Сборник

Она и Горбач развезли детей по их новым домам и отдали в семьи. Это заняло больше времени, чем можно было предположить, но превозмогая усталость и самих себя они всё же смогли. Никто бы не посмел сказать, что они неважно со всем справились. Даже Крестная была пристроена, а это был ну очень сложный ребёнок. Горбач нанялся в лавку музыкальных инструментов, а ей нигде не было места. В автобусе она не знала куда ехать, в городах не могла оставаться. Ей было всё равно, но часть её души знала, что это наглое враньё самой себе. Крыса до сих пор хранила свое кольцо. Зачем и почему? Даже она сама не знала для чего или не хотела знать. Да, какой-то переод её жизни Слепой всё же вернулся к ней. Целых три года они прожили вместе, но в конце он ушёл. Его тянуло в Лес, а она не могла следовать за ним. Слепой предлагал перевести её, но тут встревало одно обстоятельство — ребёнок. Точная копия Слепого и может немного её самой. Чем дольше Крыса сидела у детской кровати, тем больше осознания о своих чувствах к ней приходило. Нет, она не ненавидит его, но и «великой материнской любви» в ней тоже нет. Они со Слепым даже никогда не называли его по имени… В итоге, чего и следовало ожидать- Слепой ушёл на Изнанку. Всё произошло очень просто — она просыпается и…его нет. Остались свитера Слепого, его щетка в ванне, кружка, да и много чего другого. Крысе было всё равно, она не осталась ни в одном городе или стране. Её не привлекали милые улочки, гул огромных городов и всё то, что могли подарить деревни, городишки, мегаполисы. Наверно потому как душой она жила под землей, меж корней толстых деревьев, иногда в узкой норе, украшенной ракушками, иногда на болоте, приманивая к себе свистунов и губя лягушек. Крыса довольно много слышала о судьбах своих собратьев по Дому. Македонский и Химера даже отправляли ей приглашение на своё бракосочетание. Тогда ей вспомнилось, что они так и не расписались. Слепой считал это ненужной условностью, а ей было как-то без разницы. Рыжая жила одним обещанием от Лорда (который не приходит уже который год), а про Рыжего и Габи, вместе с их семейным счастьем стоило умолчать. Крыса и Слепой были не самой обычной парой. У них не было любви в привычном её понимании. Слепой с самого начала больше слушал, чем говорил. Оба курили и выглядели рассеянными, но в отличии от Крысы мысли его были не здесь. Он с сразу поняла, что он затаился в себе и теперь выжидает. Что именно, она так и не догадалась. Не стала ломать голову и решила, что померещилось. Потом ребёнку стукнуло три. Крыса везде таскалась с ним — из города в город, из деревни в деревню, из отеля в мотель. А потом он перестал заводить друзей, не успевал, а потом забросил это гиблое дело, а потом в его незрячих глазах появилось то самое выражение — равнодушие. Мелкому было плевать где спать — в кровати съемной квартиры или на заднем сидении авто. Со временем он даже говорить начал как отец и тогда Крыса не выдержала. Не выдержала всех этих повадок и не могла обрекать ребёнка на вечное одиночество, но она знала одного безрукого психолога, который был бы не против посидеть с ребёнком летом… но в планах Крысы далеко не на одно лето. Сфинкс, казалось сразу понял, что она оставляет его если не навсегда, то определённо надолго. Сейчас она ехала незнамо куда. Прошло много месяцев, но вина за оставленное чадо до сих пор мучила её. Была ночь, полупустая трасса. Крыса решила свернуть в первый попавшийся мотель. Нашлась свободная комната, что конечно же «не имела клопов в кроватях» и вода была «горячее некуда». Кольцо, что всё время было на виду напоминало о человеке, которого она ждала в тайне от себя. Ждала, чтобы наладить всё. Хотя бы на время. — Нужно покурить…- сказала Крыса в абсолютную пустоту комнаты. Форточка грязного окна из комнаты не открывалась, в красках обругав эту чертову форточку, ей пришлось выйти на общий балкон, соединяющий все комнаты воедино. Где-то висело бельё, а откуда-то были выставлены бутылки явно чего-то крепкого. Она просто стояла и смотрела в силуэты дыма предпочитая не думать о том, что сама же травит себя этим легальным наркотиком. Вдруг она повернула голову вправо и увидела мужчину. Крысу вибило из реальности, он. Это был он! Щенячий восторг наполнил душу и она сама же стыдила себя за это, но какая к чертям разница если вот он! Стоит перед ней и как будто не замечает. Как всегда равнодушен и по-змеиному спокоен. Волосы, чёрные как смола занавесили лицо, чёрные джинсы обтягивали худые ноги, а белая кожа сверкала в лунном свете. На нём не было огромного свитера который он так любил, но может порвался, а может и ещё что. — Слепой! — выдала она громко, словно ребёнок бегущий к матери после долгого дня в школе. Он оборачивает голову. Вот! Сейчас! — Девушка, вы что-то путаете. Я отлично вижу. — Извиняюсь. Обозналась.