Моей любви растраченной частицы

Одним из условий оформления заказа было заполнение короткой анкеты, в которой покупатель должен был указать номер телефона, чтобы в случае ошибки или иных непредвиденных обстоятельств мистер Фелл мог связаться с человеком. Так и в этот раз, когда мужчина обнаружил забытый аксессуар, то сразу решил, что если дама сама не явится за пропажей, он наберет домашний номер некой миссис Кроули. На следующий день перчатки никто так и не забрал. Азирафаэль немного нервничал и решил позвонить, когда лавка уже будет закрыта и последние покупатели покинут помещение. Тоби сегодня не появлялся вовсе: хитрый юноша прикинулся больным и усиленно кашлял в трубку, пока букинист пытался выяснить что случилось. Понимая, что в преддверии рождественских праздников от молодого человека будет мало толку, Фелл оставил его в покое и сам выполнял все обязанности продавца оставшийся рабочий день. На улице зажглись первые вечерние фонари, и Азирафаэль снял трубку с рычага, готовясь набрать цифры, выведенные красивым витиеватым почерком на белом листе бумаги. — Алло? — на том конце провода раздался томный женский голос с хрипотцой. — Добрый вечер! Миссис Кроули? — добродушно отозвался Фелл, приветствуя леди. — Внимательно Вас слушаю, — тон тут же изменился, став серьезным. — Беспокоят из книжной лавки «Мистер А. Фелл и Ко». Вчера вы приобрели у нас книгу, но к сожалению, оставили кожаные перчатки. Я бы мог выслать вам сей предмет по адресу, который вы можете мне любезно предоставить. — Благодарю, мистер Фелл, — голос стал расслабленным, и Азирафаэль понял, что женщина улыбается, разговаривая с ним. — Но я бы предпочла забрать пропажу лично. Назовите любое место встречи и я приду. Букинист в удивлении вскинул темно-русые брови: «Неужели это было завуалированное приглашение от дамы?» Но медлить было неприлично, и поэтому он вспомнил ресторан, который сам посещал довольно часто. Пригласить туда столь благопристойную леди показалось ему лучшим вариантом. — Тогда ресторан «Ритц». Завтра в обеденный перерыв, вам подойдет? — Великолепно, — прошелестела миссис Кроули, — Буду ждать вас в назначенном месте. До встречи, дорогой мистер Фелл. Смущенный обращением, мужчина не успел ничего возразить. В трубке в ту же секунду раздались короткие гудки. Взволнованно поправив бабочку в шотландскую клетку, Азирафаэль аккуратно сел в глубокое старое кресло. Ему потребовалась большая кружка горячего какао, чтобы успокоиться и прийти в себя.

***

Букинист по привычке занял столик у окна, за которым можно было увидеть как растет раскидистое дерево. Весной на его ветках качался соловей, выводя великолепные трели. Часто мистер Фелл слушал его песню, чувствуя в душе ноющую грусть и щемящую тоску, наполнявшие его сердце с приходом прекрасной поры. Уже очень много лет он был одинок. Было время, когда букинист был счастлив и влюблен, но те блаженные дни давно канули в лету, оставляя на душе лишь глубокие шрамы. С тех пор касаться зарубцевавшихся ран и бередить былое, мужчина не позволял никому. — Добрый день, мистер Фелл, — официант, знавший его в лицо подошел к столику, улыбаясь. — Вам как обычно или желаете заказать что-то новое? — Простите, друг мой. Но я пока воздержусь от заказа. С минуты на минуту должна прийти дама. У нас запланирована встреча. — Отлично, — официант, казалось, был искренне рад за одинокого мистера Фелла, что нашел себе спутницу. — Тогда я подойду чуть позже. Азирафаэль кивнул ему и тут же заметил в окне знакомую фигуру, направлявшуюся ко входу в ресторан. Неотразимая миссис Кроули легкой, волнующей сердце походкой, шагала по заснеженной тропинке. Глаза скрывали модные тёмные очки, а лицо, словно светилось мягким внутренним светом. Мужчина в нетерпении устроился на стуле и принялся ждать, когда леди войдет в помещение. Через несколько томительных минут женщина появилась в зале, привлекая внимание окружающих. Пока она направлялась к столику, который указал ей швейцар на входе, леди провожали восхищенные взгляды мужчин и завистливые взгляды женщин. — Простите, что заставила ждать, мистер Фелл, — женщина подарила ему нежную улыбку. Азирафаэль вышел из-за стола и галантно отодвинул стул для дамы, приглашая сесть. — Благодарю, — Кроули благодарно кивнула в ответ на этот жест. — Что будете заказывать? — тот же официант, что подходил к мистеру Феллу, тут же нарисовался снова, желая принять заказ. — Мне шпинат в сливках на яйце пашот и грета мартини с оливкой, — даже не открывая меню, ответила женщина, доставая из маленькой сумочки сигарету и зажигалку. — Что закажите, вы мистер Фелл? — официант учтиво повернулся в его сторону. — Французские блинчики под кленовым сиропом, пожалуйста, и кружку горячего Эрл Грея. Забрав меню, молодой человек бесшумно удалился, оставляя их наедине. — Сигарету? — миссис Кроули протянула ему дорогой серебряный портсигар, выпуская дым через рот. Азирафаэлю она напомнила героиню фильма-нуар. — Не откажусь. Спасибо. Он взял сигарету и, наклонившись, прикурил от любезно подставленной зажигалки. На минуту между ними воцарилось молчание. Мужчина почувствовал, как его словно сканируют взглядом внимательных карих глаз, что теперь не были скрыты темными очками. — Необычная фамилия «Фелл», — сказала миссис Кроули, прищуриваясь. — Старинная фамилия из рода священнослужителей, — пояснил букинист. — Мой отец рассказывал, что мы потомки Джона Фелла. Он был епископом в 17-ом веке. — Как интересно… А дословно как звучит мне нравится! Мистер «Падшший» — растягивая шипящие звуки, произнесла Кроули. Мужчина смущенно улыбнулся и сбросил пепел с сигареты в пепельницу на столе. — А зовут вас как? — продолжала расспрашивать его заинтригованная дама. — Азирафаэль. — Азирафаэль Фелл. Как мило. У вас ангельское имя, вам кто-нибудь об этом говорил? Мистер падший ангел? — Нет, миссис Кроули. Вы первая. А как зовут вас? — Антония. В это время официант принес заказ и на время прервал их увлекательное знакомство. Азирафаэль успел вспомнить, что перчатки он так и не вернул и, охнув, спохватился, доставая вещь из внутреннего кармана пиджака. — Признаться я забыл. — Признаться я тоже, ангел. Но не расстраивайтесь, не могу вас винить. Я всегда произвожу такое впечатление на мужчин, — она забрала, перчатки нежно прикасаясь ребром ладони к ладони букиниста. Блондин смутился, не ожидая такого обращения, и Антония, замечая его состояние спросила: — Ведь вы не против? Если я буду называть вас так? Букинист кивнул, соглашаясь. Хотя столь милое прозвище было ему и непривычно. Женщина поправила прическу, дотрагиваясь рукой с красным маникюром до блестящих рыжих волос. — Ваши духи… — Азирафаэль завороженно втянул носом воздух, — Они чудесные. — Спасибо, — алые губы растянулись в приятной улыбке, открывая взгляду выступающие верхние резцы, которые не портили красоту этой женщины, а лишь добавляли шарма, -Люцифер подарил на прошлый день рождения. — Люцифер это…? — Это мой муж, — мужчина заметил, как нахмурились красивые темные брови, и словно тень набежала на лицо Антонии после этих слов. — Я давно мечтаю получить развод. Но знаю, что так просто он меня не отпустит. Она отвела взгляд, рассматривая пейзаж за окном. Мистер Фелл продолжил смотреть на неё, удивленный таким откровением со стороны почти незнакомой женщины. — А вы, ангел? Живете один? Миссис Кроули резко повернулась, смотря прямо в глаза. Азирафаэль, жевавший блинчик в этот момент, медленно кивнул. — Да. И уже очень долгое время. — И что, нет никого, кто бы скрасил ваши тоскливые серые будни? — женщина откинулась на спинку стула, скрестив руки на груди, провокационно выгибая бровь. Азирафаэль развел руками. Миссис Кроули медленно кивнула, словно понимая его, и опустила взгляд на стол. — Я проголодалась, — женщина как будто только сейчас заметила заказ, что им принесли, — Приятного аппетита. Кроули наклонилась над тарелкой, ловко отправляя в рот ломтик яйца на вилке. Азирафаэль проследил за языком, что аккуратно прошёлся по верхней губе, слизывая желток. — Что делаете на выходных? — как бы между прочим поинтересовалась Антония. — Ничего особенного. Очередной вечер в компании книг и горячего какао. А у вас? — Сейчас ничего. Но там, где я живу не приходится скучать. Хотите в гости в воскресенье? — последовало незамедлительное приглашение, и букинист чуть не поперхнулся чаем. — Хочу, — он смотрел в глаза странной леди, которая, словно гипнотизировала его взглядом. Понимал, что неприлично соглашаться так сразу, но ничего поделать с собой не мог. — Вы необычный мужчина… — произнесла Антония, отпивая коктейль из бокала с оливкой. — Почему? — Словно не из этого мира. Женщина грустно и задумчиво опустила глаза, глубоко вздыхая. Азирафаэль почувствовал как будто их что-то связывает в эту минуту. Словно невидимая красная нить, протянувшаяся от сердца к сердцу. Ему захотелось обнять эту милую и хрупкую леди, так легко доверившуюся ему. Прижать к своей груди и никогда не отпускать. Они распрощались на крыльце ресторана. Мужчина проводил взглядом утонченную леди, занимающую место водителя в чёрной Бентли. В то время редко встречались женщины за рулем, но Кроули никогда не вписывалась в рамки общепринятых норм. Азирафаэль продолжал стоять на тропинке и глядеть вслед, пока машина не скрылась за поворотом.

***

Чёрная машина остановилась в районе Мэйфера у длинного высокого здания. Из нее вышла высокая стройная женщина в серой песцовой шубе и изящно ступая, зашла в первый подъезд. В квартире, где проживала Кроули проходила светская вечеринка. Официанты разносили шампанское в длинных тонких фужерах на подносах, а музыканты исполняли приятную мелодию, под которую танцевала разношёрстная публика. Темноволосый высокий мужчина вел Антонию в танце, не отрывая пристального взгляда от изящных черт лица. — Ты самая красивая. Как всегда, — томно прошептал брюнет, склоняясь к уху Кроули. — Конечно, — она натянуто ему улыбнулась, кривя алые губы. — Но все равно я тебя не люблю. И требую развода. — Милая, не начинай, — Люцифер смерил её жестким взглядом серых глаз. — Я же сказал, что развода никогда не будет. Подумай о дочери. — Я не люблю тебя, — продолжала настаивать на своём женщина. — И не хочу ничего слышать. — Что, нашла себе очередного? — мужчина зло прищурился. Антония проигнорировала его слова, и вырвавшись из объятий вышла на лоджию, плотно прикрывая за собой дверь. Дрожащими пальцами достала сигарету и прикурила. Дверь скрипнула, и Кроули резко повернулась, готовясь защищаться от нападок мужа, но это оказалась Вельзи Вул — старая подруга. Невысокая черноволосая женщина знала её уже достаточно долгое время и во многом поддерживала. Поэтому Кроули не стала возражать против общества мисс Вул. Подруга остановилась рядом и тоже закурила, выдыхая дым в серое пасмурное небо. — Проблемы? — Нет, Вельз. Все в порядке. — А мне показалось, что вы с Люцием только что… — она махнула рукой в сторону стеклянной двери, намекая на размолвку. — Это наши обычные отношения. Ты же знаешь, что он против развода и грозится, в случае чего, забрать Веру. Вельзи только кивнула и вдруг подошла поближе, чтобы обнять женщину. Кроули удивленно выдохнула, но не оттолкнула, принимая поддержку. — Это не моё дело, — мисс Вул отстранилась. — Но если ты на Рождество снова останешься одна, то можешь прийти ко мне. Мы как всегда, отмечаем с братом и будем тебе рады. — Я и останусь одна. Люцифер уезжает к матери в Берлин на Рождество и забирает Веру, — Кроули нахмурила тёмные брови. — Не вижу смысла в этом браке, если мы все равно живем раздельно и с дочерью общаемся по очереди. Она тяжело вздохнула. — Спасибо тебе за заботу, но я решила, что может уеду куда-нибудь. Хоть на пару дней. На миг в её мыслях мелькнул ангельский образ: большие голубые глаза в обрамлении длинных ресниц, милый вздернутый нос, белые кудри и нежные розовые губы… Кроули встряхнула головой, отгоняя видение. «Снова мечтаешь о несбыточном, дорогая? " — издевательски протянул голос в голове, до скрежета в зубах, напоминая тон Люцифера. Вельзи ничего не сказала, только сочувственно пожала бледную ладонь, покоящуюся на балконной ограде.

***

Когда вечеринка подошла к концу, и все разъехались по домам, Антония на цыпочках зашла в комнату дочери, проверяя спит ли ребенок. Люцифер уехал одним из первых, заявив, что ему есть где повеселиться. Кроули могла только надеяться, что до утра он не вернется и не разбудит их пьяным скандалом. Комната дочери встретила её приятным полумраком, который создавал торшер у окна. Вера до сих пор боялась темноты и чудовищ под кроватью, поэтому лампу решено было оставить. — Мама? — девочка проснулась, протирая кулачками заспанные глаза и смотря на Кроули сонным взглядом карих глаз. — Все хорошо, дорогая. Я просто зашла пожелать тебе спокойно ночи, — Антония склонилась над кроватью, целуя Веру в лобик. — Спи спокойно. Девочка кивнула и снова провалилась в глубокий сон, успокоенная нежным поцелуем матери. Женщина устало опустилась в плетеное кресло рядом с кроватью дочери, открывая книжку, которую принесла с собой. На обложке золотыми буквами было напечатано название: «Питер Пэн», автор Джеймс Барри. Кроули пролистала странички, вспоминая белокурого мужчину с солнечной улыбкой. На мгновение в уголках её глаз блеснули слезы, но она тут же совладала с собой. Никто не сможет запретить ей любить и быть счастливой. А что делать дальше, она уж как-нибудь решит сама.