Как Рождество, только лучше

Грегу нравится их профессор по Уходу. Он чуткий, как и любой человек, работающий с капризными существами, — Грег приписывает к ним и учеников, — и каждый пуффендуец считает своим долгом подойти к своему декану после урока и задать ему кучу вопросов, вряд ли в действительности интересующих их. Грег их не винит — искренность улыбок и слов Джереми Кольта проходит проверку на прочность лайтовской циничностью. Грега самого иногда тянет подойти к нему, пока он не вспоминает, что он, вообще-то, ни разу не разбирается в магических существах с третьего курса и нагонять ему уже немного поздно. Что Грега правда раздражает — проекты, которые нередко задает профессор и которые занимают немало времени. И чаще всего эти проекты, ввиду специфики предмета, являются практическими. Не то чтобы Грег был прилежным учеником и выполнял хотя бы половину из заданного, но... На прошлой лекции профессор Кольт предупредил их о новом задании, которое, судя по его лукавой улыбке, не понравится Грегу даже больше предыдущих. — Пя-ятый курс, — Кольт прислоняется к столешнице, сколько не обращаясь к студентам, столько акцентируя на этих словах. — Считаете ли вы себя ответственными, пятый курс? Считаете ли вы, что сможете вырастить дракона из яйца? Наступает тишина. Грега это немного веселит. — Это метафора, сэр? — слышится вопрос откуда-то с ряда барсуков, и Грег с лёгким удивлением узнает в говорящем Тео Гарднера. Тео улыбается так, как улыбаются любимчики учителей — со знанием того, что им простят любую остроту. — На этот раз нет, мистер Гарднер, — с задором отвечает профессор и выпрямляется. Обойдя стол, он достаёт наружу огромное яйцо бледно-зеленого цвета и кладёт его на столешницу, придерживая пальцами. — Это яйцо дракона, — поясняет он, как что-то, очевидное абсолютно для всех. Грег в этих всех не входит и чувствует укол тупости. — Ненастоящее, разумеется. За настоящее мне бы грозил Азкабан. Эти муляжи — наш собственный проект с вашим профессором Артефакторики, мистером Новаком. Вам предстоит разбиться на пары, по одному представителю каждого факультета в каждой, и в течение месяца ухаживать за одним таким яйцом. Если вы все сделаете верно, из яйца вылупится ваш зачёт за этот триместр. Если же на скорлупе проявятся дефекты или вылупление не произойдет, значит, вы сделали что-то не так. Грег раздражённо выдыхает. Звучит сложно. Найти напарника, который не взбесит его в первый же день — ещё сложнее. — Хей, Лайт, — Тео подсаживается к нему на Чарах совершенно неожиданно. Своего соседа, застывшего позади Гарднера, Грег отсылает, коротко качнув головой. — У тебя ещё нет пары по проекту? — Нет, — отвечает Грег с почти вопросительной интонацией. Лицо Тео озаряется улыбкой. — Круто. Присоединишься ко мне? Лайт думает, что это было не так уж и сложно.

***

Выходя из Выручай-комнаты, Грег не сразу замечает Тео у противоположной стены. Грег оценивает ситуацию быстро — Тео оживляется, значит, ждал его, и ждал долго, значит, точно знал, что Грег внутри. Гарднер не успевает ничего сделать. Грег впечатывает его в стену легко, как первокурсника, и несколько секунд наслаждается проступившем на лице Тео замешательством. Гарднер не пытается инстинктивно вырваться, но Лайт списывает это на растерянность. — Какого драккла ты тут шастаешь, Гарднер? — шипит Грег ему в лицо, встряхивая за ворот и несильно прикладывая затылком о стену. Судя по дезориентированному взгляду Тео, в гневе границы лайтовского «несильно» ощутимо размывались. Грег мгновенно отшатывается, как от огня — он не хотел этого делать. — Тебя ищу, — Тео тараторит, зная, что у него мало времени для оправданий. Его взгляд не сразу фокусируется на Греге. — Хотел сказать, чтобы ты зашёл ко мне. Я нашел нужное заклинание, оно очень сложное, нужны двое, чтобы-… — Кто тебе сказал, что я здесь? — Грег его не дослушивает. — Рей, — Тео долго молчит, взвешивая, будут ли у этого последствия для Рейнарда, но все же говорит это. — Розье. — Крыса, — кривится Лайт. — Все про всех унюхает. Тебе самому не неприятно иметь с ним дело? Тео не улыбается. Это даже непривычно. Грег замечает, что без улыбки становится заметнее его усталость. — Не говори ничего о людях, которых ты не знаешь, — тихим голосом проговаривает Тео, но это не значит, что сейчас его реально перебить. Гарднер разворачивается к лестнице, и Грег его не останавливает. — Приходи завтра утром. Грег думает, что у него талант к мгновенному разрушению любых отношений с людьми.

***

Грег не приходит к нему ни утром, ни в течение трех следующих дней. Ему плевать, что он завалит Уход. Пусть Гарднер ищет нового партнёра, раз ему так сдался этот тупой проект. Грег думает так до тех пор, пока на спаренной практике ЗоТИ с Пуффендуем Тео не роняет палочку, произнося заклинание. Его оппонент в неуверенности опускает свою. Грег застывает, единственный осознавая, почему это произошло. Он смутно вспоминает слова Тео. Нужны двое. Если Тео все это время выполнял задание один, то, возможно, это имело последствия. — Простите, — Тео издает смешок, убеждая всех, что все в порядке. Он поднимает палочку, но его рука дрожит. Он кивает однокурснику, и тот посылает в него базовое боевое заклинание. — Протего, — слабо произносит Тео, уже зная, что у него не выйдет. Красный луч заклинания ударяет его в грудь, и его тело парализует. Профессор взмахивает палочкой, отменяя эффект, и Тео делает мелкий шаг назад. — Мистер Гарднер, с вами все хорошо? — в голосе профессора искреннее беспокойство. — Сходите в Больничное Крыло. — Все окей, профессор, — Гарднер отходит к стене к остальным ученикам, уже отработавшим задание. — Я просто… Попробую в следующий раз. Грег думает, что Тео либо идиот, либо самоубийца. Скорее всего, всё вместе.

***

— Ну и что это было? — Грег грубо хватает Тео за запястье, стоит ему выйти из кабинета. Гарднер непонимающе вскидывает брови. — Что? — Ты знаешь что. Это из-за проекта? Глаза Тео округляются, и Грег понимает, что попал в точку. Значит, Кольт действительно задал им что-то уж слишком экспериментальное. — Я так понял, что ты не собираешься участвовать в этом. Почему сейчас спрашиваешь? — Не юли. Объясни, в чем дело. Почему у тебя проблемы с магией? Тео прячет глаза, нервно облизывая губы, и отводит Грега в сторону. — В общем, нам надо вырастить дракона из яйца, так? Дракон согревает свою кадку огнем, а нам это организовать достаточно трудно, поэтому мы будем использовать заклинание, которое поддерживает высокую температуру. Три-четыре раза в день. Оно… очень энергозатратное. Если проект выполняют двое, то все нормально, но… — Но ты идиот, решивший сделать все сам, — цедит через зубы Грег. Тео на секунду прикрывает глаза, зная, что Грег прав. — Я хотел найти нового напарника. У меня не вышло. — Звучит неубедительно. Лайт чистокровный. Он родился в семье, где свою родословную вызубривают вместо алфавита, а магию впитывают с молоком матери. Он знает, каково это — быть обессиленным и лишенным возможности наколдовать даже простенький Люмос. Он не знает, сколько раз за эти дни Грег уже ронял палочку. И Грег злится. Злится, потому что Тео вряд ли понимал, чем для него обернется игнорирование предупреждения о сложности заклинания. Злится, потому что Гарднер, в общем-то, неплохой, даже больше, чем неплохой — он хороший, и Грег не хочет, чтобы с ним случалось всякое дерьмо. И факт того, что именно это дерьмо — полностью его вина, злит его ещё больше. Профессор Кольт велел им работать в парах, понимая сложность задания. Он не учел, что проект, предназначенный для двоих, будет выполнять только один. — Я приду сегодня, — таким тоном Грег обычно угрожает. — Объяснишь мне, что там вообще за задание. Тео недоверчиво, но все же кивает. Лайт знает, что Тео все ещё обижен на него за то, что тот бросил его одного, но Гарднер хотя бы не послал его. Грег думает, что ради такого напарника, как Тео, можно хоть раз в жизни побыть ответственным.

***

— Что… Что мне надо делать? — Грег стоит с палочкой, зажатой в правой руке так, будто он собирается ею драться, напротив стола с огромным салатовым яйцом в коробке из-под чего-то маггловского. Он чувствует себя глупо. — Говоришь заклинание и стараешься, знаешь, — Тео вращает кистями, будто это что-то объясняет. — Вложить в это столько, сколько сможешь. Ты поймёшь, когда почувствуешь. — Да ты прям ходячая инструкция, — недовольно бормочет Грег и произносит длинную фразу на латыни. И тут же понимает, о чем говорил Тео. Это не был обычный выброс волшебства, как в простых заклинаниях. Это не были усилие и концентрация, как в новых боевых чарах. Это был длинная, выматывающая поддержка предмета перед ним магией. Когда Грег с шокированным выдохом опускает палочку, ему кажется, что в основании яйца на мгновение вспыхивает тусклый, закрываемый плотной скорлупой огонек. — Ого, — Грег переводит взгляд на Тео и встречает на его лице ухмылку понимания. — А это точно заклинание школьного уровня? — Профессор Кольт не стал бы требовать от нас большего, — едва речь заходит о декане, в глазах Тео появляется та же влюбленность, какую Грег видит в глазах всех пуффендуйцев на уроках Ухода. Тео ведет себя настороженно рядом с Лайтом, но сейчас черты его лица смягчаются, смазывая следы усталости. Грег думает, что таким Тео нравится ему гораздо больше.

***

Тео оттаивает медленно. Он справедливо обижен на Грега за сцену в Выручай-комнате и за трехдневное игнорирование, но не высказывает этого вслух. Грег за это ему молчаливо признателен. Они договариваются держать яйцо в спальне Тео — это удобнее, потому что его гостиная расположена на одном этаже с Большим Залом. Грег сдерживает себя, чтобы не ворчать, но здесь до него самого доходит, что это выгоднее. Тео составляет для них расписание, ориентируясь на то, в какие дни у них практические предметы. В общем виде выходит так — один из них, менее загруженный в этот день, накладывает заклинание утром и после ужина, а второй — на большом перерыве между занятиями. Грег знает, что все равно не выучит этот порядок, поэтому просто подсаживается за стол Пуффендуя на каждом ужине, чтобы уточнить расписание на завтра. Барсуки буравят его взглядом только первые пару дней, пока его инициативу не подхватывает Мейер, пересев за стол Слизерина к Розье. Рейнард не выглядит счастливым, и это поднимает настроение Грегу на целый день. К концу первой недели столы Пуффендуя и Слизерина окончательно смешиваются, и вовсе не для того, чтобы уточнить время у напарника. Гриффиндор и Когтевран, которым так же задали этот проект, додумываются до этого к началу второй, но этот процесс протекает у них более гладко. Грег думает, что, возможно, замысел профессора Кольта был глубже, чем могло показаться.

***

Соседи Тео уже не злятся, когда Грег врывается к ним в спальню в семь утра или в двенадцать ночи. Они просто учатся не просыпаться. Просто Грег забывает зайти к Тео после ужина и вспоминает об этом уже после отбоя. А еще ему нравится смотреть на заспанного, взъерошенного Тео по утрам. — Доброе утро, — Гарднер просыпается, стоит Грегу скрипнуть дверью, и приподнимается в кровати. — Доброе утро, — машинально отзывается Лайт и умирает изнутри, когда понимает, что прямо сейчас ляпнул. Он — цепной пёс Слизерина, которого обходят стороной все, у кого есть чувство самосохранения. Он не должен желать доброго утра барсуку, с которым ухаживает за чертовым ненастоящим яйцом. Тео, кажется, тоже ненадолго зависает, и Грег поспешно становится к нему спиной, чтобы наложить заклинание. Он слышит скрип матраса и шелест поправляемого одеяла, а когда заканчивает и оборачивается, Гарднер уже спит. Или убедительно делает вид, но, вспоминая себя, только что разбуженного, Грег ему верит. Способность засыпать за секунды сплачивает абсолютно всех. Грег уверен, что поворачивает к двери, но вместо этого почему-то обнаруживает себя у кровати Гарднера. Он замирает, не понимая, что им движет, и быстро опускает руку, тянущуюся к волосам Тео. Лайт покидает эту комнату так быстро, как только может. Грег думает, что он в дерьме.

***

Недели пролетают незаметно. Грег ежедневно заглядывает к Тео. Их яйцо остается все таким же бледно-зеленым, как и в первый день, но, возможно, Лайт просто не видит небольшой разницы. Грег надеется, что так и должно быть. Лайт сидит с Пуффендуем за ужином и изредка за завтраком. Барсуки начинают ему нравиться — пара дней напряженных взглядов, и вот Грег уже принят в большую шумную семью. Он все еще чувствует себя чужим, но Тео втягивает его во все беседы и старательно создает у пуффендуйцев хорошее впечатление о Лайте. Грег подолгу задерживает на нем взгляд и, вроде как, улыбается. До сдачи проекта два дня. Грег думает, что всё закончится в тот же момент, как они получат зачеты, и ему становится тоскливо.

***

Тео относится к яйцу, как к подобранному на улице котенку. Он постоянно заглядывает в сумку, проверяя, не сдавливают ли яйцо учебники, и в какой-то момент Грег просто выхватывает ее у него из рук. Тео слишком возмущен, чтобы воспротивиться. — Итак, и снова мой любимый пятый курс. Кто первый? — профессор Кольт выглядит воодушевлённее самых преданных пуффендуйцев. Профессор Новак застывает у стены рядом с дверью — полюбоваться на свое детище. У первой пары яйцо выглядит явственно лучше, чем у них. Вряд ли они пропустили хоть один процесс нагрева. Кольт с шутливым поклоном уступает место Новаку, и на тонких губах профессора Артефакторики Грег едва ли не впервые видит улыбку. Профессор Новак касается волшебной палочкой скорлупы, и по ней расползаются трещины. Несколько мучительно медленных секунд — и из яйца вылетает маленькая огненная ящерица, осыпавшаяся искрами прежде, чем успела подняться высоко. В лицах Кольта и Новака Грег читает обожание к своему творению. Из яйца Грега и Тео ящерица тоже вылетает, правда, заметно прозрачнее, чем первая. Профессор Кольт удовлетворённо кивает и это, видимо, означает зачет. — Ты видел? Видел? — Тео блаженно улыбается, садясь за его парту даже после того, как они перестали быть напарниками по проекту. — Она чудесна. Ее тело — это буквально показатель того, в какой температуре ее держали. Невероятно. Ну же, скажи что-нибудь. — Приятно осознавать, что все это время мы не просто тыкали палкой в яйцо, — хмыкает Грег, и Тео издает мягкий смешок. Он смотрит на Грега сияющими глазами, и у Лайта что-то подпрыгивает в ребрах. Занятие заканчивается удивительно быстро. Мистер Кольт говорит, что они заслужили отдых от домашнего задания, и отпускает их с миром. Глядя на лица учеников, Грег видит в них отражение своих опасений — опасений, что мир, установленный между факультетами за этот месяц, закончится вместе с этим уроком. Лайт поджимает губы и убеждает себя не смотреть на Тео. — Слушай, — голос Гарднера звучит неуверенно. Грег поворачивает к нему голову так резко, что слышится хруст. — Не хочешь сходить с нами в Хогсмид завтра? Ты понравился ребятам. Грег не думает над ответом ни секунды.