The First One

В этот раз не было из-за чего переживать. В этот раз ничего не стояло на кону, и он не зависел от мнения остальных. Но Марко Ройс смотрел так тревожно, что Роберту Левандовски на миг стало так же страшно, как и два года назад. Тогда в один миг он стал свободным агентом. Все, что ему сказали это: «Прости, парень. Мы ничего против тебя лично не имеем. Мы просто страхуем себя и остальных». А Роберт не мог на это ничего ответить, потому что они избежали скандала и сделали максимально удобно и для себя, и для него. Он мог бы просто забрать все рекомендательные письма и пробовать себя где-нибудь еще. Он всегда мог вернуться на родину и пойти играть в Лех, его бы там с руками и ногами оторвали. Он мог бы еще много чего, но тогда Роберт думал только об одном – главное, чтобы это не коснулось Нури. Было странно уходить на совсем. Бастиан, милый парень, с которым они вместе должны были вскоре перебраться в первую команду, подошел и начал расспрашивать куда это Леви подевался с тренировки. Но Роберт не мог выдавить из себя ни слова. Вокруг все было как обычно: шутили, смеялись, давали поджопники мокрыми полотенцами и троллили за промахи на тренировке. - Леви, все нормально? Ты какой-то бледный. Может врача? Роберт замотал головой, чувствуя как волнами накатывает отчаяние. - Все хорошо, Басти. Уже все нормально. Спасибо. Собравшись, Роберт осмотрелся вокруг пытаясь поверить в то, что он больше не часть этого мира. - Уходишь? Так быстро? – встревожено переспросил Швайни. - Да. Обстоятельства, - Роберт постарался улыбнуться. – Пока, Бастиан. Удачи тебе. Хотелось побыстрее уже уехать и поговорить с Нури. И спустя два года это желание все еще не исполнилось. Утром Марко выглядел бодрым и веселым. Ночные страхи прошли с рассветом и Ройс чувствовал только покалывание в пояснице. Роберт поднял его еще в полвосьмого, потому что надо было собираться на занятия. У Марко не было желания мотаться в общагу за вещами, поэтому он разбудил заодно и Марио, с просьбой прихватить за собой и рюкзак Марко. Гетце согласился только после упорных расспрашиваний о здоровье и самочувствии Марко, на которые Ройс максимально вежливо попросил его выключить свое неуместно бурное любопытство. - С моей задницей все в порядке, могу тебя заверить, - выпалил Марко краснея. – Уймись! До встречи. - Ты уверен? – переспросил Роберт, когда Марко отложил телефон. – Что все нормально? Марко кивнул и покраснел еще сильнее. Роберт, выключив кофеварку, подошел к Марко, когда тот был в процессе натягивания футболки. Сам Роберт еще даже и не начинал одеваться, оставаясь в одних пижамных штанах. Он приблизился к Ройсу и обнял его со спины. - А вот со мной не все хорошо, - сказал он в шею Марко. - Чего это? – тихо переспросил Ройс, выворачиваясь. Он обернулся к Роберту лицом и, встретившись с ним глазами, смутился. - А ты посмотри. Марко хотел переспросить куда смотреть, но вскоре понял. На теле Роберта красовалось несколько темных засосов. Марко не было куда больше уже краснеть и смущаться, поэтому он тихо промямлил: - Прости… Марио Гетце ждал Марко возле входа в главный корпус. Он притащил ему сумку и сотню подозрительных взглядов. - Ты с ним спал? – в лоб спросил Гетце. Они были лучшими друзьями и между ними не должно быть секретов. - Ты бы еще на весь колледж проорал, - буркнул Марко и стукнул друга под ребра. Марко немного нервничал ведь ему предстояла встреча с друзьями, и он боялся, что разговор может перейти на тему, которой он не хотел касаться. В идеале ему хотелось, чтобы все сделали вид, что ничего не было. Чтобы Илкай как обычно пересказывал тупые шутки из твиттера, Куба смеялся во весь голос, а Лукаш молча кривил губы в подобии улыбки. Но на деле его ждало испытание из молчаливой паузы, когда Роберт подсел к ним в столовой на большой перемене. - Вы не против? – спросил он, ставя поднос на стол. Он чувствовал как атмосфера накалилась, но недовольства никто не выказал, поэтому он, стараясь сохранять спокойствие, сел. Марко сидел как раз напротив и у него заметно тряслись руки. - Бастиан Швайнштайгер передавал тебе привет. Помнишь такого? – как и ожидалось, голос Илкая звучал не самым доброжелательным образом. - Конечно, - невозмутимо ответил Роберт. – Мы некоторое время играли с ним в одной команде. Спасибо. Я рад, что он и меня помнит тоже. Илкай приготовил еще что-то, но Роберт не дал ему открыть рот: - Все, что вы слышали от Басти – правда. Я думаю, нет смысла разыгрывать сейчас эту трагедию. Если вам неприятна моя компания - я могу уйти. Роберт даже встал в подтверждение своих слов, но тут вмешался Якуб. - Сядь! Я думаю все должны согласиться, что личная жизнь - это личная жизнь, и она не должна никого касаться. Правда, Илкай? Гюндоган скрестил руки на груди и сжал губы в тонкую полоску. Вместо него ответил Матс: - Я абсолютно согласен с Блащиковски. Роберт, ты наш друг и этого ничто не меняет. - Спасибо, - тихо отозвался Роберт. На самом деле ему было плевать на то, что думают остальные. Главной целью было защитить Марко от боли, которую когда-то так остро ощутил он сам. Два года назад, когда пришлось начинать жизнь заново, Роберт знал, что есть человек, который поможет ему пережить столь неожиданный удар. Нужно было лишь добраться домой и броситься в объятия, а дальше как-то будет. Когда Роберт переступил порог квартиры, в которой прожил последние полтора года он понял, что сюрпризы не закончились. Все было перерыто вверх дном. Нури исчез: исчезла его гитара в углу, все вещи из шкафа, даже зубная щетка. Словно никогда не было. Два года спустя Роберт был куда сильнее и куда независимее. Он был уверен, что так просто не потеряет ни свои амбиции, ни Марко.