Из грязи в князи

Макс, лёжа в своей огромной постели (он называл её «траходром»), раскинув руки и ноги, смотрит в потолок. За окном уже светало. Впрочем, в Москве летом рассвет наступал рано, в начале пятого. Молодому мужчине не спалось. Он думал о всякой ерунде, прокручивал события прошедших дней, и все эти мысли так или иначе были связаны с Мишкой. Одновременно с этим он пытался разобраться, что происходит с Лизой. В его голове не укладывались её беспричинная пьянка в клубе, бегство от Миши в парке, её глаза, в которых в последнее время всё отчётливее виднелась грусть. Со дня знакомства с Мишей прошло чуть меньше двух месяцев. Для Лизиных «игрищ» полтора месяца — не срок. По предположениям Макса, Лизка будет томить их обоих — Мишу и Макса — еще как минимум месяца два. И теперь даже сам Макс наслаждался этим ожиданием. Ведь он знал, что будет в конце, после всего этого, а потому к завершению и не стремился. Как и Лиза. В этот раз она избрала другую тактику. Макс вспомнил их с Мишей утреннюю пробежку. Бегать в шесть утра по пустой и свежей Фрунзенской набережной было хорошей идеей, учитывая, что Макс шел прогулочным шагом, а Мишка отбегал на пару сотен метров и возвращался обратно к Максу. Несмотря на субтильное телосложение, Мишка был прекрасен в лучах утреннего солнца. Улыбка его, лучезарная, полная счастья, затрагивала такие глубины души Макса, что, наблюдая за Мишей, мужчина и сам становился чуточку счастливее. Легкость и спокойствие завладели его сердцем. Не хотелось ничего, кроме, пожалуй, объятия, вместо хлопка по плечу после очередного Мишкиного «круга». А потом бесстыдные мысли унесли Макса в далёкие дали, и вот уже Мишка стоит со спущенными штанами и облокачивается о парапет набережной. Он, оборачиваясь через плечо и потупив взгляд, просит одними глазами, молит, чуть не плача, чтобы его выебали. И Макс не тратит времени зря, подходит и вгоняет член в горячее подготовленное тело по самые яйца. Макс разочарованно стонет, перемещая ладонь к паху. Спустя десяток напряженных минут он кончает себе в руку, несдержанно рыча сквозь плотно сжатые зубы самые, что ни на есть отборные, ругательства. Каблуки бодро отстукивают каждый шаг по дорожке вдоль бесконечных ресторанов и кафе. Новый Арбат неровно заливает теплыми солнечными лучами, что рвутся через густые облака. Душно, дышать нечем. Лиза собирает волосы, скручивает в жгут, перекидывает их через плечо. Достаёт на ходу бутылку воды, быстро откручивает крышку, на секунду останавливается, дабы сделать глоток. Тело будто засунули в парилку. Девушка бросает мимолётный взгляд на компанию молодых людей впереди, успевая изучить каждого; невольная улыбка остаётся на ее губах: как же она не узнает Александра, бывшего клиента, который теперь нянчит сопливого уродливого младенца своей не менее уродливой подружки? Ах, да, у них любовь, как Александр сам однажды заявил. Правда, через двадцать секунд он держал Лизу за волосы, а та доказывала ему губами, языком и ртом, что любовь может подождать. Кажется, тот узнаёт Лизу, даже делает ей знак рукой, но шатенка уже впереди и никого не замечает. От мыслей о том, что скоро и ей надо будет обзаводиться потомством, девушку начинает тошнить. Нет, на такой подвиг она еще явно не готова. Лиза на работу приходит с полуторачасовым опозданием, но это её нисколько не волнует. Виктор Юрьевич запуган, действительно запуган, а потому даже подходить к Лизке не будет. Достать откровенные снимки шефа ей помогли её подруги, любительницы BDSM-игрищ. Конечно, девушке пришлось поднять много старых связей, но результат оправдал Лизины ожидания сполна. Вчера они с Мишей ходили на какой-то арт-хаусный фильм в «Пионер». Лиза половину фильма провела, положив голову нерду на плечо и вдыхая приятный древесный аромат его одеколона: Мише он шёл невероятно. Мишка не был омерзителен Лизе, напротив, с каждым разом она находила его, не сколько привлекательным, но… не таким отталкивающим. Шатенка не стеснялась его, — может, то сказывалась привычка не обращать внимания на окружающих, а может нерд и действительно не был таким ужасным внешне… По крайней мере, Лиз решила сделать всё, чтобы влюбить в себя юношу. И у неё это как никогда получалось. В этот раз она даже позволила ему проводить себя до дома. Миша вызвал такси, что Лизу приятно удивило: метро она ненавидела, и предпочитала передвигаться только на машине, тогда как у Мишки её не было. Все предыдущие «ухажеры» Лиз даже и не догадывались, какие чувства она испытывала, когда её насильно затаскивали в метро чтобы «проводить». Лиза, тихо мурлыкнув, юркнула на заднее сидение. Мишка, галантно открывший дверцу, замешкался, не зная, куда ему сесть — рядом или с водителем? — Забирайся, горе луковое, — хохотнула шатенка, хлопнув ладонью по сиденью рядом с собой. Миша кивнул, закрыл дверцу, обошёл машину и сел рядом с Лизой. Та, посетовав на неудобные лодочки, скинула их, демонстрируя Мише аккуратные ступни. — Разомни их, пожалуйста… — приправив свою просьбу очаровательной улыбкой, Лиз уселась поудобнее, закинув ноги на коленки парня. Он, широко распахнув глаза, уставился на девушку, не понимая, шутит ли та или просит всерьез. Но она лишь утвердительно кивнула, призывая Мишку к действию. Он разминает осторожно, но видно, что вкладывает в это силу: давит на припухшие основания пальчиков, совершая вращательные движения подушечками пальцев, разминает, вновь давит, гладит, затем разминает весь свод стопы, с чувством, сильно, но приятно. Лиз чуть ли не растекается лужицей к моменту, когда Миша переходит ко второй стопе. Тот, впрочем, её ожиданий сразу не оправдывает, а щекочет пятку. — Не засыпай, — буркнул Миша, сосредоточенно разминая Лизе вторую стопу. Лиза, отхохотавшись, лягает Мишу в бок — не больно, но ощутимо. — Не усну! Когда Лиза предлагает Мише зайти на чай, тот с радостью принимает предложение. Но уже в лифте он вспоминает, что такое предложение в фильмах (или глупых подростковых передачах, которые Миша нет-нет, но изредка смотрит) имеют совершенно другой посыл. Его в миг бросает в жар, но, к счастью, Лиза этого не успевает заметить. «Нет, нет, я не готов, я… Так, посмотрим по ситуации. Я могу в любой момент сослаться на дела, на родителей, в конце концов… не будет же она меня удерживать!». Лиза выходит на лестничную площадку и сталкивается лоб в лоб с Максом. — Слушай, надо поговорить… — нервно произносит он, но, завидев семенящего за Лизой нерда, застывает, — Миша…? Что он тут делает?