Изменённая история Гарри Поттера

Прошло почти шесть лет с тех пор, как на пороге у Дурслей был найден пятилетний мальчик. С тех пор почти ничего не поменялось. По утрам солнце всё также падало на окна гостиной Дурслей. Комната почти не изменилась. Только пару фотографий, стоявших на камине, показывали, что прошло не так уж и мало времени. На одной из фотографий стоял мальчик, больше похожий на вздутый мяч, и поедал сладкую вату. Но с тех пор Дадли вырос. Теперь на фотографии был крупный светловолосый мальчик играющий в компьютерные игры, или поедающий огромный торт на свой день рождения. Дурсли постарались сделать всё, что возможно, чтобы ничего в доме не указывало на проживание здесь ещё двоих детей. Гарри Поттер всё ещё жил здесь. А Джейн Поттер всё-таки смогла встретится с братом. Приют, где она жила раньше, сгорел. Все остались живы, но многие дети получили ожоги и ссадины. Джейн же отделалась временной амнезией (так говорили врачи). А у Дурслей у не было другого выхода, кроме как взять восьмилетнюю девочку к себе. Дети сразу же узнали друг друга и жизнь в доме Дурслей стала значительно веселей. В настоящий момент они крепко спали, хотя спать им оставалось недолго. Тетя Петунья уже проснулась и подходила к двери, и через мгновение утреннюю тишину прорезал ее пронзительный визгливый голос: — Подъем! Вставайте! Поднимайтесь! Гарри открыл глаза и перевернулся на спину, пытаясь вспомнить что же ему снилось. Это был хороший сон. В этом сне он летел по воздуху на мопеде. У него было странное ощущение, что когда-то он уже видел этот сон. Тётя Петуния, отошедшая от двери, снова вернулась и ещё громче стала барабанить в дверь. — Живо! — Провизжала она.  — Будь человеком, дай поспать! — тихо пробулчал голос с другого дивана. Джейн ненавидела ранний подъем. —Нет, ну, а что! Одно дело когда человек ложишься рано и просыпается пораньше. Но другое, когда по лестнице пол ночи скакал слон по имени Дадли! Гарри не выдержал и рассмеялся —Шевелитесь побыстрее, я хочу, чтобы вы присмотрел за беконом. И смотрите, чтобы он не подгорел, — сегодня день рождения Дадли, и все должно быть идеально. С этими словами тётя ушла на кухню. — День рождения Дадли! Как я мог забыть! — Воскликнул Гарри — Джейн? — Сегодня твоя очередь жарить бекон.— сказала она. Сестра похоже решила во чтобы то ни стало выспаться. Но ей это не удалось, так как Дадли уже проснулся и побежал в низ, прыгая на каждую ступеньку. От такой тряски с потолка попадали пауки. Гарри пауков не боялся. Он к ним уже привык. Их было много в чулане, где они жили. Но вот Джейн пауков боялась и предпочитала находиться в комнате с закрытыми глазами. Один паук упал прямо ей на лицо. Такого визга никто на Тисовой улице ещё не слышал. — Гарри убери его! Он у меня на голове! — кричала она, пытаясь стряхнуть паука.— Убери его! Убери! — Кричала она отряхиваясь и прыгая па всему чулану. — Тише, ты его уже скинула. — Пытался успокоить сестру Гарри. — Они везде! — Снова прокричала она. У Джейн началась паника. Тут из угла чулана выбежал белый хорёк Соник. Он прыгнул Джейн на руки и она, крепко обняв своего любимого и единственного домашнего зверька, понемногу начала успокаиваться. Соник появился на Тисовой улице вместе с Джейн. Дурсли пытались его прогнать, но не преуспели в этом. Он здорово помогал детям. Когда их запирали в чулане, хорёк пробирался на кухню через незаметную дырку в стене и приносил им пачку мармеладок или печенья. На кухне эта дырка прикрыта буфетом и холодильником, так что о её существовании никто не знает. Иногда он устраивал для Дурслей мелкие неприятности: перегрызенная проводка, разбитая тарелка.  — Ну всё.— Из раздумий Гарри вырвал голос сестры. — Дадли получит самый лучший подарок на день рождение.— Сказала Джейн.— Правда мой хороший? — Обратилась она к Сонику. Джейн могла бы сойти за ангела, если бы не вредный характер. Рыжие, немного кучерявые волосы, зелёные глаза и честноё выражение лица незаметно усыпаного веснушками. Кстати на счёт глаз… Иногда складылвалось впечатление, что её глаза меняют цвет. Когда она становилась очень серьёзной глаза были карие. А в обычное время — зелёные. Но было так, что глаза меняли цвет на голубой. Это заметил прохожий, когда они с тётей шли в магазин. После этого на улицу Джейн выходит только в тёмных очках. У Гарри же отличительной чертой был тонкий шрам на лбу, напоминавший молнию. Шрам был у него с самого детства, и первый осмысленный вопрос, который он задал тете Петунье, был как раз о том, откуда у него взялся этот шрам. — Не лезь ко мне со своими глупыми расспросами, мальчик.— холодно ответила та. Гарри выглядел меньше и слабее своих сверстников. К тому же он казался еще меньше и тоньше, чем был на самом деле, потому что ему приходилось донашивать старые вещи Дадли, а Дадли был раза в четыре крупнее его, так что одежда висела на Гарри мешком. У Гарри было худое лицо, острые коленки, черные волосы и ярко-зеленые глаза. Он носил круглые очки, заклеенные скотчем и только благодаря этому не разваливающиеся — Дадли сломал их, ударив Гарри по носу. Уже сменив тётю Петунию у плиты, Гарри переворачивал подрумянившиеся ломтики бекона, когда в кухню вошел дядя Вернон. — Причешись! — рявкнул он вместо утреннего приветствия. Примерно раз в неделю дядя Вернон смотрел на Гарри поверх газеты и кричал, что племянника надо подстричь. Но это не помогало. Волосы слишком быстро отрастали. В этот момент на кухню вошла Джейн, в красно-чёрной клетчатой рубашке по колено и чёрных леггинсах. Это был её любимый набор одежды. Ведь ей всё-таки одежду иногда покупали. — И что это был за визг с утра пораньше? — Спросил дядя Вернон. Как бы ей не хотелось сказать, что насчёт визга стоит обратиться к Дадли, ведь это он свинья в парике, а не она. — А что это вчера был за топот на ночь глядя? — вместо этого спросила Джейн садясь за стол, уставленный подарками. Гарри еле сдержал смех. Лучшая защита — это нападение. Вернон Дурсль хотел уже что-то сказать, но в этот момент зашёл Дадли вместе с Тётей Петуньей. Гарри с трудом расставил тарелки с беконом на столе, заваленном подарками, и сел рядом с сестрой. —Как думаешь, из-за чего в этот раз он будет скандалить? — Тихо спросил он у Джейн.— торт будет не слишком сладкий. — Или подарок не понравится. — предложила она. Дадли в это время считал свои подарки. А когда закончил, лицо его вытянулось. — Тридцать шесть, — произнес он грустным голосом, укоризненно глядя на отца и мать. — Это на два меньше, чем в прошлом году. — Дорогой, ты забыл о подарке от тетушки Мардж, он здесь, под большим подарком от мамы и папы! — поспешно затараторила тетя Петунья. —Ничья. — прошептала Джейн.— Но мой вариант был ближе. На это Гарри лишь тихо фыркнул. — Ладно, но тогда получается всего тридцать семь. — Лицо Дадли покраснело. Гарри, сразу заметив, что у Дадли вот-вот приключится очередной приступ ярости, начал поспешно поглощать бекон, опасаясь, как бы кузен не перевернул стол. А Джейн наоборот перестала есть. Ей ещё подавится не хватало. —Да, но эти подарки куда больше чем в прошлом году…— Попытался оправдаться Мистер Вернон. — А мне всё равно —взревел Дадли. — Мы купим тебе еще два подарка, сегодня в городе. Как тебе это, малыш? Ещё два подарочка. Ты доволен? Дадли задумался. Похоже, в голове его шла какая-то очень серьезная и сложная работа. Наконец он открыл рот. — Значит… — медленно выговорил он. — Значит, их у меня будет тридцать… тридцать… — Тридцать девять, мой сладенький, — поспешно вставила тетя Петунья. — А-а-а! — Уже привставший было Дадли тяжело плюхнулся обратно на стул. — Тогда ладно… —Этот малыш своего не упустит — прямо как его отец. Вот это парень! — Он взъерошил волосы на голове Дадли. Джейн и Гарри переглянулись и мысленно пришли к соглашению: в семье Дурсль главный тот, у гого характер хуже и тот, который громче орать умеет. Было забавно наблюдать, как двое взрослых людей на коленях ползают перед великим и безмозглым Дадли. От таких мыслей Джейн поспешила избавиться. Если она не содержится и засмеётся, а хуже того испортит Дадли день рождение, то можно смело ставить ей памятник. Раздалась телефонная трель. Тётя Петуния поспешила поднять трубку. А Гарри, мистер Дурсль и Джейн наблюдали, как Дадли распаковывает двадцать пятый подарок. Он уже распаковал самолёт на дистанционном управлении, новые видио игры, планшет, наушники. Он как раз срывал упаковку с золотых часов когда в вернулась Тётя Петуния. Вид у неё был не довольный. — Плохие новости, Вернон, — сказала она. — Миссис Фигг сломала ногу. Она не сможет взять этих. Тетя махнула рукой в сторону Гарри. Рот Дадли раскрылся от ужаса, а Гарри ощутил, как сердце радостно подпрыгнуло у него в груди. Каждый год в день рождения Дадли Дурсли на целый день отвозили сына и его друга в Лондон, а там водили их на аттракционы, в кафе и в кино. Гарри же оставляли с миссис Фигг, сумасшедшей старухой, жившей в двух кварталах от Дурслей. Гарри ненавидел этот день. Весь дом миссис Фигг насквозь пропах кабачками, а его хозяйка заставляла Гарри любоваться фотографиями многочисленных кошек, живших у нее в разные годы. Джейн улыбнулась от уха до уха. Её хлебом не корми, дай Дурсля насолить. Ей не очень нравилась миссис Фигг, а вот кошек девочка очень любила. —И что же делать? — злобно спросила «любимая " тётушка. —Вы можете оставить нас одних. — Предложил Гарри. — И чтобы мы вернулись и обнаружили, что от дома остались одни руины? — прорычала она. — Мы можем позвонить Мардж, — предложил дядя. — Не говори ерунды, Вернон. Мардж ненавидит мальчишку. Дадли фальшиво разрыдался. Тётя Петуния кинулась успокаивать его. — Малыш, ну что ты, не плачь. Мамочка не позволит испортить твой день рождения. — Я… Я не хочу… Не хоч-ч-чу, чтобы он ехал с нами! — Проревел Дадли. Он знал, что стоит ему состроить жалобную физиономию и завыть, как мать сделает для него все, что он пожелает. Тут раздался дверной звонок. — Это они! —Воскликнула Петуния и пошла открывать дверь. В кухню вошли Пирс Полкисс, вместе со своей матерью. Пирс был костлявым мальчишкой, очень похожим на крысу. Именно он чаще всего держал жертв Дадли, чтобы они не вырывались, когда Дадли будет их лупить. Увидев друга, Дадли сразу прекратил свой притворный плач. Спустя час они уже подъезжали к зоопарку. Выйдя из машины дядя Вернон отвёл Гарри и Джейн в сторону. —Я вас предупреждаю. Если вы хоть что нибудь испортите, то проседите в своём чулане до следуйщего Рождества. Особенно это касается тебя, — он ткнул пальцем в сторону Гарри — а ты—повернулся дядя к Джейн— не снимай очки. Сама Джейн на это заявление состроила гримасу и деловито поправила солнечные очки. —Мы будем себя хорошо вести. — Ответил Гарри. Но дядя Вернон ему не поверил. А всё потому что с Гарри постоянно случались всякие странные вещи. Однажды тётя Петуния постригла его чуть ли не налысо, а на следующие утро волосы снова были прежней длинны. Или например, когда они убегали от Дадли и его шайки. Джейн просто нырнула в ближайшие кусты, а Гарри попытался расследовать её примеру, но почему-то оказался на крыше соседского дома. Но сегодня все должно было пойти просто отлично. Гарри даже не жалел о том, что находится в компании Дадли и Пирса, — ведь ему посчастливилось провести день не в школе, не в чулане и не в пропахшей кабачками гостиной миссис Фигг. А за такую возможность Гарри готов был дорого заплатить. На входе Дурсли купили Дадли и Пирсу по большому шоколадному мороженому, а Гарри достался фруктовый лед с лимонным вкусом — и то только потому, что они не успели увести его от прилавка. Джейн же решила воспользоваться возможностью.  — Пять ванильных, пожалуйста — попросила она. Пять ей конечно никто не купил, но вот одно пришлось. — Слушай, — произнесла вдруг Джейн, когда они стояли у вольера с гориллами. Дурсли ушли немного дальше и не слышали детей, —а тебе эта горилла никого не напоминает? —Вылитый Дадли, — ответил Гарри, а подумав добавил— только симпатичней. Весело рассмеявшись они поспешили догнать Дурслей. Лишние проблемы им были не нужны. После плотного обеда, во всяком случае у Дурслей обед был плотным, а Гари и Джейн дали по яблоку, было решено сходить в террариум. Входя в холодное помещение Джейн подумала, что змеи и ящерицы ей вряд-ли понравятся, но от брата не отставала. Гарри с интересом рассматривал рептилий. Там за стеклами, ползали и скользили по камням и корягам самые разнообразные черепахи и змеи. Гарри было интересно абсолютно все, но Дадли и Пирс настаивали на том, чтобы побыстрее пойти туда, где живут ядовитые кобры и толстенные питоны, способные задушить человека в своих объятиях. Дадли быстро нашел самую большую в мире змею. Она была настолько длинной, что могла дважды обмотаться вокруг автомобиля дяди Вернона, и такой сильной, что могла раздавить его в лепешку, но в тот момент она явно была не в настроении демонстрировать свои силы. А если точнее, она просто спала, свернувшись кольцами.  — Каки же милые существа здесь обитают.— Нервно прокомментировала Джейн. Ну не нравились ей змеи. Хотя против них она ничего не имела. — Пусть она проснётся! — крикнул Дадли, указывая на змею. Дядя Вернон постучал по стеклу, но змея продолжала спать.  — Здесь скучно! — завыл Дадли и поплелся прочь, громко шаркая ногами. Гарри подошёл ближе к стеклу и уставился на змею. Бедная, ведь ей наверное очень скучно. А вокруг постоянно ходят люди и стучат по стеклу, чтобы заставить её двигаться. Внезапно змея приоткрыла свои глаза-бусинки. А потом очень, очень медленно подняла голову так, что та оказалась вровень с головой Гарри. —Ой, мама дорогая! — Джейн отступила на несколько шагов назад.— Какая она огромная. Привет. –приветливо помахала рукой она. Змея лишь качнула головой, а затем взмахнула свои длинным хвостом. Змея снова перевела взгляд на Гарри и подмигнула. Змея указала головой в сторону дяди Вернона и Дадли и подняла глаза к потолку. А потом посмотрела на Гарри, словно говоря: «И так каждый день». — Я понимаю, — пробормотал Гарри, хотя и не был уверен, что змея слышит его через толстое стекло. — Наверное, это ужасно надоедает. Змея энергично закивала головой. — Бедная, и ведь даже придушить их нельзя. —сочувствующе покачала головой Джейн. Змея опять закивала. — А от куда вы родом? — спросил Гарри — Гарри, здесь есть табличка. Боа констриктор, Бразилия», рождена в зоопарке. — Но вас хоть иногда погулять выпускают? — ДАДЛИ! МИСТЕР ДУРСЛЬ! СКОРЕЕ СЮДА! — заорал Пирс. Через мгновение, пыхтя и отдуваясь, к окошку приковылял Дадли. — Пошел отсюда, ты, — пробурчал он, толкнув Гарри в ребро. Падая, Гарри задел сестру. В итоге оба больно ударились о бетонный пол. Но прийти в себя они не успели. Стекло отделявшее людей от змеи пропало. Пирс и Дадли бросились бежать, но выползающая змея взмахнула хвостом и сбила их с дороги. Проползая мимо Поттеров Боа задержалась. — Бразилия, вот куда я отправлюсь… —Джейн нахмурилась, взглянула змее в глаза и попыталась понять что именно говорит Боа Констриктор — С-с-спасибо, Удачи. — Ты слышала? — поражённо прошептал Гарри. — Только последние две фразы. А сначала только шипение. — Она хочет попасть в Бразилию. — пояснил сестре Гарри. — Интересно, каким рейсом она вылетать собралась? — спросила Джейн. Но ответить никто не успел. К Дадли и Пирсу охая и ахая спешила тётя Петуния. Владелец террариума был в шоке. — Но тут ведь было стекло, — непрестанно повторял он. — Куда исчезло стекло?  — Как он мог стать директором зоопарка, если даже за стеклом уследить не смог. — притворно возмутилась девочка. Директор зоопарка лично поднес тете Петунье чашку крепкого сладкого чая и без устали рассыпался в извинениях. Пирс и Дадли были так напуганы, что несли жуткую чушь. В итоге оказалось, что змея пыталась задушить Пирса и съесть Дадли. Джейн в свою очередь, задумалась над этим. Она очень сомневалась, что в змею, пусть и очень большую, смог бы поместится свиноподобный Дадли. Да и несварение ей было бы обеспечено. Уже сидя в машине Пирса осенило. — А ведь Гарри говорил с ней! Правда Гарри? Сам Гарри предпочёл промолчать. Он видел как вытянулось лицо Тёти Петунии, как побагровел от злости дядя Вернон. Дядя Вернон дождался, пока за Пирсом придет его мать, и только потом повернулся к Гарри, которого до этого старался не замечать. Он был так разъярен, что даже говорил с трудом. — Идите… в чулан… сидите там… никакой еды. — Это все, что ему удалось произнести, прежде чем он упал в кресло и прибежавшая тетя Петунья дала ему большую порцию бренди. В чулане Гарри и Джейн сразу уснули, ведь день был насыщенным. Проснулись они глубокой ночью, от одного и того же кошмара. Детям снился дом, праздник, родители, звук распахнувшейся двери, а потом всё быстро изменилось. Вместо радости и веселья появился страх. Смутные очертания родителей тонули в жутком зелёном свете. Потом ещё одна вспышка и на этот раз зелёный луч летит на них. Ни Гарри, ни Джейн не могли вспомнить аварию. Дети даже не помнили своих родителей. Иногда они пытались что-то извлечь из памяти, но это не помогало. Воспоминания как будто стёрли. — Эх… Соник, —хорёк выполз из-под какой-то коробки и подбежал к хозяйке. — можешь принести чего нибудь по есть? Соник быстро метнулся к дыре, прикрытой тряпками. Через пять минут он вернулся с небольшой пачкой шоколадных батончиков. Гарри вспомнил как, когда-то мечтал чтобы на Тисовой улице появились его дальние родственники и забрали его под свою опеку. Родственница-то появилась, но сама тоже тут осталась. Но иногда ему казалось — или ему просто хотелось в это верить, — что совершенно незнакомые люди ведут себя так, словно хорошо его знают. Надо признать, это были очень странные незнакомцы. Однажды, когда они вместе с тетей Петуньей и Дадли зашли в магазин, ему поклонился крошечный человечек в высоком фиолетовом цилиндре. Тетя Петунья тут же рассвирепела, злобно спросила Гарри, знает ли он этого коротышку, а потом схватила его и Дадли и выбежала из магазина, так ничего и не купив. И таких случаев бало много. Самого Гарри за это запирали в чулане на несколько дней. Как будто это он подговорил всех этих людей кланяться и здороваться с собой. С сестрой тоже такое случалось, но реже. В общем не было у них никаких других родственников и было бы глупо об этом мечтать. Они одни и надеятся могут только на себя.