That kind of Detective Agency

Странное Дело для Нортона Кэмпбелла [IV] Когда он впервые вошёл в каюту, ему было трудно не начать завидовать своему состоянию. Служа на войне, он лежал только на грязной земле, пахнущей ржавчиной и порохом. Там, где он жил в маленьком городе, приходилось спать только в конюшне. А сейчас он видел перед собой мягкие персидские ковры, покрывающие деревянный пол, старинную мебель, идеальную в своём роде и редкий фарфор, выставленный на стеллажи. Подушки были пушистые и мягкие, и Наиб был уверен, что они были заполнены гусиными перьями и хлопком. Дорогие иностранные стеллажи выстроились по внутреннему периметру. Детективу казалось, что он может просто испачкать комнату, просто находясь в ней. — Заходи, — сказал Се Би’ань, осторожно передав ему пакет. — Переоденься в эту одежду. Затем он прикрыл дверь комнаты. — Пёс? — удивился парень, прочитав название на пакете. — Ты как щенок, — произнёс его спутник. Опять, с этой своей улыбкой, казалось, что тот насмехается над другим. Наиб не изменился в лице, пытаясь сохранить терпение. Он хотел сменить тему. — Должен ли я переодеваться перед тобой? — спросил парень, вопросительно подняв брови. Се Би’ань встал в свою любимую позу, как понял Наиб, учитывая его расслабленное поведение и приятный вздох, когда тот устроился возле камина. В этом чёртовом помещении был даже камин! Наиб нахмурился, понимая, что у них в агентстве и то не получается наладить его работу. Се Би’ань сидел с насмешливой ухмылкой, и Субедар прекрасно понимал, что тот пристально наблюдает за ним. Он быстро отшатнулся и прижался спиной к двери каюты. Мужчина благодушно осмотрел комнату, прежде чем сказал: — То, что ты видишь здесь, всего лишь часть моего имущества, дорогой детектив. Есть ещё множество вещей, которые находяться у меня в Лондоне или Китае. — Забавно, — сухо кинул парень. — Ты можешь переодеться за той корамондельной ширмой, — он указал на складную ширму из чёрного дерева с резными панелями из чёрного лака, разукрашенную в золотые, чёрные и бронзовые цвета. Она была украшена нефритом и другими полудрагоценными камнями. Картина представляла из себя пейзаж из другой страны, со странными тонкими листьями, чернильными горами и пятнистыми дорожками, напоминающие реки. — Это Китай, — сказал Би’ань. — Милый, красивый Китай, — меланхолично добавил мужчина, и, как ни странно, в его голосе послышалась злоба. И в тот же момент он услышал стук, увидев, что зонт, который Се Би’ань аккуратно поместил сбоку кресла ранее, только что упал. Он поднял его и погладил ручку, шепча нежные фразы на каком-то иностранном языке, может быть, на мандарине. Наиб стоял там, полностью ошеломлённый и смотрел на него. — Так ты собираешься переодеваться? — внезапно заговорил мужчина, слегка увлечённо смотря на Наиба. — О, — Наиб чувствовал себя золотой рыбкой, слегка приоткрыв рот. Когда мужчина привстал со своего места, детектив вернулся в реальность и забежал за панель. — Тогда прошу простить меня… Именно в этот момент кто-то постучал в дверь. Се Би’ань выглядел слегка удивлённо, когда подходил к двери. К своему удивлению, Наиб заметил Нортона, стоящего в проходе. Он выглядел взволнованно. — Меня попросил… найти тебя капитан, — глаза Нортона метались с Сё на Наиба. Парень же мог сказать, что тот пытался выглядеть внушительно, так как Нортон не казался как обычно ссутулившимся. — Хосе? — переспросил детектив, понимая, к чему клонит напарник. Тем не менее, Субедар подошёл к Кэмпбеллу. — К сожалению, у меня могут быть дела, мистер Се Би’ань. — Зовите меня Ву Чанг, мистер Субедар, — сказал мужчина, азартно улыбнувшись. — Какая жалость, кажется, что мы не сможем стать свидетелями кое-чего прекрасного этой ночью. — Прекрасного…? Прежде чем Наиб успел ответить, Нортон резко утащил его обратно из каюты. Он не ослаблял свою хватку, пока они не дошли до нужного места. Эта сила шокировала даже бывшего наёмника. — Так близко… — пропыхтел Кэмпбелл. — Слишком близко. Я действительно ненавижу этого парня. — Разве я говорил ему своё имя? — Ву Чанг знает много вещей, — прошипел парень. — Наиб, ради твоей психики и моей. Держись подальше от него. — Джек говорил то же самое… В любом случае, ты на нервах как никогда, — детектив заметил, как тот измеряет комнату шагами. — Так что случилось? — Нет, ничего, если не считать, что, походу, Ву Чанг положил глаз на тебя! Давай быть честными, я бы и то лучше предпочёл, чтобы та пьяная баба Деми заинтересовалась тобой, но не он! Чёрт, почему всё это поручили мне? — рявкнул Нортон и выругался парой слов. — Бальза сказал мне… — Эй, Наиб, знаешь, я не могу отрицать, что твой зад прекрасен. Но ты же понимаешь, если бы ты начал переодеваться за той панелью возле камина, твой силуэт был бы виден, ведь так? — оба повернули свои головы к направлению знакомого голоса. Субедар неверя смотрел на парня, появившегося на кресле, и как тот сжимал в своих руках ткань. Нортон испуганно вспрыгнул, не ожидая увидеть третьего человека в комнате. — Ясно, сомневаюсь, что ты знал. В любом случае, говорю тебе, Джек выпотрошит кое-кого, когда узнает об этом, — продолжил Лука, жуя пирожные, напоминающее те, что лежали на столе. Нортон же бросил на него взгляд, полный отвращения, как будто пытаясь этим сказать «что крыса способна найти еду где угодно», Наиб же покраснел после слов заключённого. — Поэтому, не стоит упоминать об этом сегодня… — Почему ты находишься в каждой комнате?! — Нортон не выдержал. — Я случайно сюда забрёл, — откровенно ответил ему парень. — Чётко указано, что это комната — моя, — Субедар прокашлялся, прежде чем нахмурился. — Табличка с моим именем располагается на двери. — А, реально? — Лука был невинен. — Нет смысла спорить, — вздохнул детектив, потирая виски. — Сколько бы я не хотел общаться с Ву Чангом, он прав. Я действительно чувствую себя плохо в такой одежде, когда становиться слишком тепло, поэтому я согласился принять его предложение. Также, вы оба… И только сейчас Наиб осознал, что и Нортон, и Лука были одеты в другую одежду. Бальза был одет во всё оборванное, грязный коричневый наряд с воротником и рукавами, а также заляпанные штаны цвета хаки, которые выглядели отлично, чтобы сливаться с его окружением. Казалось, что тот слишком много думает о своём наряде, несмотря на свой, казалось бы, небрежный характер. Что касается Нортона, он уже успел снять свой жилет и переменить его на жёлтую рубашку с подтяжками. Его войлочная шапка изменилась и теперь она могла удерживать небольшой фонарик и долото. На его поясе, как мёртвый груз, висел старый ржавый компас. — Ты один одет не по погоде, Наиб, — поддразнил парня заключённый. Нортон же захохотал. — О Боже! Неужели ты планировал ехать в Африку в этом плаще? — Да переоденусь я! — парень вспыхнул, выталкивая обоих их из своей комнаты.

***

— Ладно, он в порядке, — насвистывая, начал Лука. — Нет нужды так беспокоиться о нём. Кроме того, Наиб может постоять за себя лучше, чем мы. — Илай сказал тебе что-нибудь ещё? — Нортон сузил глаза, а Бальза лишь загадочно улыбнулся, его клык торчал из-под угла губы, где оставался слабый шрам. — Мы должны остерегаться Наиба, — наконец произнёс он. Затем Лука резко остановился, с сожалением смотря на Нортона. — Кто этот Артур Русселл, Норти? Казалось, что Кэмпбелл начал нервничать, слегка ёрзая. — Кое-кто… с кем Мортон попросил быть осторожнее. — Мортон? Единственный Мортон, о котором я слышал, был только тот Майк Мортон, — Бальза сомкнул губы, когда увидел выражение лица Нортона. — Хах. Это сложно. Не годится для амнезиака. — Бальза. Ты же не просто сам свалил из тюрьмы, не так ли? — прямо продолжил Кэмпбелл. — Норти, — внезапно Лука уставился на него с совершенно пустым и застывшим лицом, лицом человека, который, казалось, был во власти таинственной болезни. — О некоторых вещах лучше не говорить. Я знаю, ты настоял взять с собой Наиба, потому что Илай упомянул об опасности, нет? И всё же, у тебя есть свои цели. — Я думал, ты дебил, Бальза, — глубоким голосом продолжил Кэмпбелл. — Я поискал кое-что. Твоё изобретение частично связано с кое-чем сверхъестественным, не так ли? Йидра… Расёмон… Вероятно, именно поэтому они пришли к тебе. Знаю, возможно, ты нихрена не помнишь, но, по крайней мере, ты должен знать это… Что бы ты даже не делал на нашем чердаке. Лука забавно улыбнулся. — Норти, ты ужасный романтик. Заполнил меня пончиками, а теперь говоришь такое? — Я не тупой, чёртова крыса. Хватит шутить. — Чего ты добиваешься? — Деньги, — коротко кинул ему Нортон.

***

До устья шахты была добрая миля. Они были вынуждены подняться до рассвета, чтобы добраться к тому месту до любопытных глаз. Шли при свете звёзд, их лица покрывала тьма. Воздух был часто холоден. Холоднее чем зимой, и каждый чувствовал это, замечая облачка пара, выдыхаемые другими. — Ты уверен, что это здесь, детка? — один из них остановился, без подлости фыркнув. — Да, уверен, после этого. Мы все разбогатеем, — Кэмпбелл хитро улыбнулся. — Никаких больше побоев, лишних часов, жидкого супа и панировочных сухарей. — Извини, сынок. Ты всегда забираешь на себя основную часть побоев и помогаешь нам на сменах… Я не могу отблагодарить тебя сполна, — виновато, сказал один из них. — Не беспокойтесь, сэр, — Нортон глухо усмехнулся, но его смех был слишком плох, чтобы понять настоящие эмоции, да и было слишком темно, чтобы хоть как-то разглядеть его лицо. — Мой старик был шахтёром, как все вы, и помогал, когда в этом была нужда. Я и вправду счастлив, что вы все согласились присоединиться ко мне в этой экспедиции, оставляя другую шахту. Эта была человеческая природа, чувствовать жадность и рабство, при мыслях о удаче. Он знал, что каждый из них имел скрытый мотив. Он знал, они ясно лгали каждый раз своему работодателю, который просто ненавидел Нортона, так как его жена не хотела держать свои грязные руки за спиной, и Нортону приходилось принимать каждое из его обвинений.

Но он не сдался.

Тринадцать адресов и это был последний, после стольких лет тяжёлой работы. Было нелегко собрать группу шахтёров. Они прибыли к карьеру. Пасть ямы зияла, как безгубая дыра, испуская запахи внутренностей, как у несварённого зверя. Они были шахтёрами, но не ожидали, что их желудки начнёт выворачивать, что желчь начнёт подступать к горлу. Казалось, что это место практически проклято, если бы не тот факт про метеор, упавшим в эту местность, и который оставил её такую опустошённую. Они шли вниз, используя верёвки, нетвёрдо держась на ногах, спускаясь по сырым и скользким стенам. Нортон мог слышать, как вода падает рядом с ним и что-то, напоминающее страх, сковало его тело. Ни динамитные шашки, ни детонаторы не сработали бы как надо, если бы им пришлось пробиваться сквозь туннель дальше. Достигнув земли, он понял, что вода доставала им по щиколотку. Нортон, бледный, с широко открытыми глазами, дрожащими руками зажёг свечу. Он лениво пересчитал людей, ему пришлось, они всё ещё нужны ему. Они шли вдоль старых железнодорожных путей, двигаясь в длинной процессии. Половину времени, Нортон представлял, как вагонетка скатывается на них, было слишком узко, чтобы хоть как-то держать дистанцию подальше от рельс. Низкие тоннели время от времени разветвлялись, но всё равно ничего не было видно. Ни шахтёров, ни луча света, ни единой вагонетки и даже никаких признаков жизни. Всё ещё виднелись физические признаки рукотворных сооружений с ржавыми стальными балками, изогнутыми в странные формы, и драпированными линиями, которые, как предположил Нортон, должны были удерживать источники света. Дальше туннель сужался, а потолок становился всё ниже и ниже. Стальные опоры уступили место кривым бревнам, которые выглядели мягкими и сгнившими от протекающей через них воды. Он знал, что они движутся по нисходящей спирали. — Мы пойдём дальше? — спросил один из них. — Только если пацан пойдёт первым, — ухмыльнулся другой. — Конечно, — ответил Кэмпбелл, только грациозно улыбнувшись. Он продолжал идти, согнувшись пополам и тяжело дыша. В этих шахтах часто бывал иной климат. Воздух был холоден и липок, пах плесенью и гнилью.

Но это был его единственный шанс.

И… наконец они зашли в тупик. Или туда, что казалось маршрутом, заваленным валунами, которые рухнули после падения метеорита. Странный шум пронизывал атмосферу и Нортон отметил, что звучал он, как крики умирающих животных на скотобойне. Он почувствовал слабый поток воздуха. — Может, нам стоит взорвать этот путь? — спросил какой-то шахтёр. Они установили детонатор там. — Нет, — произнёс Кэмпбелл, ощупывая камни. — Структура пещеры сыпуча.

Там, он нашёл это.

Разрез, который вёл через стену обломков, настолько узкий, что ему пришлось протискиваться боком и извиваться в самых неудобных позах, прежде чем сдвинуть каждую ногу дюйм за дюймом вперёд. Он споткнулся в оцепенении и рухнул в низкий туннель. Эта пещера отличалась. Её филистерское нутро мерцало странным аметистом, а редкие драгоценные камни, которые можно увидеть на украшениях аристократов, торчали, как маленькие бутоны цветов весной. — Боже, да! Мы станем богаты! — Он слышал выкрики каждого из пятнадцати шахтёров, вваливающихся в пещеру. Сделав уродливое выражение лица, которое скрывал шлем, Нортон с улыбкой повернулся и зашагал по шахте. Он чувствовал это здесь, та же самая вибрация, которую он трогал годы назад. Те магниты, они же пришли отсюда? Был ли он на той шахте по слухам? Без раздумий, он упаковал магниты. Затем, парень развернулся, чтобы взглянуть на драгоценные камни, жадных шахтёров и быстро зашагал вперед на звук воды. На дне подземного озера вместо гравия и камней лежали огромные самородки золота. Сглотнув, он попытался дотянуться до него дрожащей рукой, но тут услышал крик и тут же бросился к нему. — Что случилось?! Он видел странное существо. Со своим длинным телом, обсидиановой чешуёй и головой, которая напоминала Чёрную Мамбу, оно лениво переступило драгоценный камень с неузнаваемой надписью на нём. Нет, Нортон в ужасе заморгал. Это была не Чёрная Мамба… а Змея с ногами. Он вспомнил профессора Дюкена Томпсона. А затем парень услышал крики. За камнями появлялись люди. Нет, они не были ими. Нортон хотел закричать, но голос застыл. Большие живые трупы! Угольная кожа отслаивалась от них, обнажая сажу, плоть и чешую, сросшиеся вместе. Их взлохмаченные длинные волосы свисали как тонкие нити заплесневелой пряжи, а их глаза метались с нечеловеческим сиянием. Они были одеты в тряпьё, а их хрупкая плоть дрожала при каждом шаге, кирки волочились за ними. — Ты сам привёл нас к этому! — кричал один из шахтёров, ударяя парня по голове тяжёлой лопатой. Нортон рухнул на пол, чувствуя себя истощённо, перед глазами мелькали белые пятна, когда он услышал топот ног. Он думал, что слышал рыки животных, которые никто ещё не знал на этой планете. Они ревели в его ушах, как семь труб, прежде, чем он не потерял сознание. Очнувшись, он понял, что находиться в том же самом положении. Голова жёстко пульсировала. Он всё ещё слышал крик паники и удивлялся, как ему удалось остаться невредимым. Но вдали Нортон заметил те же самые трупы, бог знает откуда появившиеся, поэтому, вскочив на ноги, он приготовился бежать. С трудом выбрался из щели в валуне, затем назад по низкому тоннелю. Его свеча догорала, а газовая лампа была слишком мокрой, чтобы зажечь её. Он едва мог видеть, пока шёл сквозь этот бессмысленный хаос. Спотыкаясь, согнувшись, он скоро оказался на четвереньках, ползком пробираясь вперёд, насколько позволяли силы. Он слышал странное шипение, ползущее по его затылку и вздрогнул, ощутив его так близко на своей шее. Нортон развернулся и увидел одного из трупов над собой. В тусклом свете свечи, она казалась чудовищной и пугающей за пределами человеческого воображения. Её жуткая улыбка простиралась за пределы человеческих возможностей, а её глаза… её глаза не принадлежали человеку. Вот это-то он и знал. Нортон нанёс резкий удар ногой, прежде чем встать и побежать. От резких движений его ремни порвались, ноги запутались, и, начав карабкаться, он тут же сильно ударился о детонатор. В том момент, казалось, что время застыло. Он мог услышать, как другие шахтёры также пытаются пробраться наружу, крича, выкрикивая ужаснейшие замечания, их огромные сумки, наполненные прекрасными драгоценностями звенели на бегу. Даже если Нортон кричал, они не могли прийти и спасти его. Он заметил трупы, выползающие из прорези в развалинах.

Он не думал дважды, нажимая на детонатор.

Всё вокруг просто горело, горело. Горело.

Запах горящей плоти ударил ему в ноздри, он обжёг руку и спину. Он думал, что его кожа и волосы плавятся, а кости разрушаются на камни и сталактиты. Он оставался в сознании на протяжении всего этого кошмара, под водой, где вдруг его случайно вытолкнуло в узкую траншею с небольшим пространством для воздуха. Он слышал все их крики. Взрыв пронёсся, как огненный смерч, повсюду, и Нортон слышал звук, как это шахта разрушается по частям. Они никогда не выберутся вовремя. Окровавленный, избитый и обожённый, парень остался там, не в силах пошевелиться и глотая воздух маленькими глотками. — Помогите… мне…

***

Нортон резко очнулся ото сна. На его лбу выступили капельки пота. Море было спокойно сегодня ночью, и всё же в его голове царил полный хаос. Хромая, он подошёл к графину с водой. — Чёрт, — выругавшись, он прижал к шраму холодное полотенце. — Почему я вспомнил обо всём этом именно сейчас? Почему воспоминания возвращаются ко мне? Он должен был остаться в этом чёртовом грязном Лондоне.

Но всегда были причины, которые заставляли человека действовать. Кэмпбеллу показалось, что он сходит с ума.