Sunny Skies Ahead

Даниэлла, восьмая донна Вонголы, входит в свой кабинет в сопровождении Хранителя Урагана и останавливается. Хранитель тут же преграждает ей путь, оттесняя Даниэллу назад. — Что тебе здесь нужно?! Реборн сидит на диване, скрестив ноги в коленях и низко надвинув шляпу на глаза. — Я слышал, ты можешь запечатывать пламя. Даниэлла кладёт руку на плечо своего Урагана, останавливая его. — Могу. — Способна ли ты запечатать один конкретный вид пламени внутри человека? — Я никогда раньше не пробовала. — Я найду тебе кого-нибудь для практики. Даниэлла делает паузу и тщательно обдумывает свои слова. — Ты хочешь запечатать своё пламя Неба? Реборн выпрямляет ноги и встаёт с дивана, поправляя пиджак. — Спасибо, что уделили мне время, донна Вонгола, — он кивает ей и Урагану, затем проходит мимо них и направляется в коридор. Даниэлла выходит из комнаты, пока её Хранитель Урагана обыскивает помещение в поисках записывающих или взрывных устройств. Тем временем она остаётся в кабинете своего Хранителя Молнии и ждёт подтверждения того, что киллер ушёл. Он вышел прямо через парадную дверь. Даниэлла подходит к телефону и набирает номер. Ей отвечают после первого гудка. — Это сделала ты? Это ты добилась его дисквалификации? — Нет, конечно, нет, — торопливо говорит Луче с печалью в голосе. — Я просто наблюдаю, чтобы убедиться, что прогнозы верны. — Ну, он только что ушел, — говорит Даниэлла, откидываясь на спинку стула. — Он хотел запечатать пламя, как ты и говорила. — Хорошо, — вздыхает Луче. — Прости. Спасибо, что делаешь это. Даниэлла фыркает от смеха. — О, я делаю это не ради тебя. Я тоже застряла во всем этом, помнишь? — она цокает языком. — Он просто хотел быть Небом, не так ли? — Какое-то время он будет расстроен, но в конце концов всё наладится, — признаёт Луче. — Или— не знаю. Так должно быть. Иногда трудно разглядеть все в полной мере. Даниэлла усмехается. — Я всегда ненавидела тебя, Джинглио Неро. Ты видишь так далеко, что даже не обращаешь внимания на то, что у тебя под носом. — Иногда приходится мириться с тем, что ты ненавидишь, — произносит Луче. В ее голосе сквозит усталостью. Даниэлла вертит на пальце кольцо Вонголы. — Не втягивай меня больше в свои разборки. Я выполняю обязанности перед Три-ни-сетте, с которыми мне пришлось иметь дело, и не собираюсь разбираться еще и с твоим дерьмом. — Ты расстроишься, если я скажу, что мы все вместе участвуем в этом? — спрашивает Луче. — Ты всегда расстраиваешься, когда слышишь правду. Самое приятное в этом разговоре — то, как Даниэлла бросает трубку, громко ударяя ей по телефону. — Сука.

***

Остальные не могут найти Реборна. Он ничего не говорит, когда они звонят и спрашивают, как у него дела, — просто отвечает, что ему нужно время, что он выполняет контракты и ему нужно сосредоточиться. Проходит месяц, а они почти не общаются, и это их беспокоит. Они слышали — или Вайпер рассказали им — о том, что произошло в рейтинге киллеров. К этому моменту об этом знают почти все. (Новый) комитет всё ещё проводит обсуждения. Некоторые влиятельные Семьи вмешиваются, потому что, конечно, не знают, когда нужно заткнуться. Половина из них против того, чтобы Реборн получил титул, потому что либо Реборн уже вредил им, либо у них есть свои планы на маленькое Небо. Другая половина считает, что титул должен достаться Реборну, чтобы либо расположить его к себе, либо просто позлить тех, кто с ними не согласен. Дело в том, что Реборн — киллер. Он победил прошлую «номер один» в бою. Он убил её, а Величайший в мире — титул лучшего убийцы, поэтому он должен достаться Реборну. Как жаль, что никому нет дела до фактов.

***

Скалл расхаживает по одной из гримёрок стадиона. Кожаная экипировка расстёгнута, верхняя часть свисает, рукава обмотаны вокруг талии. Он вытирает пот полотенцем, которое держит в руках, и бросает его на пол. Он останавливается у стола с огромным зеркалом и роется в разбросанных пакетах с косметикой и маленьких коробочках с пирсингом, которые принёс с собой. Он выходит из подсобки с телефоном в руке и набирает номер Реборна. Раздаётся звонок, включается голосовая почта. Впрочем, Скалл и не ожидал другого, учитывая поведение Реборна в последнее время. Скалл вешает трубку и пытается дозвониться еще раз. Снова голосовая почта. — Привет, — говорит Скалл после звукового сигнала. — Эм, чёрт, я ужасен в голосовых сообщениях. В общем, завтра шоу, и кое-что пошло не по плану. Скалл улыбается в зеркало широкой улыбкой, которая, как он надеется, отражается и в его голосе. — У них нет времени переставлять снаряжение так, как мне нравится, не мешая другим ребятам, поэтому у меня нет времени на тренировки. То есть я буду тренироваться, но этот распорядок дня для меня в новинку, а здесь целая банда мотоциклистов, так что времени не так много… БИИИП Он достигает лимита сообщения, поэтому Скалл звонит снова, и звонок снова перенаправляется на голосовую почту. Он отворачивается от зеркала, но продолжает улыбаться и говорить весёлым тоном. — В любом случае, я просто хотел сказать, что встречусь с тобой в четверг на ужине в честь дня рождения Лар, хорошо? Потому что я бы не стал этого говорить, если бы не был уверен на сто процентов. Ты ведь знаешь, да? Потому что я могу натворить много всякой ерунды, но я бы не поступил так с тобой, да? Да. Скалл вешает трубку, ругает себя за то, что он чёртов трус, и снова звонит. — Потому что я думал... — выдавливает из себя Скалл. Он кашляет. — О том, что ты сказал, ну, о том, что будет, если кто-то из нас… пострадает. Не то чтобы я собирался, но если я накосячу — по-крупному, накосячу — мне понадобится время, чтобы прийти в себя. Я буду в четверг. Я буду там. Тебе просто нужно подождать.