Amor vincit omnia

      Тэхён клацает рукой по выключателю, с улыбкой смотрит на бегущего Ёнтана и невольно приседает возле двери, запуская длинные пальцы в мягкую шерсть. Тишина в квартире разбавляется обычным шумом от щенка, снятых кед и шуршащего конверта в руке. Возможно, нужно было его оставить там, где увидел, не обращать внимание и просто забыть. Но, к сожалению, прошлого не вернуть, а мягкая бумага уже оказалась по другую сторону двери.       Боковой взгляд цепляется за полную миску еды, за еще неиспользованную пеленку, которая, по идее, должна бы испачкаться из-за его долгого отсутствия, и за прыгающего и слишком веселого Ёнтана, который цепляется коготками за джинсы и тянет к себе. — Малыш, почему ты такой радостный в последнее время?       Тэхён удивленно следит за бегающим щенком, невольно улыбается, когда тот сначала проскакивает между ног, а после возвращается и с разбегу запрыгивает на кровать, сдирая все одеяло. Странно, конечно, когда всю неделю приходилось его буквально будить, на руках выносить на улицу погулять, а тут ничего делать и не нужно, лишь сиди и смотри на слишком игривого Ёнтана. Тэхён вот так и делает: садится рядышком, сразу же чувствуя на коленях тяжелый комок шерсти, несколько раз глубоко вдыхает и внимательно смотрит на конверт в руках, невольно напрягаясь. — Кто его вообще тут оставил?       Пальцы чуть дрожат, стоит аккуратно разорвать вверх бумаги, а брови вмиг хмурятся, когда взгляд цепляется за тонкую картонку. Тэхён удивленно смотрит внутрь, косит взгляд на сидящего Ёнтана, видя его высунутый язык с тяжелым дыханием, и осторожно, с толикой неуверенности цепляется пальцами за единственную вещь. — Фото…?       Тэхён удивленно вытаскивает фотографию, не переворачивая ее лицевой стороной, и невольно щурит глаза, когда прочитывает единственную надпись: «Последняя встреча. 1865 год». Как-то после прочитанной надписи легче не стало, наоборот, еще страшнее переворачивать на другую сторону, видеть кого-то или что-то и, в принципе, держать ее в руках. Тэхён кусает нижнюю губу из-за нервов, поворачивает голову к чересчур спокойному Ёнтану, видя его слишком внимательный взгляд, направленный на картонку в руках, и неуверенно смотрит на чуть дрожащие пальцы.       У бабушки он любил доставать альбомы из комодов, садиться на кровати, поглаживая пушистую шерсть кошки, и любоваться теми временами, когда люди еще не знали о будущем и представления не имели о том, что появится через несколько десятков лет. Любил слушать различные истории о том, как они жили в те времена, что кушали и где спали, когда было холодно или слишком жарко; как они находили свою любовь и что делали дальше, решая всю жизнь прожить вместе. Такие истории и рассказы невольно придавали сил, заставляли ощущать тепло в душе и неимоверное спокойствие. — Почему же так страшно…? — тихо шепчет, чувствуя висящий на шее амулет, и глубоко вздыхает.       Тэхён осторожно разворачивает фотографию обратной стороной, слегка цепляется взглядом за контур идеальных букв и цифр и внезапно замирает, широко раскрывая глаза. Фотография хоть и была сделала в прошлом, но прекрасно сохранилась, позволяя рассмотреть все детали: высокое дерево, скрытое солнце, лучи которого просачиваются сквозь листья, и парня. Он настолько сильно отличается от общей картины, так завороженно смотрит, что душа буквально трепещет, чувствует исходящую от фото теплую энергию и силу, способную понять слишком многие вещи. Тэхён загадочно скользит взглядом по парню, рассматривает его открытую часть лица, подмечая для себя некую схожесть с самим собой, и невольно падает на спину, выставляя руку перед собой. Так странно смотреть на него, с каждым разом открывать все новые элементы и черты, засматриваться на откинутую руку и белый платок, накинутый на белые волосы, и думать о том, что безумно непривычно чувствовать значительное сходство. — Ёнтан, мы похожи?       Тэхён переворачивается на бок, выставляет руку с фотографией перед щенком с наклоненной в бок головой и ласково смеется, когда Ёнтан резко прыгает на нее и начинает ластиться. — Неужели и правда похожи… — задумывается, дуя губы. — Но у меня волосы черные, а него белые… К тому же фото сделано в, — переворачивает, вновь смотря на надпись, — 1865 году…       Он как-то слышал, что в мире есть еще люди с такой же внешность, как и у него, но слишком скептически к этому относился, не задумывался и просто не пытался понять. Но сейчас, невольно видя незначительную копию себя, начинаешь задумываться о своих преждевременных выводах. Во-первых, люди с похожей внешностью действительно существуют; во-вторых, из-за известного такого слова — реинкарнация. А ведь в прошлом году он даже доклад писал, буквально боролся за эту тему, даже сам не понимая почему, внимательно разбирал и всю душу вложил в то, чтобы донести свои мысли до других студентов. Вот только в этот раз все мысли придется вбивать ему в голову, которая с каждой секундой начинает постепенно готовиться к взрыву. — Важно ли наше сходство? Как по мне, Ёнтан, тут вопрос времени, — хмыкает и поднимается с кровати под внимательный взгляд. — К тому же… — Тэхён замирает, наблюдает за уходящим щенком и вновь смотрит на фотографию, — как она оказалась под моей дверью?       Никогда в жизни в его голове не крутилось так много вопросов, загадок, связанных с чем-то странным и таинственным, и так мало ответов на это все. Уходя из университета, он мечтал, что вернется домой, поиграет с Ёнтаном и покушает перед тем, как лечь спать. Но сейчас, находясь в тихой комнате, он думает лишь о том, как поскорее забыть обо всем, что с ним сегодня произошло, как забыть Чонгука, который не оставлял его ни на секунду, как перестать накручивать себя из-за этой фотографии, которая буквально из ниоткуда появилась у него под дверью… Как так можно устать от всего того, что приготовила ему жизнь?       Тэхён нервно пихает фото в конверт, убирает все в сумку и подходит к зеркалу, чтобы окончательно забыться в этом дне, снять с себя одежду и второй раз за этот день уснуть. Хочется простого спокойствия и образовавшейся тишины, которая вмиг нарушается громким лаем Ёнтана из кухни и безумно сильной пульсацией в висках. Он медленно опускается на пол, поджимает колени к груди и руками с силой сжимает голову, ощущая бешеное сердцебиение с дрожью во всем теле. Вновь боль, страдание, которое не прекращается изо дня в день, и желание не просыпаться.       Ноги трясутся, стоит аккуратно подняться с пола, еле держат вмиг каменное тело и медленно ведут его к кровати. Тэхён падает сверху, мучительно хрипит из-за резкой боли и поджимает пальцы на ногах, зарываясь пальцами в вихрастые волосы и крепко сжимая глаза. Хочется и правда не проснуться.       Черный силуэт тянет руку все ближе, разносит мимолетным движением незначительное количество мрачного густого дыма и сгущает темными тучами ясное небо, вмиг ставшее черным. Колючая трава щекочет ноги, позволяет слышать все слишком отчетливо и видеть ее — руку, которая крепко сжимается на горле, мешает дышать и вонзается острыми ногтями в нежную кожу, резко раздирая. Чувство пустоты щекочет душу, позволяет обессиленно упасть в зеленую шуршащую траву, ощутить постепенно намокающую белоснежную ткань рубашки и коротко улыбнуться, видя перед собой совершенно иной силуэт, отличавшийся теплом и заботой…       Яркое солнце слепит внезапно открытые глаза, позволяет бегло откинуть спутанные волосы с лица, не понимая происходящего, и аккуратно подняться в сидячее положение. Впервые ему снится продолжение начатого сна, причем слишком реалистичное, чтобы махнуть рукой и больше об этом не думать. Раньше все было слишком обычно: какие-то тени, сгущающиеся краски и темные цвета, которые с каждым днем становились еще чернее и ужаснее. А сегодня все начало смешиваться в единую картину, которую хочется полностью собрать и, наконец, понять. Неимоверно хочется уснуть дальше, продолжить видеть начатое и, как ни странно, ощущать. Ощущать себя кому-то нужным и не гадать о том, что все-таки случилось с тем парнем.       Тэхён вздрагивает, стоит только повернуться в сторону сидящего Ёнтана, смотрит на его наклоненную мордочку и испуганно вскрикивает, когда боковым взглядом замечает красные разводы на подушке. — Почему?! — взволнованно шепчет и резко касается собственной шеи, не чувствуя ничего, кроме быстрой пульсации.       Он смотрит на сидящего щенка возле двери, поворачивает голову к слегка окровавленной наволочке и быстро поднимается с кровати, идя к зеркалу. Отражение иногда показывает совсем не то, что хочется видеть. Тэхён резко разворачивается и нервно смотрит в окно, больше не замечая пролетевшего черного пятна, которое буквально несколько секунд назад показалось в отражении зеркала. Чувствует бьющееся сердце, легкую головную боль, постепенно прекращающуюся из-за попыток восстановить дыхание, и неуверенно осматривает себя в зеркале, замирая из-за кровавых разводов под носом и на подбородке. Руки слегка трясутся, стоит прикоснуться к слегка влажному носу, а вмиг убежавший Ёнтан заставляет испуганно пойти следом и посмотреть на его грустное поведение. — Прости, вчера я рано уснул и не погулял с тобой, — виновато шепчет и присаживает на корточки возле двери, зарываясь пальцами в мягкую шерстку, — сейчас умоюсь и пойдем.

—

      Ветер взлохмачивает волосы, вновь путает, заставляя горестно вздыхать и поправлять, а нежная улыбка расцветает на губах, стоит увидеть радостного Ёнтана и его веселый бег по плиткам. Тэхён пишет Джину сообщение, что задержится на несколько минут, пролистывает новости, вчитываясь в слишком интересные, и дергается от неожиданности, стоит вытянуть руку с поводком и удивленно посмотреть на рвущегося щенка. — Привет, — шепчет Чонгук, хмыкая из-за ошеломленного лица знакомого, и присаживается на корточки, оглаживая пушистую шерсть подбежавшего Ёнтана.       Почему так хочется закричать? Оповестить всех прохожих о своем страхе из-за этого новенького, из-за своего беспокойства, что университет не единственное место, в котором они смогут встретиться? Почему они вообще встретились возле его дома? Тэхён абсолютно точно не сможет ответить ни на один заданный вопрос. — Я шел в магазин и увидел тебя, решил поздороваться, — выпрямляется и сжимает кулаки. — Не рад меня видеть? — Ты живешь где-то поблизости? — Можно и так сказать, — кивает и зачесывает взлохмаченные волосы рукой. — Ты сегодня придешь в университет? — Да, приду…       Тэхён слегка испуганно смотрит в черные затягивающие глаза, подмечает едва заметный шрам на щеке, невольно крепче сжимая поводок, и резко отводит глаза в сторону, стоит только встретиться с чужими. Ему о многом хочется спросить: например, о способности слишком внезапно появляться рядом, о постоянно сжатых кулаках и легкой улыбке на губах, стоит им опять же встретиться, или узнать: почему рядом ощущается и тепло, и холод? — Ты шел в магазин, а я — домой, — боязливо хрипит и дергает Ёнтана к себе, удивляясь его привязанности к незнакомому человеку. — Пока. — До встречи, — машет ладошкой и коротко улыбается, смотря в след уходящему парню.       Тэхён шокировано разворачивается обратно, дергает Ёнтана за повод, притягивая к себе, и смотрит на все еще стоящего Чонгука, действительно напрягаясь. Мало того, что с самого утра встретились, так еще и Ёнтан ведет себя слишком странно, как будто разлучили с любимой игрушкой. Впервые он так тянется к кому-то, тихо скулит, постоянно поворачиваясь к оставшемуся парню, и опускает мордочку в землю, не обращая никакого внимания на голос некогда любимого человека. Тэхён сейчас реально загоняться начинает, думает о том, чтобы нанять Чонгука на работу, ведь кто знает будет ли Ёнтан ходить с ним на улицу, и обреченно заходит в лифт, рассматривая собственное отражение в зеркале. — Слишком странное утро…       Вновь оповещение о прибытии на свой этаж, осмотр по сторонам на наличие чужого присутствия и нервный поворот в сторону собственной двери. Тэхён спокойно выдыхает, когда не замечает посторонних предметов у себя под дверью, смотрит на идущего Ёнтана, невольно сжимая губы из-за неуверенности, и открывает двери. Почему-то желание идти в университет, получать знания или просто общаться с другими больше не наблюдается. А вот остаться дома, спокойно провести день с ноутбуком на кровати и кушать вкусную еду — невольно заставляет нелепо улыбнуться и вздрогнуть из-за нового оповещения. — Я чувствую, что ты раздумываешь об абсолютно противоположных вещах, — разносится в уме голос Джина, — но лишь скажу, что сегодня мы будем разбирать темы для совместных докладов, поэтому поднимай свою жопу и неси в университет. — Умеешь ты вовремя написать, — тяжело вздыхает и отцепляет поводок, наблюдая за убегающим Ёнтаном. — Я принесу тебе вкусняшку сегодня, чтобы не обижался…       Тэхён видит поворот пушистой попы в комнату, цокает, когда хватает лежащую сумку, и с опущенной головой выходит из квартиры, едва ли с силой не захлопывая дверь. Никогда бы не додумался до того, что можно обижаться на щенка, любимого и родного, который не только каким-то образом привязался к совершенно чужому человеку, но и начал обижаться из-за того, что пришлось уходить. Иногда даже свои поступки прошлых лет легче понять, чем эти, которые оседают глубоко в душе и заставляют сильнее хмуриться.       Все его дни одинаковы: пробуждение, прогулка с Ёнтаном, совместный прием пищи и автобус, который сейчас останавливается из-за маха руки бегущего парня и впускает его в салон, слыша благодарные высказывания с явным пыхтением. Тэхён, тяжело дыша, заваливается на свободное место у окна и сует в уши наушники. Сейчас музыка — единственное, что спасает от внешнего мира и навязчивых мыслей, позволяет прикрыть глаза, невольно вслушиваясь в спокойную мелодию, и ощутить тепло. Все детство прошло в разъездах из города в деревню, которые оставили свои приятные воспоминания: например, умиротворение лишь от легкой тряски поезда, таинственное чувство из-за открывающегося вида за окном или счастье из-за долгожданной встречи на перроне, стоит только заметить родного человека и побежать в ласковые объятия. Его детство было слишком прекрасным, чтобы так просто забыть.       Проезжающие машины помогают хоть немного, но проснуться от воспоминаний о детстве, внимательно рассматривать дома, запоминая фасады зданий для редких рисунков, и заметно кривиться, стоит краем глаза заметить один из корпусов университета. Хоть Джин и наставляет на путь истинный, но уберечь от отвращения к этому месту явно не сможет.       Тэхён перехватывает сумку крепче, хватается за поручень переднего сиденья и поднимается, широко раскрывая глаза. Все ощутимое тепло вмиг пропадает, оставляет на своем месте некий страх за свою жизнь и ошеломленно испуганный взгляд в сторону сидящего Чонгука. — Ты как тут оказался? — нервно спрашивает, аккуратно перелезая через парня. — Мы ведь попрощались, нет? — А зачем опять прощаться? — грустно улыбается и идет следом. — Я просто зашел в автобус и увидел тебя, решил сесть рядом. — И только возле меня было свободно? — резко поворачивается к удивленному Чонгуку и хватается за вытянутую руку, стоит автобусу внезапно притормозить. — Спасибо… — Почему я не могу сесть с тем, кого знаю? — чуть наклоняет голову в бок и ласково улыбается, большим пальцем оглаживая нежную кожу вырванной руки. — Наша остановка.       Тэхён вылетает из салона автобуса, чувствует легкую пульсацию в голове и едва ли не отпрыгивает в сторону, когда замечает Чонгука с другой. В скором времени он и правда станет заикой, начнет пугаться всех подряд да даже счастливого Ёнтана, бегущего из другой комнаты, а уже потом пойдет в больницу, чтобы… — Чёрт… — Что случилось?       Взгляд цепляется за взволнованного Чонгука, за нахмуренные брови, которые, кажется никогда не приходят в естественное положение, и останавливается на сжатых кулаках. У него из-за этого невольно паника начинается, а чувство, будто еще секунда и ему за что-то влетит, явно не собирается покидать больную голову. Тэхён вновь смотрит в не моргающие и такие завораживающие глаза и вертит головой в разные стороны, взъерошивая вихрастые волосы. — Забыл купить лекарства, — пожимает плечами и вытаскивает из сумки сложенный лист. — Придется после занятий в аптеку идти.       Тэхён вчитывается в написанные названия, пытается увидеть хоть что-то знакомое, но лишь в очередной раз тяжело вздыхает и поворачивается к внимательному парню. Странно, что Чонгук такой спокойный, когда они находятся вместе, странно, что он вообще сейчас идёт рядом, а не уходит дальше и не обращает внимания на других студентов. Определенно странно, что из всех людей, он выбрал своей целью именно Тэхёна — парня, который всем своим видом старается сделать так, чтобы их недолгое общение сократилось полностью. — Ты сегодня опять сидишь с тем парнем? Чонгук слишком внезапный. — Он мой друг, я, в принципе, только с ним и сижу, — удивленно отзывается и заходит в здание, сразу же замечая ждущего Джина. — Прости, но я пойду.       Тэхён быстро шагает в сторону недовольного парня, натягивает на лицо самую яркую улыбку и крепко обнимает, хватая непонимающего друга за кисть и буквально летя в сторону нужной аудитории. Совсем не хочется объяснять такое поведение, пытаться как-то увильнуть от темы, ведь все равно не получится, и оставаться рядом с тем, от кого они и убегают. — Ты же знаешь, что я в любой момент могу тебя двинуть, да? — возмущается, с улыбкой смотря на взъерошенного Тэхёна. — Чего ты такой нервный с утра? — Возле дома, а потом и в автобусе встретил Чонгука, — нервно хрипит и падает на свободное место возле окна. — Я ещё никогда никого так не боялся. — Ты себя только накручиваешь, просто признайся, что все нутро переворачивается, стоит только оказаться рядом с новеньким, — фырчит из-за удара по плечу и удивленно смотрит в сторону двери, замечая Чонгука с уже знакомым парнем. — Знаешь, я бы лучше остерегался Намджуна.       Тэхён внимательно смотрит в том же направлении, чуть хмурится, когда Чонгук садится недалеко от него вместе с этим Джуном, и резко отворачивается к окну. У него почему-то все лицо пылать начинает, а руки дрожать, вот только не из-за страха вовсе, а безумно странного чувства, которое уже давно не появлялось в душе. И, стоит сказать, лучше бы вообще не появлялось. Хорошо, что это даже и влюбленность назвать нельзя, а так симпатией к человеку, который покорил бьющееся сердце своей красотой и чрезвычайным вниманием. И года не прошло, а он вновь решает добить себя ненужными эмоциями и ощущениями, странными людьми и постоянными вопросами к ним же. Теперь почему-то интересно узнать про ненавистного Джину парня, который сейчас коротко поворачивается к ним и моментально смотрит в сторону вошедшего преподавателя. — Кажется, тут все странные, — выносит вердикт и непонимающе смотрит на друга. — Ты чего? — Тэхён, ты возглавляешь этот список. — Я бы с тобой поспорил, но лекция уже началась, — показывает язык и хватает ручку, боковым зрением замечая Чонгука, смотрящего на него.       Хотелось бы рассказать Джину о найденной фотографии, рассказать свой сон, который опять остановился на чем-то таинственном, и попросить совета, что делать дальше. Вот только не хочется делать поспешных выводов, ведь квартир на этаже много, а вероятность, что фото было предназначено ему, слишком мала. Тэхён пальцами взъерошивает волосы, изредка скользит взглядом по Чонгуку, который слишком внимательно слушает преподавателя, и начинает записывать все самое нужно, чтобы потом повторить весь материал перед экзаменом и не тупить, как делает сейчас. — Не спи, — Джин тычет в бок замершему другу, — сейчас темы выбирать будем. — Ты со мной? — Кто же с тобой ещё захочет?       Тэхён вот уже не уверен в правильном ответе на этот вопрос. Если раньше все работы они выполняли вместе, страдали и засыпали над бумагами, то сейчас, когда чужой взгляд вновь чувствуется, все кажется не таким спокойным и желанным. Тэхён неуверенно смотрит на электронную доску, где высвечиваются все имеющиеся темы, и хмурит брови, когда слышит вариант Джина, невольно отказываясь. В этот раз хочется чего-то нового, о чем раньше он и не думал писать, а все, что выбирает друг кажется таким заезженным и простым, что сможет написать даже ученик старшей школы. — Давай что-нибудь посложнее? — Тэхён, я ужасно запарился совмещать работу и учебу, — стонет, смотря в понимающие глаза. — Может тогда в разных группах будем? — И с кем, интересно? — В этот раз вы не будете выбирать себе партнёра, — внезапно говорит мужчина, привлекая внимание. — Я уже разбил вас на группы, поэтому просто найдите этих людей и начинайте делать проект. Все свободны. — Вот тебе и новость, — глухо сопит Джин и падает на сложенные руки, удивляясь гомону и шуму. — С кем нас поставили?       Тэхён бы ему ответил, даже пальцем указал, чтобы точно в цель попасть, но эта цель сама приходит, становится возле их стола и неуверенно касается чужой руки. Тихий смешок слетает с губ, стоит только увидеть ошеломленное лицо Джина, а взгляд цепляется за сидящего Чонгука. — Какую тему выбрал? — Мы вместе?! — нервно спрашивает, смотря на стоящего Намджуна. — Ты можешь поменяться с кем-то, если… — Меня все устраивает, — хмыкает и оставляет листок с номером. — Напиши, когда определишься.       Тэхён только и хлопает глазами, наблюдая за этим разговором, а после язвительно хихикает, когда видит неживой взгляд в свою сторону от друга и его закушенную губу. Хочется просто верить, что оба не убьют друг друга до завершения работы. — Тэхён, мы с тобой в группе, — приятный голосок разносится над головой, вынуждая внезапно посмотреть на девушку и чуть нахмурить брови. — Я бы хотел один работать, если ты не против, — виновато пожимает плечами и видит мгновенный кивок. — Ты бы мог так же сказать Джуну. — Я сейчас способен только на то, чтобы мысленно убивать одного человека.       Взгляд скользит по темам, старается зацепиться за понравившуюся, но только проскакивает мимо, стоит преподавателю ее исключить. Руки заметно напрягаются, когда найденная тема еще красуется не тронутой, а резкий подъем с нагретого места заставляет неуверенно покоситься на идущего Чонгука и ускориться. — Можно тему про загробную жизнь?       Тэхён вздрагивает от неожиданности, резко поворачивает голову к стоящему Чонгуку и хмурит брови, когда понимает, что оба сказали одновременно и выбрали эту тему. Вот только все нутро против, кричит о том, что это будет самая огромная ошибка и что вместе делать им точно нельзя, что один шаг в сторону и преждевременный расстрел. А жить так-то хочется. — Я тогда… — Чонгук ведь новенький? — удивленно спрашивает мужчина, смотря то на одного, то на другого. — Возьмите эту тему, и, Тэхён, объясни ему мои требования, чтобы в будущем не было проблем, ладно? — Я хотел выбрать другую… — испуганно сжимает кулаки и чуть закусывает губу. — Можно ли мне взять… — чужой голос слишком громко разносится над ухом, а сам обладать забирает другую тему, заставляя ошеломленно посмотреть на кивок преподавателя. — Я хотел ее взять… — Я уже записал тебя с Чонгуком в одну группу и закрепил за выбранной темой, — машет в сторону двери и вновь утыкается в книгу. — Всего хорошего.       Как жаль, что самое хорошее внезапно улетучилось из его жизни, оставив лишь страдания и Чонгука, который пристраивается рядом и останавливается напротив их стола. Иногда бывает ощущение, будто ты что-то должен вернуть, загладить вину перед кем-то или просто хотя бы заговорить, пытаясь понять в чем проблема. А бывает просыпается шестое чувство, которое так и кричит уходить как можно дальше и не смотреть на протянутую руку с белым пакетом. — Что это? — Тэхён удивленно замирает с сумкой в руках, поднимает глаза на парня и опять хмурит брови, видя легкую улыбку. — Купил тебе лекарства, о которых ты говорил, — пожимает плечами и протягивает пакет к Тэхёну. — Возьми. — Тебе не нужно было тратиться, к тому же, я сам могу купить, — неловко хрипит и обходит замершего Чонгука. — Спасибо, но отнеси их обратно. — Лекарства не принимают, — серьезно говорит и резко разворачивается, хватаясь за кисть. — Просто возьми и поскорее прими, чтобы головные боли постеп… — Как ты узнал о болях? — ошеломленно перебивает и смотрит в черные глаза. — Я видел тебе в университете, когда ты мучился от них, — спокойнее шепчет и вешает пакет на схваченную руку. — Мне не сложно купить тебе лекарства, Тэхён.       Стоит ли вновь говорить о том, что то тепло, которое появилось секундой ранее, незаметно превратилось в холод, обжигающий кожу? Что Чонгук сейчас слишком серьезный, стоит с легкой улыбкой на губах и нежно проводит большим пальцем по нежной коже, вызывая этим одновременно неимоверное чувство трепета и страха? Стоит лишь сказать, что ничего хорошего сейчас явно не происходит.       Схваченная рука от всех этих прикосновений слегка дрожит, ощущает тяжесть пакета с лекарством, а тело напрягается, стоит только опустить голову на их руки и внезапно ощутить прилив жара. Тэхён резко вырывает руку, шуршит пакетом и, не оборачиваясь на оставшегося Чонгука, быстро шагает из аудитории. Взгляд скользит по проходящему Намджуну с парнем, цепляется за их серьезные лица и останавливается на чужом повороте головы, вынуждая от неожиданности вздрогнуть и пойти в другую сторону. Хочется найти Сокджина, схватить его за капюшон толстовки, чтобы точно отцепиться не смог, и повести забирать документы из этого места. — Тэхён! — Что? — мгновенно останавливается, ощутив хватку на локте, и поворачивается к какому-то парню. — Что случилось? — Тебя попросили сейчас подойти в 186 аудиторию, — пожимает плечами и уходит.       Тэхён шокировано смотрит вслед, сжимает ручки пакета, думая о том, что еще минута и он точно не выдержит всего происходящего, и резко оборачивается, чуть отпрыгивая в сторону из-за стоящего Джина. — Ты меня таким появлением в могилу загонишь, — сжимает амулет в руке и трясет головой. — Сходишь со мной в аудиторию? — Плохая идея, — отказывается, облокачиваясь на подоконник. — Я хотел поговорить с Джуном, даже за ним побежал, когда ты пошел за темой к преподавателю, но наткнулся на слишком разгоряченную беседу, — смотрит по сторонам и за воротник притягивает дернувшегося Тэхёна. — Такое ощущение было, что секунда и обычным разговором они точно не отделаются… — Я видел его несколько минут назад, он шел куда-то с парнем. Может поругались из-за чего-то? — Вот бы только поругались, — задумывается и громко вздыхает. — Ладно, иди в свою аудиторию, а я пойду отпрошусь от последнего занятия, чтобы успеть переодеться перед работой. — Может тебе взять отдых?       Волноваться за кого-то вошло в привычку, стоило только уехать от семьи, постоянно переживая за их здоровье, и познакомиться с Джином, который каждый день себя буквально калечит на гребаной работе, причем совершенно осознанно. Однажды настанет тот момент, когда на карте будет достаточно большая сумма для того, чтобы до конца своих дней не работать и не думать, чем бы таким питаться, не потратив слишком много денег. А пока, перебиваясь значительно малыми суммами, они будут жить и думать, что один день отдыха может стать знаком сокращенной зарплаты и созданием последующих проблем. — Прекращай уже волноваться, — хмурится, разглаживая складку меж бровей Тэхёна. — Скоро все закончится. — Надеюсь, — хрипит и удивленно смотрит в спину уходящего Джина.       Скоро все и правда закончится: университет, который хоть и невыносим, но довольно сильно привязал к себе всех студентов; боли, ведь купленные лекарства уже шуршат в пакете; и некий страх перед Чонгуком, который с каждой секундой становится все загадочнее. В будущем у них много времени вспоминать прошедшие дни, гордиться ими или, напротив, скалиться из-за слишком неловких моментов, думать о том, что в определенных ситуациях можно было сделать иначе, что принятые решения не всегда были правильными, хоть в тот момент это казалось самым лучшим поступком. Со временем наступят те дни, которые не захочется забывать и которые будут приносить лишь самую таинственную радость и неимоверное счастье.       Тэхён шагает в сторону нужной аудитории, невольно поворачивает голову в сторону лестницы, вспоминая написанную надпись на двери, которая, кажется, слишком глубоко засела в душе, и кладет чуть дрожащую руку на ручку двери. В этом пустом и отдаленном коридоре всегда что-то да случалось: постоянные стычки студентов, какие-то происшествия с потолком и окном, через которое сюда и поступает свет с улицы, а еще закрытые аудитории, где преподаватели совсем не проводят занятия. Кажется, это место отлично подходит для того, кто хочет встретиться с нужным ему человеком. — Вы меня звали…?       Взгляд останавливается на темной фигуре, стоящей у открытого окна, цепляется за чуть колышущиеся шторы, стоит легкому ветерку залететь в аудиторию, и скользит по чуть темной аудитории. Тэхён невольно замирает возле двери, чтобы, если что, успеть вернуться обратно, ибо все слишком странно, и слегка слышно кашляет, позволяя телу напрячься и посмотреть на повернувшегося парня. — Думал, ты уже не придешь, — разносится знакомый голос, заставляя вздрогнуть из-за идущего Чонгука и отступить назад. — Зачем ты позвал меня?       Тэхён с опаской следит за осторожным передвижением парня, сжимает ручку двери за спиной и растерянно поднимает голову, заглядывая в усталые глаза. Странно, но что-то в них совершенно не даёт покоя, словно все те эмоции и чувства, ранее плескавшиеся в чёрной глубине, на самом деле не те, какими казались в первые встречи. Словно великий обман, скрывавшийся за завесой страха и холода, наконец, раскрылся со стороны правды и справедливости. Будто Чонгук совершенно не тот человек, которого он привык видеть. — Голова не болит?       У Тэхёна от этого томного шепота все нутро переворачивается и начинает полыхать вместе с легкой болью в висках. Он удивленно смотрит в спокойные глаза, сжимает ручку двери, создавая тихий скрип, который привлекает совсем не нужное внимание другого человека, и испуганно вскрикивает, когда соприкасается спиной с твердой поверхностью. — О чем ты думаешь, Тэхён? — серьезно спрашивает и слегка сжимает напрягшиеся плечи. — Не понимаю, почему ты ходишь за мной? Мы ведь даже не знакомы… — Есть причина, по которой я это делаю, — чуть тише добавляет, — но ты еще не поймешь. — Тогда можешь оставить меня в покое? — Нет.       Паника и вновь совсем не нужные воспоминания, действия, которые оседают в душе и не собираются покидать забитую голову, руки, касающиеся трясущегося тела, и голова, которая с каждым разом все сильнее начинает болеть. Виски снова пульсируют, создают шум в ушах, заставляя невольно кривиться под напором цепких глаз, и мешают сконцентрироваться на всех тех действиях, которые сейчас одновременно и пугают, и заставляют почувствовать спокойствие. Тэхён затуманено смотрит на спокойного Чонгука, чувствует свое бешеное сердцебиение вперемешку с легкой дрожью в ногах и дергает по дверной ручке, внезапно выходя из аудитории. — Ты скоро сам все поймешь, — легко улыбается и смотрит вслед уходящему Тэхёну, видя его взъерошенные волосы и сжатые кулаки.       Все тело чувствует цепкий и такой внимательный взгляд, ощущает разливающееся тепло и внезапно появившийся холод. Шаг с каждый разом замедляется, заставляет невольно остановиться, сжимать пальцами сумку и опустить голову в пол, наблюдая за тем, как к собственной тени добавляется другая. Тэхён сжимает глаза, резко прикладывает ладошку к висящему амулету и слегка отшатывается в сторону, мгновенно дергаясь из-за чужой держащей руки. — Отпусти… — Если отпущу — ты упадешь, — шепотом произносит и придерживает вмиг расслабленное тело. — Голова болит? — Да, — слабо кивает и неосознанно облокачивается на чужую грудь.       Чувства возникают слишком внезапно, не дают успеть что-то осознать или предотвратить, и также внезапно пропадают, оставляя лишь ощущение некого спокойствия. Тэхён слышит шумное дыхание в затылок, ощущает тяжело вздымающуюся грудь и свое прерывистое дыхание, которое постепенно успокаивается, позволяет бездумно прикрыть глаза и потерять сознание, оставаясь расслабленно лежать в чужих руках.