Подарочек

            Чонгук проснулся внезапно. Неясное чувство, пробудившее его, медленно росло внутри, побуждая действовать. Парень приподнялся и огляделся. Вчера, после сытного позднего ужина, он притащился обратно в этот огромный зал и, памятуя о запрете дракона «никуда не соваться», честно его придерживался, хотя проснувшееся любопытство и подстёгивало его нарушить. Но лишний раз испытывать терпение дракона как-то не хотелось. Так что парень, ещё немного поглазев по сторонам на окружающую его роскошь, с чистой совестью завалился на приглянувшуюся ему мягкую софу и благополучно заснул.       А сейчас его что-то буквально заставляло встать и куда-то идти. Подчиняясь внутреннему зову, он медленно побрёл на выход из пещеры.              На востоке уже занималась заря, прохладный утренний ветерок заставил Гука зябко поёжиться, прогоняя остатки сна. Парень осмотрелся по сторонам — никого. Он уже собирался развернуться и пойти обратно, как что-то привлекло его внимание. Чонгук прищурился, сосредотачивая свой взгляд на точке на горизонте, что приковала отчего-то его внимание. Постепенно она увеличивалась в размерах, и через некоторое время парень уже мог отчётливо рассмотреть летящее в небе существо — это был дракон.       Великолепный в своей первозданной красоте, он невольно притягивал взгляд. Чонгук нервно сглотнул. Огромные красные крылья и такого же цвета бронированная чешуя древнего существа переливались в лучах восходящего солнца, придавая образу дракона совершенно нереальный вид, рождая внутри Гука неясный трепет. «Огненный», — тут же всплыло высказывание ведьмы в памяти Чонгука. И сейчас, впервые видя драконью сущность, парень полностью был с этим согласен. Именно этот эпитет соответствовал как нельзя лучше для описания той мощи и красоты, что сейчас воплощал в себе летящий дракон.              Гук заворожено смотрел на приближающегося дракона, но вскоре заметил одну странную особенность: Огненного постоянно заносило то вправо, то влево. Присмотревшись повнимательнее, парень заметил и то, с каким трудом дракону даётся каждый взмах крыльев. «Что это с ним такое? Может быть, он ранен?» — мелькнула в голове беспокойная мысль. Кто знает, куда умчался ночью дракон и что там с ним произошло? Чонгук весь подобрался в нетерпеливом ожидании.       Спустя некоторое время дракон, сделав кривой вираж, грузно шмякнулся на площадку перед входом в пещеру и замер. Парень затаил дыхание. Что ему делать: подойти или остаться на месте? Пока он раздумывал, как ему поступить, воздух над лежащим без движения монстром подёрнулся дымкой, и через несколько мгновений на том же самом месте уже лежал мужчина. Абсолютно голый.       Чонгук завис. Смущение жаркой волной опалило его щёки. Ну за что ему всё это?! Стараясь не приближаться, Чонгук окинул взглядом неподвижное тело в поиске возможных ран. Таковых не наблюдалось, зато в глаза бросился старый шрам, что пересекал всю спину мужчины, начинаясь от левого плеча и заканчиваясь у правого бока. У Чона перехватило дыхание — даже в виде шрама бывшая рана дракона внушала ужас. После таких ранений обычно никто не выживает, если только не случается чудо. Его дракон видимо очень удачливый, раз до сих пор жив. Парень осторожно приблизился к ничком лежащему мужчине и снова внимательно оглядел: никаких следов крови или явных повреждений. Чонгук облегчённо выдохнул, и тут же следом почему-то в голову закралась стыдливая мысль о том, что у дракона очень красивое тело, даже несмотря на жуткий шрам. Гук смущённо отвёл глаза, коря себя за недостойные мысли. Что за ерунда лезет ему в голову?       От мысленного разговора с самим собой Чона отвлёк тихий стон и дёрнувшаяся рука дракона. С третьей попытки (Чонгук считал) тому удалось произвести щелчок пальцами, после чего тело лежащего оказалось одетым. «Надо же как просто. Мне бы так…», — восхитился Гук проявлению магии дракона. Мужчина тем временем завозился в попытке подняться, что ему пусть и не сразу, но удалось. Мутные зелёные глаза бездумно пошарили по сторонам и остановились на замершем поблизости Чонгуке.              — А-а-а… «девица», — хмыкнул невесело дракон, узнавая стоящего.              Долетевший от говорившего явственный запах перегара расставил всё по своим местам. Чонгук от удивления даже рот приоткрыл — дракон был в стельку пьян. И что теперь от него ожидать? Он и трезвый-то не очень дружелюбный, а что там у него пьяного в голове? Долго гадать не пришлось.              — Давай, начинай свою истерику, ничего нового я всё равно не услышу… — мужчина пренебрежительно скривился. Помолчал и с тоской в голосе продолжил: — Как же вы мне надоели…              Почему-то вид расстроенного дракона вызвал в душе Чонгука сочувствие. Это было странно. Вроде бы он, «жертва», должен бояться своего «мучителя», но отчего-то страха совсем не было. А вот желание помочь проснулось.              — Ничего я не собираюсь устраивать, — спокойно ответил ему Гук и подошёл поближе. — Вам надо отдохнуть, господин. Видимо Вы так усердно готовились к нашему разговору, что силы Вас совсем оставили, — позволил себе немного съязвить Чон в адрес дракона.              — Дерзишь? — удивлённо приподнял бровь тот и неожиданно ухмыльнулся. — Что-то новенькое. Как твоё имя, смертный?              — Чон Чонгук, господин, — произнёс парень и осторожно придержал пошатнувшегося дракона. — Позвольте я Вам помогу.              Тот смерил Гука долгим взглядом, что-то прикидывая в уме, затем благосклонно кивнул и позволил. С небольшими задержками в пути они всё же добрались до первого зала. Гук приостановился, не зная куда идти дальше. Дракон, пробурчав что-то невнятное, махнул рукой в сторону правого коридора.       В небольшом ответвлении оказалось всего два входа в комнаты расположенные друг напротив друга, с пологами вместо дверей. Мужчина кивнул на ту что слева, и Чонгук послушно откинул полог закрывавший вход в комнату: довольно большую спальню, выполненную с той же роскошью и вкусом, что и большой зал.       Аккуратно уложив дракона на мягкую кровать, Чонгук выдохнул с облегчением и присел на край постели. Окинул взглядом комнату ещё раз, подмечая мелочи, а затем решился посмотреть на затихшего дракона. И невольно вздрогнул, пересекаясь с внимательным прищуром зелёных глаз, что не мигая смотрели на него.              — Как же ты усложнил мне жизнь, Чонгук, — медленно произнёс Огненный. — Ты даже не представляешь насколько…              — А что, другие жертвы хлопот не доставляли? — дерзко поинтересовался Чонгук в ответ.              — С ними всё было понятно, — отмахнулся небрежно дракон. — А вот — ты другое дело, и это большая проблема.              — Вряд ли ритуальная жертва может принести большие проблемы дракону, скорее уж Вы ей, — уверенно заявил Чонгук и тут же пожалел об этом, уловив перемену в настроении собеседника.              — Ну да, ну да. Я же такая жестокая и опасная тварь, — с саркастической усмешкой протянул дракон. — Дай-ка угадаю — насилую и убиваю несчастную жертву, ах да, ещё и ем её потом. Я ничего не забыл?              — А разве нет? — тут же вскинулся Гук в ответ, наплевав на возможные последствия. — Насколько мне известно, ещё никто не возвращался обратно из этого логова. Или я неправ?              — В принципе ты не так далёк от истины, мой милый, — вдруг недобро оскалился дракон. Он резко присел на кровати и приблизился к сидевшему парню, заставив того вздрогнуть. — Так что не советую тебе об этом забывать. А теперь пошёл вон! Твоя комната напротив. И да, можешь сразу оставить попытки сбежать отсюда. Как ты верно заметил, ещё никто не смог уйти из моего логова.              Чонгук чувствовал, как нарастает ярость внутри дракона, как она буквально выталкивает его за порог комнаты. Выскочив за пределы чужой спальни, он тут же нырнул в проём напротив и плотно прикрыл за собой полог. И пусть это была не дверь, но он всё же почувствовал себя в относительной безопасности. Главное, не видеть этих жутких нечеловеческих глаз. Руки мелко подрагивали после пережитого, а ведь вроде бы ничего такого и не произошло: дракон даже не притронулся к нему. И всё равно было безумно страшно. Не верится, что ещё недавно они вполне себе мирно разговаривали, и Чонгуку даже казалось, что дракон был настроен к нему дружелюбно. Но стоило им заговорить о ритуальных жертвах, как того словно подменили. «Ну и пусть бесится. Небось, правда глаза колет», — мстительно подумал Чон, постепенно приходя в себя. Парень добрёл до кровати и с размаху упал на неё, заставляя себя отрешиться от всего. Не зря ведьма предупреждала о скверном характере дракона. Надо запасаться терпением — раз дракон не убил его сразу, значит для чего-то Чонгук ему нужен. А значит будем пока жить. Парень невесело улыбнулся, сколько ему ещё предстоит терпеть вспышки гнева этого монстра?                     Помаявшись от безделья в своей комнате несколько часов, Гук решил провести разведку. Осторожно выскользнув из своей комнаты, он немного постоял возле спальни дракона, чутко прислушиваясь к звукам оттуда. Тихое посапывание доносившееся из-за полога придало парню решимости, и он отважился заглянуть внутрь. Дракон спал, обнимая руками подушку, что придавало ему совершенно трогательный вид. Чонгук невольно улыбнулся, таким Огненный ему нравился гораздо больше. Парень вышел, аккуратно задвинув за собой полог, и направился в сторону кухни. С этим несносным драконом он совсем забыл о том, что не завтракал, так что сейчас самое время исправить эту несправедливость.       Полностью уйдя в мысли о еде, Чонгук уже почти прошёл большой зал, двигаясь к нужному коридору, когда кто-то бесцеремонно ухватил его за плечо, заставляя остановиться. Парень на миг оцепенел от страха, решив, что это проснувшийся дракон, который наверняка всё ещё злой и пьяный. Судорожно сглотнув, Чонгук начал медленно поворачивать голову, ожидая встречи с холодным немигающим взглядом. И каково же было его удивление, когда вместо дракона он обнаружил привлекательного темноволосого мужчину не старше двадцати пяти, с обаятельной улыбкой на лице.              — Не знал что у Огненного гости, — радостно произнёс незнакомец. — Друзья моего друга — мои друзья. Меня зовут Чон Хосок.              — Чон Чонгук, — представился Гук в ответ. — Только я не гость.              На лице мужчины промелькнуло удивление. Улыбка пропала, сразу придав его лицу возраст.              — В дом к дракону не так просто проникнуть, молодой человек, — назидательным тоном произнёс он. — Он, знаете ли, защищён магией, и существуют только два способа сюда попасть. Первый — вы его друг, второй — вы его ритуальная жертва. Но жертвой вы быть не можете по определению, и если вы не гость, как заявили недавно сами, то возникает закономерный вопрос: как вы здесь очутились?              — Мне вот тоже было бы интересно послушать эту историю, — раздался хриплый голос за их спинами. Оба синхронно обернулись и уставились на заспанного и взъерошенного дракона, что стоял с бутылкой вина в руке и насмешливо разглядывал обоих. — Хосок, рад тебя видеть.              — Здравствуй, Огненный. Давненько я тебя таким не видел, — приветственно улыбнулся тот в ответ. — У Сунми был?              — Угадал. Чтобы я ещё раз поддался на уговоры этой ведьмы, — тяжко вздохнул Тэхен и потряс бутылкой в воздухе. — Компанию составишь?              — Может, я, как лекарь, смогу избавить тебя от возможного запоя, если ты мне укажешь причину? — поинтересовался Хосок, при этом попытавшись отобрать бутылку у Тэхена.              — Причина перед тобой стоит, — неприязненно посмотрев в сторону Чонгука, процедил дракон.              Хосок ошарашено уставился на Тэхена, моргнул, потом медленно перевёл взгляд на молодого парня.              — Ты что, влюбился? — наконец потрясённо выдохнул он, разглядывая Чонгука так, словно тот неизвестный науке вид.              — Нет, Хосок-и, всё гораздо забавнее. Духи, похоже, решили мне отомстить за мою маленькую хитрость и выбрали его, — небрежным кивком головы указал дракон на парня и поморщился. — Чонгук — ритуальная жертва.