Черта

– И ты пойдешь прямо к нему? Один? Джун, да это самоубийство, – Сонхва ходил за Кимом по всему дому, пока тот надевал костюм. Зачем так официально одеваться, Пак совсем не понимал, но решил не вникать. Сейчас есть вещи более важные. – Мы должны решить это сегодня. Уже нельзя тянуть, – Хон затянул галстук и надел черный пиджак. – Ты останешься здесь и будешь ждать. – Нет! – возразил Пак. Он не собирался отпускать любимого, и плевать сколько там первоклассных убийц. Хон до сих пор нестабилен, кормежка в виде мескалина не прошла просто так, и любой момент может пойти не по плану, как бы Хонджун в себя не верил. Хон вздохнул и посмотрел на Сонхва. Однажды он уже запретил ему лезть в свои дела, только Пак притворился глухим и пропустил все предупреждения мимо ушей. Никаких гарантий что послушает и сейчас. – Тогда слушай внимательно.

***

      Юнхо открыл глаза в уже знакомой комнате. Когда то это была их общая спальня, и этой кроватью он пользовался как почти хозяин дома, а не как пленник. Руки были сцеплены наручниками у изголовья кровати и страшно затекли пока Чон был в отключке. Он предсказывал для себя такой сценарий. В конце концов Минги больше не кого винить, кроме него. Если бы только Сон с самого начала не начал копать под Сонхва всё бы вышло лучше и он бы не лежал здесь. Минги пришёл через несколько минут как Юнхо проснулся. Скорее комната напичкана камерами, и только увидев движение босс решил появиться перед гостем. – Ты отлично выглядишь в этой позе, Юнхо, наручники тебе идут, – усмехнулся Минги, – Жаль, что обстоятельства сейчас другие. – Так в чём проблема? Когда тебе вообще мешали обстоятельства. В голосе Юнхо не было ничего. Словно жизнь была высосана давным давно и осталось только монотонное существование. Он с ненавистью смотрел на бывшего возлюбленного, вкладывая в этот взгляд все чувства что были пережиты. Они строили столько планов вместе, нашли в друг друге тех самых с которыми хочется провести всю жизнь без сожалений. Но Минги решил иначе, и переступил черту от которой стоило уйти подальше с самого начала. И к чему они пришли теперь? Вот к этому? Юнхо очень захотелось рассмеяться, настолько все было иронично, но пришлось сдержаться. Этот человек не должен услышать его смех. – Ты злишься на меня? Малыш Юнхо, вообще-то я должен злиться на тебя. Мои люди несколько дней выслеживали смельчака укравшего моего дорогого братца. И вот ты здесь. Осталось выяснить где ты его спрятал. Минги присел на край кровати и Чон невольно отодвинулся в сторону. На себе не хотелось чувствовать даже малейшего касания. – С чего ты взял, что он у меня? Может он ждёт лучшего момента, чтобы самому тебя найти. – Правда? – Минги улыбнулся, и потянул руку вперёд, чтобы поправить пряди темных волос Юнхо, но тот отдёрнул голову. – Никогда ещё не видел, чтобы в клетку к тигру шли добровольно. – А тигру стоит быть осторожнее. К нему могут прийти, чтобы усыпить. Взгляд Минги изменился, стал настороженным. Он смотрел на Юнхо, словно в его глазах написан ответ на возникший вопрос. Ворвавшийся в комнату Чонхо разом уничтожил накалённую атмосферу. – Господин! Главы срочно собирают совет. Я уже подготовил машину. – Совет? С чего это вдруг? Секретарь в ответ лишь пожал плечами и посоветовал поторопиться. На Юнхо он ни разу не взглянул. Минги вдруг изменился в лице, стал более нервным. – Твоих рук дело? – А что, тигрёнок сразу хвост прижал? Боишься больших дядей? – Советую развязать свой язык до вечера, малыш, иначе придётся с ним распрощаться, – глава проследовал к выходу и приказал Чонхо следить за пленником. У машины его уже ждал верный Чхве Сан, готовый поехать рядом, но Минги остановил его. – Останься и следи за Чонхо. Если он и правда замешан, то не оставит своего же в беде. Чхве не смог сдержать довольной улыбки: – Я вас понял.

***

      В здании, принадлежащем Чон Ховону всё было так же как и обычно. Куча охраны, работники снуют туда-сюда выполняя задания от главной верхушки. Ничего что могло бы вызвать у Сона беспокойство. Минги как всегда поднялся по главному лифту в сопровождении своей охраны, и вошёл в нужный кабинет. Все стулья пустовали, а самый главный был повернут спинкой. И Сон был уверен, что он не один в этой комнате. Это и есть та ловушка? О которой ненавязчиво сказал Юнхо. Со вздохом, Минги присел на своё место, жестом руки приказал охраннику выйти. – Это очень плохо, Хонджун, заставлять брата нервничать. Кресло не развернулось, зато стало видно что кто-то поднялся. Показалась знакомая выцветшая макушка и младший брат вышел к старшему. На губах Хонджуна теплела улыбка, отчего Минги стало не по себе. Он играет с ним? Если так, то Сон не в очень выгодном положении. Даже если он решит убить его собственными руками, они находятся в офисе Главы, где у каждой стены есть уши и глаза. И как он смог попасть сюда? Неужели помог Юнхо? Но как? – Не тебе говорить мне о плохих поступках, хён, – Джун чешет шею и присаживается на краешек стола. Рядом с его бедром лежат какие-то бумаги. – Ты уже не видишь границ. – У вас же есть какой-то план, да? – Сон не намерен тратить время на пустые разговоры, – Юнхо успел немного проболтаться. Джун заметно напрягся и сквозь зубы спросил: – Что ты с ним сделал? – Что, уже не можешь сдерживаться? Хочешь разозлиться за то, что с твоим любимым Юнхо что-то случилось? Нас разделяет стол, вперёд. Докажи в очередной раз, что не способен быть хладнокровным. Какподобает Главе. Отличный удар, Хонджун может отдать должное. Во время обучения отец хвалил его, ставил в пример другим и только один человек никогда не принимал его. И выяснилось это всё в неприятных обстоятельствах. После гибели родителей Хонджун верил, что у них с братом всё хорошо. Пусть они не родные друг другу, но стали семьёй, которую должно было скрепить общее горе. Но реальность оказалось иной. – Ах, точно. Глава, – Хон взял листок со стола и показал брату. Глаза Минги вмиг расширились, стоило разглядеть там личную печать отца, – От этой бумажки зависит твоё звание, да? Хонджун играл по-настоящему. Как так получилось, что вещь которую его люди искали со дня смерти родителей оказалась в руках младшего брата? Спина Минги похолодела. Планы которые от строил с таким упорством вот-вот разрушатся, стоит только другим главам увидеть завещание. - По твоему зашуганному взгляду всё видно, – усмехается Хонджун, убирая одну руку в карман брюк, – Ты что-то говорил о хладнокровии? Кажется, и тебя можно поставить под сомнения. Как Главу. Сон сжал кулаки. Желание заткнуть брата было слишком сильным, но стрелять в этом змеином голове всё равно что подписать себе смертный приговор. Камера пристально следит за ними, и Минги был уверен, что есть зрители. Возможно даже Чон Хонвон, который с самого начала был на стороне младшего наследника. – Знаешь, – начал Хонджун, – Я с самого начала знал, что ты собирался сделать со мной. Как то удачно всё сложилось. Даже представить страшно, как бы всё обернулось, если бы я однажды не решил сделать тебе сюрприз. Но это уже не так важно. В начале, я хотел использовать эту бумажку по её назначению. Забрать у тебя всё, чтобы ты прошёл через то же самое что почувствовал я и Юнхо… Услышав имя бывшего, взгляд Минги сразу изменился. Смягчился. Осознание содеянного резко ударило по голове и мужчина на секунду растерялся. Заметив это, Хонджун продолжил: – Юнхо было больно. Очень больно. Он помог мне, чтобы перешагнуть через себя и сорвать все твои планы, несмотря на то, как он блядь, тебя любит. Он достал эту бумажку, чтобы уничтожить тебя, но… Я понял, что это не то чего хочу я, – Джун вытащил руку из кармана, сжимая пальцами зажигалку. Щелчок, и язык пламени мигом захватил уголок листа и начал разгораться сильнее. Минги подскочил с места и шокировано прокричал: – Ты что творишь?! Младший перевернул листок в своих руках, чтобы пламя захватило его полностью и бросил обратно на стеклянный стол, оставляя догорать. – Твоя игра была бессмысленной с самого начала, хён, – с сожалением говорит Джун. Старший брат застыл глядя на догорающую бумагу, большая часть из которой превратилась в тонкий слой черного пепла. Сонхва наблюдал за происходящим через камеру видеонаблюдения в соседнем кабинете. Он сразу отказался находиться далеко, как бы Хонджун не протестовал. В любую секунду доктор был готов пойти на помощь, пусть и не особо знал, что сможет сделать против такого человека как Минги. Всё, казалось, шло хорошо, пока Хонджун не достал зажигалку. – Это же не по плану Юнхо… – Хва внимательно наблюдал за реакцией Сона. Тот просто замер на месте. – К чему же это всё приведёт?.. Пламя затухло, тлея на краях некогда важного документа. Глядя на это, Хонджун улыбнулся. С облегчением. – Отец хотел, чтобы клан достался мне. Юнхо тоже так хотел. А самый близкий человек чуть не убил меня за это гребанное место. Но знаешь, я готов отдать тебе должное. Не упеки ты меня в ту больницу, я бы не встретил человека, с которым хочу быть рядом. Не как глава, не как пациент, а как обычный человек. У Сонхва сжалось сердце. Насколько тяжело сейчас Хонджуну говорить такие слова? – Меня едва не превратили в безвольную куклу. Даже смешно, – Хонджун подошёл ближе к брату, который неотрывно смотрел в сторону пепла, и хлопнул его по плечу, – теперь, я превращу себя в воспоминание, хён. Исчезну из твоей жизни, и ты сможешь спокойно наслаждаться властью. Уверяю, ты не найдешь обо мне ни одного упоминания. Ни обо мне ни о Юнхо. Ответа не последовало. Минги был полностью подавлен собственными мыслями о произошедшем, но Джун был уверен: его услышали. Дверь кабинета едва слышно хлопнула, и глава клана Ким остался в полном одиночестве, на съедение собственным демонам.

***

      В доме клана Ким было относительно спокойно. Прислуга копошилась на кухне, охрана патрулировала каждый коридор. Благодаря большому опыту проживания в этом доме, Чонхо отлично знал маршрут всех охранников и вовремя подгадал момент, когда у комнаты с пленником никого не будет. Не мешкая он пробрался в комнату и прикрыл дверь. Действовать надо очень быстро. Юнхо лежал на кровати, и кажется, дремал, но услышав шорохи, сразу раскрыл глаза. Секретарь сразу приложил палец к губам, требуя тишины. Лишние звуки им не нужны. Из кармана пиджака он достал кусачки и потянулся к цепи наручников. – Как мило, боже, – раздалось за спиной. По спине Чонхо пробежал холод. Только не этот голос. – Босс был прав, ты своих не оставишь. Чхве Сан уверенно держал пистолет направленный на секретаря и победно усмехнулся. Его подозрения подтвердились, нет ничего слаще ощущения, что ты был прав. Неожиданно Юнхо подал голос: – Ой, а псина и рада, что хозяин похвалит. – Хах, я бы на твоём месте не открывал рот, – Сан перенаправил пистолет на Чона, – А то и тебя прикончу, вместе с твоим дружком. А боссу скажу… Радость в глазах Чхве за секунду потухла, сменившись удивлением. В его затылок уперлось дуло пистолета. – А я бы на твоём месте не поворачивался спиной, – прошептали прямо на ухо. Голос этого человека показался Сану чертовски знакомым. – А то твоих дружков у ворот я уже прикончил, тебе остается лишь не дергаться. Чонхо спокойно выдохнул, а Юнхо облегченно улыбнулся, обращаясь к спасителю: – Ты как всегда, очень вовремя, Уён. – Я старался, братишка.