Remember me

— Сара, просто назови имя того, кто это сделал. — Но я правда не рассмотрела его. — Мы договаривались говорить правду в прошлый раз, помнишь? Это Драконы напали на миссис Коулман прошлым вечером? — Я уже говорила, шериф. Я не видела, кто напал на неё. Оточенный карандаш отправляется в стакан, а уставшие глаза с сеткой потрёпанных капилляров пригвождают зажавшую ладони в коленях школьницу к месту. — Почему ты покрываешь их? Если ты не будешь сотрудничать добровольно, я буду вынужден всё рассказать твоей матери. — Рассказать что, мистер Никсон? — Не прикидывайся глупой девочкой, Сара. Я проинформирован о том, что ты связалась с кучкой преступников. Твоя мать будет очень разочарована. «У моей матери есть занятия поважнее». — У полиции нет доказательств. — Я бы на твоём месте не был в этом так уверен. Хочешь отправиться вместе с ними за решётку? Могу для начала провести экскурсию в колонию для несовершеннолетних, чтобы ты наглядно оценила перспективы общения с этими отбросами. — У вас нет доказательств, — безэмоционально повторила Сара, откинувшись на неудобную спинку стула, — иначе почему мы говорим в Вашем кабинете, а не в допросной, без педагогического работника и часов на стене? — Хочешь стать участницей официального допроса? — густые брови скептично взлетели вверх. — Хотите найти мне адвоката? — повторила его жест Сара. Шериф Никсон с противным скрежетом отодвинул стул и, бросив шляпу на стол, отвернулся к окну, всматриваясь в темноту промозглого осеннего вечера. Из коридора доносились отголоски трели дежурного телефона, а помещение буквально пропиталось напряжением от вздохов с нотками раздражения. Сара сидела на деревянном стуле, рассматривая неровно лежащий слой краски и хаотично покачивая ногами, точно находилась в школьном классе на скучном уроке, а не в кабинете шерифа. Очередная проверка содержимого её рюкзачка не принесла даже малейшей зацепки, а разложенный на столе девчачий хлам больно бил по измотанным бессонницей глазам блюстителя закона. Пока будущий отчим в очередной раз прощупывал её психологическую устойчивость, Сара пыталась овладеть экспресс версией навыка телекинеза, чтобы заставить кончик зажатой створками зеркальца записки спрятаться поглубже и не выдать свою горе-хозяйку. При самом худшем раскладе, будет врать, что «Сегодня в 20:00. Аарон» — приглашение на долгожданное свидание, ведь девушка каждую ночь обливается горючими слезами от неразделённой любви, сжимая зубы и пряча опухшее лицо в подушке. Бред, но должно сработать. — Последнее предупреждение, Сара. Дальше я не стану тебя покрывать. — Я могу идти? — Иди. Тихо поднявшись, первым делом упрятав жгущее ладонь зеркало в рюкзак, шестнадцатилетняя Сара О’Нил поспешила уйти и закрыла за собой дверь. Привалившись к холодной стене, она облегчённо выдохнула. Это был третий вызов за последний месяц и третья безрезультатная попытка ответственного за порядок в этом городишко добраться до Чёрных Драконов через будущую падчерицу. Мистер Никсон грезил о том, как отправит кого-нибудь из банды в камеру на время следствия, наградив себя новым значком на форме и возможностью с презрительной ухмылкой «случайно» бродить мимо причины его натянутых отношений со сном. Значит, ей нужно быть ещё более осторожной, тщательнее выбирать время для визитов в казино и не мозолить глаза маме, когда та собирается с подругой (с Джонатаном) в кино. Отправив посапывающему дежурному самодовольную ухмылку, намотав связанный миссис Хилл шарф покрепче, девушка вынырнула из кишащего нежелающими работать полицейскими участка и поморщилась от потока сырого тяжёлого воздуха. Не успев сделать и шага, она издала тихий писк. Крепкая ладонь накрыла рот, и её по воздуху потащили за угол, поучительно прицокивая языком. Сара обмякла, позволяя самоуверенному лидеру пользоваться её низким и своим высоким ростом, и глупо улыбнулась в надежде, что скоро ему надоест нести её тельце. Она быстро поняла, кто так бесстыдно решил напасть на неё, ведь остальные были недвусмысленно предупреждены о последствиях негативного воздействия на новенькую. — Тебе нужно научиться самообороне, Сара, — Аарон поставил её на ноги и осмотрел с ног до головы, задержавшись на работе своей бабушки и хитрых глазах самой юной участницы группировки. — Что на этот раз от тебя хотел Никсон? — То же, что и всегда, — фыркнула девушка, поворачиваясь к еле заметному в тени здания мотоциклу. — Ты сильно рискуешь, находясь здесь. — У них на меня ничего нет. — Но есть на кого-то другого. Он очень тонко намекнул мне об этом. — Проклятье, — Аарон запустил пальцы в волосы и потянулся во внутренний карман за сигаретой. — Ты же хотел бросить, разве нет? — под твёрдым взглядом Сара сжалась и тихо кашлянула. — Значит, я путаю. Кто она такая, чтобы давать рекомендации по ведению здорового образа жизни взрослому мужчине, по совместительству самому опасному человеку округа? Даже его опека над ней, вызывавшая множество вопросов у остальных, не делала её особенной и не наделяла мнимыми привилегиями. При этом, Сара не могла не радоваться их неформальному общению, коего некоторые драконы были и вовсе лишены. — Садись, я отвезу тебя домой. И по поводу… — Я ничего ему не сказала, — поражённая его недоверием девушка подняла глаза. — Я никогда не сделаю ничего, что сможет навредить Драконам. Вы — моя семья. — Я не об этом, — усмехнулся Аарон, заправив прядь волос за ухо, а после отдёрнул задержавшуюся руку, заговорив своим будничным тоном. — Я о самообороне. — Попрошу Вишню, он не откажет, и начнём на выходных. Можем позже, когда зал будет свободен и… — Я сам буду учить тебя. Хочу быть уверенным в уровне твоей подготовки. — Но ты ни с кем не занимаешься. Парни говорили так, — тихо закончила она, мысленно давая себе оплеуху за излишнюю болтливость. — У каждого правила есть исключения, Сара. Ты помогаешь мне, я тебе. Назовём это взаимовыгодным партнёрством. — И что я буду должна взамен? — Всегда слушать, что я говорю, и не перечить. Не так уж сложно. Правда? — Приём, Принцесса, вернись на Землю. Шумно выдохнув, Сара отошла от груши, стягивая перчатки, пока Вишня останавливал ход потрёпанного противника. Их занятие длилось уже больше часа, а Аарон так и не пришёл. — Я задумалась. — Вовремя, — язвительно заключил лучший друг и, встав напротив, сделал резкий выпад. — И ты туда же? — удары в бок, об отражении которых так пёкся бессовестно опаздывающий лидер, чудом прошли мимо. Не выходя из стойки, Вишня продолжал осыпать её меткими выбросами, стремительно меняя тактику ведения боя, не давая подруге заскучать и вновь потонуть в омуте тревожных мыслей. Её подавленный вид хуже ржавого лезвия пытался порвать кожу, а исчерпывающий список непринуждённых тем для беседы близился к завершению. Защищающаяся с разной степенью успешности отбивала и блокировала ловкие ходы, но не переходила в наступление. Была не в состоянии. — Следи за глазами. Непрофессионал бьёт ровно туда, куда направлен его взгляд. — Это только теория. — Проверенная на практике. Давай на пол и три подхода на пресс, — Вишня выпустил подругу из захвата и мягко подтолкнул к коврику, стягивая пропитавшуюся потом футболку. — Он не придёт, — Сара обернулась на него, на секунду задержавшись на выразительном рельефе, но быстро взяла себя в руки и схватила полотенце с ограждения, отправив прямиком в отвлекающую грудь. Вчерашний случай знатно выбил их из колеи дружеских отношений. Они ведь оба этого хотели. Глупо отрицать. Только вот ему, в отличие от слабой Сары, хватило твёрдости разума остановиться и спасти их от ошибки. Она рада. Действительно рада, что они смогли извернуться и скинуть ответственность за произошедшее на эмоциональную перегрузку и адреналин в крови. Сара довольна их лаконичной теорией и совсем не желает всматриваться в проглядывающее дно, даже если догадывается, что увидит под толщей чистой холодной воды. Такой же холодной как корочка пористого льда на радужке его голубых глаз. — Четыре подхода. — Но… — Пять. Массируя виски, она окинула небольшой зал, отпустив попытки призвать их лидера силой мысли, и перевела взгляд от приоткрытой двери к приближающемуся с полотенцем на плече мужчине, попутно опускаясь на пол. — Он всё ещё злится? — Позволил бы наш босс хоть кому-нибудь гонять тебя вместо себя, если бы не злился? — задал риторический вопрос заместитель её персонального тренера и прижал носки кроссовок коленями. — Шесть из десяти? — Бери выше, — безрадостно протянул лучший друг и толкнул поднявшиеся плечи обратно на пол. — Резче. — Семь? Вишня только скривился, не желая произносить вслух, что их лидер не просто недоволен, а что он достиг апогея своей ярости, когда полуживая Сара в лицо заявила ему, что отправляется в Ванкувер подписывать какие-то бумаги. Без него. Одна. Под ручку со своими амбициями и желанием прикрыть всех своей спинкой. И это после того, как их троих едва не пробило от пули, заказчика которой им так и не удалось установить. Кто был на мушке также решительно неясно. Они стояли все вместе, закрывая друг друга. — Он просто боится за тебя, глупая. Как и я. — Только ты отчего-то не пышешь огнём и не включаешь папочку. — Ещё как включаю, Принцесса, просто делаю это, когда ты не видишь. Сара поднялась из лежачего положения и непонимающе уставилась на него. На этот детский жест Вишня только потрепал её по голове, взъерошив зализанный хвост и получив за это укоризненный хлопок по плечу вкупе с искренней улыбкой. Осязаемое тепло прошло насквозь, когда, запустив пальцы в послушные кудри, она навела ответный порядок. — Можешь пообещать мне никогда не отстригать их? — Я пообещаю тебе всё, что захочешь, Принцесса, — наконец свободно выдохнул Вишня. Ему удалось отвлечь её. Впервые за невозможно долгий час. Приятная лёгкость растеклась по его напряжённому телу, выравнивая дыхание. Роковая оплошность не пошатнула их дружбу, они сохранили то, что так трепетно оберегали. — Я рад, что между нами всё как прежде, — тихо проговорил он, опустив глаза. — Не хочу терять тебя. — Эй, — Сара выдернула носки кроссовок из-под его коленей, и порывисто обвила влажную шею, чувствуя испарение от тающей ледяной корочки. — Конечно, всё как прежде. Ты вовек от меня не отделаешься. Помнишь? Он уткнулся в её плечо, крепче обвивая руками талию и под звонкий смех усаживая на колени, едва не растекаясь от облегчения. Помнит. Всё помнит. — Я так скучаю, — едва уловимый, предназначенный только для неё шёпот коснулся уха. — И я. Не представляешь, как сильно, — она немного отстранилась, но только для того, чтобы восстановить зрительный контакт. — Хочешь рванём куда-нибудь? Возьмём импалу, включим кассету, которую ты мне подарил. Только представь: бесконечная полоса, тёплый ветер раздувает твои кудри как в лучших дорожных фильмах, пусть будет «Достучаться до небес», а на фоне играют платиновые альбомы Мадонны. — Хочу. Назови любое место. Можем поехать смотреть на море как Руди и Мартин, хотя я не люблю этот фильм, — стыдливо признался Вишня, не желая показаться мягкотелым юнцом. — Гнаться за временем с насущной мыслью, что вы можете не успеть, ловить призрачную надежду опередить наступающую на пятки смерть, а прикоснувшись к цели, видеть, как жизнь покидает тело друга. Ужасно. — Печальный конец больше всего приближен к реальности. Есть в этом нечто судьбоносное. Словно напоминание, что мы не властны над миром, даже над самими собой. Зато как красиво получилось, — Сара поддела его нос своим и улыбнулась. — Ты хотел ещё раз в горы. Только в этот раз попробуем лыжи, — палец укоризненно ткнулся в сильную грудь, пока его владелица подводила итоги общения с вершинами в Колорадо. Наклонив голову набок, Вишня ловко уложил её на лопатки, вставая в планку и нависая над ней, отгоняя послевкусие тяжёлого сюжета: — Принцесса не оценила всех прелестей доски? — То, что у тебя было на несколько синяков меньше, ничего не значит, — обвив его талию ногами, она точно коала повисла на нем, — отжимайся, спортсмен. А я буду считать. — А ты умеешь? — с игривой ухмылкой мужчина принялся за упражнение. — Цифры от одного до пяти я помню. Этого будет достаточно, — отправляя смешки, девушка удерживалась на нём, сцепив руки в замок. — А вот сейчас было обидно. Я, вообще-то, в отличной форме, — он попытался укусить её за нос, но Сара ловко увернулась. — С этим трудно спорить, — пролепетала она, обдувая его покрасневшее от положения лицо. — Что там после пяти? — Шесть. И тебе не кажется, что это ты должна быть сверху? Резко повернув голову и не успев перехватить медленно сползавшие с голой кожи ладони, Сара рухнула спиной на пол, не отрывая взгляда от стоящего на пороге Аарона. Вид у него был грозный, но по сравнению с тем, что происходило за разговором в кабинете несколько часов назад, он просто светился добротой и заботой. Чего не скажешь о его руках. Заметив объект её внимания, мужчина сложил их на груди, пряча напрочь сбитые костяшки. — Так мы ещё и не закончили, — ухмыльнулся Вишня. — Ты как раз вовремя. Присоединяйся, босс. Повалившись на бок, брюнет наблюдал, как лидер следует к рингу, пролезая сквозь ограждения, а Сара перекатом выпрямляется. — Сердишься? — осторожно спросила девушка, замерев на месте и не понимая его настроя, разрываясь от желания рассмотреть следы его разговора по душам с анонимом. — Ты же знаешь, что я не могу долго обижаться на тебя, — Аарон притянул её к себе, почувствовав, как она потёрлась щекой о его плечо. — Я выяснял, кто заказал нас. Поэтому и опоздал. — Келли? — спрашивает Сара под кашель подавившегося водой друга. — Мельче. Наместник Паркера. Он решил, что Майкл и Дени пришли в клуб по вашей воле, но не стал тратиться на исполнителя, посчитав, что очистил совесть и выполнил долг перед покойным боссом. — Значит малыш Майки всё же приделал этого жука. С кем беседовал? — Вишня кивнул на раны. — С запаской. Пока мы заметали следы, приехал второй проверить работу коллеги, засветив номера. Пришлось заглянуть на чай. Деньги удивительно хорошо развязывают язык. — Как и пара сломанных рёбер. Решил вспомнить прошлое? — Выпускал пар, — нехотя признался Хилл и заправил выбившуюся прядь Сары за ухо. — Я погорячился утром. Извини. — И ты меня, — она спрятала лицо в своей-его коже и не заметила, как Аарон коротким жестом велел Вишне подняться. — Раз уж ты вознамерилась единолично отправиться к Вествуду, я должен быть уверен в твоей безопасности. Пытаясь уловить подтекст сказанных слов, Сара чувствует, как он решительно толкает её от себя, а Вишня обхватывает плечи, фиксируя. Сбросив куртку Аарон заносит руку, пока сердце пропускает несколько хлёстких ударов, пока она наблюдает за тем, как его кулак стремительно движется в область солнечного сплетения. Он не ударит, остановится у самой цели, не дотронется до неё, но она больше всего не желает выдавать возникшую растерянность и в очередной раз проигрывать. К большой удаче кожа под влажными пальцами покрывается испариной, и это позволяет ей ловко проскользнуть вниз, мгновенно хватая лучшего друга за лодыжку. Пока он обнимается с полом, Сара собирает оставшуюся отвагу и вскакивает обратно, совершая обманный манёвр, перемещаясь за спину Аарона. Толчок ногой, и он немного подаётся вперёд, но тут же разворачивается, блокируя все последующие выпады по рёбрам. Их открытый бой длится недолго, потому что благодаря своему небольшому расследованию, он вспоминает, каким разрушительным может быть в момент физического противостояния, потому что его ученица теряет драгоценные секунды, которые он не сможет компенсировать на расстоянии тысячи миль, потому что тихо поднявшийся Вишня уже выполняет свою ограничивающую функцию и стягивает её руки в кольцо, пристроившись сзади, создавая новое препятствие. Повиснув на нём, Сара перебирает арсенал возможных приёмов и вскидывает ноги вперёд, желая оттолкнуть соперника и разбираться с ними по-одному. Но Аарон умело перехватывает их, с силой толкая вниз, и своей грудью крепче прежнего припечатывает спиной к другу. Оказавшись зажатой между ними, чувствуя тяжёлое дыхание обоих и ненормальный гул собственного сердца, она едва ли может адекватно соображать. Помимо колючего чувства, сдавливающего внутренности от демонстрации правоты упрёка Аарона, осознания того, что сейчас она не обладает необходимой степенью душевного равновесия для профессионального отпора, ей просто жарко. Невыносимо жарко. И дело вовсе не в повысившейся температуре воздуха. Тяжело сглатывая, она ловит хищный самодовольный взгляд Аарона и прогибается под частыми поистине жгучими движениями грудной клетки Вишни. Чувствует прокатывающуюся от самой макушки до кончиков пальцев волну, опускающееся ощущение в животе, страх за природу этого ощущения. И пока она окончательно не спятила, пока эти галлюцинации не пробрались в подкорку головного мозга, ей нужно бежать как можно дальше отсюда. Вот только бежать бесполезно, ведь это он учил её всему, что она сейчас умеет. Почти всему. Вовремя всплывшие в памяти советы от приглашённого мистером Вествудом тренера из Европы приобретают физические очертания, посылая такую необходимую сейчас инструкцию. Обвив ногой внутреннюю сторону голени друга, чудом протиснув плечо между ними, выиграв небольшое расстояние, Сара юрко меняется местами с Вишней, ставит подножку для Аарона, и после ощутимого импульса они оба летят на пол. Порыв подпрыгнуть и издать визг победителя прерывается на корню, когда брюнет хватает её за руку и тянет за собой. И вот они, распластавшись друг на друге в три слоя, образуют пирог с вишнёвой начинкой посередине и еле сдерживаются от смеха, спровоцированного результатом «показательного» поединка не слишком внимательных соперников. — Вот теперь она сверху. Всё как ты и хотел, — потрясывается Вишня, запрокидывая голову. — Жду свою сотню до конца недели. Посторонний голос заставляет их синхронно повернуть головы на стоящих в проходе Френсиса и Зака. Даже под строгим взглядом лидера довольные улыбки не сползают с их лиц. Они слишком долго ждали разрешения застоявшегося спора, и лежащий на лидере полуголый кудрявый заводила, удерживающий их девушку за бёдра — самый красноречивый ответ на него. — Дам две, когда научишься вовремя затыкаться. — Давно тут стоите, девочки? — мурлыкает Вишня. — Не так, как хотелось бы, — разочарованно произносит Зак и с парадоксальным удовольствием тянется в задний карман за сложенной купюрой. Кажется, он впервые так сильно рад встрече с изящной спиной богини Фортуны. — У нас тут рекламная пауза, — брюнет скользит ладонью по изгибам чуть выше и получает звонкий хлопок по бедру от Аарона. Его компания даже не торопится выкручиваться, а инициатива, как известно, наказуема. — Сара, будь другом, позови, как она закончится, — добродушно просит Френсис, убирая купюру себе. — Обязательно. — Насмотрелись? А теперь на выход и дверь за собой закройте. С обратной стороны, — строгим тоном произносит очнувшийся лидер и стряхивает с себя тело друга, осторожно роняя Сару на пол. — Не смеем больше мешать, — мирно поднимает руки Зак и подталкивает обогатившегося блондина к выходу. — Вот почему так всегда? — смеётся Сара, приняв сидячее положение сразу после того, как парни скрылись в коридоре. — О нас и так думают бог весть что. — Тебя это смущает? — Вишня устраивает голову на локте и приподнимает бровь. — А тебя нет? — Они в любом случае не перестанут болтать, так какая уже разница? — заключает Аарон и подаёт ей руку. Мысленно присвистнув, друзья анализируют последние события, выясняя, в какой же всё-таки момент их беззаботность передалась вечно озадаченному лидеру. Поразительные метаморфозы. — Что? — под изучающими лукавыми взглядами Аарон изгибает бровь. Не успевают они похвалить коллективный приступ бесстыдного равнодушия, как от занятных дум их отвлекает трель входящего звонка из кармана покрывающей мат куртки. Дойдя до устройства, Аарон принимает вызов и спустя несколько секунд, прикрывая динамик, покидает зал. — Это отличный момент для… закрепления примирения, — локоть Вишни прилетает ей в бок. — Только подберу вам бутылочку чего-нибудь подходящего. А потом переоденешься. Пока перенявший замашки брата-экскурсовода Вишня тащит своего безынициативного туриста по петляющим коридорам в дальнюю подсобку, вслух перебирая варианты лучших вин, все мысли Сары далеки от категорий, выдержки, сорта винограда и особенностей провинции, в которой был собран урожай. Проглатывая вновь возникший обросший слизким страхом ком, она просто поддаётся крепкой хватке и семенит ногами, не поспевая за благородством лучшего друга. Действие примочек для выведения её из состояния анабиоза заканчивается, и всё свободное пространство в голове вновь занимают свеженапечатанные хрустящие страницы умопомрачительного преступного сценария ближайших двух дней. Сценария с крупными логическими пробелами, потому что гвоздь программы — ненавистное послушание и демонстрация её актёрского мастерства. Мистер Вествуд вчера внятно объяснил, что если она будет умницей, подпишет отступные от доли его нового драгоценного бизнеса, совладелицей которого мисс О’Нил неожиданно оказалась, и будет следовать сопутствующим указаниям, никто не пострадает. Главное, суметь запереть Чипа и Дейла в глухом подвале, пока Сара не убедится, что всё прошло так, как того требует ситуация. И ждать. Покорно ждать следующего приказа. — … что думаешь? — Думаю, прекрасно подойдёт, — тянет улыбку Сара, не имея ни малейшего представления, о чём шла речь. Мелкие мышцы стягиваются на лице, которое так и норовит треснуть от фальшивого удовлетворения. Которое вот-вот треснет от открывшейся вместе с дверью второй подсобки картины. Голый по пояс Майкл нависает над подпирающей деревянный стеллаж с коллекционными винами Даниэллой и, оторвавшись от неё, начинает возится с молнией на своих джинсах, пока сама девушка часто дышит и хлопает длинными ресницами, поправляя задранный джемпер и убирая прилипшие волосы с лица. — Испанский стыд! — заливается громким смехом Вишня, накрывая рот ладонью и неприлично расширяя рвущиеся из орбит глаза. Они даже и подумать не могли, что эти двое справятся с собственной гордостью без их помощи, к тому же так скоро. — Принцесса, не смотри, — опомнившись, он отрывает руку ото рта и закрывает точно вкопанной да ещё и с дурацкой глупой улыбкой подруге глаза, беря её под мышку второй и бросая напоследок: — замок вделан в первую подсобку, если вы забыли, голубки. Выставив слишком довольную Сару за приоткрытую дверь, Вишня тихо чертыхается и, делая козырёк над глазами, осторожно тянется за спину пышущей возмущением девушки, хватая пыльную бутылку с центральной полки и навесную табличку «не беспокоить», после чего с ослепительной улыбкой галантно удаляется. Звонкая пощёчина отпечатывается на ошеломлённом лице Майкла, когда заговорщические смешки дракона и его подружки перестают касаться ушей Дени. — Ты окончательно спятил? — злобным шепотом рычит девушка, разжимая горящую от оплеухи ладонь. — Ты отбитый, просто конченный… — Но тебе ведь понравилось, — широко ухмыляется застегнувший ширинку дракон. — Разумеется, мне крайне понравилось терпеть твои слюни у себя во рту, попутно прикрывая твой крепкий зад от… я даже не знаю, от чего. Значит так, Тёрнер, если ты прямо сейчас не объяснишь мне, что кроме своей девственности потерял на столе кучерявого и по какой милости притащил меня сюда, я иду прямиком к Аарону. — Иди. Хочешь провожу? Майкл опустил ладонь на её бедро за что моментально схлопотал вторую пощёчину. Грубо отпихнув его от себя, Дени приготовилась дёрнуть ручку, как взгляд упал на выглядывающий из его бокового кармана лист бумаги с небрежно оторванным концом. — Кажется, мне следует сначала заглянуть к Саре, — она сложила руки на груди, кивнув на улику. — А ну стоять, красотка, — он резко сгрёб её к себе, отставив от двери и вогнав обратно в стену. — Ты сейчас мирно идёшь по своим делам и делаешь вид, что ничего не видела. Идёт? — Чувствую, твоя медицинская карта просто ломится от диагнозов с сотрясениями. Ты совсем туго соображаешь? Я жду, Тёрнер. Назови мне хоть одну причину, почему я должна молчать о том, что ты проник в их кабинет и перерыл все ящики, очевидно найдя вчерашний конверт и прицепив себе листочек на память? — Ты можешь говорить тише? — шикнул парень и с тяжёлым вздохом убрал локон её чёрных волос за ухо, перехватив занесённую для третьего «поглаживания» руку. — У меня есть определённые подозрения на счёт Сары. Но мне нужны доказательства того, что она играет против нас, вот я и решил их поискать, да тут ты нагрянула. — Ты больной, — утвердительно кивнула Дени и попыталась выбраться. — Да стой же ты. Тебе ведь тоже будет польза. Я же вижу, как ты смотришь на Аарона, — на приоткрытый в протесте рот он приложил палец к её губам. — Если я прав, место подле него освободится, а ты благополучно его займёшь. Со своей стороны обещаю не мешать вам, хотя это будет чертовски сложно. — Ты не только больной, но ещё и ублюдок. — Думай, что хочешь, но это на благо Драконов. Дай мне два дня. И если я облажаюсь, поступай со мной как посчитаешь нужным. Майкл отодвинулся от изучающей его Даниэллы, наблюдая как она ведёт ожесточённую внутреннюю борьбу, взвешивая приведённые доводы, всматриваясь в его ожидающее лицо, устанавливая степень правдивости сказанных слов, прислушиваясь к шестому чувству и шёпоту собственных желаний. — У тебя сорок восемь часов, Тёрнер. Дальше я иду к Аарону, и он решит, что делать с твоим испытательным сроком.

***

Гостевая парковка перед клубом активно заполнялась, а Сара никак не могла понять, почему вчерашний инцидент не оттолкнул посетителей, наоборот увеличив поток. Видимо, слух о грязных делишках местной банды расползся быстрее положенного, а неукротимое любопытство толкало неравнодушных лично поучаствовать в опасном волнении пьяных телодвижений на танцполе. Метнув дёрганный взгляд на кромку леса, она помотала головой, заставляя назойливые шумы вчерашней перестрелки утихнуть. Если Уилсон сдержит слово и оставит их в покое, она бросит всё и уедет залечивать нервы, потому что такого калейдоскопа не вынесет ни один вменяемый человек. Неприметный автомобиль с рёвом барахлящего мотора пронёсся по дороге, и Сара крепче сжала подарок от миссис Хилл для внука. Это просто свойственное каждому возрастному человеку беспокойство за близких. А скрывшаяся за массивным стволом сосны фигура — очередная галлюцинация больного воображения. — Ненормальные, да? — вернул в реальность опустившийся на перила Майкл. — Это нехватка экстрима. В маленьком скучном Сентфоре появилось что-то покруче тарзанки над озером, — засмеялась чужим смехом девушка, бросив последний взгляд на одинокие деревья. Просто показалось. — Я говорил, что ты притягиваешь неприятности, О’Нил, хотя спасать тебя из них всегда было очень приятно. Ты умеешь быть благодарной и не забываешь добрых поступков. — Ты делал для меня много хорошего. Как я могу забыть? Только при Дени не ударяйся в ностальгию, а то схлопочешь ещё. И, кстати, вас можно поздравить? Подделал паспорт и накинул себе несколько лет? — Она снова сторонится меня, — выдохнул рыжий дракон и опустил голову, — и чего вам не хватает? Молодой, красивый, сильный, в лучших традициях любовных романов, которыми зачитываются все девчонки. — И очень скромный, — острый кулачок прилетел в плечо. — Искренности и честности, Майкл. Ей не хватает настоящего тебя. Мы знакомы столько лет. Пора сбрасывать защитную оболочку и переставать играть роль столичного денди. — А какую роль играешь ты, Сара? — сузив глаза, он откинул длинные волосы за её плечо. — Если бы я только знала, — прокручивая серебряное кольцо меж пальцами, её вновь передёрнуло от навязанного покровителем ожидания. — Уверен, ты разберёшься с этим, как и мы. К слову, тебя там Вишня ищет, говорит, что ты трусиха и прячешься от чего-то о-о-очень важного, — пародируя тон кудрявого протянул Тёрнер, и они рассмеялись. — Ничего я не прячусь. Пойду найду его и пусть ябедничает мне в лицо. — Я повесил замок на вторую подсобку, — неожиданная реплика заставила её остановиться на полпути и в непонимании обернуться на вскинувшего брови дракона. — Я тут слышал… — Будешь много слушать, уши завянут, — закатив глаза, произнесла Сара, представляя масштабы их личной катастрофы. — Так это правда? — Нет, — одними губами прошептала она и скрылась внутри. — Значит всё-таки правда, — заключил Майкл и ухмыльнулся проворности школьной подруги, потрепав сложенный в кармане лист с реквизитами получателя её доли. Хитрая, исключительная, чем-то промышляющая Сара О’Нил.

***

— Можно? Сара постучала в приоткрытую дверь и просунула голову, не обнаружив Вишни, но наблюдая за тем, как Аарон вдумчиво вчитывается в содержание проходящего документа, стоя у основания стола и игнорируя своё кресло. — Конечно. Тебе незачем спрашивать, — лидер отрывается от чтения и откладывает листы. — Не хочешь повернуть запор? А то нам в последнее время постоянно мешают. — Во-первых, проходной двор располагается в соседнем помещении, а во-вторых, я по делу, — изогнув бровь, она проходит в центр и натыкается на переполненную пепельницу. — Давно ты так много куришь? — С тех самых пор как одна проблемная девушка чуть не выбила фужер из моих рук на благотворительном приёме. — Это ты стоял под рукой. Я просто не замечала дыма в доме. Думала, хорошо на тебя влияю. Лицо Аарона растягивается в довольной улыбке, и он медленно надвигается на неё, тянет руки и крепко прижимает к себе, шепча на ухо: — мне нравится, когда ты говоришь про наш дом. Чувствуя его тяжёлое дыхание, Сара прикрывает глаза, а мурашки захватывают тело, выдавая её слабости. — Я ведь правда по делу, — сбивчиво бормочет девушка. — Внимательно слушаю, — он приподнимает её за ягодицы и, отодвигая разбросанные листы, усаживает на самом краешке стола, а после снова подхватывает, — нет, после того, как ты в последний раз так сидела, я не видел тебя два года. — Давай забудем эту тему. Я же обещала, что больше не уйду по-английски. Тут удобно, я не против. — Хотелось бы верить, — Аарон возвращает её в исходное положение и оставляет чувственный поцелуй. — О чём будем говорить? — Что это? Пока он следует за направлением голубых огней, их хозяйка расплывается в глупой улыбке и прячет лицо в его плече. Огромный букет стоит около шкафа с зеркальными створками и приковывает к себе всё внимание. — Цветы. Я обещал свидание, но, вот незадача, нас решили подстрелить. Дважды, — на прикушенную в искреннем смущении губу, Аарон понимает, что никогда не чувствовал подобного удовлетворения. Это невообразимое чувство, когда любимая женщина сияет в его руках от его маленьких жестов. — Они изумительны. Спасибо, — Сара мягко накрывает его губы, обхватывая шею, чувствуя, как жар начинает завладевать ими, расползаясь по венам. — Твоё дело может подождать? — разводя её колени, надавливая ладонью на поясницу, он не хочет возвращаться к осточертевшим делам и неурядицам. Разве это возможно, когда центр его интересов сцепляет ноги вокруг талии, прижимая к себе и пробираясь руками под футболку.  — Если только пять минут. И этих слов ему достаточно для того, чтобы с глубокими поцелуями напасть на неё, собирая длинные волосы, открывая потрясающий вид на шею с незаметно проглядывающими красными пятнами от его губ. Он никогда не сможет насытиться ей сполна, потому что она представляет собой квинтэссенцию его порочных желаний. Сара резко выгибает спину от переместившихся на внутреннюю часть бедра пальцев, шумно дыша в шершавый подбородок, пока Аарон проникает под кружево бюстье второй рукой, мягко сжимая грудь. Она не может объяснить, откуда у него столько власти над ней. Всё, чего ей сейчас отчаянно хочется — забыться. В руках любимого мужчины. Отогнать волнообразно накатывающий рой путаных догадок о предстоящей поездке и способах заслужить прощение в будущем. — Аарон, пожалуйста… Томная просьба вкупе с протяжным стоном окончательно отключает мыслительный центр мужчины, и он торопливо расстёгивает пуговицы на замысловатой блузке, припадая сквозь кружево к выпирающему соску, пока она тянется к пряжке на ремне. Желание проучить Сару за самоуправство по-прежнему велико, но он может позволить себе только немного помучить её, ведь пульсация в брюках становится совершенно невыносимой. — Чего ты хочешь? — он поднимает руки вверх и позволяет ей стянуть с себя футболку. — Тебя. Аарон резко задирает твидовую юбку до талии и с нажимом проводит большим пальцем по намокшей материи, круговыми движениями надавливая на чувствительную точку, заставляя её подаваться бёдрами вперёд, изнывая от его поучительных ласк. — Прошу тебя. Средний палец скользит внутрь до основания, неспешно двигаясь внутри, не добавляя второй. Ему сносит голову от того, насколько она, чёрт возьми, влажная, насколько сильно хочет его, сжимая тугие горячие стенки. Он продержится ещё немного, не позволит ей свить из его устоев верёвку, покажет, как боялся за неё и… о боже. Раскусив коварный замысел, Сара опускает руку на выпирающую ширинку и несильно сжимает, проникая в приоткрывшийся от неожиданности рот языком, поглощая животное рычание своего ласкового и нежного зверя. Они слишком частно учат друг друга, совершенно забывая, что любовь — не поле для споров. Снисхождение — великая сила и недооцененный навык, ведь именно благодаря терпению человечеству не раз удавалось избегать вооружённых конфликтов. Увы, открытого столкновения с ожидающим Сару абонентом последнему не избежать. — Нас когда-нибудь перестанут отвлекать? Кто вообще придумал сотовую сеть? — Мартин Купер придумал, — девушка отстранилась и устало выдохнула ему в губы. — Мы ходим по минному полю. Они не отстанут. Спрыгнув с нагретой поверхности стола и спустив юбку, она взяла затихший смартфон и увидела на экране непрочитанное смс. Последние цифры номера отправителя дают в сумме семнадцать. Мистер Вествуд. «Завтра на мероприятии с тобой встретится наш человек. Приятного вечера, моя дорогая». — Аарон, у нас есть планы на завтра? — Вообще да, но это секрет. Был секрет, — просунув голову в ворот и словив тревожный взгляд, он пояснил: — открытие проекта Вишни в Балтиморе. Он с О’Коннорами долго готовил его, а недавно мы уладили последние детали. — И мы приглашены? — Странный вопрос. Мне кажется, он затеял всё это только из-за тебя. Что-то не так? Кто звонил? — Мама. Звала нас на обед. Очевидно, проснулись материнские чувства, — натянуто улыбнулась Сара и отбросила телефон в кресло рядом с сумкой, а после стукнула себя по лбу. — Кольцо! Опять чуть не забыла. — Какое кольцо? — маленькая венка вздулась у него на лбу. — Твоя бабушка попросила меня передать тебе кольцо, — она выудила из внутреннего кармашка оберег и подошла к нему. — Предлагаешь мне руку и сердце? — ухмыльнулся мужчина, принимая вывалившееся из кулачка украшение. — Чтобы тебя разбил инфаркт? Не дождёшься. Я говорила, что ты скорее всего не возьмёшь, но миссис Хилл очень беспокоится. — Это отца, — тихо проговорил Аарон, отбиваясь от ещё одного кошмара. — Я знаю. Она рассказала мне. Всё рассказала, — Сара взяла его за вторую руку, рассматривая сбитые костяшки, и аккуратно поцеловала кожу рядом. — Ты не виноват в случившемся. Никто не виноват. Не выпуская руки, оглаживая пальцами подушечки, Сара ждала решения. Если откажется, в чём она почти уверена, повесит на цепочку себе на шею и будет носить под одеждой. Вот только Аарон закрыл ладонь и крепко обнял её, целуя в макушку. — Спасибо.

***

— Вот ты где. Получив от Аарона обещание обязательно явиться на утку к миссис Никсон в другой день, который к её великому облегчению никогда не наступит, Сара отправилась на поиски обаятельного брюнета, который, со слов ещё кучки драконов, не прекращал поисков пропавшей подруги. — Что с тобой? Вишня сидел за барной стойкой в компании двух наполненных разными напитками тумблеров и крутил часы на запястье. Странное сочетание рубашки под кожаной курткой добивало выражение непривычного вселенского раздражения на гладко выбритом лице. На её голос, он лишь немного повернул голову, отстраняясь от бьющей по ушам музыки. — А что со мной? — Поднеси спичку и рванёшь. Что стряслось? — девушка подсела на соседнее место и забрала стакан с более светлым напитком себе. Он ловко отставил свой и развернулся на стуле, словно только и ждал, когда она попросит поделиться. Сократив расстояние, чтобы никакой тайный шпион из дешёвых детективов не услышал его исповедь, Вишня стянул с шеи осточертевший камень и по-товарищески поделился кусочком с лучшей подругой. — Хилл не сказал? Мы с твоим благоверным всё утро проверяли заверенные нотариусом акты, а когда осталось только подписать их, он потерял ЭЦП (электронную цифровую подпись — прим.). Нет, даже не так. Он решил, что это я брал флешку и оставил её в…. я не буду говорить где, это не для дамских ушей. В итоге мы весь вечер не можем закрыть активные каналы, а время конкретно поджимает. — Что за каналы? Я… могу об этом знать? — Что за глупости ты говоришь? Конечно можешь, мы просто не стали грузить тебя этим. Босс считает, что лучше будет оставить казино на нём, а чистые заведения перепродать О’Коннорам. Фиктивно. На случай если… — Если Келли всё-таки доберётся до нас. Тонуть будем втроём. — Вдвоём. Ты в это дело не полезешь, — безапелляционно заявил повесивший нос друг. — Уже влезла. Во что-то куда более крупное. Сейчас будет глупый вопрос, но вы хорошо смотрели? — Принцесса, осталось только монашке под юбку забраться. Это единственное место, где я ещё не был. — Тут женский монастырь недалеко. Я была там с Бобби однажды. Это младший брат Майкла. Не спрашивай, скучная история. А если серьёзно, тебе нужно расслабиться. В таком взвинченном состоянии вы точно ничего не решите. — Чем займёмся? — хлопнул по своим коленям Вишня и в упор посмотрел на неё. — Ты займёшься. Вон той хорошенькой блондинкой, например. Какие ножки, ты только глянь, — она мягко развернула его подбородок в сторону покачивающейся стройной лани. Чёрт, она правда хороша. Ей стоило раньше прикусить язык. — У тебя лучше. — Я, конечно, растекаюсь от смущения, но если ты не поторопишься, её уведут, — со всей серьёзностью произнесла Сара, не показывая, насколько сильно у неё отлегло в груди. — Да и чёрт с ней. — Вишня, — Сара обхватила его лицо и тяжело сглотнула от прямого парализующего взгляда голубых глаз. — Кто учил меня, что в самые паршивые моменты нет ничего лучше тёплого тела под собой? — Тренера не играют, Принцесса, — с деланной радостью приподнял уголки губ этот поистине опытный специалист, — не в этом сезоне. — Тренеру давно пора выйти на поле и показать, чего он стоит. А я буду сидеть на трибуне и громко болеть, — Сара в контрольный раз провела по широким плечам, разглаживая и без того идеальную материю, — давай же. Ты у меня самый красивый, самый умный и жутко уставший. Я же вижу… От ласковых движений по щеке ему хотелось взвыть, а промелькнувшая грусть в её взгляде добавила разъедающую раны соль. Он не думал, что это будет так сложно. Как сказать лучшей подруге, что единственное занятие, которое отождествляется со словом «отдых» — её компания. В любых обстоятельствах. Просто ощущать присутствие, касаться шелковистых волос и быть собой. Они оба это чувствуют, но акценты расставлены. По непреложным правилам совести и долга. Это верное решение. Они оба это знают. Притянув девушку за шею, Вишня замер у самого уха, передумав и оставив крепкий поцелуй на лбу. Слишком трудно подобрать нужные слова. Отстранившись, он развернулся на пятках, игриво покрутившись, и начал отсчитывать шаги до своей сегодняшней жертвы. Фирменная улыбка, томный голос, взгляд исподлобья — идеально выверенный механизм, налаженная тактика, безотказный, до тошноты приевшийся алгоритм. Тем не менее, Принцесса права, ему нужно расслабиться, просто забыться. Чем он сейчас и займётся. Пригвоздив объект к полу и получив мгновенный акцепт на уединение, Вишня в душе поморщился. Неприлично быстро. Рука на ягодице, липкие приставания от на удивление трезвой посетительницы, и вот он уже ведёт её к лестнице. Миновав три ступеньки наверх, глаза неожиданно вылавливают знакомую фигурку у зеркального панно. Маленькая помощника Элеоноры, пошатываясь, стоит подле сомнительного джентльмена предпенсионного возраста, который собирается вытворять с ней совсем не детские вещи. Подтёртые временем очертания чести заставляют его ноги остановиться и, извинившись перед разочарованной мадам, двинуться к неуверенному отражению Агаты. — Свалил, — пренебрежительно бросил он в сторону возмущённого вмешательством мужчины. Получив недвусмысленную угрозу, воздыхатель всё же молчаливо удалился, не желая встревать в конфликт с одним из местных бандитов в трёклятой кожаной куртке. — Вииишня, я тааак рада тебя видеть, — пела изрядно выпившая Агата, встречая объект своей симпатии. — Ты тут тоже… ой… отдыхаешь? Я вот с подружкой пришла, но она… ой… куда-то ушла и бросила меня здесь, представляешь? С нарастающей икотой нарастало и его только что успокоившееся раздражение. Неужели придурок-бармен отпустил алкоголь несовершеннолетней девочке? Они строго устанавливали запреты. Их клуб — приличное, а самое главное — официально работающее заведение. — Агата, милая, скажи мне, кто дал тебе эту дрянь, — он забрал пустой фужер из-под коктейля и всучил проходящему мимо официанту, — а после отправляйся в кроватку. — Я не поеду домой, — уверенно выдала девушка, совладав с заплетающимся языком, — только если с тобой, Вишняяя. Ты отвезёшь меня? — её ресницы невинно подрагивали, а мужчина вовремя вспомнил, что шёл к ней явно не для того, чтобы подрабатывать извозчиком. — Я вызову такси для тебя и твоей подруги, а завтра мы с тобой серьёзно поговорим на тему того, куда не стоит ходить. Агата — ребёнок, просто маленькая шестнадцатилетняя девочка, возжелавшая подышать взрослым воздухом, отравленным алкогольными парами. Невольная ассоциация стучится ему в голову, вновь наводя порядок в хаотичном рое мыслей. Сара не была такой. Даже раскладывая тетрадки с ненавистной алгеброй на столе Хилла, пока тот отсутствовал, мотаясь по встречам, она не была простой школьницей. Принцесса никогда не питала далёких от реальности иллюзий, прекрасно осознавая, сколько синяков можно набить, если прыгать на садовом инвентаре. А после, не раздумывая, прыгала, чтобы подкрепить теорию практикой. Чтобы никто не мог указывать ей, как стоит поступать. Умная, не по годам мудрая Принцесса. — Я не скажу твоей девушке, обещаю, — отмахнулась Агата, — отвези ты. — У меня нет девушки, и домой тебя отвезёт добрый дяденька на жёлтой машинке. Куда пошла твоя подруга? — А Сара сказала, что есть! — открыто запротестовала маленькая шантажистка. — Она хорошая и не стала бы мне врать. — Сара? — Ну да, Сара… ой… твоя подруга. Когда вы приходили, а я ещё разбила вазу. Миссис Хилл ругалась, так ругалась, ты не представляешь. Она была о-о-очень старая. В смысле ваза, не миссис Хилл. Пока Агата делилась с ним подробностями её увлекательной работы в антикварной лавке, а музыка продолжала долбить по ушам, у него в голове сигнальным огоньком вспыхивала одна и та же фраза. Принцесса сказала, что он несвободен. Она хотела его поцеловать вчера. Это не было ошибкой. Медленно, по частям впуская выбивающую землю из-под ног мысль, Вишня чувствовал себя полным идиотом, добровольно отдавшим самое дорогое, что у него было. Разгорающееся волнение поднимало желание быстрее найти её, ведь он впервые за долгое время знал, что с этим делать. Ему всего лишь нужно опередить Хилла и сорвать помолвку лучшего друга. — Бурый, вызови девочкам карету и проследи, чтобы никто к ним не пристал. И больше не впускай их сюда. Им нет двадцати одного.