую себя в безопасности. По моим венам течёт отчаяние, а лёгкие выдыхают сигаретный дым. Я направляюсь прямиком в логово синдиката. Ну я и дура.