Монстр ли?

*От лица Бликсера*        Стены Ризанта начали переливаться тремя цветами: красным, синим и зелёным. Красный против физической силы, синий против магии и зелёный для укрепления. Сестричка, однако, подготовилась… Интересно, а они сверху защиту ставили?        — Лика, — я обернулся и подозвал девушку. — А ты можешь в замок навесом не очень мощную шаровую молнию закинуть?        — Могу, конечно, только зачем?        — Как сделаешь — увидим, — она взмахнула рукой, и с её руки сорвался лучащийся фиолетовым небольшой шарик, по дуге взлетевший в небо. И только-только он достиг уровня стен, как его метким ударом сбила коса, а сразу после этого появился куполообразный розовый полупрозрачный щит, скрывающий под своей площадью всё, что начиналось за стенами. Обидно: был шанс на первых порах прорваться, но да чёрт с ним, я эти стены пополам сломаю. — Силен, сколько нам ещё?        — Недолго. Буквально через десяток минут подплывём.        — Эмпресс, сколько сможешь держать щиты?        — Под постоянным обстрелом и энергетической поддержке — минут тридцать-сорок, можешь в моих силах не сомневаться, — женщина самодовольно ухмыльнулась. С нашей встречи в библиотеке у неё знатно поднялось настроение, и Императрица Света собиралась развернуться тут на полную катушку.        — Этого будет достаточно с головой, ты ещё и при штурме будешь нам помогать. Ты — один из самых сильных бойцов на этом корабле, так что помощь эта будет неоценима. Кстати говоря, можешь отойти? Я хочу спросить у тебя кое-чего наедине, — она посмотрела на меня с лёгким непониманием, но всё же последовала за мной в единственный незанятый угол Мановара. — Эмпресс, что с тобой было?        — В каком смысле?        — Тогда, в библиотеке.        — Кхм… — женщина замолчала, явно колеблясь. Видимо, что-то действительно важное. — Ладно, что уж тут томить. Ко мне вернулась память. Почти полностью, процентов на девяносто пять. Просто пришло осознание того, что я делала. Он предупреждал меня, я не слушала. Я могла уничтожить весь мир по собственному невежеству и упёртости, а он остановил меня. До меня слишком поздно дошло, что то, что я принимала за предательский удар в спину, было спасением любимого человека. Он мог убить меня, но не сделал этого, потому что любил. А я всё время ненавидела его. Затем Уроцил… Мы действительно в своё время были близкими друзьями, а я самолично подписала ему приговор. Пускай Падшие могут возрождаться, но после того, как я вспомнила, это действительно ударило меня под дых. И всё это вместе… Мне было очень плохо. Просто невероятно. Но после того, как ты сегодня зашёл к нам, я поняла, что у меня есть настоящие друзья, на которых можно опереться. Просто дошло то, что нет смысла жалеть о прошлом и нужно жить настоящим. Такие дела… И могу сказать только одно. Я же знаю, что ты сейчас слышишь нас, — она подняла голову куда-то в небеса. — Прости меня за мою глупость. Если сможешь. Прости меня, Лунар. *От лица Лунного Лорда*        Меня будто приклеило к трону, глаз во лбу неверяще уставился в пространственное окно, а руки мёртвой хваткой вцепились в подлокотники. Этого не может быть. Она… Назвала меня по имени? Спустя столько лет ненависти извинилась?.. По имени…        — Что случилось, отец?! — Башни вчетвером подпрыгнули ко мне, со страхом заглянув в моё лицо.        — Ничего, девочки, ничего. Идите к папе, — я, с великим трудом подняв руки, обнял Флэйр, Вортекс, Небулу и Стардаст, которые с поистине вселенским удивлением переглянулись. Может быть. Может, через сотню лет или через тысячу. Может быть, ты вернёшься ко мне, моя Вечерняя Императрица. *От лица Бликсера*        Градом стрел нас начали поливать секунд через тридцать после того, как мы с Эмпресс договорили. Щиты вспорхнули моментально, одновременно с первым выпущенным снарядом. Ну, теперь ещё чуточку поближе…        — Бликсер! — Силен дёрнула меня за рукав. — Уже скоро подплывём. Какой у тебя дальнейший план действий?        — Сейчас всё увидите, — я ухмыльнулся всем знакомой клыкастой улыбкой, белоснежные акульи зубы блеснули на солнце. — Чарли, Зера, Пент, Триш, Сэм, все ко мне! — Хранители и девушка собрались полукругом возле меня. — По моей команде забираетесь на меня, хорошо?        — А вывезешь? — Пент хитро взглянул на меня.        — Не волнуйся, — обнадёжил я его. — Вывезу.        Я хрустнул пальцами и привёл обращение в действие. В этот момент весь корабль и все солдаты на стенах узрели, как высокий, худощавый парень в мгновение ока обратился в гигантского пепельного дракона.        — Вот теперь залезайте, — четвёрка подтянула челюсти, так как видела обращение впервые, Сэм хихикнула, и все они забрались мне на спину. — А теперь… Слушать мою команду! По моему сигналу все с корабля, Лика сносит главные ворота шаровой молнией, — девушка кивнула. — Эмпресс, проследишь за стенами, чтобы никакой шальной уродец не скинул какую-нибудь взрывчатку на наших. Солдаты, следуете за Барракудой, Хелли и Керном, их оставляю за главного в моё отсутствие.        — Эй! Нас об этом не предупреждали! — троица возмущённо вскрикнула.        — Непредвиденная ситуация, — я подмигнул им янтарным глазом и взмыл в небо. На меня снизу тут же полетели стрелы, но драконьей чешуе они были как те зубочистки. Я обернулся на моих пассажиров. — Вы держитесь крепче, мне стрелы не страшны, а вот из вас мне бы не хотелось делать симпатичных-таких ёжиков. Так что виражи могут быть ну очень уж крутые.        — Что ты имеешь… — Зера не успела договорить, как я бочкой рванул вниз, проскользив прямо возле водной глади, и у самых стен резко пошёл вверх. Лучников, не ожидавших подобного манёвра, просто посдувало волной ветра. Ещё один хлопок крыльями — и я завис над армией, потрясённо взиравшей на меня. Хм, а их многовато… Ну это дело поправимое!        Струя огня змеёй проскользила по рядам вражеских солдат, покосив неплохую их часть. Стальные части брони знатно поплавились, многих просто испепелило, некоторых сильно обожгло, и над стенами начал витать не очень аппетитный запах палёной человечинки. Заражённые быстро поняли, что дело пахнет жареным (хе-хе), и моментально перегруппировались, разбившись в группки по два-три человека, начав методично поливать меня стрелами. Под мелодичный звон бьющихся о чешую снарядов я выпустил в небо столб пламени. Такой сигнал они должны понять.        Через две секунды воистину большие ворота треснули, а затем и разлетелись досками с щепками. Надо заметить, что сделаны они были из довольно прочного стального дуба. А значит, я даже представлять боюсь, какие вольтажи могут брать молнии Лики. Ну а затем на передний двор, в силу размеров острова больше напоминавший небольшой городок, оперативно ввалилась наша армия. Первыми в битву ворвались змеи Барракуды, Хел с копьём, размером превышавшим саму девушку раза в два, и Керн с абордажной саблей в одной руке и небольшим кремниевым пистолетом (где только достать умудрился такое сокровище?) в другой. За ними вошла остальная армия и понеслась…        Тут уж точно я ничем помочь не мог, так как мои атаки направленны на площадь, а заражённые и наши смешались в бою настолько, что кто есть кто можно было сказать, только хорошенько приглядевшись. Ну, теперь можно и Хранителей в бой пускать.        — Чарли, Зера, Пент, Триш, готовы?        — К чему?! — крикнул Чарли, перекрикивая звуки битвы.        — К бою! — я довольно резко опустился на землю (под лапами что-то или кто-то хрустнул) и расправил крылья, позволяя четвёрке аккуратно спрыгнуть.        — А я? — Сэм, скорчив возмущённую мордашку, заглянула мне в левый глаз.        — Тоже воевать хочется? Ну вперёд, только демоническую форму прими.        — С удовольствием, — в глазах девушки зажёгся огонь, а на лице появилась ухмылка, соперничать с которой могла только моя.        Враги даже не поняли, в какой момент времени в их стан ворвались кружащиеся всепоглощающим вихрем четыре разноцветные фигуры с восьмиглазой квинтэссенцией страха и смерти. Хм, все роли заняты, что же остаётся делать мне?..        Ответом на мой вопрос стала из ниоткуда появившаяся коса, отрубившая мне конец одного из рогов. А если бы не моя сверхчеловеческая реакция, могла бы и голову.        — Ну что, вот мы и снова встретились, — этот голос. Опять этот голос. Как же мне тошно его слышать!        — Пошла вон! — я ударил хвостом за спину туда, откуда раздавался голос, но удара не почувствовал. Обернувшись, я узрел лежащую на кроне вишнёвого дерева и болтающую ногами Ликургу, которая с улыбкой на лице и гневом с отвращением в глазах смотрела на меня.        — Ну чего же ты такой негостеприимный? Семью нужно встречать хлебом с солью, а не огнём и мечом, — ленивый взмах рукой — и коса начинает вращаться с неестественной скоростью, превращаясь в огромную смертоносную пилу. Я уже вижу, как она хочет отпустить её прямо в гущу битвы, не разбирая своих и чужих, но этого я не позволю. В сестру ударила направленная струя огня адских температур, сконцентрированная в узкий луч. Но она увернулась от неё, даже не обратив особого внимания. Ну что ж, видимо, тут драконья форма всё же лишняя.        Быстрое обращение в человека, короткий миг вызова Чернсмита, а затем молниеносный удар, который всё так же был заблокирован. Эта её торжествующая улыбка на лице… Ну ничего-ничего, удар тут будет не один.        Атака за атакой, звон металла, искры, летящие во все стороны, быстрые магические пассы время от времени в попытках застать друг друга врасплох. Казалось, даже битва вокруг нас замедлилась от таких скоростей, но стоило остановиться всего лишь на секунду, как крики боли и ярости вновь прорезались в ушах. Но мне было плевать. Сейчас только я и она. Это не походило даже на наши предыдущие стычки, так как сейчас я не попал ни разу, как и она ни разу не смогла пробить мою оборону. Казалось, этот бой будет бесконечным, но…        Я сильнее. На моём лице расцвёл оскал превосходства, что заставил Ликургу немного поубавить напора. Никогда ещё такой чертовщиной не страдал, но… Всё ведь бывает в первый раз?        Серия ударов ногами заставляет сестру взлететь ещё выше, чтобы увернуться. Отлично, вот мы и в воздухе. Я снова обращаюсь в дракона, а затем взываю к своей частице заражения. Мне не нужно много, всего капельку…        Правый глаз, бешено завращавшись, изменяется, и вот на девушку уже смотрит огромный розовато-красный зрачок с чёрным, как ночь, белком без радужки. Розовеет и небольшая область вокруг него. Чертовски мощный прилив сил заставляет моё сознание слегка затуманиться, но лишь на миг. Если такой эффект всего от одного глаза, то могу ли я?.. Нет. Нет, это не я. Проклятое заражение, так просто ты меня не поглотишь. Этот бой не будет долгим.        Рывок, занявший десятые доли секунды, и вот я уже перед лицом Ликурги, с удивлением взирающей на меня. Концентрированный луч синего огня опаливает сестре щёку и немного задевает глаз, но этого достаточно, чтобы больше он ей не пригодился. Вопль боли ударяет по обострившемуся слуху, и мне в бок влетает коса, распарывая его и оставляя глубокие борозды на костях. Больно, страшно, но не смертельно. Главное, кишки тут по дороге нигде не потерять.        Почему… у меня темнеет в глазах? Рана же не смертельная! Твою ж, а сколько я уже сражаюсь в драконьей форме? Тридцать минут? Сорок?.. Больше…?        Я упал во тьму. *От лица Сэм*        Оглушительный удар о землю раздался слева от меня. Чёрт, Бликс! Что с ним?!        Дракон рухнул на землю, насовсем придавив несколько заражённых. Ликурга, маниакально улыбаясь и прикрывая левую часть лица, занесла над его головой косу. Тварь!!! Не позволю!!!        Паучий мех частично вспыхивает розовым огнём, четыре глаза меняют цвет белков и зрачков, радужка пропадает, и вот в сестру Бликса мощнейшим толчком влетает сгусток ненависти со смертью. Ну или я, называйте как хотите.        — Девчонка, да как ты посмела вмешиваться?! — взревела заражённая, обоими руками схватив косу. Половина её лица была обезображена ожогами непоправимой степени. Прямо как у неё…        — Прошло время, когда я ничего не могла тебе сделать. Теперь-то я с тобой за всё поквитаюсь! — заражённые глаза нервно моргнули, на секунду став то ли шестернями, то ли пилами, и я вступила в неравный бой.        Даже потрёпанная Ликурга была очень сильным противником, куда сильнее меня, но я буду брать не грубой силой. Миг, и розоволосая ударяет по моему миражу, а я появляюсь у неё за спиной и прямым жёстким ударом лапой чуть не протыкаю её насквозь.        — Это за всех, кто пострадал и умер, пытаясь тебе противостоять, — она скорчилась на земле, кашляя кровью.        — Это за отца, — второй удар сметает её на несколько метров в сторону, её дыхание слышно уже через раз.        — Это за Бликса, мразь! — третий удар, абсолютно вертикальный, пробивает тело насквозь. Дыхания девушки больше не слышно. Я… убила её? Убила Ликургу?        Солдаты обоих армий замерли в разных позах, но все как один смотрели на меня и на бездыханное тело подо мной. Этого… не может быть. Я смогла! Мы смогли!!! Но почему заражённые не кидают на землю оружие и не сдаются в добровольный плен?        Хлоп. Хлоп. Хлоп. Громкие, медленные, издевающиеся хлопки раздавались сверху. Я подняла голову, но никого не увидела. Хлопки продолжались. Нет, источник звука не там… И парящая над самым высоким шпилём замка фигура была тому подтверждением.        — Я поражена, — Ликурга приложила палец к щеке и наклонила голову. — Совместными усилиями братик в драконьей форме с начальной стадией заражения и его шавка в демонической форме с половинчатым заражением смогли победить клона с половиной моей силы. Неплохо, хвалю, — она хлопнула ещё два раза. — Армия, назад, в замок. А вам, — розоволосая обратилась ко всей добровольческой армии Гирана. — Я даю три часа на то, чтобы подумать, действительно ли вы хотите сражаться со мной. *Прошло №; %?; минут* *От лица Бликсера*        Опять. Опять у меня раскалывается голова. Я уже даже не буду спрашивать, когда это закончится. Пожалуй, просто нужно начинать её игнорировать. И помимо головной боли, я ощущал, что эта самая голова покоится на чьих-то коленях. Я открыл глаза.        Я опять здесь. Опять это место, где вокруг только темнота. Тьма без малейшего просвета или намёка на огонёк.        — Наконец ты очнулся, — и этот мягкий, будто родной голос.        — И тебе привет, Темнота. Что я… опять делаю тут?        — Я же уже отвечала, — на её лице, снова будто закрытом дымной пеленой, засияли две звёздочки, очень уж похожие на глаза. Они посмотрели на меня с добротой, но и снисходительностью, как на ребёнка, что не слушает слова родителей. — Ты окажешься тут, если у тебя будут вопросы.        — Точно! — у меня в голове быстро пронеслись все события битвы. Сердце начало биться в учащённом темпе. — Что произошло? Почему я потерял сознание? Что с битвой, живы ли все и жив ли вообще я?        — Так-так-так, давай по одному, — женщина хмыкнула. — Начнём с конца. Ты жив, иначе был бы не тут у меня, а в гостях у Дарберы. Все из твоих друзей живы. Некоторые слегка поцарапанные, да и ты неплохо получил, но всё уже хорошо. Насчёт того, что произошло и почему ты потерял сознание… Тебе, видимо, бесполезно говорить, что объём времени пребывания в драконьей форме у тебя очень урезан, а если твой резерв опустеет, то сознание ты потеряешь в любом случае, а восполнить тебе его не может почти никто. Ты был очень близок к смерти сегодня, но получать за свою глупость ты будешь не от меня, а от кое-кого другого. Я же могу только попросить не повторять ошибок и учитывать их в следующем сражении.        — Подожди, что с Ликургой?! Я ведь прямо во время боя вырубился!        — А это ты сейчас и узнаешь, — к звёздочкам-глазам добавилась белоснежная, довольная клыкастая улыбка, и мои глаза сами собой закрылись. Я провалился…        Нет, не в сон, как я думал. Провалился напрямую в реальный мир, где ощущения лежания на чьих-то коленях никуда не делось, а к нему добавилось ещё и поглаживание по голове. Я открыл глаза и поднял голову.        Первым, что я увидел, стало лицо Сэм. Под глазами чётко вырисовались тёмные круги. Сами глаза были покрасневшими, словно девушка только что плакала. И если я не стал хуже разбирать цвета, то даже её глаза и волосы потускнели. Как только голубоволосая заметила, что я открыл глаза, она безмолвно встала, призывая меня сделать то же самое. Стоя напротив меня, она пару секунд посмотрела мне в глаза, а потом влепила мне такую пощёчину, что у меня аж звёздочки в глазах замерцали, а голову откинуло вправо.        Не успел я возмущённо закричать «За что?!», как девушка заключила меня в почти мёртвые объятия, а моя рубаха на груди мигом промокла от горячих слёз. Я слышал шёпот, но не мог его разобрать, просто гладив её по голове одной рукой, второй придерживая за талию, ведь ощущение было такое, как будто на своих ногах Сэм устоять не сможет.        — Как ты, Сэм? — было первым моим вопросом, как только девушка отстранилась.        — В-вроде нормально, — неуверенно ответила она, всё ещё не отрывая своих глаз от моих.        — Ну что ты так пристально на меня смотришь?        — Я думала… Что уже не дождусь момента, когда ты проснёшься, — голубоволосая прикусила нижнюю губу и опустила глаза.        — Но я же был жив, разве нет?        — Тебе рассказать, какой у тебя был пульс? — с лёгкой издёвкой спросила она, и я выжидающе взглянул на неё. — Два удара в минуту, Бликс. Два. Мать его. Удара. В минуту.        Всё серьёзней, чем я думал. Удар сердца в тридцать секунд — это что-то ненормальное. И сейчас у меня в голове был не один десяток вопросов, но задал я именно этот.        — Ты волновалась?        — Конечно волновалась за тебя, идиота! — она упёрла руки в бока. — Ты то ли забываешься, то ли я не знаю! Как тебе вообще ума хватило так долго находиться в форме дракона?!        — Так получилось, — я развёл руками и улыбнулся, а вот девушка напротив, прикрыла лицо рукой и рухнула у подножья дерева, возле которого она и сидела до этого.        — Ты неисправим.        — Но ведь в этом весь я, не так ли?        — Так, но это твоё «я» когда-нибудь доиграется! Я уже говорила и повторюсь, найду на том свете и придушу! — моя улыбка ещё больше растянулась. Сэм такая смешная, когда злится. — Чего лыбишься, рогатый?        — Просто рад, что могу слышать твой голос, — я сел рядом с покрасневшей девушкой и приобнял её. А деревья у сестрицы-то красивые растут, кровавые вишни… Точно, Ликурга! — Сэм, а что с Ликургой?        Девушка моментально стала мрачнее тучи.        — Я убила ту Ликургу, с которой ты сражался.        — В каком смысле «ту Ликургу»?        — Это был клон. С половиной силы настоящей правительницы Ризанта. После смерти клона появилась она и сказала, что если вся добровольческая армия Гирана уберётся отсюда в течение трёх часов, то все, кто остались в живых, в них и останутся.        — А наши?        — Разделились, как иначе. Одни хотят идти до конца, другие принять предложение Ликурги и вернуться назад.        — Ага, так значит? — меня изнутри начала брать злость. Злость не на наших. Я их понимаю: у них у всех есть семьи и дети, все хотят вернуться назад. Зло на сестру. Да как она смеет… Предлагать такое МОЕЙ АРМИИ?! Я утробно зарычал, а фразу, сказанную мною в период этого рычания, казалось, слышал весь мир:        — Я ПРОВЕДУ ДЛЯ ТЕБЯ ЭКСКУРСИЮ ПО АДУ, СЕСТРИЦА.        Сэм положила руку мне на плечо.        — Тише, Бликс, тише. Ты опять начал обращение в дракона, вон как у тебя глаза сияют.        — Сэм, я рассказывал тебе о том, чего не знал никто? Рассказывал о том, знания о чём не должно было попасть ни в чьи руки? Рассказывал о тайном превращении королевской фамилии правящего рода Серых Демонов, великого рода Арий?        — Нет… Ты же не собираешься?.. — её глаза расширились от ужаса.        — Нет выбора. Если ты сказала, что мы и с клоном едва справились, то придётся.        — Бликс, нет! Только не это, ты же умрёшь!!! — она попыталась положить обе руки мне на плечи, но я покачал головой, давая понять, что моё решение не изменить.        — Кто знает, умру я или нет? Ведь превращение совершалось только единожды, еще неизвестно, от чего умер дедушка, — на самом деле, я знал что сейчас вру и Сэм, и сам себе. — Я должен победить Ликургу, любой ценой. Так не погибнут ни в чём не повинные люди и нелюди, которые пошли сюда за мной.        — Зато будут скорбить все те, кому ты дорог, — у девушки в глазах снова блеснули слёзы. — Я, Чарли, Триш, Зера, Пент, Лика, Барр, Эмпресс, Керн, Хел — все мы потеряем дорогого друга. Пускай у нас иногда бывали несогласия, пускай мы дрались с тобой насмерть во время твоего заражения, но мы были и остаёмся друзьями! Неужели ты действительно хочешь нас оставить просто потому, что эта победа так важна?!        Я просто глядел на неё и не мог вымолвить ни слова. Она права. Она чертовски права. Я закрыл лицо руками. Сейчас так хотелось проронить хотя бы слезу, но не получалось и этого.        — Нет, я не хочу. Я не хочу вас оставлять. Я не хочу терять друзей, заставлять вас страдать… Но другого выбора же нет! Её просто не победить!!!        — Эх, — она тяжело вздохнула, а затем тихо проронила: — Народ, выходите, я же знаю, что вы следите за нами.        Послышалась пара-тройка хмыков, и из-за соседних деревьев вышла четвёрка Хранителей.        — И долго вы здесь?        — Ещё до того, как ты очнулся.        — Ясно… — я вздохнул, вторя Сэм. — Что вы думаете насчёт того, что я сказал?        — Мы шли сюда, готовые погибнуть за тебя, — начала Зера. — Но не думали, что умирать собираешься ты.        — Все своими глазами видели, насколько сильна Ликурга, раз даже её клон смог продержать тебя в бою до полного истощения сил, — продолжил Чарли. — Но это не помешает нам пойти в последний бой против неё.        — А теперь задумайтесь над своими словами, — я посмотрел поочерёдно на всех. — Вы упрекаете меня в том, что я хочу умереть, защищая вас и весь народ, но сами рвётесь умереть за меня буквально наперебой, — в моих глазах зажёгся знакомый всем красный огонёк. Огонёк, с которого в своё время начался пожар. Тут я просто развернулся и пошёл к главному входу в замок, где на поле прошедшей битвы небольшим лагерьком расположились мои «подчинённые». Хранители и Сэм кинулись за мной. А затем я просто повысил громкость голоса до того уровня, чтобы меня слышали все, кто пришёл со мной. — Так вот, друзья мои. Да-да, я обращаюсь ко всем, — все люди-нелюди подняли головы и встали, с удивлением глядя на меня. — Я вроде как уже представлялся, но да это не суть важно. Меня зовут Бликсер Арий, ныне последний носитель павшей королевской фамилии рода Серых Демонов, правителей исчезнувшего города Умбреона. И мне поручили вести вас войной на этот остров, который принадлежит моей сестре. Да, не смотрите на меня такими удивлёнными и злыми глазами, уничтожить я её хочу не меньше вашего. Скажу вам главное. Вы пошли за мной, вы сражались вместе со мной. Я — ваш временный командир. Не император или король, чтобы умирать за меня. Я отвечаю за ваши жизни. Я привёл вас всех и уведу всех. Все вы выживете. И когда эта война закончится, когда мы сможем взять этот замок, я обещаю, что мир будет установлен на десятилетия, если не на столетия. Кто хочет возразить мне или что-то уточнить — пожалуйста, слушаю прямо сейчас.        Изначально я не обратил внимание, но народ ещё до моего прихода был разделён на две части. Кто есть кто я не понимал, но одних было явное меньшинство, и именно от них отделился человек (все эльфы были в другом «лагере», что наталкивает на определённые мысли о преданности длинноухих) с ходкой ко мне.        — Марк, — представился он и поклонился. Я поморщился, но кивнул. — Я глава группы, которая собирается уходить. Главнокоманующий, все видели силу Ликурги, а вы справились с её клоном с большим трудом, ещё потеряв при этом сознание. Не хочу приуменьшать все ваши достижения и силу, но я крайне сомневаюсь в нашей победе. Ибо одно дело идти в бой, понимая, что ты можешь выжить, и совсем другое — смерть без шансов. Нам ещё есть, что терять.        — Марк, ты ведь не поверишь мне, если я скажу, что у меня есть последний козырь, единственный шанс её победить? — мужчина покачал головой. — А я всё равно, пожалуй, скажу. Она не будет нападать на вас лично, просто натравит свою армию, потому что ей нужен я. Но самоуверенность её и погубит. Ты же видел мою форму дракона?        — Да, — он утвердительно кивнул.        — Открываю тебе страшнейшую военную тайну. Разболтаешь — убью, это слишком секретная информация. Я могу обратиться в существо, способное уничтожить мир, но всего один раз и всего на десять минут. Мне хватит их на то, чтобы разобраться с Ликургой, но не хватит для того, чтобы помочь нашим. И поэтому мне нужны все. Я клянусь кровью, что из этой битвы все наши вернутся домой в полном составе, — в подтверждение словам над моей головой вспыхнула крестообразная пламенная метка. Клятва была запечатана.        Скептическое лицо мужчины, внимавшего моим словам, переменилось в одну секунду. В глазах зажглась надежда.        — Я… Я сейчас же сообщу обо всём, что вы сказали! Главнокомандующий, я иду в бой, и почти уверен, что все последуют моему примеру! — Марк быстрым шагом удалился обратно в «свою группу» и начал рассказывать им что-то. Я ухмыльнулся. Отлично, теперь у нас больше шансов на победу, ибо даже вера в эту самую победу у армии возрастёт.        Я повернулся спиной к солдатам и лицом к потрясённым Хранителям и не менее потрясённой Сэм.        — Как… Как ты это сделал? — прошептала Триш.        — Мы вчетвером ничего не смогли им доказать, — хмыкнул Пент. — А ты так быстро уломал их главаря. Бликс, я с каждым днём всё больше и больше думаю о том, насколько хорошо я тебя знаю.        — Хорошо ты меня знаешь, — я улыбнулся. — Быть может, даже лучше всех из вас четверых. Просто всегда делаешь вид, что удивлён, а в голове строишь теории, которые часто оказываются верны. Или я не прав?        — Я даже этот диалог уже продумал, — парень с улыбкой хлопнул меня по плечу. — Прав, и очень даже.        А теперь… А что теперь? Что сейчас вообще делать? Наверно, только ждать ответа от второй половины армии… И ещё кое-что.        — Сэм, можно тебя на минуточку?        — А? Да, конечно, — я подхватил её под руку, и мы вернулись в сад, только в этот раз я зашёл поглубже, чтобы лишних ушей тут точно не было. Мы сели под самым раскидистым из деревьев. — Я слушаю тебя, мой бродяга, — негромко сказала девушка, слегка улыбнувшись.        — Ну так слушай и внимай мне… — так же негромко ответил я. — Сэм… Вообще, хотел сказать спасибо. Спасибо за всё и тебе, и Хранителям. За то, что приняли, за восемнадцать лет дружбы, за то, что простили. За интересное детство, лучшую юность и поддержку сейчас. Я не знаю, что бы я сейчас делал без вас.        — Оу, Бликс, не стоит… — голубоволосая смутилась и робко положила голову мне на плечо. — И ты ведь сделал для нас многое. Сколько раз я должна тебе жизнь, честь и достоинство?        — Ты ничего не должна мне.        — Но ведь…        — Без «но», Сэм.        — Ведь только мысль о том, что ты где-то рядом, не давала мне покончить с собой в старшей школе, — обронила она.        — Твои мысли были чертовски правы, — я хмыкнул. — Я ведь действительно был рядом. Просто ты не видела этого. Помнишь, когда мы спускались из божьих чертогов, ты рассказала мне о том, как ты чуть не совершила непоправимое, но тебе помешал голос, позвавший тебя? Догадаешься, кто это был?        — Неужели… Неужели ты, Бликс? — девушка неверяще взглянула мне в глаза.        — И Лиреана своим внешним видом так же была обязана мне. А ведь это был мой первый опыт обращения в форму дракона…        — Бликс, ты делал всё это… Ради меня?        — Ради тебя, — кивнул я.        — С-спасибо тебе… Огромное спасибо… — она обняла меня и прижалась ко мне, а мне захотелось сделать то же самое. — Но зачем? Мы же тогда не были друзьями, а ты был изгоем, заражённым и врагом народа!        — Думаешь, это заставило меня забыть все дни, проведённые с вами? Ошибаешься. Зачем? Дурацкий вопрос. Я не хотел, чтобы ты умерла. Я переступил через самоустановленный закон и попытался заговорить с кем-то из вас, ибо если бы я этого не сделал… Нас с тобой бы не было тут.        — Но…        — Ты неисправима, — наконец и я ответил на объятия. — Сэм, ты мой дорогой человек и всегда им была. Всегда была лучшей для меня.        — Бликс, — она улыбнулась, и в её глазах засияли слёзы счастья. — Я рада. Ты правда считаешь меня лучшей?        — Правда. Чистейшая, — и прямо в эту секунду в моей голове разогнался туман, клубящийся там годами. Быть может чудовище? Быть может монстр? Да и плевать! — Сэм, могу я рассказать тебе кое-что?        — Конечно, — с улыбкой она как будто заглянула мне в душу, от чего мурашки побежали по спине.        — С самой нашей встречи. А ведь прошло почти восемнадцать лет… Пока ребёнком был — не до того было. Веселье, радость, беспечность… В школе всё начало доходить до меня только под конец. Под тот самый конец, когда я устроил вам двухдневный ад на земле. Идиотом я был, что уж говорить. А во время изгнания… я ненавидел себя. Я считал себя недостойным жизни, не говоря уже о дружбе или большем, например, любви. Как может любить тот, кто по своей натуре должен ненавидеть и заставлять страдать, верно? Но… ты заставила мою жизнь заиграть красками. Смысл существовать появился вновь, рядом лучшие друзья детства и… ты, Сэм. Именно ты убедила меня в том, что я не такой, каким себя считаю. Именно благодаря тебе я наконец показался и изменился в глазах общества. И именно сейчас я понимаю, что могу сказать всего три слова.        Мы смотрели друг другу в глаза, не отрываясь. А следом как гром среди ясного неба прозвучало:        — Я… люблю тебя, Сэм.        Сердце билось, разламывая грудную клетку, а душа грозилась упасть в сладкую, но не менее опасную бездну забытья. А она только по-доброму улыбнулась, придвинулась ещё ближе настолько, что я стал слышать её учащённое биение сердца и прошептала:        — Я так долго ждала этих слов… Я тоже люблю тебя, — а после впилась в мои губы страстным поцелуем.