Темно-синий лунный свет.

* * * Спустя пару недель Танджиро уехал в Осаку вместе с семьей, дабы провести там несколько дней, поотдыхать... И Хашибира остался один. В первые дни было хорошо, даже очень, но на третий у него кончилось молоко, жрать уж очень хотелось, поэтому он принял решение пойти в Макдональдс. Заведение быстрого питания нравилось ему, да и цены были приличными, находилось рядом с домом, поэтому сомнений у парня не было, и он, быстро собравшись, пошел в сторону здания с ярко-желтой вывеской. Выбрав какие-то блюда, он оплатил заказ и прошел к мягкому предмету интерьера для ожидания, облакотившись на него и читая чек с номером заказа. Положив бумажку в ладонь, он ее случайно смял и вздохнул, а затем вообще засунул ее в карман и забил, следя за ярким табло. Блюда все еще были в столбце «Готовится», и он прищурился, собирая в себе как можно больше терпения. Но вдруг он просто почувствовал присутствие неоднозначного человека рядом, и, повернув голову, увидел перед собой того самого прекрасного парня, читающего чек с номером и садящегося на автомате рядом с Иноске. Подняв взгляд, он заметил темноволосого. –О, привет, – улыбнулся он. –М... Привет... Моницу? – спросил Хашибира, пытаясь вспомнить чертово имя. Он боялся оговориться и сказать неправильно, боялся увидеть его реакцию, но собеседник рассмеялся и с теплотой в глазах посмотрел на кабаненка. –Хорошая попытка, только я Зеницу, – сказал он. – Только не оговаривайся больше с моим именем, это обидно, – Агацума надул в шутку губы. – Что делаешь здесь? –Собираюсь поесть, – пожал плечами Иноске. – Живу пока один, поэтому... –Готовить не умеешь? – у Хашибиры дернулся глаз. Он ненавидел, когда его перебивают, и уже чуть не оскалился, как вдруг, посмотрев на Зеницу, вся злость вмиг исчезла, сменившись теплотой и легкой растерянностью. Этот парень творил с ним чудеса. –Легкие вещи могу сварганить, – опровергнул он. – Но мне просто лень стало. –Фастфудом вредно питаться, лучше бы сделал себе элементарный омлет, – Агацума провел пальцем по кожаной поверхности сидения. –Сам сюда пришел, – проворчал Иноске. –Твоя правда. Но я за питанием не слежу, а ты, раз уж спортсмен, побеспокоился бы, – Зеницу ткнул пальцем в бицепс собеседника, и оба смутились. –Один раз можно, – отговорился Хашибира, и заметил на табло номер его заказа, светящийся зеленым. Он молча прошел к стойке и забрал поднос. –Эй, ты подождешь меня? – крикнул ему вслед Агацума, удивленно моргая. Зеленоглазый мотнул головой в сторону столика на двоих, намекая, и вскоре блондин, забрав заказ, метнулся к нему. – Знаешь, я тут подумал... – начал Зеницу. – Я могу готовить тебе завтраки. –А? Ну ладно. На самом деле, такое предложение последовало из-за того, что кареглазый испытывал к парню симпатию, и он не замечал за ним, что тот хочет продолжать общение, и для того, чтобы провести время вместе, он и попросился. В лице Иноске был непоколебим. Но внутри пылал огонь. Его сердце снова быстро застучало, и он не мог его остановить. Хашибира почувствовал испарину на лбу. Ему очень хотелось видеть Зеницу ежедневно. Он проклял бы себя, если бы отказался. Они общались за столиком и ели достаточное время, и неловкость даже ушла. Было очень приятно и комфортно разговаривать, и собеседники нравились друг другу все больше и больше. Агацума мечтал уже хоть что-то приготовить Иноске и увидеть его вновь, но в последний момент за завтраком, он достал ручку из небольшого портфеля и написал на салфетке свои контакты. –Пока! – с улыбкой попрощался он и скрылся за стеклянными дверьми заведения. –До встречи, – буркнул в своем стиле Иноске, и, удостоверившись в том, что Агацума покинул Макдональдс, бросился к салфетке и сразу же вбил информацию в телефон. А потом, не задумываясь, положил ее туда же, куда и бросил чек, а именно – в карман. На следующий день в девять утра Хашибира лениво поднялся с кровати из-за звонка в дверь. Вообще, в такое время он спал, так как было лето, а практики у него нет, поэтому он что-то сухо проворчал и прошел в коридор. Не взглянув в глазок, кабан открыл дверь и увидел перед собой Зеницу. Он опешил и снова почувствовал чертово сердцебиение. –Ты пришел! – слишком эмоционально спросонья выпалил Иноске, а потом и сам удивился оттого, что так сказал. –Как я мог не прийти? – улыбнулся Агацума, который в душе очень сильно переживал. Темноволосый молча отошел от двери, пропуская парня внутрь, позволяя снять обувь. –Так... Что у тебя есть из продуктов? – спросил блондин и пошлепал на кухню. Зеницу варганил у плиты уже где-то полчаса, что-то оживленно рассказывая. Иноске, когда только проснулся, был подавлен, но когда появился гость, настроение сразу же улучшилось. Он не понимал, как Агацума может так на него действовать, но он был очень счастлив в его компании. Сам кареглазый тоже искрился, тоже был очень рад, а Хашибира просто смотрел на него, сидя за небольшим столом, и наслаждался. Движения парня были довольно плавными, приятными, сам он наверняка улыбался, пусть и стоял спиной к хозяину квартиры, солнце играло по его волосам, да и в принципе.. он очень сильно привлекал Иноске. Хашибира встал из-за стола и подошел ближе, и вдруг Зеницу тоже обернулся, облокачиваясь на кухонный гарнитур. На его щеках играл румянец. Он посмотрел из-под рыжих ресниц на парня, стоящего рядом. Иноске был уверен, что Агацума не просто так молчит и стоит здесь, глядя на него так смущенно, а значит, что ему, в лучшем случае, тоже нравится темноволосый. Кабаненок неуверенно приблизился и сократил дистанцию между ними, наклонился, не давая партнеру уйти, и... –А-а-а! – закричал Зеницу. – Я обжегся! Мне больно! Иноске опешил. Он не знал, что тот умеет так громко пищать. Тем не менее, он тут же схватил его за здоровую руку и поволок в ванную, дабы тот подержал ладонь под холодной водой, а после пошел выключать проклятую индукционную плиту. Видимо, Агацума опешил от его намерений, дернул рукой, и она попала на нагретую область для жарки на плите. Это испортило весь момент, и теперь Иноске чувствовал себя очень неловко. А вдруг Зеницу все же не хотел, чтобы они поцеловались? Было страшно перед ним. Он сбегал за аптечкой, вернулся в ванную и оказал какую-то первую помощь (действия по большей части раздавал Зеницу), а затем они молча поели завтрак, и блондин ушел, поджав губы. Иноске провел весь день лежа на диване, чувствуя себя идиотом.