Из грязи в князи

Hercules And Love Affair — Raise Me Up Lady Gaga — ARTPOP (Album) iamamiwhoami — kill Молчание, ступор, сердце, пропустившее удар, удивление, легкий шок, жар, хлынувший в щеки… «Она привела Мишу к себе домой! Это не входило в наши планы! Она хотела затащить его в постель? Так вот… вот почему в последнее время у нее что-то с настроением, вот почему она убегала от Миши… да она втюрилась в него, втрескалась в нерда! Но это же невозможно, отказываюсь в это верить… Это же Лиза, стерва, последняя сука, змея в человеческом обличье, леди Элизабет, элитная проститутка! Нет же…». «Что он тут делает?! Стоит под дверью, меня ждет? Как его пропустил консьерж? Теперь он наверняка заподозрит, что что-то не так… Не надо было напиваться в клубе, на меня это совсем не похоже». — Макс? — Лиза в удивлении приподняла бровь, делая шаг вперед, — какими судьбами? — Нам… нужно поговорить, — мужчина перевел взгляд на Мишу, давая понять девушке, что нерд тут лишний. Миша переступил с ноги на ногу, уставившись взглядом в до блеска вымытый пол. В его подъезде зимой ночевали бомжи, странные компании частенько пили и курили сидя на ступеньках, консьержа, разумеется, не было, да и цветы в горшках по углам не стояли, несмотря на то, что Миша жил в пределах Садового. Лиза жила в доме с частной охраной, подземной парковкой, картинами в холле и всеми прочими цивильными прелестями. Юноша невольно задался вопросом, откуда у Лизы водятся такие деньги, которые позволяют ей покупать очень дорогие вещи, тем более малознакомым людям. Он никогда не спрашивал у неё, кем она работает. Нет, разумеется, Мишка спрашивал, чем она занимается, но Лиза сказала, что работает секретарем, (на ту встречу в «Большом» просто некого было послать — визит представителей ХХY не был запланирован) и подробности не уточняла. «Что ж это за секретари такие пошли, для которых не проблема купить костюм в ЦУМЕ за три…четыре тысячи долларов? Хотя кто знает, может ей для переговоров дали такую сумму… а, черт, да какое моё дело — считать чужие деньги!». — Может, мы выпьем кофе для начала? — Лиз хмыкнула, решительно пройдя к двери. Миша встрепенулся, поднимая глаза. Сердце замерло, а после забилось чаще. Он был взволнован — все же не каждый день его приглашает девушка к себе в гости. Ему было любопытно и одновременно боязно увидеть, ощутить, почувствовать то, что его ждало. Ведь Лиза живет здесь… Возможно, именно увидев жилище, он сможет чуть больше понять, что из себя представляет его хозяйка. Квадратный холл, достаточно просторный, впереди две закрытые двери, одна — распахнутая настежь. Лиза, быстро скинув туфельки, подала гостям тапочки и ушла на кухню. — Проходите в гостиную! Макс, Миш! Чай, кофе, чего покрепче? — Самое время для напитков покрепче… давай пока кофе, — Макс разулся и ушел в ту самую комнату, дверь в которую была открытой. — Миш? — Чай, пожалуйста. Если есть, то зелёный. Гостиная была большой, светлой, несмотря на то, что за окном уже было темно. Большой уютный диван, пару пуфов, низкий столик, огромный экран, пара картин, стеллаж темного дерева, в котором томики Камю соседствовали с Ницше и женскими романами. Миша сел в пуф-грушу, мельком взглянув на Макса. Тот сидел правее, вольготно раскинувшись, и смотрел в потолок. Да, такие люди как Макс явно не испытывают волнения, кое сейчас обуревало Мишу. Впрочем, Макс знал шатенку намного дольше, а потому им общаться было легче. «Что же их все-таки связывает?». — Макс… знаешь, я только сейчас понял, что не знаю, какие отношения связывают тебя и Лизу, — Мишка говорит тихо, так, чтобы Лиза, копошащаяся на кухне, не услышала, — вы близки, но вы ведь не… пара? — в голосе нерда слышалась какая-то надежда. Макс перевел долгий тяжелый взгляд на Мишу. Тот вспыхнул. Ему стоило огромных усилий выдержать этот взгляд и не отвести глаза. — Мы друзья. Не пара. Не любовники. Друзья. Разве тебе Лиза не говорила? — проговорил он сухо, не сводя глаз. Мишка облизнул губы, ладони были влажными от волнения, на лбу проступила испарина. Макс, отметив что-то про себя, хмыкнул, и уставился в пейзаж за окном. Только после этого Миша смог выдохнуть полной грудью. Конечно, он был рад заявлению Макса, и надежда, что питала его душу и сердце последние месяцы, вспыхнула, стала еще ярче. — Но это не отменяет того, что в Доминикану мы едем вдвоём. Я и Лиза, — продолжил мужчина тихо. Мишка непроизвольно стиснул пальцы в кулаки, сминая ткань дорогих брюк. Что-то странное всё же клокотало в нём, что-то едкое, скользкое, противное на вкус. «Неужели это… ревность? Но ведь Макс сам сейчас сказал, что они лишь друзья!». Однако здравый смысл проедал в его душе червоточину, принося сомнения, страхи, обнажая обиду и добавляя злость. Эти столь яркие эмоции разрывали его изнутри, но, к счастью, они мигом отступили, когда в гостиную вошла Лиза с подносом в руках. Юноша мигом подскочил, помогая девушке расставить на столике чашки, маленький чайник и кофейник. Лиза кивнула, присаживаясь на диван. В гостиной повисла тишина. Тишина, от которой Лиз всегда, всю свою жизнь, стремилась убежать. И она же первая её нарушила. — Итак, Макс. Что произошло? Миша, сев обратно, мигом замер. Он сидел в неудобной позе, но, дабы не издавать лишнего шума, решил немного потерпеть. Волнение вновь сказалось на ладонях, — те вновь вспотели; он даже чуть не выронил из рук чашку. — Не при Мише, — Макс хмыкнул, даже не повернувшись к Лизе, сидя также, боком. — Нет, при Мише, — с нажимом произнесла девушка, нахмурившись. Удивительно, но сейчас оставаться наедине с Максом она боялась. Макс поднялся, и, принявшись медленно расхаживать по гостиной, начал свой рассказ. — Мои родители фактически банкроты. Моего отца подставили, он сейчас под следствием. Мать дает показания. Адвоката наняли, он сейчас работает над нашим делом. Мы все уверены, что дело решится в нашу пользу, все документы и факты указывают на это. Но… бизнес уже вряд ли можно вернуть, если мы не найдем Игоря в ближайшее время. Он забрал все деньги и свалил заграницу, а у нас неоплаченного товара на складе на три ляма зеленых… Откуда взять такие деньги? Мишка вскинул голову, натыкаясь взглядом на фигуру Макса. Тот выглядел совсем не так, как при их первой встрече. Юноша отметил осунувшееся лицо Макса, круги под глазами. За те пару недель, что Миша не видел знакомого, тот будто… стал старше. — И какой план? — сухо поинтересовалась Лиза. — План? — Макс нервно хохотнул, — либо я нахожу, наконец, работу, и помогаю родителям с деньгами, либо я выхожу за какую-то богатенькую куклу, которую они мне приведут… Но ты сама знаешь, что этого не будет никогда. — Правильно, нельзя изменять своей природе, Максим. А насчет работы… я тебе помогу. Тогда Мишка еще не понимал, что значат эти слова… Больше этой темы они не касались. Конечно, Мишке тоже хотелось помочь, но он понимал, что деньгами Максу он явно не поможет, а слова сочувствия… нужны ли они ему? Выпив чай, парни сели за приставку, а Лизка принялась красить ногти. Они смеялись и шутили, и это могло продолжаться вечно… до тех пор, пока у Мишки не зазвонил мобильник. — Мама…? Время давно перевалило за два часа ночи. Отец на том конце провода рвал и метал, грозя «выпороть загулявшегося сынка». — Метро уже не работает, так что я отвезу его, — сказал Макс, оценив обстановку. — Будьте осторожнее, мальчики, — Лиз, осторожно, стараясь не смазать ногти, поцеловала парней в щеки, — Макс, еще свяжемся. Миш, увидимся на следующей неделе, хорошо? Макс ехал не спеша, несмотря на то, что дороги были пусты. Мишке казалось, что тот делает это назло, ведь он знал, что Мише нужно быть дома как можно скорее. Только сейчас Миша понял, как же он устал за весь день. Спать хотелось немилосердно… а еще и этот молчаливый Макс! — Всё… все образуется, — тихо произнес Миша. Ему очень хотелось подбодрить знакомого, и он, наконец, решился на это, — если надо… могу посоветовать хорошего адвоката, у отца в фирме работает уже много лет, все иски выигрывал. Макс повернул голову, встречаясь взглядом с нердом. — Это ты меня сейчас приободрить пытаешься? — Я… — Мишка замялся, смущённо отворачиваясь к окну, — Почему ты не можешь жениться? Я не одобряю брак по расчету, но… раз такое дело… — Не могу. Я уже влюблён. Миша сглотнул. Он понимал, что Макс не любит Лизу, по крайней мере ему очень, очень хотелось верить в это. — Лиза её знает? Она… хорошенькая? Макс, улыбнувшись не Мише, а, скорее, дороге, кивнул. — Очень…