he is half my soul (as the poets would say)

Когда Киту исполнилось пять лет, он помнил, что чернильные волосы его матери темнее, чем ночное небо над головой, спадали на ее сиреневые плечи. Темные волны содрогнулись, когда она опустилась на колени перед ним, пристально глядя мальчику в глаза. — Когда-нибудь ты станешь потрясающим принцем, - всегда говорила она. Ее голос, словно летний бриз, теплый и манящий. Символ жизни и молодости. Он улыбается, прижимаясь к ее теплому телу, маленькие ручки обвивают ее талию. Ее глаза желтые яркие, как утреннее восходящее солнце. Яркие, как лучи, которые касаются земли, целуя почву и растения своим мягким сиянием. Ее прикосновения нежны и очень кстати, поскольку женщина часто проводит пальцами по его волосам, чтобы успокоить. Она - его мир, а он - ее. Мать Кита - королева во всех смыслах этого слова: манеры, ум и славная красота. Командование Клинком Марморы, воспитание ребенка, - внушает благоговейный трепет, насколько это может понять юный ум. Все в ней идеально. И все же иногда бывают моменты, когда мальчику хочется, чтобы все это не было частью его жизни. В частности, ехидные насмешки со стороны других детей знати Галра, с которыми они виделись, когда их семьи пытались завоевать сердце его матери богатством или землей, презрительные взгляды, которые он ловил краем глаза... иногда это все слишком. Даже будучи ребенком, Кит понимает, что отличается от других Галра. Причиной тому было то, что при свете его кожу можно считать максимум бледно-персиковой, а не обычной фиолетовой. И это причина, ведь у него такой необычный оттенок кожи, вдобавок еще и серо-фиолетовые радужки. У него нет ни такого обоняния, ни зрения своей матери, хотя имеет обычные уши, как у Гарла, и обладает превосходным слухом - одна из немногих сохранившихся черт народа. Единственное, что связывает мать и сына, - это их цвет волос, одинаково черный, как ночь. В свои пять лет Кит никогда не знал своего отца. Судя по всему, он был каким-то звездным исследователем. Галантный и храбрый мужчина в поисках приключений. Мальчик так и не понял, почему отец не остался. Разве он не мог хотя бы из-за Кита? А может быть, Кит слишком уродлив и не произвел впечатления? Был ли он разочарованием с самого младенчества? Его мать всегда говорила, как сильно этот человек-незнакомец любил ее и наоборот, но никогда не упоминала о любви к Киту. В свои пять лет это беспокоило мальчика больше, чем следовало бы.

***

К тому времени, когда Киту исполняется девять лет, он буквально официально остается один во всей Вселенной. Мальчик печально смотрит на свою мать, когда ее тело сжигают в огромном погребальном костре. Ее скосила внезапная болезнь, охватившая все земли Галра, но большинство членов клинка не пострадали, а если и пострадали, то быстро оправились. Кит был спасен, но его мать - нет. В течение последних нескольких недель она бредила внешним миром, часто принимая Кита за его отца, хотя он сомневался, что они похожи. Однако Тейс и Улаз - два ее самых доверенных советника, постоянно защищали Кита и Королеву. Коливан выступил, чтобы временно взять на себя командование Клинком, пока Кит не достигнет совершеннолетия. К этому моменту выживший народ уже смирился с худшим, как и со следами слез на коже маленького Кита. Ему не разрешалось навестить мать даже в последние минуты ее жизни. Не то чтобы это имело значение, она все равно не узнала бы, что это он. Огонь потрескивал вокруг ее тела, сжигая волосы, расплавляя кожу и не оставляя после себя ничего, кроме пепла. Как только Киту исполняется десять, его передают в другие руки. Не буквально, конечно, но он понял, что сидит в задней части транспортного корабля с какой-то сумкой у ног, а рядом с ним сидит Тейс, просматривая голопад*. На самом деле он не обижается на них. Ну, может быть, немного. Но в клинке не знают, как заботиться о ребенке. Да и зачем им это? Они обучены бою и искусству скрытности, а не развлечению маленького ребенка, который даже не полностью Галра. И это значит, что его отправляют какому-то другому человеку на другой планете. Он уже слышал о них раньше, об Алтеанцах. Торговцы любят рассказывать истории о достижениях в науке и красоте всех членов этой королевской семьи. Король Альфор широко известен тем, что бескорыстно воспитывает детей до их совершеннолетия, и его щедрость легендарна. А Кит будет просто еще одним выводком на этой планете. Во время пребывания там, как сказал ему Коливан, Кит уже не будет иметь титула принца. Ему будет дана новая, чистая жизнь. Со временем, конечно, Коливан продолжал уверять десятилетнего ребенка, который мог бы меньше заботиться о титулах и руководящих ролях, он сможет вернуть себе прежнее положение, но когда вырастет. Не такая уж и плохая "сделка". С ним будут дети его возраста, ну или всего на несколько лет старше, и мальчик получит образование у лучших учителей. Даже со всеми привилегиями, хотя Кит и не будет удостоен всех полагающихся его статусу, но он предпочел бы остаться с тем, что знает и все равно будет чувствовать себя одиноким. Транспортный корабль содрогается и раскачивается, а Кит еще больше съеживается в тени отсека. Тейс предоставляет Альфору Сумку Подношения. Это привычный обычай, почти забытый за прошедшие десятилетия, но остающийся знаком уважения. Кит знает, что клинок его матери, церемониальный кинжал Клинка, спрятан где-то на дне других подношений, таких как драгоценности, ценные камни и золото. В течение долгих ночей, проведенных в космосе, в пути, Кит копался в содержимом сумки, ведь пока Тейс спал, он не мог злиться. Кит вытаскивал серебряный кинжал, проводя большим пальцем по ярко-фиолетовому камню. Лезвие было гладким, скользящим по коже, когда он провел им по предплечью. Если бы Кит чуть-чуть наклонил бы его, то сам бы порезался, но он этого не делал и всегда был осторожен. В тот момент Киту хотелось броситься вперед, вырвать эту сумку из чужих рук, но он просто не может разочаровать всех еще больше. Нет. Он уже достаточно разочаровал окружающий, только лишь существуя. — Это более чем удовлетворительно, - заявляет Альфор, — Моей семье понравится, - он держит в руке несколько голубых сережек, а Кит мутно гадает, будут ли они подарены его дочери или сыну. Ни один из его детей не появился на встрече. Кит не совсем понимает, почему, разве так не принято? Тейс, продолжая стоять на коленях, говорит, — Я рад этому, ваше Величество. Взгляд Альфора устремляется на Кита, который опускал голову еще ниже, словно стыдясь своей внешности. Стыдно за то, что он не похож на Галра рядом с другим, по идее, себе подобным, — Это тот самый ребенок, о котором вы говорили? — Так оно и есть, - Тейс мягко подталкивает его, чтобы Кит заговорил. — Я К-кит, ваше Величество, и очень рад, что меня приняли в ваше поместье, - он сам вздрагивает от того, как звучит его голос, так слабо по сравнению с голосом двух взрослых мужчин. — Мы очень рады приветствовать тебя, Кит, - глаза Альфора сверкают вновь обретенной добротой. Однако это не вызывает у Кита улыбки, который просто продолжает смотреть прямо на мужчину, ничего не выражая, — Мой советник покажет тебе твое новое жилье. На свет выходит рыжеволосый мужчина. Под его глазами синие отметины, а кожа гораздо светлее, чем у самого короля. Кит удивляется, как Алтеанцы могут выглядеть так по-разному, но все же видеть друг друга как одну расу. Не говоря ни слова, Кит следует за этим Альтеанцем, ни разу не оглянувшись на Тейса, который даже не произносит слова прощания. И это даже не задевает. — Меня зовут Коран, молодой человек. Я уверен, что вы сейчас нервничаете, большинство наших новичков обычно нервничают, но также уверен, что со временем вы подружитесь и приспособитесь к здешней жизни, - Коран, который шел впереди, замедляет шаг, чтобы Кит догнал его. — Я вовсе не нервничаю, сэр. Я знаю, почему здесь, и нет никакого смысла беспокоиться об этом. Я не могу изменить свою судьбу, - Кит жалеет, что не нашел такой уверенности в себе еще в тронном зале, — Теперь у меня дома ничего не осталось. — Грустно слышать такое от ребенка, - бормочет Коран, обращаясь в основном к самому себе. Затем он смотрит вниз на Кита, когда они останавливаются у двери, — Это будет ваша комната. Будете жить вместе с тремя другими мальчиками, они помогут разобраться. (На самом деле они этого не сделают, т.к либо будут напуганы его внешностью, все же похожей на Галрийскую, либо просто потому, что им не нравятся новички, но у Кита никогда не хватит духу сказать об этом Корану.)

***

Три недели спустя Кит уже хочет встретиться с принцем Алтеи. Слухи о королевской семье всегда гуляли среди детей и подростков, с которыми он был вынужден общаться. Те, кто пробыл здесь дольше всех, конечно, видели его уже слишком много раз, чтобы сосчитать - сколько они с ним тусовались, когда принц просто чувствовал необходимость пообщаться. Со всеми необычными или, скорее всего, даже достоверными слухами, которые вертятся вокруг, Кит уже умирал от желания тоже увидеть этого принца. Все, что угодно, лишь бы поуменьшить скуку от одной и той же рутины изо дня в день. Увидев его в первый раз, Кит уже составил первое впечатление. Принц громкий, раздражающий и красивый. Но этого разнообразия уже слишком много, чтобы понять точно. Они сидели в пиршественном зале - другие дети, которых опекают здесь Принцесса, Принц и, конечно же, сам Король. Кит даже взгляда не задерживает на принцессе Аллуре слишком долго. Она так же хорошо известна своим умом и дипломатическими достижениями, как и своей красотой. Он быстро понимает, что торговцы никогда не преувеличивали насчет ее внешности: длинные белые волосы, завитые в локоны, безупречная смуглая кожа и поразительные голубые глаза. А вот ее младший брат... Кит быстро отвел взгляд от знаменитой принцессы и посмотрел на мальчика своего возраста. В каждой культуре всегда существовало множество различных мифов и легенд о том, что может быть самым прекрасным существом во Вселенной. В основном это достижение приписывают каким-нибудь божествам, но Кит не может поверить, что есть кто-то красивее. Его присутствие завораживает банкетный зал своей широкой улыбкой и сверкающими глазами. Пара знакомых голубых украшений свисают с его заостренных ушей; они покачиваются, когда тот поворачивает голову, как-то дико смеясь над шуткой, которую сестра шепчет ему на ухо. Его каштановые волосы совсем не такие, как у отца или той же сестры, и Кит уже мысленно представляет себе мать принца. Кресло королевы пустое, но он не прекращает воображать. Может, волосы королевы подстрижены гораздо короче, чем у принцессы, и они совершенно другие, всего лишь чуть касаются ее плеч. А локоны Лэнса идеальными волнами свисают на его лоб, но не достигают его глаз. Несколько прядей вьются у его ушей, и пальцы Кита дергаются прямо на столе, отчасти желая узнать, насколько они мягкие. Его смуглая кожа так же безупречна, как и у сестры, а глаза темно-синие, почти полуночные. Щеки Кита начинают гореть, а кончики ушей покалывать, когда ощущение начинает завязываться узлом глубоко внутри. Эти странные чувства для него в новинку. Но он обнаруживает, что не возражает. Кит смотрит на него достаточно долго и пристально, чтобы принц наконец обратил на него внимание. Он наклоняет голову и начинает изучать Кита, который, застыв на месте, не может отвести взгляда. Мимолетная улыбка замечена, и даже с такого расстояния видно - на темной коже принца проступает румянец. Он застенчиво машет рукой Киту, прежде чем сестра втягивает его в очередной разговор. Кит не может найти в себе мужества помахать в ответ или просто отвести взгляд. Но, к счастью, принц больше не смотрит на него, и Кит продолжает сидеть, тупо затерянный в окружающем мире.

***

— Учителя ищут тебя, - раздается чей-то голос. В тайном месте Кита темно, он нашел эту маленькую кладовку, в которую никто никогда не забредает. Наверху есть одно окошечко, поток света пробивается сквозь стекло и осыпает пол пылью. Когда он наклоняет голову, то замечает, что на него смотрят два ярко-голубых глаза. Похоже, принц все же нашел его примостившимся между двумя мешками с чем-то, предназначенным для высшего класса. Как это унизительно! Хотя, Киту все равно, и он не брезгует. И вместо этого просто произносит, — Ох, - возвращаясь к рисованию узоров на пыльном полу, он с удивлением обнаруживает, что принц садится прямо перед ним. — Почему ты не идешь? - спрашивает тот, приподняв тонкую бровь. Его глаза следят за движениями Кита, наблюдая, как нарисованные завитки обнажают светло-серый пол под слоем пыли. Он уже около двух недель не ходит на занятия. Нет ничего удивительного в том, что кто-то наконец пришел за ним. А вот что правда удивительно, так это то, что искал его принц, а не кто-то вроде Корана. Кит гадает, каково будет его наказание. А Алтеанцы бьют детей кнутом? Будет ли его ежедневное питание нормальным? Если бы он ходил на уроки, то, вероятно, знал бы об Алтейском обществе больше, чем сейчас. Но он почти ничего не знает об этой культуре. — Я не хочу, - наконец говорит Кит, вздыхая, — Это просто тупо. Кому какое дело до всех ваших королей и королев? Это не моя культура. — Нет, пожалуй, ты прав, - принц обхватывает руками свои ноги, притягивая их ближе к себе, — Я имею в виду, что тоже не хочу знать о Галрийской королевской семье. Так что я понимаю. — Я тоже не хочу. Это скучно, - бормочет Кит, все еще отводя глаза от лица принца. Вблизи он в десять раз красивее, чем вдали. — Тогда что тебе нравится? - спрашивает принц с каким-то притворным интересом. Потому что с какой стати ему заботиться об интересах Кита; с какой стати кому-то вообще заботиться о Ките, его симпатиях и антипатиях, его мыслях. Раньше никто не спрашивал. — А почему тебя волнует? Ты, наверное, даже не знаешь моего имени, - Кит как-то позабыл о своих манерах и статусе, но принц, похоже, не возражает. — Ты Кит, наш новый воспитанник и наполовину Галра. Я знаю достаточно. Кит кивает, не в силах вымолвить ни слова. — Так что тебе нравится? - снова повторяет принц. Сейчас он еще ближе к Киту, чем минуту назад. Физически невозможно смотреть куда-то и не видеть частичку принца. С еще одним покорным вздохом Кит пристально смотрит в глаза принца, оценивая каждый оттенок синего, который видит. Сначала он думал, что его глаза были одного оттенка: темно-синего, но теперь можно различить более светлые элементы, которые сверкают, когда смешиваются с остальной частью этого океана, — Я люблю оружие и учусь защищаться. Мне нравится смотреть на звезды и притворяться, что я где-то в другом месте. Мне нравится смотреть на красивых мальчиков, а не на хорошеньких девочек, хотя для большинства мальчиков нашего возраста все наоборот. Нравится быть одному, но я ненавижу быть одиноким. Ты мне нравишься, хотя до сегодняшнего дня мы даже нормально не разговаривали. — Думаю... я знаю, что заставит тебя почувствовать себя лучше. Принц встает и протягивает руку Киту, чтобы тот взял ее. Он, конечно, колеблется, в его глазах плещет замешательство, а брови в задумчивости сдвинуты. Через секунду Кит хватает принца за руку. Так тепло, уютно и хорошо одновременно. Они держатся за руки и бегут по коридору, принц дергает его за разные углы и во всякие коридоры, в которые он никогда раньше не отваживался заходить. На этот раз на лице Кита сияет улыбка. Неожиданно они оказываются в тренировочном зале. На белых стенах висят разные виды оружия: стрелковое, топоры, посохи, мечи. Глаза Кита расширяются, впитывая новое зрелище. Тренировочный бот стоит в центре помещения, в спящем режиме ожидая указаний. Принц не обращает на него внимания и подходит к одной из стен, открывая какой-то проем под одним из дисплеев. Сгорая от любопытства, Кит молча следует за ним, но внезапно останавливается, обнаружив в чужих руках что-то слишком знакомое. Оно поблескивает на свету, когда принц протягивает вещь Киту, чтобы тот лучше рассмотрел. Впрочем, это и не нужно: он уже выучил наизусть каждую деталь этого оружия. — Мой отец подарил мне много месяцев назад. Красивый, да? Кит сдерживает дыхание, но все равно говорит то, что на уме, — Он принадлежал моей матери. — Оу, - теперь принц замолчал. Он держит клинок с новообретенной деликатностью. Протянув руки еще дальше, чтобы Кит взял его, он шепчет, — Я никогда не знал твою мать, и у меня не должно быть чего-то от нее. Это принадлежит тебе. Кит отрицательно качает головой, — Я не могу его взять. Он был подарен твоей семье. Если меня поймают с ним.... то подумают, что я его украл. "И я буду наказан" - не произносит он вслух. Кит не знает, каков обычай Алтеанцев иметь дело с ворами, но вроде как-то слышал, что одна из твоих рук была платой за такое воровство. — Ну, он был подарен мне, так что теперь я передариваю его тебе. Но думаю, что мы можем просто оставить его здесь, если так хочешь. Но он твой, теперь всегда помни об этом. — Б-благодарю, ваше Высочество, - Кит опускает голову, тело наклоняется в поклоне. Он задается вопросом, стоит ли ему встать на колени. Ворчание заставляет Кита выпрямить спину и уставиться на принца испуганными глазами, — Не будь таким формальным, это слишком странно. Меня, кстати, Лэнс зовут. — Лэнс, - Кит хотел было просто повторить это имя в своей голове, но оно деликатно слетело с языка. — Ну вот и все, - Лэнс ободряюще улыбается, обнажая белые зубы, — Теперь мы друзья. — У меня никогда раньше не было друзей, - слегка смущенно бормочет Кит, решив хоть раз быть честным. Приготовившись к тому, что Лэнс рассмеется, он избегает взгляда мальчика, но тут же чувствует, как чья-то нежная рука берет его за плечо, а другая ложится на подбородок Лэнса, — Тогда рад, что я у тебя первый, - искренность в его глазах и словах не оставляет Киту ничего. Заметив внезапную перемену в атмосфере, Лэнс быстро меняет тему разговора, возвращаясь к показу оружия позади себя, — В любом случае, клинок не мой тип оружия, - Лэнс достает великолепный резной лук, сделанный из лучшего дерева и украшенный изображением вырезанных океанских волн вдоль изгибов, — Я собираюсь стать лучником. — И ты уже умеешь что-нибудь? - с благоговейным трепетом спрашивает Кит. Он слышал о лучниках, но никогда не видел их в действии. Это не Галрийский тип оружия. — Я попадаю в центр цели примерно в девяти случаях из десяти, - хвастается он так, как свойственно всем мальчикам. — Я тебе не верю. Лэнс ухмыляется, глаза его горят вызовом, — Просто смотри.

***

После этого они тренируются вместе каждый день. Лэнс с луком, а Кит переключается между кинжалом своей матери и мечом. Это более приятно, чем уроки, которые он снова начал посещать, но даже у них есть дополнительный плюс - это Лэнс и только Лэнс. Они вместе тренируются, вместе учатся, вместе едят, говорят и слушают. Они делятся ребяческими историями и секретами, полуночными признаниями. И вскоре становятся еще ближе друг к другу. Для окружающих они кажутся и вовсе неразделимыми. Сейчас Кит чувствует себя менее одиноким, чем когда-либо. Иногда ловкие пальцы Лэнса обхватывают его запястье, когда он тащит его к новому месту назначения, обычно чтобы показать что-нибудь новенькое или что-то, что он нашел во время прогулки. И обычно, это становится самым ярким событием дня. Кит учится наслаждаться каждым мгновением, проведенным в компании Лэнса, поглощая те сладкие улыбки, которые загораются на лице Лэнса, когда Кит с радостью остается один в своих мыслях, но в общей комнате, окруженный людьми, которым все равно. Лэнс заставляет его смеяться, препираться и быть таким ребенком, каким он и должен быть. — Тебе надо бы подстричься, - говорит Лэнс, лениво проводя рукой по длинноватым волосам Кита, — И они не будут мешать, когда ты тренируешься. Он перекатывает прядь волос подушечками пальцев и хмурится, — Или я могу просто срезать их, - его пальцы скользят по рукояти кинжала, готовые срезать волосы, если это действительно будет так неудобно. Теплые смуглые руки обхватывают его запястья. Пальцы случайно прижимаются прямо к пульсу Кита, и дрожь пробегает по телу, — Н-нет, нет! Ты хорошо выглядишь с длинными волосами, тебе идет. Яростное покалывание растекается по щекам, и Кит внезапно смущается, пытаясь убрать челку за ухо, хотя она тут же спадает обратно, как только его рука отстраняется. Кит раздраженно фыркает, а Лэнс хихикает. Кит протягивает руку, чтобы взъерошить короткие волосы Лэнса. Но его большой палец скользит по одной из голубых Алтеанских меток; глаза Лэнса трепещут и закрываются, — А т-ты неплохо выглядишь с... со своими короткими волосами... Глаза Лэнса резко распахиваются, смуглая кожа покрывается различным розоватым оттенком, — Ты мне нравишься, - наконец решается он с ребяческой прямотой. Кит уже не знает, что и делать. Поэтому просто делает вид, что Лэнс имел в виду по-дружески, чтобы собственное сердце не было разбито.

***

— Так почему ты вообще тусуешься со мной? - однажды спрашивает Кит, наблюдая, как Лэнс выполняет задание для учителя. Тот даже не задумывается, чтобы сформулировать ответ, — Ну, ты интересный, а я всегда увлекаюсь интересными и красивыми вещами.