Власть случая

Шестой курс мало чем запомнился Снейпу. Все те же уроки, эссе, репетиторство. Пожалуй, только Малфоя в его жизни стало слишком много. А где Малфой, там Эйвери, Мальсибер и другие. Сиятельный аристократ часто проводил собрания в Хогсмите для учеников шестого-седьмого года. Разъяснял, давал советы, книги, медленно, но верно отравляя идеями Лорда молодежь. Регулус стал почти невыносим в своей ревности — его на эти посиделки ещё не звали. Снейпу пришлось с ним даже поругаться из-за этого. Помирились после обещания рассказывать всё-всё. А их великолепная четверка неразлучников, противопоставляющая себя Гриффиндорским Мародерам, можно сказать, сдалась без боя. Из-за чего их все меньше и меньше стало видно в гостиной факультета. Аделина смотрела на всю эту мышиную возню со снисходительностью королевы, единственно взяв с Альберта слово не ввязываться. — Мне не нужен рыцарь, — сказала она однажды, — мне нужен король. Если ты преклонишься пред этим Лордом, я разорву помолвку. Наши Рода всегда были нейтральными. Так будет и впредь. Альберт, с тоской посмотрев на товарищей, молча устроился на подлокотнике кресла своей невесты. Расчётливый мерзавец в глазах большинства, он ставил свою семью превыше всего. Эта черта роднила их с Люциусом, что позволило сохранить вежливый нейтралитет. — Я видел Беллу сегодня на тренировке, — бросил Северус, вернувшись с очередного собрания. Дело происходило на пасхальных каникулах. — Она чуть ли не вперёд мужа лезла. — Это плохо, — покачала головой Аделина; все чаще они вдвоем беседовали вот так у камина, разбирая то, что пытались впихнуть в головы будущим Пожирателям. — Женщина должна быть за спиной мужа, в месте, которое он назовет их домом. А никак не на передовой переворота. Её обязанность растить и защищать детей, а не чьи-то амбиции. — А может, там её место? — Ха! Карл, как думаешь, прав твой хозяин? Ворон, дремавший на лепнине камина, слетел на спинку кресла и больно ударил клювом в темечко. — Мрак! Дурь! Кровь! — крылья хлопнули пару раз вокруг головы, на секунду закрывая глаза. — Даже птица мудрее вас. — А ну иди сюда, предатель. — Снейп развернулся, схватил птицу, усадил на колени и начал процедуру чистки. Питомец недовольно заверещал, но удрать не пытался, пока за перья не дёргали. — Хвост не помни! — Сам разберусь. Не в первый раз. — Снейп развернул пернатого нежно проводя ладонью от клюва до хвоста. — Лучше объясни, в чем я, по-твоему, не прав. Черные глаза смотрели исподлобья с вызовом, но без агрессии или обиды. Аделина была второй, после психолога, кому позволялось говорить все. Скажи она бросить все, он бы бросил. Но подруга в избытке была наделена чисто женской интуицией и мудростью. Северус втайне желал себе в спутницы жизни хоть немного на неё похожую. — Вальпургиевы Рыцари были образованы несколько лет назад как партия традиционалистов, радеющих за сохранение исконных устоев магов, во всем их порой неприглядном многообразии. Они были резко против засилия магглорожденных с их привнесенными в наш быт правилами и моралью. Однажды эта мораль довела всех до инквизиции. Магия не орудие, она наша жизнь и наш бог. Мы живём по её закону. И по нему платить будем. Маггл, нарушив клятву, отделается угрызениями совести, если такая имеется. Маг — получит откат. Тем сильнее, чем строже была клятва. И это будет решать не суд. — К чему этот экскурс? — Со временем политическое противостояние перешло в противоборство Лордов и Министерства. Методы стали жестче, границы размылись. Вас вербуют не как голоса на выборах. Вас вовлекают как солдат. Чем тебя купили, Северус? — Будто сама не знаешь. Знания, книги, редкие рецепты, ингредиенты, заклинания… — Тёмные? — Не без этого. Ты против? — Знаний? Нет. Главное, как ты ими распорядишься. Ты учёный, не воин. Хотя можешь им быть. Твои заклятья подвластны твоей воле. Это опасно для противника. Не удивительно, что Малфой так старается повязать тебя покрепче. — Ему достаточно оплатить мое обучение для этого. — Ему да. Но обученный мастер легко вернёт долг за пару лет, оставшись готовым оказать пару услуг. Но может и послать обнаглевшего благодетеля. Его же Лорду нужна твоя душа. Безотказный, повязанный по рукам и ногам зельевар сварит даже запрещённые составы. — Мрак! — подал голос разнежившийся ворон. — Согласен. Но откуда тебе знать такое? — Со старшими много говорю. Когда вас прошлым летом начали прощупывать на лояльность, я поговорила с отцом и дедом. Они многое рассказали и разъяснили. Я поняла их опасения. Поняла и приняла. Ты мой друг, я желаю тебе счастья. А счастлив человек может быть лишь на своем месте. Трижды подумай, прежде чем решать. — Я понял тебя. Я подумаю. — Думай. Пожалуй, этот разговор стал одним из самых тяжёлых. Слова подруги заставили сменить угол зрения на новых знакомых, сделав его более критичным, отбросив восторг принадлежности к общему и тайному. Северус разобрал свое вступление в Пожиратели так, как делал с девяти лет с каждым прожитым днём — десять отрицательных событий, пятнадцать положительных. Что может дать общество конкретно ему? Насколько сильно их идеалы совпадают с его собственными? Причем где-то в середине мыслительного процесса вклинилось пресловутое «если». Если не получится? Что тогда? И насколько далеко можно построить такое будущее? Риски… Готов ли он к ним? Здесь и сейчас у него не было серьезных врагов, завистники, дышащие через плечо, хулиганы, не дающие расслабляться, зазнайки, презрительно кривящиеся в его присутствии. Но врагов не было. Были соратники. Были даже люди, которых он мог назвать друзьями, например, Аделина с Альбертом и Регулус. Первые — нейтралы, многие века связанные клятвами почти со всеми родами магмира. Им не удастся быть пристрастными. Рег… Вот ему вся эта мишура с чистотой крови заложена предками на подкорку. Он уже готов бежать за Лордом, виляя хвостиком и таща в зубах сердца его врагов. А на что готов Северус? Юноша посмотрел на исписанные листы маггловского блокнота с отрывными страничками. Безусловные выгоды. Сомнительные выгоды. Минусы сегодня и потом. Идеи Лорда, постулаты и истины. Его… Взяв карандаш, Северус начал вычёркивать пункт за пунктом то, что ему претило или оставляло равнодушным. Пять строчек из длинного списка заставили невесело усмехнуться. Одна страничка плюсов против пяти минусов тоже не добавляла оптимизма. Дверь скрипнула, впуская соседа по комнате. Снейп поднял глаза на Альберта и сгреб все листы в кучу. Секунду замерев, так ничего и не решив, пересёк комнату, выкидывая всю пачку в огонь. Ах, вот бы сомнения сгорели также легко… — Не получается? — осведомился друг. — Попробуй взглянуть на все с другой стороны. А лучше выспись. Утро вечера мудренее. — Хорошо, — согласился Северус, ныряя под одеяло. Малфой обещал сюрприз. Поживем — увидим… На утро следующего выходного дня его действительно ждал сюрприз. У дальнего окна трактира «Три метлы», как призрак из прошлого, сидела особа, однажды кардинально изменившая всю его жизнь. — Мисс Райт? — обескураженный встречей, Северус чуть ли не заикался. — Здравствуй, Северус, как твои дела? — женщина улыбнулась, словно они расстались лишь вчера. — Вы… Как… — пожалуй, впервые он не находил слов. По спине пробежал табун мурашек, подгоняемый сквозняком перемен. — Я, — утвердительный кивок и игривая улыбка, — через камин. Да. У меня есть палочка. Может, присядешь? Снейп не сел, сполз на скамью. — Это вы?.. Тогда… Ему… — мысли никак не хотели складываться в слова, в панике мечась по сознанию между неверием, осознанием и надеждой. Ему очень не хотелось быть обманутым. — Выпей, — женщина подтолкнула кружку крепкого горького кофе, её взгляд был обращён к окну, будто на улице происходило что-то интересное. Дальнейшие слова абсолютно не вязались с кокетливыми улыбками. Она нисколько не изменилась. — Для начала — нет, твоему отцу я ничего не делала. Он сам. Это была случайность. Роковая, но удачная. В то время я уже была знакома с ситуацией в вашей семье и нашла приют Кордейл для жертв насилия, но никак не могла выйти на твою мать. Она была… — Домохозяйкой, — помог Снейп, делая большой глоток обжигающего напитка. — Да. Почти никуда не выбиралась. Это усложняло мою работу. — Работу? — горечь кофе почти перебила горечь обиды, почти… — Девять лет назад ко мне обратился твой дед, — Элизабет схватила его ладонь, предупреждая от опрометчивых действий. — Он узнал о твоём существовании и после неудачной попытки связаться с дочерью, закончившейся скандалом, вышел на меня. Задачей было обеспечить вам приемлемые условия для жизни. Подальше от того маггла, по возможности. Я выполнила договор и исчезла из вашей жизни. Работа есть работа. Пару месяцев назад он опять связался со мной. — Зачем? — юноша не смотрел в глаза собеседнице, только на пальцы, аккуратно поглаживающие его ладонь. — Имейте терпение. Он назначил меня своей душеприказчицей. После его смерти я должна передать вам наследство. Оплатой услуг будет книга из библиотеки, я укажу какая. Проблема в том, что получить ее я смогу лишь после вашего вступления в наследство. Работать впустую я не люблю. — Вы меня заставите? Мне не нужны его деньги! — Гордость, понукаемая гордыней, подняла голову. Голос перешёл на шёпот, более смахивающий на шипение. — Денег там нет, — отрезала Райт, сильнее сжимая пальцы. — Иначе вопрос с оплатой не стоял бы. Все его прошлые патенты уже не давали доход, то, что имелось, высасывала усадьба и колдомедики. Неотторжимое родовое наследство — дом с десятком акров земли, Родовой камень, гобелен, лаборатории и мастерские, а главное, библиотека. Ваши предки были талантливы — зельевары, алхимики, артефакторы и ритуалисты, реже взломщики проклятий через одного. И все они тащили в дом книги и артефакты, но больше книги, все, что можно было купить, выменять, скопировать. О своих увлечениях они предпочитали знать все и ещё немного сверху. Трудов по алхимии и зельям больше вы найдете только у Фламеля, он живёт дольше и дневниками не делится. Принцы не лезли в политику, не блюли чистокровность, но магглом мог быть лишь дед избранника. За те знания их часто сманивали на свою сторону то одни, то другие. Как вижу, и вас сия участь не минула. Хотя здесь вы один из многих. Только вот знания родовой библиотеки в таком объеме и бесплатно вы не получите нигде. Ни один чистокровный род не откроет своих тайн постороннему. Запомните это. — У меня есть время подумать? — У вас есть, у меня нет. Ваш дед мертв, похоронен и отпет. Его завещание я могу вскрыть только в кабинете Принц-холла, где оно и лежит. Дальше я могу дать вам неделю, не больше, на смириться. После этого надо будет принять ритуалом род, проверить принятие и подписать бумаги передачи собственности. Заверения в министерстве я сделаю сама, без лишнего шума. Летом вы уже сможете полноправно владеть всем. Это хорошо, что вы здесь, не пришлось искать или, не дай Мерлин, в школу идти. Не люблю я этих победителей Темных Лордов, да и самих Лордов тоже. — Что так? — Северус вынырнул из борьбы гордости с практичностью и жаждой новых знаний. Райт знала, чем его зацепить. — Компромат на Риддла стоит денег, — улыбнулась женщина ещё более соблазнительно. — Или книг? — усмехнулся парень, поглядывая на часы, в Хог они должны вернуться к пяти. Собрание с Малфоем в три. Сейчас двенадцать. — Люблю работать с понимающими людьми. — А что вы, собственно, делаете? — решил задать мучающий вопрос парень. — Исполняю желания. Конфиденциально. Анонимно. Качественно. Снейп сглотнул. В девять он не мог оценить всю сексуальность данной особы, зато теперь гормоны быстро напомнили, что он ещё подросток, неудобством в штанах и лёгким румянцем на скулах. — У нас три часа. И я хочу услышать про Него. Элизабет постучала по столешнице, снимая чары приватности, и, подхватив парнишку под локоть, потащила на выход. Аппарировать из помещения всегда считалось дурным тоном. — Не стоит терять времени. Идёмте. Все будут думать, что мы флиртовали. И дамочка, охочая до молодого тела, потащила вас в своё логово, лишать невинности, — проговорила она, покидая бар и сворачивая за угол. — Что?!