Скоропостижная жизнь

Дима с Олей сидели в зале и бурно обсуждали учёбу. Дима слышал редкие крики Олега, но старался не волноваться по этому поводу. Вдруг разговор прервал звук, бьющийся посуды. - Там с твоей мамой всё в порядке? Может, пойдем, проверим?- сказал Дима, искренне волнуясь за своего друга и его же мать. - Успокойся, наверное, вино в голову ударило. Не первый раз уже посуду сметает и кричит,- абсолютно спокойно проговорила Оля. - Ладно, раз уж не первый раз,- сказал Дима, делая вид, что он успокоился. Да, актёр из него, как из ведра открытка. - Нет, правда, всё нормально. Если мы пойдем, то начнётся не самая лучшая сцена. Щас побуянит и успокоится. Так, что лучше посидим тут и подождем.- девушка сразу распознала обман Димы и попыталась объяснить всё. Она положила ладонь на щеку Димы и говорила. Её голос звучал очень нежно и спокойно. И Дима вроде успокоился. Но как только он вернулся в норму, с кухни послышался тихий плач. Вот тут уже оба заволновались. - Она никогда не плачет... Там что-то реально серьёзное!- проговорив, Оля быстро вскочила с места и ухватилась за руку Побрацкого. И вот они прибежали на кухню и перед ними ужасающая картина: Аполлинария вжалась в стул. Она прикрывает рот руками, а из её глаз бегут слёзы. На полу лежат многочисленные осколки, и сидит Олег. Выглядел он ,мягко говоря, скверно. Взъерошенные волосы, спавшая с плеч рубашка и взгляд за пеленой слёз... В его аквамариновых глазах были незаметные нотки безумия, но они тонули в радости. Такой детской, наивной радости. Глядя в эти бездонные глаза, ты не за что не поверишь, что этот парнишка довёл собственную мать до истерики. Оля бросилась к матери, а Дима продолжал пытался понять, что произошло. "Кто тут что натворил? Всё хорошо с Олежей? А...а всё ли хорошо с его мамой?"- тревожно раздумывал Побрацкий. Что он должен делать? Паника парализовала его тело и он просто наблюдал. Аполлинария некоторое время не могла сказать что-то связное. Она только неразборчиво мычала, пытаясь выговорить хоть слово. Спустя минут 10 она более менее успокоилась, но в голосе вовсе не утих страх и паника. - Я... я слышала Олега. Это... Я... Я уверена в этом! Это его голос был точно!- мать Олега наконец-то заговорила. Её голос дрожал. - Что он говорил? Расскажи всё в подробностях,- Оля беспокоилась и хотела понять, что произошло. Аполлинария начала медленно пересказывать всю ситуацию. Дима не мог просто поверить, что Олег способен на такое... Кстати, о духе. Он уже отдышался и приподнялся. Олежа посмотрел с некой тоской на Олю. Он невыносимо скучал. Дух резко развернулся и пошел в сторону двери. - Если что, я в зале,- безэмоционально шепнул дух Диме. Он солгал. Как только он прошел за угол он снова сел. Его так и тянуло вниз, словно законы гравитации опять, что-то значат для него. Он поджал хвост к груди. Он снова заплакал. "Почему я снова плачу?" Дух, тихо всхлипывая, пытался оправдать, столь несвойственное ему поведение. И его осенило: Лицо Димы. Такое презрение в его взгляде. От этого внутри было так пусто. "Стоп. А с каких пор меня волнует этот балбес?" Олег собрал все свои эмоции и силы в кулак и поднялся с пола. Он довольно быстро полетел в зал. Через минут 30, мама полностью была спокойна и уже собиралась ехать на вокзал. Оля очень беспокоилась за свою маму, поэтому решила её проводить. - Прости, пожалуйста, за то, что сама пригласила и уезжаю. Ладно, мы поехали! Люблю тебя,- Оля поцеловала в щёку Побрацкого и вскоре скрылась за дверью вместе с мамой. И вот наконец-то он мог нормально поговорить с виновником этой ситуации. Дима медленно зашёл в зал и увидел Олега, который всё это время пялился в старый ковёр с витиеватыми узорами. Диму интересовал мотив данного поведения. - И что это, блять, было?- сказал Побрацкий раздраженным голосом. - Долго объяснять, посмотри, пожалуйста, список. - Ты сейчас серьезно? - Просто посмотри. Дима взял сумку и достал конспект и открыл на нужной странице. Ничего не изменилось. - И?- Побрацкий был в полном недоумении. - Там ничего не изменилось? -Неа. - Значит, меня всё же убили,- с неким облегчением, сказал Олег. - Ты у меня сейчас дошутишься,- уже с небольшой злостью сказал Побрацкий. - Слушай, просто забей. Мне самому трудно понять, а объяснить кому-то вообще невозможно. - Может, хотя бы попробуешь?- уже повышая голос, говорит Дима. - Да что ты приклеился ко мне, как банный лист? Наши проблемы должны оставаться между нами!- тут уже Олег начал раздражаться. - А я могу знать хоть что-то, а не слушать какие-то размытые фразы?- Дима изо всех сил пытался не слететь с катушек. - ДА ЗАМОЛЧИ ТЫ УЖЕ! МНЕ БОЛЬНО! СЛЫШИШЬ, БЛЯТЬ, БОЛЬНО! ВСПОМИНАТЬ МОЁ ПРОШЛОЕ ТО ЖЕ САМОЕ, ЧТО РЕЗАТЬ СВОИ РУКИ В ПОПЫТКЕ САМОУБИЙСТВА, НО РАЗ ЗА РАЗОМ ВЫЖИВАТЬ... Просто... тебе не понять - неожиданно Олег сорвался. Слишком много произошло за столь короткий срок. Слишком много эмоций, которые слишком сложно скрывать внутри. Дима не знал что ответить. - Понимаю... Пытаюсь понять. Просто, сам посуди... Ты милейшее существо, что я встречал. И тут я узнаю, что ты доводишь свою родную маму до такого состояния. Что я должен подумать? А, похуй. Кажется я просто инструмент в твоих руках, чтобы выполнить этот грёбаный список, а не личность. Хах... Видимо всем реально насрать. Знаешь, проблемы бывают не только у тебя, - Дима заметно поник. Еле передвигая ногами, он вышел из зала и пошел в комнату, в которой он будет спать. Конспект он взял с собой, но положил в чехол для гитары, а чехол оставил в коридоре. Олежа понял, что ему на глаза лучше не попадаться. Душнов чувствовал себя, мягко говоря, отвратительно. Он почувствовал, что Дима был не так прост. Олег почувствовал эту неуверенность и боль о прошлом Димы в голосе. Это была боль, знакомая Олегу всю его жизнь и даже дольше. Он осознал, что он просто не показывал свои проблемы, а вот Дима умело их прятал глубоко в себе. Дима понимал, как тяжко Олегу и искренне пытался помочь, а Олег... А Олег просто идиот. Он понял, что вёл себя как эгоистичная тварь. Так Душнов сидел и думал, пока спокойно не задремал на диване. Приехала Оля довольно поздно. К ней вышел Дима. - Привет, чего так поздно?- тихо сказал Побрацкий. - Поезд ещё отложили, так что пришлось торчать на этом вокзале хрен знает сколько. Слушай, я очень устала. Я спать, спокойной ночи,- Оля быстро сняла верхнюю одежду и отправилась в свою комнату. - Да я тоже, сладких снов,- сказал Побрацкий, тоже отправляясь в свою комнату. Только вот спать вовсе не хотелось. Он лежал на спине и пялился в потолок. Слишком много произошло. Он не хотел обидеть Олега, просто помочь. Глупо. Дрожь прошлась по его коже. "Хотел, как лучше, а получилось как всегда" Хотелось плакать. Хотелось рвать и метать. "Почему я везде проебываюсь? Почему я не могу сделать хоть, что-то нормально? Почему я не могу быть лучшим хоть в чём то?" Слёзы подступали к глазам. Он был опустошен. У Димы были проблемы, но он не мог их решить. Нет, скорее это были комплексы, которые он не в силах побороть. Из-за этого он хотел помочь другим... Но всё опять полетит в пизду, если он даже просто попробует.