Подарочек

      Снова уйдя в полубессознательное состояние, Тэхен позволил себе расслабиться. Он знает, как выглядит сейчас со стороны: слабым и беспомощным, хотя на самом деле это совсем не так. Отрешиться на время от окружающего мира, уйдя в пограничное состояние, в котором регенерация организма происходит намного быстрее — одна из особенностей драконов.       Рана была опасной, но не смертельной. Да, она его ослабила, пока он добирался до дома, но убить не убила бы. Отлежался бы на площадке, а потом бы добрался и до лаборатории, где смог бы привести себя в порядок. Но появление Чонгука немного спутало карты, а его искренняя тревога за состояние, в котором находился в тот момент Тэхен, даже приятно удивила. Впрочем, ощущение от соприкосновения их оголённой кожи, когда Чонгук подхватил его на руки, тоже было весьма приятно. Дракон успел оценить силу рук парня, пока тот нёс его в пещеру, и ту трепетную бережность, когда Гук укладывал его «бессознательное» тело на кушетку. Стоило больших трудов не выдать себя. Правда, расслышав, что бормочет парень во время обработки раны, Тэхен всё же не удержался и, вынырнув из своей спасительной тьмы, не преминул напомнить тому, что тот ходит по краю, не следя за своими словами.       И едва не рассмеялся вслух, когда ощутил безграничное удивление Чонгука. Ну да, он же в его глазах почти при смерти лежит, а тут ни с того ни с сего очнулся, да ещё и загадочные фразы какие-то выдаёт. Нет, с этим смертным он точно никогда не соскучится.              

***

             Чонгук задумчиво окинул неподвижно лежащего мужчину и подозрительно прищурился. Это что сейчас такое было? Что означала его фраза? Прозвучало как предупреждение, в котором Гук уловил скрытую для себя угрозу. Или ему это только показалось, а всё, что сказал дракон — лишь бред, вызванный тяжёлым ранением? Тэхен сейчас точно в отключке, Гук верит своим ощущениям, что ещё ни разу его не подводили.       Внимательным взглядом снова пробежался по обнажённому телу дракона, ничуть не смущаясь наготы лежащего перед ним мужчины. Всё-таки надо собраться с силами и отнести дракона в спальню, положить на мягкую кровать и укутать в тёплое одеяло. Не хватало, чтобы Тэхен простыл вдобавок к своему ранению.       Чонгук кивает самому себе, полностью соглашаясь с намеченным планом, а потом ловит себя на том, что вообще-то не очень торопится выполнять свою задумку, так как совсем не против видеть Огненного обнаженным и дальше. Потому что тот красивый до невозможности, потому что мысленно уже присвоил его себе и ничуть не стыдится этого. Странно, но, похоже, его переживания в каком-то смысле пошли ему на пользу — две половины его сущности наконец-то стали единым целым, чего Гуку никак не удавалось достичь при помощи методик из книг. Видимо, нервная встряска действует куда лучше любых медитаций. Зато теперь он мог с полной уверенностью признать свою симпатию к Огненному и не собирался сидеть сложа руки. Никому своего дракона Чонгук отдавать был не намерен, так же, как и делить его с кем бы то ни было. Это Чонгук чётко осознал ещё в городе. Тэхен только его. Как и сам Гук душой и телом хочет принадлежать Тэхену. Откуда взялась уверенность, что всё взаимно, парень не мог объяснить. Просто чувствовал это всем своим существом и принимал как данность. Осталось только донести эту мысль до одного весьма вредного и недоверчивого дракона.       Ладно, об этом он ещё подумает, а пока надо отнести раненого.              — Тэхен, ты меня слышишь? — Чонгук осторожно притронулся к плечу лежащего. Всё-таки шанс того, что дракон притворяется был, а попадать в неловкую ситуацию Гуку не хотелось.       Тишина в ответ. Отлично. Почувствовав себя более уверенно, парень аккуратно взял Тэхена на руки и направился в спальню.              Путь до спальни оказался не так прост. Сейчас, когда тревога за жизнь Тэхена немного отступила, Гук невольно стал подмечать и другое: например, как соприкоснувшись своим оголённым телом с гладкой кожей дракона, ему хочется повторять это снова и снова. Прижимать теснее, чтобы ярче ощущать тепло обнаженного тела, от чего забываешь на время, как дышать, полностью погружаясь в приятно-будоражащее состояние. Чонгуку даже нравится, что Огненный сейчас без сознания. Его мнимая беззащитность и покорность лишь усиливает притягательность и очарование Тэхена, что подстёгивает желание Гука заботиться и оберегать того от любых неприятностей — это заложено в любом мужчине, и не важно, кого он выберет объектом своего внимания. Важнее, что он готов отдать всего себя ради благополучия возлюбленного, даже если на его месте оказалась не слабая девушка, а могущественный дракон. Который, как оказалось на поверку, тоже может быть вполне уязвимым и слабым.       Стараясь не потревожить раненого, Чонгук откинул одеяло на кровати и осторожно опустил Тэхена. Проверил в порядке ли повязка, затем бережно укутал того в одеяло, а потом и сам бесцеремонно завалился рядом. Оставлять дракона одного он не сбирался, намного проще и спокойнее быть рядом, чем бегать из одной спальни в другую на каждый подозрительный шорох.       Удобно устроившись на кровати, Гук постарался заснуть тоже. Но сон не шёл. Взбудораженное сознание никак не желало успокаиваться, в голове на повторе крутилось всё произошедшее недавно, отчего парня снова начало потряхивать. «А что, если бы он не успел помочь Тэхену? А если бы тот не нашёл в себе сил долететь?» — от таких мыслей в груди всё болезненно сжималось и становилось не по себе. Чонгук лежал на спине, бездумно уставясь в темноту широко распахнутыми глазами. Судорожно втянув в себя воздух, парень попытался усмирить гулко бьющееся сердце — бесполезно. Отчего-то факт того, что со смертью дракона он стал бы свободным, ничуть не радовал, наоборот, вызывал в душе тихую панику.       Желание обнять Тэхена, удостовериться, что он живой и невредимый лежит вот тут, рядом, настойчиво билось в сознании Гука. Не выдержав, парень тихонько подвинулся к неподвижно лежащему мужчине и осторожно приобнял того, стараясь не потревожить рану. Этого показалось мало, и он, придвинувшись ещё ближе, прижался щекой к плечу дракона, с наслаждением ощущая тепло его тела. Лишь после этого к нему пришло долгожданное умиротворение, и Гук наконец-то смог заснуть.              

***

             Тэхен вынырнул из своего забытья: сил значительно прибавилось, и он чувствовал себя более отдохнувшим. Рана давала о себе знать тянущей болью, но это было не страшно. Восстановление не займёт много времени: несколько дней, и он будет в порядке. Дракон довольно улыбнулся, отмечая, что лежит в собственной постели, а не на кушетке в лаборатории. Тихое сопение под ухом привлекло его внимание, и Тэ, чуть повернув голову в сторону звука, обнаружил спящего крепким сном Чонгука. Парень за ночь почти не изменил своей позы: по-прежнему одной рукой обнимал дракона, умостившись головой у того на плече. Улыбка Тэхена стала шире. Гук — серьёзный и немного колючий парень во сне выглядел совершенно беззащитным, доверчиво прижимаясь к своему дракону. Внутри Тэхена помимо воли расползлось совершенно дурацкое ощущение безмятежного счастья и несвойственного ему умиления.              — Ну, как котёнок, ей богу, — прошептал Тэ и, не удержавшись, ласково огладил пальцами лицо парня.              Гук, не открывая глаз, слепо потянулся за очередной порцией ласки, отчего Тэхена разобрал смех.              — Точно котёнок, — повторил уже громче дракон, не отрывая взгляда от сонного парня.              Тот похлопал глазами, прогоняя остатки сна. Мигом оценил ситуацию и, хотя заметно смутился, убегать не торопился. Напротив, уселся в постели, требовательно скрестив руки на груди, и с вызовом посмотрел на улыбающегося дракона.              — Что? — насмешливо поинтересовался Тэхен.              — Я жду от тебя объяснений, — насупился Гук.              — Вон оно что… Напомни мне, когда это мы с тобой перешли на «ты»? — ехидно протянул дракон.              — Возможно, вчера, когда я штопал твою подпорченную тушку? — не менее ехидно парировал парень. — Ты мне должен за своё спасение. И я хочу знать, что происходит.              Тэхен даже не смог рассердиться на столь наглое обращение к своей персоне, слишком трогательно сейчас выглядел Чонгук в своей напускной серьёзности, под которой без труда угадывалось беспокойство. В душе Огненного отчего-то проснулся игривый настрой, который грозил привести к непоправимым последствиям. Но думать об этом не хотелось, дракон устал сдерживать себя. Он хотел своё сокровище.              — Я и так собирался тебе всё рассказать, Гук-и, без какого-либо шантажа с твоей стороны, — хмыкнул дракон и, чуть поморщившись от боли, принял более удобное положение.              — Больно? — тут же дёрнулся к нему Гук, мигом позабыв о своих претензиях. И неожиданно для себя попался в ловко расставленную западню: чужие сильные руки обвили его талию и притянули поближе, практически заставляя парня улечься дракону на грудь.              — Если поцелуешь, то станет намного легче, — с невозмутимым видом проговорил дракон и лукаво посмотрел на растерявшегося парня.              Лицо окатило жаром от столь откровенной провокации, и Чонгук с трудом заставил себя взглянуть в бесстыжие зелёные глазищи. Наверное, зря он это сделал: теперь жаром горело не только лицо, но и всё тело. Что за игру опять затеял этот вредный дракон? Хотя, какая разница, если оба сейчас испытывают схожие чувства? Чонгук упрямо не отводил взгляда от завораживающих глаз Тэхена, впитывая эмоции, что сейчас не скрывал от него дракон, и медленно сходил с ума. Проснувшееся в нём недавно чувство собственника настойчиво твердило пользоваться моментом.              — Думаешь, я испугаюсь? — почему-то шёпотом поинтересовался Гук у дракона. Тот молчал, испытующе смотря на него.              Была не была! Чон нервно выдохнул и потянулся к замершему мужчине, мягко накрывая его губы своими.              

***

             Целоваться с Тэхеном можно бесконечно, такое открытие сделал для себя Чонгук, с трудом сумев оторваться от соблазнительных губ дракона. Невозможно устоять, хочется ещё и ещё, не смотря на ноющую боль в опухших от поцелуев губах.              — Какой же ты ненасытный, — Тэхен довольно прищурился, разглядывая раскрасневшееся лицо парня и его потемневшие от возбуждения глаза. — Ты, кажется, хотел поговорить?              Кажется… В голове приятно шумело и не было ни одной здравой мысли, не считая слишком откровенных и смущающих, но эти не в счёт. Чонгук не хотел ни о чём думать и снова потянулся за поцелуем — желание получить ещё один было намного сильнее. Вредный дракон увернулся:       — Подожди, Гук. Я хочу отблагодарить тебя за помощь… У тебя есть какая-нибудь просьба ко мне? Только хорошо подумай, прежде чем озвучить её. Назад пути не будет.              — Просьба? — парень озадаченно нахмурился, что-то важное крутилось в голове, но он никак не мог подобрать нужные слова. И тут его осенило. — Да, есть одна — никогда больше не оставляй меня одного!              Тэхен замер. «Не отказывай парню в его просьбе, даже если она покажется тебе странной…», — слова Сунми тут же всплыли в голове. Не об этом ли предупреждала ведьма? Сущность дракона алчно сверкнула глазами, Чонгук, сам того не ведая, подписывал себе приговор.              — Ты уверен, что хочешь именно этого? — всё же предпринял попытку отговорить парня дракон. — Твоя просьба может сыграть против тебя. Не забывай, с кем ты имеешь дело, я могу истолковать её по-своему.              — Не важно, как ты её понимаешь, Тэхен, — без колебаний произнёс Чонгук. — Я хочу быть только с тобой. Вместе. До конца, — уверенно добавил он, не обращая внимания на бьющееся в груди испуганной птицей сердце.              — Что ж, да будет так. Тогда я должен спросить у тебя, Гук-и, ты примешь от меня дар долгой жизни?..