Sunny Skies Ahead

Реборн находится на полпути к фамильному поместью Сфондо и переходит платформу, чтобы пересесть на другой поезд. Он садится в ближайший вагон, двери которого открыты, и находит место у окна. Семья живёт довольно далеко от города, поэтому он устраивается поудобнее и ждёт, наблюдая за людьми, проходящими по платформе, через окно. Верде стоит перед колонной, пытаясь прочитать карту железных дорог, прикреплённую к ней, и время от времени поглядывает на причудливый экран, который держит в руках, чтобы сверить данные. Реборн говорит себе, что не должен поощрять это, но всё равно встаёт и высовывает голову из открытой двери. — Верде! Верде оглядывается, кладёт устройство в карман и подходит к Реборну. — Сигнал пропал, потому что ты слишком глубоко под землёй. Я пытался предугадать, где ты можешь пересесть на другую линию. Реборн хочет спросить, как давно Верде следит за ним, но вместо этого выпаливает: — Я что, настолько слабый? Это не давало ему покоя последние несколько дней. Реборну не нужна поддержка. Он войдёт, отклонит предложение и выйдет. Легко. Поскольку однажды он станет величайшим в мире киллером, эти люди ему не нужны. Так почему же он автоматически обратился к ним, как только столкнулся с проблемой? Верде хмурится, когда видит, как лицо Реборна становится холодным и безразличным. — Что случилось? — Ничего, — Реборн криво усмехается. — Иди домой, у меня сегодня нет на тебя времени. У меня встреча. — Ты позвал меня, — размышляет Верде. — Так вот почему ты считаешь себя слабым? Потому что хотел, чтобы я последовал за тобой, куда бы ни вёз тебя этот поезд? Реборн прищуривается. — Я не слабак. — Если ты это знаешь, то зачем спрашиваешь меня? Реборн проводит пальцами по мягкому материалу брюк. Он смотрит на огромные часы на платформе. Поезд должен отправиться через пять минут. — Зачем мне помощь? — Интересный выбор слов, — вздыхает Верде. Он скрещивает руки на груди. — Тебе это не нужно, ты просто хочешь. То есть ты прекрасно понимаешь, что можешь справиться без посторонней помощи, но всё же было бы приятно её получить. Реборн отводит взгляд и хмурится. — Всё в порядке, я просто веду себя глупо. — Не слабость иметь верных друзей. Иметь кого-то, кто будет сражаться вместе с тобой, — отмечает Верде. — Сила и независимость не имеют обратной пропорциональности количеству людей, которые тебя любят. Реборн колеблется. — Я могу сделать это сам. Верде смотрит на него сверху вниз. — Если ты этого хочешь. Но ты не обязан этого делать. — Я… — Реборн делает паузу. — Тебе придётся подождать снаружи. Мне нужно побыть драматичным. — Разве ты не всегда? — Не испытывай судьбу, грёбаный Франкенштейн.

***

Примерно через двадцать минут после того, как Реборн расстался с Верде у больших железных ворот, он свернул в сторону. Семья расстелила красную ковровую дорожку, чтобы вежливо поприветствовать его, и отправила красивых служанок и привлекательных дворецких, чтобы отвлечь его. Реборн видит охранников, главную силу Семьи, которые стоят по краям и наблюдают за ним. Они заводят его в уютную комнату, окрашенную в бледно-оранжевые тона, но Реборна не впечатляет эта чрезмерная цветовая гамма. Да, небесное пламя оранжевое, вау, как невероятно — не очень-то подходит для обоев. Они заставляют его ждать, потому что, конечно же, заставляют; им нужно показать, кто здесь главный. В такой Семье Реборн был бы номинальным главой. Его ценят, но скорее как дорогую картину. Честно говоря, он бы убил их всех, если бы был раздражён еще больше. Да, у них много союзников и они прочно укоренились в мафиозной политике, но Реборн мог бы просто устранить нескольких ключевых высокопоставленных членов, чтобы ослабить их, и они были бы слишком заняты попытками удержаться на плаву, чтобы беспокоить его. Люди подумают, что это сделано для укрепления его репутации, а большинство будет восхищаться его смелостью. Возможно, они даже поблагодарят его, когда обезглавленная Семья окажется в борьбе за власть, которая возникнет после этого. Но Реборн ограничен в возможностях, потому что Скалл очень плохо уворачивается от пуль, Колонелло только начинает продвигаться в COMSUBIN, а Верде выглядит слишком слабым и хрупким, потому что большую часть времени прячется в своей лаборатории, а Фонг и Лар… Фонг и Лар, наверное, повеселились бы, но они не в счёт. Так что Реборн мог бы ворваться с оружием наперевес, но теперь у него есть люди. Ему нужно думать о последствиях, о том, как их защитить. Видит бог, эти идиоты, скорее всего, с головой окунулись бы в какой-нибудь идиотский и, наверняка, разрушительный план, если бы узнали об этом.

***

Через пятнадцать минут после того, как они получили сообщение от Верде, Колонелло летит по лестнице с сумкой оружия и боеприпасов, перекинутой через плечо. Лар следует за ним по пятам. Он выбегает через открытую дверь и видит, что странная машина Верде открыта для них. Полковник бросает сумку в багажник, крышка которого опускается, чтобы поймать сумку, а затем снова закрывается. Лар садится в машину, и Колонелло ныряет в нее следом. Ещё до того, как дверь закрывается, Скалл вдавливает газ в пол, и машина срывается с места. Лар, вероятно, впервые в жизни пристегивает ремень безопасности, но все равно рычит: — Кто-то пытался продать Реборна?!