Pain is beauty

       Сокджин снимает очки и щурится. Глаза горят, спина болит, рука затекла, пятая точка онемела. Омега скрипит, поднимаясь с кресла, и делает подобие разминки, махая руками в разные стороны и наклоняясь. Он вновь кидает взгляд на стол, заваленный бумагами, а принтер на полке печатает еще. - Если я оторвусь на поесть, то ничего критичного не случится, - бурчит Ким, отворачиваясь от стола - Это же бумага, она не убежит. А вот говядинка всполне себе может.        Омега уже подходит к кухне, мечтательно прикрывая глаза, когда раздается звонок, оповещая о гостях. Сокджин непонимающе двигается ко входной двери, проверяя время. Десять утра, кого могла принести?        Ким припадает к дверному глазку и хмурится. Во тьме подъезда виден только силует. Сокджин чувствует еле уловимый аромат роз и хмурится. Тот же запах, что и в кафе недавно. Омега хмурится и открывает дверь. - Если ты один из головорезов Намджуна, то я ему уже все сказал - мне не нужны сиделки!        Сокджин все так же сурово смотрит на гостя, а тот, все еще скрывая лицо в тени козырька кепки, слегка пятится назад. - Я... Я... - гость нервно запахивает куртку, будто пытаясь спрятаться - Я не головорез. Я Тэхен. - Отлично. И что тебе надо, Тэхен? - Сокджин складывает руки на груди и всем видом пытается намекнуть гостю, что ему тут не рады. - Вы ведь Ким Сокджин? - Допустим. - Я... - гость вновь запинается, а затем неуверено берет кепку за козырек и снимает ее с головы - Меня зовут Ким Тэхен, я сын Ким Кибома и Ким... - Быть не может, - Сокджин отшатывается назад, упираясь спиной в стену, задевая плечом висящие на крючках сумки - Невероятно.        Тэхен вновь неуверенно мнется и спешит надеть на место кепку, но чужая рука быстро останавливает его, поднимая лицо к себе. - Ты так похож на папу, - шепчет Сокджин, всматриваясь в столь родные и в то же время чужие черты - Даже родинка там же. И одно двойное веко.        Сокджин забывает о своих делах, забывает о голоде и обо всем, что его заботило. Он сейчас смотрит на точную копию папы, которая стоит в метре от него и неуверенно прячет взгляд. Ким затягивает гостя в квартиру, проводит на кухню и сажает на стол, а сам падает на против. - Где ты был столько времени? - почти шепчет Сокджин, не сводя с парня глаз, будто боясь, что он сейчас исчезнет - Я не видел тебя с того самого дня. Мы тебя искали, но тебя будто след простыл. С тобой хорошо обращались? Что с твоим лицом? Это Намджун?        Сокджин сыпал вопросами быстрее, чем Тэхен мог сообразить, о чем его спросили. Младший теряется от такого напора еще больше. Он смотрит на прекрасное лицо на против и у него сводит челюсть. Имеет ли он право называть столь прекрасное создание своим братом, когда сам он обезображен? Может ли он вообще иметь право иметь родство со столь чудесным человеком, который под своим крылом прячет несколько сотен детишек? Тэхен шлюха. Он продает информацию и себя. Кому понравится иметь в родне мальчика на одну ночь? - Я долгое время жил в клане Кхан, - тихо говорит Тёхен, когда поток вопросов от Сокджина иссяк - Я приревновал альфу, которого считал своим, и в отместку решил его предать, за что меня подстрелили, а потом я жил в клане Намджуна и случайно увидел тебя с Чимином в кафе, поэтому решил попросить его помощи. - Тебя подстрелил Чонгук? - кивок в ответ - Вот же засранец! Не зря он мне сразу не понравился! А я еще на него работать взялся. А я ведь этой скотине сказал, что ищу некого Ким Тэхена и он обещал мне помочь! Попадись он мне еще раз, я ему все кости выправлю!        Тэхен с задержанным дыханием смотрит, как прекрасный омега напротив сыплет отборные ругательства на Чонгука, Намджуна и вообще на весь мир. Омеги долго сидят, пытаясь найти общий язык, наверстать упущенные годы. Разговор о семье, ранее казавшийся невозможным, обоим казался сейчас непривычным. Старший знал родителей, что-то помнил о братьях, а у Тэхена за спиной обрывочные воспоминания и тьма, окутанная вопросами.        Когда наступает неловкое молчание, Сокджин включает телевизор, чтобы тишина не давила так сильно. - Сейчас мы прервемся на срочные новости, - вещает миловидная ведущая с экрана - Около получаса назад покой центра Сеула был нарушен чередой выстрелов и оглушительный взрывом. Бизнес центр "ОкМин" был захвачен террористами и подорван. Узнать о том, кто находился в башне пока не удается. Число пострадавших и жертв также не известно. Спец службы на данный момент проводят работы по задержанию террористов, распознанию их личностей, а так же ведутся работы по спасению находившихся в здании. " - Какой кошмар, - Сокджин хмурится, наблюдая за ужасными картинками. - Там ведь сейчас должны идти переговоры, - шепчет Тэхен и быстро вскакивая. - Что? Какие переговоры? - старший поражена смотрит на то, как гость быстро перемещается по кухне, выглядывает в окно, а затем возвращается к нему и хватает за запястье. - Если Намджун действительно был там и с ним что-то случилось, то тебе надо бежать, - говорит Тэхен, утягивая брата в коридор. - Я не понимаю... - Тебя считают его омегой и ты будешь первым в списке, кого постараются убрать.

***

       Есть выражение - вся жизнь пронеслась перед глазами. Чимин всегда думал, что это как в слайдах, показываются один за другим различные моменты из жизни, однако все не столь романтично. Эти "моменты" обрушиваются одним большим комом яркой вспышки. Они приходят не поочередно, а все разом, заставляя путаться и теряться. Воспоминания жестоко обрушиваются на него, закрытая собой физическую боль.        Чимину нечем дышать. Пыль вокруг проскакивает в дыхательные пути и заставляет кашлять. Все тело ноет от сильного удара. Он наверняка свалился вниз на несколько этажей. Омега чувствует тепло. Рядом с ним кто-то лежит, смягчив падение, а сильные руки крепко прижимают к чужой груди. Даже сквозь пыль Пак чувствует его запах. - Чонгук, - зовет он, выворачиваясь из спасительных объятий - Чонгук, ты меня слышишь?        Чимин присаживается на колени перед альфой и аккуратно дотрагивается до его плеча, пытаясь привлечь к себе внимание. Чонгук хмурится и издает непонятный звук, на что омега облегченно выдыхает. Живой. Пак трясущимися руками зачесывает рассыпавшиеся волосы назад. - Чимин, ты в порядке? - хрипит Чонгук поднимаясь на локти и осматривая омегу.        На лбу парня небольшая ссадина, он весь в пыли и грязи, растрепан, растерян и слегка напуган. Чонгук тянется ладонью к чужой щеке. Так хочется прикоснуться, обнять. Чимин поддается чуть вперед к ладони и ластится к ней. Ее тепло разливается по телу, давая силы.        Болезненный стон откуда-то со стороны привлекает их внимание. Альфа с омегой переводят на него внимание и видят Намджуна, лежащего под грудой обломков. Чимин сразу же подрывается, чтобы помочь, Чонгук же медлит, хмурясь на омежьи попытки помочь врагу, но все же тоже встает и помогает оттащить с Кима обломки. - Выглядит не очень, - поджимая губы говорит омега, смотря на торчащую из ноги Намджуна арматуру. - И что нам делать? - вздергивает брови Чонгук - Если мы его здесь оставим, то еще не известно, когда его найдут, да и он нам в последствии спасибо не скажет, но и вытащить самим его будет проблематично. - Думаю, ее надо вытащить, - Чимин подползает ближе к раненой ноге, закатывая рукава рубашки - Не потащим же мы его булыжником, из которого она торчит. - Нам не чем обработать рану, мы можем сейчас сделать только хуже, - альфа перехватывает чужие руки. - А можем не сделать ничего, оставить его здесь и после потерять союзника, - Пак выдергивает руки. - Я просто рассматриваю варианты развития событий. - Ты сам только что заключил с ним союз. Какой бы скотиной он не был, тебя бы он точно в такой ситуации не бросил.        Чонгук хмурится еще больше в ответ на злобный взгляд. Он и сам понимает, что Кима оставлять нельзя, но то, как Чимин рвется спасать Намджуна и огрызается на него не дает спокойно мыслить. - Если ему потом отрежут ногу то я не виноват, - шипит Чонгук, также закатывая рукава и подхватывая альфу под плечи - Хватай за ноги и на счет три поднимай.        Мерзкий звук. Чимин не знает, какие силы удерживают его все еще на ногах и не заставляют выплюнуть свой завтрак. Да, он со своей работой повидал всякое, но почему-то именно этот звук пробирает до дрожи в костях, до тряски в руках.        Пока Чимин приходит в себя, Чонгук снимает с себя пиджак и обматывает им кровоточащую ногу своего врага. Альфа аккуратно приподнимает Намджуна, который находится в каком-то полубессознательном состоянии и перекидывает его руку на свои плечи. - Где мы сейчас? - Чон перехватывает тяжелую ношу поудобнее и замечая бледность и рассеянность омеги прикрикивает - Чимин!        Чимин выдергивает себя из мыслей, отводя взгляд от кровавого пятна и быстро окидывает взглядом пространство вокруг. - Мы на тринадцатом этаже, - сообщает он, замечая цифры на стене - Нас скинуло на три этажа? - То-то у меня все болит, - альфа поправляет висящего на нем Намджуна и двигается в перед - Ладно, идем. Понадеемся что Хосок и его люди уже здесь и у нас не возникнет проблем. - Я конечно хочу быть оптимистом, - раздается голос Чимин чуть позади - Но о Хосоке наверняка позаботились, прежде чем идти к тебе. Чисто я бы не нашел момента лучше избавиться от вас. - От Хосока так просто не избавиться.        Они выходят на пожарную лестницу, которая частично уцелела. Чимин помогает Чонгук аккуратно протащить Намджуна через завалы. Когда они выходят из здания к Чонгуку сразу подлетает один из начальников его охраны, у которого должен был быть выходной. - Глава Кхан, - охранник низко кланяетсая и удивленно вздергивает брови, видя висящего на плечах альфы Намджуна и стоящего рядом Чимина. - Я пойду поищу кого-нибудь из людей Намджуна, - сообщает Чимин, отходя в сторону. - Докладывай, Банчан, - кивает охраннику Чонгук - Кто напал? Почему все еще нет Хосока? Ему доложили? - Когда мы прибыли, нападающие уже скрылись. Мы изучаем периметр, места откуда стреляли, осматриваем трупы. Пока никаких зацепок. Мы подключили наших людей из СМИ и полиции, - Банчан слегка замялся, но затем продолжил - Бывший глава Кхан мертв. Они попали в засаду. Последнее, что сообщали - господин Чон в тяжелом состоянии направлен в больницу в Сувоне.        Чонгук непроизвольно дергается, а его уши закладывает. Дед мертв? Хосок в больнице? Он ищет глазами единственного уцелевшего близкого человека - Чимина. Омега разговаривает с кем-то на повышенных тонах, размахивая руками. - Что на счет омеги Хосока? - спрашивает тихо Чонгук. - Господин Мин около двадцати минут назад в сопровождении охраны дома выехал в сторону Сувона. - Хорошо, я направляюсь туда же, - сообщает Чонгук, передавая Намджуна в руки его людей - Где машина? - Черный мерседес с вашими номерами стоит напротив бутика "Мирэ".        Чонгук быстро направляется к Чимину, выдергивает его из спора, хватая за руку, и ведет к машине. - Какого черта? - ругается омега, когда Чон заводит машину - Я должен был поставить этого урода на место! Какого хрена он оказался внизу, если является главным охранником Намджуна? - Пристегнись, - просит альфа, трогаясь с места. - Куда ты меня вообще везешь?        Чонгук молчит, сосредоточенно смотря на дорогу. Было глупо разделяться с Хосоком, надо было послушать его, перенести встречу, встретить спокойно деда, потом заняться долбаной делёжкой развлекательного центра. Но нет же, он как всегда посчитал себя самым умным. Если бы не его попытка показать окружающим свою самостоятельность, независимость от решений деда и Хосока, то с ними бы все сейчас было в порядке. Альфа рвано выдыхает. - Эй, все хорошо? - слышит он обеспокоенный голос омеги.        Чон сжимает зубы и сдержанно кивает. Хотя кому он пытается соврать. Человеку, который чувствует каждый его волосок?        Чимин аккуратно и с непривычный для Чона нежностью кладет руку на его плечо и тихо поглаживает, пытаясь выказать поддержку, показать, что рядом. Сейчас Чонгук принимает для себя важное решение. Каким бы сильным, каким бы крутым и смелым не пытался казаться бы Чимин, Чон его защитит. Он не спустит с омеги глаз днем, будет оберегать его сон ночью, свернет горы и достанет звезду с неба для его счастья.        Чонгук берт ладонь Чимина, которой он поглаживал его по плечу, в свою и подносит к губам, целуя его пальцы. Он не смог защитить папу и деда, из-за него пострадал Хосок. С Чимином он такого себе не позволит.

***

       Юнги сидит на стуле рядом с больничной койкой и не моргая смотрит на спящего Хосока. Альфа весь перевязан бинтами, через некоторые проступает кровь и их надо бы поменять, но Мин не хочет звать медсестру. - Я даже пока был в отключке чувствовал, как ты меня сверлил глазами, - хрипит Хосок и приоткрывает глаза, наблюдая за тем, как омега даже не шевелится - Что, на столько сильно обижаешься, что даже улыбнешься? А как же слезы радости? - Да что уж там, у тебя всего лишь кровоизлияние в мозг, не особо серьезное, без хирургического вмешательства, и пара трещин на ребрах и позвонка шейного отдела, - Мин усмехается - Царапина, правда? - Звучит не очень радужно, - Хосок облизывает пересохшие губы, а затем опускает глаза на омежью шею, пытаясь перевести тему - У тебя почти сошла метка. Вот поправлюсь и... - Ты обещал себя беречь, - небрежная ухмылка сползает с лица Юнги - Ты клялся, что будешь осторожен, если я буду с тобой. Обещал, что я не буду в слезах носиться по больницам. Обещал каждый вечер приходить домой и дарить улыбки, а если нет возможности - звонить и говорить о том, что все хорошо. Но мы только и делаем, что собачимся. Я признаю, что у меня дерьмовый характер, но и ты иногда выходишь за рамки. Ты назвал чувства между альфой и омегой ничем, хотя до этого заверял меня, что это нечто великое, заставил меня в это поверить. - Юнги... - чужая рука поднимается вверх, призывая молчать. - Даже если те слова были сказаны сгоряча, та что на счет твоих обещаний о целости и сохранности твоей жизни? Даже если ты захочешь, ты не сможешь его сдержать. У нас слишком разные миры. Я не могу жить там, где просыпаясь в поту, боясь за твою жизнь. Я не выдержу. Для меня слишком видеть тебя таким. Я смирился с тем, что ты убиваешь, но я не могу смириться с тем, что убьют тебя. - Хочешь сказать, что это конец? - Мы этого не потянем, - Мин не прячет катящихся слез. - Глупости, - не смотря на жуткую боль в голове и спеце, Хосок садится, заставляя аппараты противно пищать. - Что ты творишь, - Мин вскакивает со стула и подлетает к койке, хватая Хосока за плечи, чтобы вернуть обратно. - А какая разница? - Чон безразлично открепляет от себя датчики - Свали! - рычит он на прибежавшего доктора. - Сейчас же ляг обратно, - омега тщетно пытается спасти хотя бы один датчик на чужом теле, но ему это не удается. - Ты тольк что сказал, что между нами все кончено, потому что я не стараюсь выполнять свои слова. - Я не так сказал... - однако теперь очередь Хосока говорить, поэтому он призывает парня молчать. - Я борюсь сам с собой из-за тебя! - почти кричит он - Если бы ты знал, как я жил до твоего появления, ты бы не говорил так. Я спал по два часа в сутки, питался лапшой быстрого приготовления, несся в самое пекло, но я это оставил, потому что у меня появилась семья. Я приезжаю домой и вместо привычных тренировок провожу с тобой время, стараюсь нормально питаться, потому что ты нормально ешь только со мной. Я сложил с себя обязанности человека, который полезет в любую передрягу и езжу только с Чонгуком, который в основном живет бумажной работой. Мне тоже сложно, но я стараюсь. - Тебя сегодня чуть не убили! - крикнул Юнги ударяя кулаком по матрасу больничной койки - Что прикажешь делать, когда ко мне придут и скажут, что все, тебя нет? Да я сегодня чуть с ума не сошел, пока сидел в доме Чонгука и ждал новостей! - Прости! - Хосок взмахивает руками - Прости меня за то, что я не могу бросить свою работу и Чонгука! Прости за то, что я дерьмовый альфа, но мне уже поздно менять свою жизнь! Даже если мы уедем, при любых проблемах в клане будут искать меня. Я подписал себе смертный приговор, когда согласился работать на Черома. Я обещал тебе безопасность, что ты не в чем не будешь нуждаться, обещал свою любовь, да, и я об этом позабочусь до своего последнего вздоха и после. - Да плевать я хотел на эту безопасность и благосостояние! На кой черт они мне будут нужны, если рядом нет тебя? - голос омеги почти срывался, он давился слезами, почти ничего не видел за их пеленой - Я не смогу. Я не смогу так. - Тогда уходи, - Хосок указывает на дверь, сжимая кулаки, впиваясь ногтями в ладони - Если ты думаешь, что так будет лучше, то уходи, - Юнги не сводит взгляд с чужих глаз - Если ты сейчас переступишь порог, то я пообещаю больше не появляться в твоей жизни. - Мы это уже проходили, - говорит Мин, намекая на ситуацию с Чимином. - Сейчас все по другому, сейчас все будет обоюдно, - Хосок облизывает пересохшие губы - Я обещал считаться с твоим мнением, слова свои я держу.        Омега подходит к Хосоку вплотную, глубоко вдыхая любимый аромат какао. - Прощай, Чон Хосок, - Юнги поднимается на носочки и оставляет поцелуй на губах альфы. Последний, наполненный слезами и отчаянием. Омега быстро разворачивается и уходит, бросая напоследок - Я всегда буду помнить нашу любовь.